Владимир Пастухов и Максим Курников | Интервью BILD

Descripción:

В интервью с Владимиром Пастуховым, научным сотрудником University College London, обсуждаются ключевые темы, начиная с 0:00, когда ведущий представляет гостя. На 0:23 Пастухов раскрывает тему Мединского и фейковых цитат Бисмарка, а к 1:00 он объясняет цели встречи в Стамбуле. В 2:25 он отмечает, что «Стамбул расчистил площадку для прямых контактов», а в 7:00 подчеркивает, что «в нормальных переговорах ты никогда не заходишь с карты, которая неприемлема». На 8:40 Пастухов говорит, что «Путин согласится прекратить огонь в обмен на понятийку», а в 10:08 он задаётся вопросом, хочет ли Путин прекратить войну. В 13:19 он рассматривает, может ли режим Путина существовать без войны, и в 15:30 отмечает, что «конец этой истории был проплачен, когда Путин купил билет на войну». В 17:00 он утверждает, что у истории «не может быть хорошего конца», а в 19:20 подчёркивает, что «Путин не дурак». На 20:20 Пастухов объясняет мотивацию Путина как «выскочить из этого на своих условиях», а в 21:20 он выражает скептицизм, считая, что «на 90 % ничего не получится». В 22:00 обсуждается, является ли война РФ и Украины просто ссорой двух стран, а в 23:00 Пастухов говорит, что «в основе нарыва лежит сепсис». В 24:22 он рассматривает последствия территориальных уступок, а в 27:50 задаётся вопросом, может ли Трамп поставить Путина на место. На 28:45 Пастухов сравнивает Трампа и Путина как лидеров одного типа, а в 29:50 отмечает, что их отношения напоминают дуэль Сталина и Гитлера. В 31:00 он говорит, что «Путину при Байдене было легче», а в 31:46 обсуждает «горельеф Сталина» в московском метро. В 32:00 Пастухов сравнивает историю, которая «повторилась один раз как фарфор, другой как пластик». В 33:46 он говорит о «деле издателей», а в 35:56 подчёркивает, что «главная угроза для них – это культура». В 36:10 он предсказывает, что «следующая глава – культурная революция», и в 36:33 спрашивает, удалось ли оседлать русский национализм. На 38:00 Пастухов завершает интервью, заявляя, что «русский народ так и не сформировался как нация».