БЕГИ ПРОЧЬ ИЗ ЭТОГО ЛЕСА! Страшные истории на ночь.Страшилки на ночь.

«Связь с группой оборвалась еще вчера днем», – обеспокоенно сказал Олег Прокофьевич.

«Здоровенный дядька, по сравнению с которым мы были словно букашки.

Он посвятил половину своей жизни, вытаскивая людей из самых разных, нехороших ситуаций, порой даже рискуя своей собственной жизнью».

«Так там же такая глушь, может просто нет связи?» – выкрикнул Володька, мой коллега и одновременно пилот единственного нашего вертолета.

Олег Прокофьевич, пренебрежительно посмотрев на него, продолжил доклад.

«В последний раз их видели в селе Мольджино, и предполагаемо они направлялись в сторону Оби».

«А с чего такие предположения?» – вдруг отозвался Саня.

«Такой же здоровенный мужлан, но чуть поменьше Олега Прокофьевича.

Этот такой, что залезет хоть в огонь, хоть в воду, но поставленную задачу всегда выполнит».

Полицейские там вроде как опросили добрую дюжину человек.

В местном магазине продавщица Краймуха слышала, о чем разговаривали туристы.

Они заходили к ней.

Ну, она и рассказала полиции.

«Некоторые данные имеются», – командирским голосом произнес Олег Прокофьевич.

И достал с папки несколько фотографий и прикрепил их к карте местности, где примерно связь с туристами и оборвалась.

Пять парней и три девчонки, совсем еще молодые.

Времени прошло немного, так что есть вероятность, что они еще живы.

С фотографиями вы можете ознакомиться чуть позже.

«И нам нужно их найти?» – вновь выкрикнул Вовка.

«Ну вот куда ты спешишь, объясни мне?

Ну вот как голый сексом заниматься?»

Подожди, я все расскажу.

В комнате тотчас разнесся смех, заставивший нехотя улыбнуться нашего серьезного начальника.

В общем, подъехать туда никак не выйдет.

Ребят, вам час на сборы, вот карта.

Перед вылетом возьмете еще каждый у меня в кабинете по навигатору и дуйте на вертолете туда.

Место, где можно нормально сесть, я обозначил.

Да поможет вам Господь.

Он набожный был мужик.

Перед каждым выходом на дело, как мы говорили, он заставлял нас целовать икону и крестил, как родной отец.

Не знаю, как это работает.

Может, самовнушение, конечно...

«Я-то на службе недолго, но есть и опытные ребята у нас в части.

И частенько я слышал их рассказы о том, что все сотрудники, кто бы то ни был, хоть новый, хоть старый, возвращались с дела целые и невредимые.

Были, конечно, иногда мелкие царапины и раны, с которыми с легкостью справлялась перекись водорода и бинт».

«Далековато лететь, Олег Прокофьевич».

«Уже когда все расходились, окликнул начальника Володька».

«Ну ты же ас, Вован!» – улыбнулся он.

«Ты же на этом вертолете между деревьев змейку нарезать сможешь!» – улыбаясь, подбадривал он его.

«Да я-то и не переживаю».

«Ну и правильно.

Этих оболтусов высадишь и лети обратно.

Тебя уже будет ждать следующая партия».

«Сейчас буду обзванивать да выдергивать их из-под женских юбок».

Хрипло засмеялся он и отправился в кабинет.

«Мы же в свою очередь начали изучать фото недотуристов».

«Чего вы поперлись сюда?» спрашивается.

«Ты не знаешь, Дим», поинтересовался Саша.

«Я же лишь пожал плечами».

Взяв фото для ориентировки, мы отправились на сборы, а после вышли к вертолету, лопасти которого уже медленно вращались, намекая нам на скорый вылет.

«Ну что вы там, запрыгивайте!» Высунувшись из окна, кричал Вовка.

И мы, наконец перекурив, запрыгнули в салон.

Нас было девять человек.

Я уже успел со всеми познакомиться и даже подружиться.

Вообще коллектив очень дружный и сплоченный.

Друг за друга стоим горой.

Я неоднократно уже убедился в этом.

Вертолет понемногу набирал высоту, наполняя салон невыносимым гулом.

Хотя я уже даже привык к нему.

Лететь к месту высадки предстояло около часа.

Возможно, чуть больше или даже меньше.

Все ребята сидели в приподнятом настроении.

Травили анекдоты, смеялись.

И с первого взгляда видно было их боевой настрой.

Как я и говорил, спустя час полета в динамике вертолета раздался голос Володьки.

«Дамы и господа, мы приближаемся к месту высадки».

Вов, давай пониже немного и дай круг, может с воздуха разглядим чего.

Крикнул Андрюха, еще один молодой как я парнишка.

Как скажете господа, снижаемся.

Саша открыл дверь вертолета и кто как мог уставился вниз.

Благо деревья уже успели сбросить свои осенние одеяния.

И все, что было внизу, рассмотреть получалось лучше, чем никогда.

Еще и через бинокль.

Вертолет сделал один большой круг.

За ним второй чуть меньше.

Но, увы, никого.

Никого, ни я, ни другие ребята в бинокль так и не увидели.

Мужики, назад не хватит долететь.

Нужно садиться.

Летим к месту высадки.

Можете потихоньку собирать манатки.

«Принято!» – крикнул Саша.

И, накинув рюкзак на плечо, встал с места, ожидая посадку.

Еще какое-то время мы летели над лесом, примерно на такой же высоте.

И когда Володька уже заходил на посадку, в динамике вновь мы услышали его голос.

Не успели мы и дверь открыть, да бинокли взять, как вдруг вертолет колыхнуло вбок, и со стороны кабины послышался глухой звук разбитого стекла.

Вертолет не выравнивался, словно его что-то тянуло вправо.

Саня упал при первом же толчке и никак не мог встать на ноги.

Остальные ребята со всех сил вцепились в свои места.

«Падаем, падаем!» – слышался панический крик с динамика.

Он сопровождался звуковыми сигналами приборов.

Вертолет уже развернуло на бок, как ко мне донесся звук, как лопасти рубают верхушки деревьев.

И на моих глазах одна из этих отрубанных веток пробила фюзеляж и насквозь проткнула двоих ребят.

Одному вошла в спину, а другому прямо в лицо.

Брызги крови и крики ужаса.

Это последнее, что я увидел и услышал перед падением вертолета.

Дальше помню лишь грохот и сильную тряску.

Такую, что казалось, меня сейчас разорвет напополам.

Дальше сильная боль и тишина.

Пришел в себя, когда уже вокруг царила ночная темнота.

Открываю глаза, осматриваюсь вокруг.

Повсюду разбросаны остатки вертолета.

Судя по ним и моему местонахождению...

А лежал я метрах в 20 от места крушения.

Меня просто выбросило.

Наверное, благодаря этому я и остался жив.

Хотя это не совсем так.

У меня невероятно болело все тело.

Словно меня несколько часов пинали обученные спортсмены-бойцы.

Голова вообще казалась сейчас расколется, подобно скорлупе грецкого ореха.

Хорошо хоть не оторвало ничего.

Подумал я, уставившись на затянутые тучами ночное небо.

Тогда я еще до конца не осознавал, что вообще произошло.

Пытался закрыть глаза и снова их открыть, надеясь, что я просто уснул и все это мне приснилось.

Но увидев изувеченные тела товарищей и части этих тел, разбросанные вокруг дымящихся обломков,

Я убедился в обратном.

Спину от земли получилось оторвать спустя несколько провальных попыток.

И все-таки пару осколков фюзеляжа попали мне в ногу.

Отчего встать на них не представлялось возможным.

Пока ко мне не подполз, слава богу, живой Сашка.

Он еле разговаривал, а я и вовсе, как будто слова забыл.

Мчал, да и только.

Но мозг соображал вовсю.

Я понимал, что нужно достать осколки с ноги и дотянуться до аптечки.

Походу, одним и остались Димка.

Упал рядом со мной здоровяк.

Только ты и шевелишься.

У него получилось встать на ноги и дотянуться до своего рюкзака.

Он достал какие-то медикаменты, рассыпая на землю пластинки с таблетками.

Уколол мне что-то.

Судя по постепенному утиханию боли, это...

Было какое-то обезболивающее.

Также закинул мне в рот пару таблеток аспирина.

Воды не было, пришлось глотать на сухую.

«А ты как, Сань?» «Да вроде нормально.

Меня как будто отпинал десяток здоровых мужиков.

Не поверишь, я чувствую то же самое.

Выдавил я».

Я пытался связаться с нашими, но связи тут нет, а упали мы неудачно.

Судя по всему, это какой-то овраг, да и вертолет у нас один был.

Твою мать, выругался я. Если и бросится кто за нами, то ждать придется долго.

Не протянем.

Плохи дела, короче.

Плохи.

Повторял он, пытаясь вытянуть осколок с моей ноги.

Сейчас будет больно.

Он протянул мне только что подобранную из земли палку и велел крепко сжать ее зубами.

И резко выдернул осколок, сразу наложив кровоостанавливающую повязку.

Боль потихоньку стала утихать.

Встать сможешь?

Постараюсь.

Саня приподнял меня и помог встать.

Вроде живой.

Выдохнул я.

Что, вообще не осталось никого?

Здоровяк лишь опустил глаза.

Я наблюдал ужасающую картину.

Повсюду лежали части ребят.

Да и сами ребята все мертвы.

Вован тоже мертв?

Жесть какая.

«Господи!» – перекрестился я. Саня повторил.

«Навигатор есть?» «Да, но до ближайшей деревни километров сто, если не больше».

«Мы в жопе, Дима.

Причем в полной.

Нужно собрать всю еду, что брали, в воду, если осталось.

И двигать, глядишь, за несколько дней доковыляем».

«Легко говорить.

Ну, пойдем».

Все, что можно было взять, мы упаковали в рюкзаки, распихали по карманам и, по чудам сохранившемуся навигатору, выдвинулись в путь.

Этот ночной лес пугал.

Сухие лысые деревья, подобно дьявольским костлявым лапам, торчали с земли, порой скрывая сверкающие глаза диких хищников.

Мы долго молчали, пока шли, когда Саша решил заговорить.

А ведь Вован кричал, что видел людей.

«Да, и что они что-то бросили в вертолет», — продолжил я.

«Ну что?» «Я, когда к тебе подполз, увидел, что с лобового стекла торчала какая-то огромная палка.

На копье что ли похоже?»

Даже я, наверное, не смог бы метнуть его.

Копье?

Да, это же с какой силой нужно бросить его, чтобы стекло вертолета пробить?

Вот и я думаю.

Стоп.

Вдруг остановился он.

Ты не слышал?

Что?

Или меня уже глючит?

Или где-то справа?

Я слышал шаги.

Может, зверь какой?

Земля была устелена опавшей листвой.

И услышать характерный звук можно за десятки метров, еще и в ночной тишине.

Но еще немного пройдя вперед, я тоже услышал шаги.

Остановился.

Что такое?

Тихо.

Ты тоже слышал?

Прошипел Саня.

Я кивнул.

Такое чувство внутри было, будто мы добыча, а к нам тихонько подкрадывается какой-то хищник.

Увы, оно меня не подвело.

Ведь мы прошли еще пару десятков метров, как мое внимание привлек тот, кто разбавлял ночную тишину шуршащими шагами.

«Стой!» — крикнул я и попытался побежать.

«Стой, кому говорю!»

Впереди нас на самом деле кто-то пробежал.

Я бросился в ту сторону.

Саня за мной и наконец, достав с кармана фонарик, луч света разрезал темноту и я застыл.

Метрах в тридцати от нас стоял человек.

«Эй!» «Может из наших кто?» Прошептал Саня.

«Да вроде нет».

«Эй, иди сюда!» Кричал я ему, но стоящий впереди никак не реагировал.

Лишь стоял и смотрел на нас.

И только подойдя немного ближе, я смог рассмотреть его.

Странный полуголый человек, стоит посреди леса.

На его тело налипла какая-то трава и листья деревьев.

Честно говоря, он мне напоминал какого-то дикаря.

«Эй, ты кто?

Что ты здесь делаешь?»

Может не надо, Дим?

Чет он мутный какой-то.

Вдруг он поднял голову.

Резко так, что меня трухануло.

И я, кажется, услышал какой-то хруст.

«Слышь, пойдем, ну его нахер, я серьезно».

На этот раз я прислушался к коллеге и начал отходить назад.

Но теперь уже фигура, стоявшая впереди, сделала несколько шагов в нашу сторону.

И вдруг напротив нас, в темноте, вмиг зажглось несколько десятков маленьких огоньков.

«Что это такое?» – испуганно бросил Саня.

«Я не знаю», – заикнулся я. Ускорив шаг, мы отступали назад, а те огоньки, наоборот, приближались к нам.

И, наконец, в луче фонаря показались еще такие же.

Но с первого взгляда это были все-таки люди.

Но лишь с первого взгляда…

Видю какого нормального человека в темноте глаза светятся как лампочки.

Скажите мне.

А вот когда я фонариком выхватывал их по одному с темноты, то увидел крайне странные их передвижения.

Некоторые ползли на четвереньках, некоторые цеплялись за деревья.

А были и такие, что вовсе шли в нашу сторону на всех четырех конечностях, подобно собаке или кошке.

Саня уже находился на грани нервного срыва.

Я его прекрасно понимал, так как почти не отставал.

Ведь те, кто вылезли из чащи леса, с ними было что-то не так.

И в те секунды я даже допускал мысли о том, что это не люди.

Я не отводил взгляд от лесных жителей до тех пор, пока Саня не дернул меня за рюкзак, намекнув о том, что нужно бежать, а не стоять здесь как вкопанные.

Мы сорвались с места и побежали в обратную сторону.

Конечно, с нашими травмами это выглядело как бегство стариков из дома престарелых.

Но тем не менее, мы бежали, что есть силы.

Терпели жуткую боль, падали, помогали друг другу подняться и продолжали убегать.

Очень трудно ориентироваться в лесу, очень трудно.

Мы просто бежали.

Невесть куда, лишь бы подальше от них.

Но подальше не получилось.

Они находились в своей стихии и чувствовали себя прекрасно.

Вскоре земля выскользнула из-под ног, и мы кубарем покатились вниз.

В темноте мы совсем не заметили овраг, с которого недавно еле выбрались.

Уже внизу, корчась от невыносимой боли, открыв глаза, я заметил, что наши преследователи стоят прямо наверху оврага.

Страх.

Вот что я чувствовал тогда.

Даже не боль, страх.

Страх, который затуплял мышление, который медленно замораживал кровь в жилах.

Их было очень много.

Стоят наверху, смотрят, как мы корчимся от боли, но ничего не делают.

В темноте видно было лишь силуэты и горящие белыми огоньками глаза.

«Нет, это не люди.

Здесь нет людей.

Это какие-то лесные твари.

Это они каким-то образом сбили наш вертолет», – бормотал я, пытаясь подняться на ноги и дойти к сане, который лежал метрах в десяти от меня.

«Сань!

Саш, ты живой?» Он что-то неразборчиво пробормотал.

«Живой, гад!» Непроизвольно улыбнулся я.

«Да от такого кабана попробую избавиться!» Я подошел к нему и поднял глаза.

Мы вернулись на место крушения вертолета, некоторые части которого еще продолжали тлеть и дымить.

«Сань, мы вернулись обратно!» «Я по запаху уже это понял», – пробурчал он.

«Давай поднимайся!» Я помог ему встать, и мы застыли на месте.

Мы оба это увидели.

Матерь Божья.

Перекрестился Саня.

Давай, подымайся.

Я помог ему встать, и мы похромали к вертолету.

Стоило мне лишь достать фонарик, как мы застыли на месте.

Мы оба это увидели.

Матерь Божья, перекрестился Саня, рядом с обломками вертолета сидели эти твари, а точнее, они ели, ели трупы наших товарищей по службе, противно чавкая и пуская слюни в перемешку с кровью наших ребят.

Если я до этого мог допускать какие-то сомнения по поводу того, что это не люди, то теперь от этих сомнений не осталось и следа.

Но эти у вертолета, они как-то отличались от тех, кто нас преследовал.

Эти были полностью голые.

И все как один.

Передвигались как обезьяны в зоопарке.

И на руках, и на ногах.

К нам доносились даже их разговоры.

Странная, непонятная речь.

Но в которой иногда даже прослеживались исковерканные русские слова.

Все это происходило считанные секунды.

Ровно до тех пор, пока они не заметили...

Свет от фонарика.

Они все как один уставились на нас.

Вам здесь не рады.

Вдруг в мои уши врезался голос одного из них, голос, который всю жизнь я буду слышать в самых страшных своих кошмарах.

Они бросили свое прежнее занятие, перестали обгладывать кости наших товарищей и, сгруппировавшись, начали подходить к нам.

Мы попятились назад, оглядываясь по сторонам и пытаясь найти пути отступления.

Но те, кто стоял на вершине обрыва, никуда не делись.

Они все еще были там.

Потихоньку нас начали окружать со всех сторон.

Какие же они были страшные.

Мутанты, отродья.

По-другому назвать я их никак не могу.

Пооткрывав свои кривые пасти, они подходили все ближе и ближе.

И вдруг я услышал, как Саня, снимая рюкзак с плеч, расстегивает его и копошится внутри.

«Ты что ищешь, Сань?

Ты что задумал?» Он лишь молча достал с рюкзака сигнальную ракетницу и, направив ее в их сторону, выстрелил.

Все происходило очень быстро.

Я порой даже путался и вообще не понимал, что происходит.

Но могу сказать одно.

Светящаяся ярко-красным светом ракета прилетела прямо в одного из них.

Раздался душераздирающий визг.

Тварь загорелась, освещая все вокруг.

«Боже, как же их много!» Я выронил фонарик с руки.

Саня же, открыв рот, смотрел, как горит один из них.

Но вопреки моим ожиданиям самого худшего, произошло самое лучшее, что могло тогда произойти.

Сашкин выстрел чудом их не разозлил, а наоборот напугал.

И вскоре они, бросив своего товарища догорать, скрылись в ночной темноте.

«Как бы ни за подмогой», – вытирая под солба, буркнул Санек.

«Это же дикари какие-то, видимо, никогда в жизни не видали такого, вот и испугались, думая, что всех постигнет такая же участь.

А заряд-то всего один».

«Мы подошли к вертолету.

Теперь уже обглоданные и обезображенные человеческие остатки усеяли землю вокруг.

Сашку вырвало, я же еле сдержался».

Знаешь, я многое видел за столько-то лет работы, но такое впервые.

Господи.

Он упал на колени и заплакал.

Пытался всячески скрыть это, но я заметил слезы на его щеках.

Я его понимаю.

Ведь среди погибших был его родной брат.

И, видимо, к Сашке только дошло.

Что вообще случилось?

Я даже не пытался его успокаивать.

Пусть проплачется.

Время лечит.

А тем более в такой жопе, в которой мы оказались.

Дим, обратился он ко мне.

Сил больше нет.

Эти сволочи повсюду, видимо...

Кто это такие вообще?

Что они тут делают?

Почему жрут людей?

Что происходит в этом проклятом месте, сука?

Его накрыла паника.

Для меня было странно видеть его таким.

Здоровенного, всегда самоуверенного и эмоционально крепкого мужика.

Он был сломан.

Ему нужен отдых, так же, как и мне.

«Нужно дождаться рассвета, тогда будет видно, куда идти», — сквозь слезы говорил он.

«Нужно поспать».

«Нет, а что, если они вернутся?» «Мне кажется, что здесь нельзя засыпать».