Фавориты Екатерины (1762-1796) | XVIII век

Дорогие друзья! Предлагаем вашему вниманию выпуск, в котором мы объединили и переформатировали лекции, посвященные фаворитам Екатерины II и явлению фаворитизма в целом. Постараемся разобраться, почему для одних возвышение становилось возможностью проявить себя в качестве крупных военачальников и государственных деятелей, а для других – лишь способом обогащения самих себя и своих родственников. Поговорим о феномене фаворитизма в XVIII веке в Европе и России. Была ли Екатерина «шальной» императрицей? Почему Екатерина не вышла замуж за Григория Орлова, за что императрица ценила Григория Потемкина, и почему последний фаворит, Платон Зубов, стал прообразом пушкинского «Скупого рыцаря»? Все это, а также присоединение Крыма, победа над чумой, история княжны Таракановой – в нашем выпуске. 00:00 Фавориты Екатерины II. Исключение или правило? 05:53 Феномен фаворитизма в России и Европе. Кто такой «фаворит»? Романы с Салтыковым и Понятовским 13:23 12 лет эпохи Орловых. Гвардейские будни, принц-консорт Гришка Орлов и борьба с чумой 35:11 Несостоявшийся император. Жизнь Григория Орлова после отставки: любовь, брак вопреки всему, сумасшествие и смерть 38:04 О графе Алексее Орлове: покровительство наукам, средиземноморский поход, коннозаводческие успехи и театр "Ромэн". Сага о княжне Таракановой 54:25 «Кулак» братьев Орловых – пятеро братьев на службе России 01:01:01 «Временный» фаворит Александр Васильчиков. Васильчиковы как покровители искусств 01:03:33 Григорий Потемкин – военачальник, реформатор и герой «черных» мифов 01:22:35 Потемкин и Екатерина: любовь и тайный брак. Контрастные черты психологического портрета Потемкина. Рулевой империи и строитель Черноморского флота 01:46:49 «Потемкинские деревни» и черные мифы о Потемкине. Кому было выгодно создать его негативный образ в истории? 01:54:09 Петр Завадовский, Семен Зорич, Саша Ланской и прочая, прочая, прочая 02:03:09 Последний фаворит золотого века – Платон Зубов. Клан братьев Зубовых – антиподы клана Орловых 02:14:13 Сколько стоил России институт фаворитизма?