Автоперегонщик: #монолог из 90-х | + конкурс для подписчиков

Привет, дорогие подписчики!

Перед тем, как начнется монолог, мы хотим сделать небольшое объявление.

Мы очень рады, что вы остаетесь с нами.

Нас становится все больше, поэтому мы хотим разыграть среди вас эти замечательные наушники Samsung Buds.

Условия простые.

Быть подписчиком канала онлайнер, поставить лайк этому видео и написать комментарий.

Победителя мы выберем с помощью рандомайзера.

Полное правило читайте в описании к ролику.

Итак, всем приятного просмотра и пусть кто-то из вас смотрит следующее видео уже в наушниках Samsung Buds.

Я был сзади на Mercedes.

Друг мой на Passat спереди.

Выскочили люди в масках, пробили тут же передние колеса.

Кому-то повезло, кому-то нет.

Здравствуйте, меня зовут Сергей.

В 90-е годы я гонял машины из Западной Европы.

Мы были молодые, было весело, шальные деньги, большие риски.

Примерно года с 90-го, когда я первый раз пригнал свою машину, я занимался этим бизнесом, наверное, до 97-го года примерно.

Мы знали прекрасно ситуации в Польше, о том, как люди попадают.

И по большому счету, пока ты с этим не сталкиваешься, ты не понимаешь этой опасности.

Ну да, рассказывают там, рассказывают сям.

Прессовали просто на границе в очереди, ловили просто на парковках, когда человек просто остановился поспать.

Те, кто был поумнее, они не сильно сопротивлялись, понимая, что пахнет жареным.

Поэтому они оставались живых и в лучшем случае привязанными к дереву где-нибудь в лесу.

Те, которые начинали сильно сопротивляться, да, ходили разные рассказы и истории о том, как находили трупы.

Думаю, что на руках тех бригад, которые тогда орудовали, было немало крови на самом деле.

Сказать, что был какой-то страх перед этими поездками, я не могу.

Скорее, это был просто адреналин.

Я вообще в этот бизнес окунулся довольно случайно.

Я занимался спортом.

И как-то один раз мы с моим братом поехали на этап Кубка мира в Данию.

Благополучно там отбегали, чемпионами не стали.

Но возвращаясь обратно, я обратил внимание, что все спортсмены зачем-то купили машины.

И обратно все ехали на своих машинах купленных.

Для того, чтобы потом их продать и заработать на этом деньги.

Мне было в тот момент, наверное, лет 18.

У меня даже, наверное, еще и прав не было, насколько я помню.

Я на это все посмотрел и понял, что разворачивается какая-то отдельная очень интересная история, на которой можно зарабатывать.

А в тот момент все хотели на чем-то зарабатывать, потому что время такое было.

Схема заключалась в том, что кто-то, кто понимает, куда ехать и как это делать, должен был туда съездить, купить эту машину, нужным образом ее оформить, пригнать сюда к конечному какому-то покупателю.

Люди, которые покупали среднего и ниже класса уровня машины по цене, они просто приходили на рынок, выбирали и покупали.

Те, которые хотели что-то поинтереснее, те искали каких-то перегонщиков, которые им конкретно под заказ готовы пригнать конкретную модель с конкретным набором опций, цветом и так далее и тому подобное.

Давали ему деньги или как-то иным образом договаривались, человек ехал, пригонял машину.

Как правило, никто полную сумму не давал.

Давали какую-то предоплату, с которой человек ехал, за свои деньги перегонщик выкупал, но понимая, что у него в руках есть предоплата, он понимал, что клиент либо заберет, либо в конце концов он ее потом на рынке и продаст.

Моя первая лично пригнанная машина тоже была сопряжена с такой довольно смешной историей.

Мы собрались с друзьями, моими однокурсниками, собрали по друзьям, по знакомым, по родственникам какую-то сумму денег и решили отправиться в Германию первый раз пригнать машину.

Первые приключения начались на границе, когда мы выезжали через один из переходов в районе Гродно.

Мы поняли, что есть ограничения по вывозу денег.

А тогда, на тот момент, по-моему, это было 500 долларов.

Мы услышали первый раз этот вопрос на границе, сделали удивленное лицо.

Естественно, деньги у нас были спрятаны.

А они почему-то, поглядев в наши честные глаза, решили нас обыскать.

В результате они нам раскурочили всю машину.

И нашли деньги спрятанные.

У нас конфисковали примерно половину той суммы, которую мы везли для покупки новой машины.

В результате мы оказались, въехав в Польшу, с суммой денег, на которую нормальную машину и купить-то было невозможно, по большому счету.

Мы ехали на немецкую границу, какая-то огромная стоянка, поляки, немцы продают все подряд.

Что делать?

Нужно вкладываться в бюджет, который у нас есть.

Походив, мы выбрали какую-то старенькую машину, торговались до слез.

Закончилось это тем, что поляк с одного из моих друзей даже снял кожаную куртку для того, чтобы отдать нам эту машину.

Курьез заключался в том, что мы не понимали, как оформлять.

Поляк достал тут же блокнот, от руки оторвал листик и от руки написал на этом блокноте якобы купчую о том, что он такой-то продает такому-то машину, от руки расписался там, сказал, что этого достаточно.

Мы отдали ему деньги, сели в машину и поехали.

По пути мы взяли каких-то туристов, которые нам заплатили какую-то сумму денег за то, что мы их довезем до белорусской границы.

И вот на эти деньги мы заправили машину и доехали до границы.

Приехав туда, встали в очередь.

Но когда разговорились с местными перегонщиками, такими же, которые стояли в очереди, стали выясняться подробности, что, оказывается, должны быть документы какие-то.

Мы показали свою купчую, написанную на бумажке, и вся очередь начала смеяться.

Даже на спор сказали нам, что если мы с такой купчей сможем завести машину в Республику Беларусь, то на белорусской границе они нам ящик водки поставят.

Случилось просто чудо.

Подошел белорусский пограничник, который перешел на польскую сторону.

И с вопросом, кто едет в Гродно, может ли он взять людей, у которых заканчивается смена пограничников.

За это он без очереди переведет на белорусскую сторону.

Я тут же вызвался.

Он сел в машину.

Мы заехали на территорию погранперехода.

Он говорит, слушай, ну давай документы будем оформляться.

Я ему отдаю эту купчую, смотрит на нее и говорит, это все?

Да, все.

Да, сказал пограничник.

Тут же сбегал куда-то, принес чистый бланк купчей, объяснил мне, как ее заполнить.

Сели в машину, говорит, ну что, поехали.

Я говорю, ребята, слушайте, есть еще одна проблема, у меня бензина нет.

Они тут же подошли с вопросом, кто хочет без очереди.

Я, кто-то вызвался.

Бери канистру бензина, заливай этому в бак и проезжай без очереди.

Вот таким образом мы привезли эту первую машину.

В принципе, ну да, что-то в районе нуля у нас и получилось с этой первой поездки.

Чем дешевле машина, тем больше был коэффициент.

На Жигулях, купленных за 150 долларов в Будапеште, ну, плюс какие-то накладные расходы, можно было заработать тысячу-полторы долларов.

Чем дороже машина, тем, естественно, коэффициент был не такой.

Но заработки тысяча, две, три на машине в начале всей этой истории, они никого не пугали.

Чувствовали себя тогда королем жизни?

Нет.

Нет.

Эти деньги очень быстро уходили.

И по большому счету мы так, как это говорится по-русски, кутили очень много.

Мы были всегда везде завсегдатами баров, ресторанов, каких-то дискотек.

Дома практически не ночевали.

Поэтому как пришло, так ушло.

Были бы тогда немножко другие мозги, немножко другой возраст, были бы и деньги.

А так это все куда-то рассосалось непонятно где.

Сначала все ломанулись просто в Германию.

Поехали туда и россияне, и казахи, и все возможные перегонщики со всего постсоветского пространства.

Стало понятно, что там конкуренция приобретает такие жесткие рамки, потому что в принципе все выгребли.

Дальше появилась Голландия, дальше появилась Франция, Бельгия.

В какой-то момент появилась тема с Венгрией.

Нашли слухи, что там дешевые «Жигули» в четверг рано утром садились в автобус, который выезжал из Минска.

Туда набивалось человек 40, наверное, перегонщиков битком.

Все с деньгами.

Там уже начинаются встречи с этими так называемыми бригадами, потому что они знают, кто куда едет.

Логика была простая.

Если человек едет за машиной, значит, у него есть какая-то определенная сумма в кармане.

В автобус просто так заходить они боялись.

Там 40 далеко не всегда трезвых мужчин, которые могут сдачи дать.

В пятницу мы приезжали в Будапешт, заселялись в гостиницу.

И рано часа в три, может быть, ночи мы выдвигались на рынок в Будапеште.

Продажа машин там происходила смешным образом.

Рынок был набит битком, выехать с него было невозможно.

Проверить машину тоже было невозможно, потому что она стоит заперта со всех сторон.

Поэтому ночью в темноте с фонариком ты осматриваешь машину и каким-то мифическим образом ты должен принять решение, ты ее берешь или не берешь.

Но поскольку она стоила 150 долларов,

Соответственно, наугад брали, садились, оплачивали эту машину, оформляли.

Только после этого ты, в принципе, первый раз трогался на этом автомобиле, понимал, что ты купил.

Мы двигались в сторону Минска.

По большому счету за один день все продавали.

Копейка Жигули 1975 года, купленная за 150 долларов.

И проданная примерно за полторы, за две тысячи.

Мы для себя выбрали голландский город Утрехт.

Там был один из крупнейших базаров в Европе.

Насколько мне известно, там были и местные какие-то банды, бригады, как их называли раньше.

Но подавляющая масса – это были приезжие бригады с постсоветского пространства, естественно.

По статистике, основная масса всех этих историй происходила в Польше.

Постоянно в тонусе, постоянно соблюдать определенные правила безопасности.

Машина должна быть всегда закрыта, машину нельзя оставлять надолго где-то.

Въезжая в Польшу, первое, не нужно въезжать туда ночью.

Если такие случаи происходили, то мы, как правило, заезжали просто в лес ночью, заезжали, по возможности, поглубже и ложились ночевать в машине.

Вот такие элементарные правила, они позволяли нам долгое время не сталкиваться с этими бригадами.

Это была последняя поездка.

Мы гнали две машины довольно дорогих конкретным людям.

То есть не просто на рынок, а конкретным людям, которые заказали конкретную модель, конкретный цвет.

По своей халатности, наверное, мы были уставшие.

Езжая в Польшу, мы зачем-то туда поперлись ночью.

На трассе ремонт дороги, скорость была ограничена.

В какой-то момент, несмотря на то, что мы ехали очень быстро, нас обогнала машина непонятная.

Машина, которая нас обогнала, остановилась на переезде, заблокировала проезд.

Нам пришлось тоже остановиться.

Я был сзади на Мерседесе.

Друг мой на пассате спереди.

Выскочили люди в масках.

Все это происходило ночью в свете какого-то фонаря непонятного.

Куча дыма откуда-то взялось.

Пробили тут же передние колеса.

Дима вовремя среагировал.

Слава Богу, что были закрыты двери.

Он врубил сразу заднюю скорость, и мы начали резко ускоряться назад.

Ребята, которые пробивали колеса, они пытались в этот момент открыть двери, схватились руками, засунули руки в ручки, и не успели их достать, эти руки.

Поэтому они какое-то время тянулись за ним просто по асфальту.

Один человек, который оставался в машине, достал пистолет и начал стрелять по колесам там.

Я тоже начал давать задний ход.

Я увидел сзади идущую машину.

Он резко затормозил, я резко затормозил, Дима не успел затормозить.

И мы помяли две машины, которые нагнали люди.

Метров через 500, на удивление, оказалось кафе.

Мы ехали на ободах с искрами, выскочили из машины, забежали в кафе.

Там сидел какой-то ночной продавец.

Он нас понял, о чем идет речь.

Тут же вызвал какой-то спецотряд.

Буквально минут через пять они появились.

Это были люди в масках, с автоматами, разговаривающие по-русски.

Мы им объяснили, что с нами произошло.

Взяли какие-то приметы машины и, собственно говоря, быстро удалились, оставив нас просто в этой кафе.

Договорились мы с местным продавцом, каким-то чудом у него нашлась запаска, каким-то чудом она подошла к этому посадку.

Сели в машину и поняли, что останавливаться больше не нужно.

Машины в результате, клиенты, которые нам их заказывали, приняли, мы им сделали скидку, и можно сказать, что все это закончилось благополучно.

Но вот этот знак, который говорил о том, что Сергей в следующий раз может так не повезти, я после этого решил, что пора завязывать с этим бизнесом.

Хотели бы вернуться в 90-е сейчас?

Да.

Как минимум потому, что хотелось бы снова быть молодым.

Эти годы дали опыт, который научил меня быстро ориентироваться в нестандартных ситуациях.

Я закончил институт, закончил его довольно удачно, и я ушел в управление.

Я решаю, как правило, нестандартные задачи, мне это нравится, поэтому я с таким трепетом и смотрю в эти 90-е назад.

Мне кажется, это оттуда.

ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА