Деконструкция. Клим Жуков о фильме «Бесславные ублюдки» (2009)

У меня разное отношение к насилию в реальной жизни и в кино.

Насилие в кино вызывает разные сильные чувства, а в жизни только ужас и отвращение.

Квентин Тарантино, американский кинорежиссер.

Всем привет, это проект «Деконструкция».

Сегодня мы обсуждаем фильм Квентина Тарантино «Бесславные ублюдки».

И у нас в гостях историк и писатель Клим Жуков.

Рад видеть Кристина.

Всем привет.

Ну а ты просто потрясающе сегодня выглядишь.

Опять.

Спасибо.

В 2009-м в прокат вышел фильм «Бесславные ублюдки», снятый режиссером Квентином Тарантино по собственному сценарию.

Краткий сюжет таков.

В начале Второй мировой войны офицер СС Гансланда по прозвищу «Охотник за евреями» находит спрятавшуюся во французской глубинке еврейскую семью дрейфусов.

Из всех в живых чудом остается лишь старшая дочь Шошанна.

Проходит несколько лет, и американцы забрасывают во Францию группу солдат-евреев под командованием лейтенанта Альдо Рейна.

Их боевая задача — терроризировать врагов, жестоко убивая германских солдат и офицеров.

Шошанна при этом тоже не остается в стороне.

Являясь владелицей небольшого кинотеатра в оккупированной Франции, она решается поджечь кинозал во время премьеры фильма, на который должна собраться вся нацистская верхушка.

Картина «Бесславные ублюдки» была положительно воспринята большинством кинокритиков.

Фильм был номинирован на Оскар в восьми категориях и в итоге взял награду за лучшую мужскую роль второго плана в исполнении Кристофа Вальца.

Я когда посмотрела, пересматривала этот фильм, первый вопрос, который у меня возник после просмотра, для чего его сняли?

И зачем такая концовка?

Можешь мне это объяснить?

Глупому человеку.

Одно объяснение.

Ну, это Тарантино.

Он что хочет, то и воротит.

И переписывает историю.

Да.

Ну, это ирония, постмодерн.

Как это еще можно объяснить?

Что вот Тарантино уже... Как пишут критики, пародийный боевик.

С альтернативной исторической концовкой.

Оно должно было быть таким этим стебом над стебом.

Я так это могу только видеть.

Там постоянно какие-то шли разговоры прямо с 2009 года, почему у него название с ошибкой.

С двумя ошибками.

Но на самом деле все очень просто.

Не надо никакого смысла искать Тарантино.

Чудовищно безграмотен.

Он не умеет писать.

Поэтому он мало того, что подрезал чужое название.

Это же фильм какого-то 77-го года.

Этот проклятый бронепоезд.

Итальянский.

Его прокатывали в Америке под названием «The Inglorious Bastards».

То есть, вот те самые бесславные ублюдки.

Ну, Тарантино слово «бестерс» написал с ошибкой через «е», забыл артикль «з» определенный.

Короче, молодец.

Все говорят, какой там скрытый смысл?

Ну, я же просто писать не умею, собственно, все.

Посмотри, главный герой, которого играет Брэд Питт, лейтенант Альдрейн,

Он предстает в фильме как американский еврей, который собирает группу евреев американских, которые хотят совершить покушение на Гитлера.

Я знаю, что немецкое верховное командование пыталось убить Гитлера и сместить его с власти.

Но что касается контекста фильма, могло ли быть…

Причем, да, вот немцы, немцы, они в самом деле пытались Гитлера с 1938 года то сместить, то убить.

Ну, в общем, там было вовлечено высшее буквально командование туда.

Там тебе были и Гёпнер, и фон Бок, и многие-многие другие были там задействованы.

И Людвиг Бек, короче говоря.

Штауфенберг в итоге, который бомбу-то под Гитлера подложил неудачно.

А чтобы такое пытались организовать американцы или англичанцы, я даже не слышал про такое.

Потому что, что это важно.

Почему немцы его собирались убить и почему его не собирались убить.

Судя по всему, по крайней мере, никаких специальных усилий не предполагалось.

Почему его противники не пытались ликвидировать Гитлера.

Потому что Гитлер был очень удобной фигурой.

Потому что как только не будет Гитлера, сразу все союзники начнут иметь в виду, что вообще-то немцы-то не такие уж и плохие.

Что с ними воевать-то?

Вот Гитлер был законченная мразь.

Так его уж больше нету.

Все в порядке.

Именно поэтому немцы хотели его грохнуть, чтобы остаться самим фашистами.

Но так как Гитлера нет, он во всем виноват.

Мы его сами убили.

Все, до свидания.

Больше не нужно с нами воевать.

Мы хорошие теперь.

А Гитлер, потому что был страшной одежной фигурой, как мы понимаем.

Его как пугало воспринимали, и пока это пугало было,

союзникам было очень сложно пойти на какие-то сепаратные переговоры с Германией.

Почему?

Ну, потому что как только ты пойдешь на сепаратные договоры с кем?

С Гитлером.

Ну, все, у тебя политическая карьера закончена навсегда.

Кстати, может быть и жизнь.

Может быть тебя еще за попытки договариваться с этим чудовищем самого еще хлопнут у себя дома.

Очень может быть.

Поэтому для союзников сам по себе Гитлер был удобен, как я думаю.

Смотря по поводу неудачной бомбы.

Он же тогда, по-моему, все равно пострадал.

Он получил ожоги.

Осколочные ранения, ожоги, у него там уши пострадали, рука была парализована некоторое время одна.

А почему бомба такой была малой силой, получается?

Из 24 человек погибло только четверо, а Гитлера ранило, но не убило.

Дело в том, что чемодан переставили.

Штауфенберг активировал взрыватель и ушел.

якобы поговорить по телефону.

И поставил портфель со взрывчаткой прямо непосредственно там, где нужно.

Там была такая мощная деревянная тумба, которая подпирала стол штабной.

И он поставил ее так, чтобы взрыв отразился в сторону Гитлера.

А когда он ушел...

Там один, я сейчас забыл как зовут, один из генералов, ему показалось, что ему мешает этот портфель, и он его переставил с другой стороны тумбы.

И поэтому основную часть взрыва поглотило очень массивное деревянное изделие.

Поэтому в Гитлера попали только вторичные осколки от этого стола, и в общем он мало пострадал, легкое ранение по большому счету.

Ну а то, что мы видим в фильме, друзья Брэда Питта обматывают себя взрывчаткой, это имело место быть, да, потому что были люди, которые действительно хотели взорвать себя, по-моему, на выставке, приблизившись к Гитлеру и пожертвовать своей жизнью, лишь бы от него избавиться.

Да, такое бывало.

Но тут, опять же, не нужно искать каких-то исторических параллелей.

Их в фильме нет.

Кроме того, что была Вторая мировая война, в самом деле был геноцид еврейского народа, и в самом деле евреи не любили, очень не любили Гитлера и его приспешников, и...

Да, конечно, в Европе действовали силы специальных операций.

Английские, которые формировали всякие разные диверсионные группы, и американские точно так же.

Как оно называлось-то?

Офис оф... Ну, короче говоря, управление стратегических сил.

А есть хоть какие-то сцены в фильме, которые тебе понравились и которые бы ты считал качественными?

Там, где в деревне, в таверне, как это правильно называется, кофейне, там, где неправильно показывают, не по-немецки, два пива.

А немцы так никогда не показывают.

Вот так вот два.

Они, наоборот, пальцы загибают, когда показывают какое-то число.

Это мы говорим «один, два, три», а они говорят «один, два, три».

То есть они загибают пальцы, они разгибают их.

И это увидел главный фашист и сразу сообразил, что «ага, шпионы, явно».

Это момент хороший.

С другой стороны, если имеется в виду, что человека хоть как-то вообще готовили к нелегальной работе в германском ТЛУ, наверное, ему бы объяснили, как правильно пальцы сгибать, разгибать.

Ну вот, видишь, это такая реакция, которая очень сильно на подкорке с детства сидит, что как правильно пальцы нужно разгибать.

Два, два.

Мы же так показываем всегда.

Американцы тоже так, а немцы нет.

И поэтому его раскусили.

Эта сцена прикольная.

Ну, конечно, когда Гитлер ходит требовать жвачку у своего телохранителя, у охранника, тоже смешно очень.

Но при этом я, в принципе, негативно, скорее, отношусь к этому фильму.

Несмотря на то, что крепкая, профессионально сделанная работа.

Не безинтересная.

Потому, что есть вещи, над которыми иронизировать не очень.

На мой взгляд, это мое мнение, я его никому не смею навязывать, но вот лично мне кажется, что есть некоторые черты, за которые лучше не переступать.

Потому что прикалываться над Гитлером, как смешно, жвачку жрет, а потом его еврейские диверсанты взрывают в кинотеатре.

Но вы знаете, эта фигура настолько мрачная и оставившая такой чудовищный след в истории, что я бы иронизировать не стал, честно говоря.

Потому что оно обнуляет не Гитлера, а оно бросает тень на тех людей, которых он убил и которые с ним боролись по-настоящему.

Потому что вот какой смысл бороться с этим смешным чучелом, как там его выставили.

Нет, это было не смешное чучело, и я, в общем-то, настаиваю на том, что смеяться над таким, в общем-то, наверное, как бы мы сказали, грешно.

Я поэтому такого никогда себе не позволяю и очень не люблю, когда это позволяет кто-то еще.

Ну, мы же Тарантини-то не прикажем, правильно?

Вот этот постмодернистский бред, уж извините за такое определение, вот он его заснял, ну, что имеет право, у него свое мнение какое-то по этому поводу, видимо, есть, отличное от моего.

Командир СС, который приезжает в деревню в поисках евреев.

Кристофер Валец, который.

Да, и их расстреливает.

В реальности Германии за что он отвечал?

И если называя современным языком, какая у него должность?

Он штандартенфюрер СД, то есть главного управления имперской безопасности.

Штандартенфюрер – это по-нашему полковник, то есть оберст.

По-немецки это все эти странные там шарфюрер, прочие фюрер, группенфюрер, это все эсэсовские звания, они не использовались в вермахте, то есть в обычных строевых частях.

А управление безопасностью, единственное, что Гитлера оно не охраняло.

Гитлера отдельно охраняло управление имперской безопасностью, а не главное управление имперской безопасностью.

Главное управление такая спецслужба.

И я очень сильно, они занимались шпионажем, контршпионажем, ну, такой КГБ, условно говоря, очень условно говоря.

Ну, или ФСБ наше современное.

Опять же, это не прямая параллель, но что-то типа этого.

Я очень сильно сомневаюсь, что полковник главного управления имперской безопасности занимался бы тем, что лично ловил каких-то евреев.

Очень сильное у меня сомнение в этом.

Он Штирлица должен был ловить нашего.

Это да, это вот в его уровне.

А вот то, что там показали в кино, мне кажется, это очень сомнительно.

Они, эти самые имперские безопасники, были виноваты в чудовищном количестве преступлений, но они были в первую очередь политические, потому что с геноцидом евреев справлялись гестапо и вермахт прекрасненько.

Ну, СС, понятное дело.

А какие преступления они совершали?

Ну, они политические убийства организовывали.

Преследование по политическим же мотивам.

То есть, занимались людьми несколько более серьезными.

Более высокопоставленными.

Держатся поймать?

Могли.

Если бы такое случилось.

А бегать за евреями по каким-то деревням?

Да еще в чине полковника.

Вообще-то стандартный фюрер это очень много.

То есть, попасть с таким званием...

Будучи с таким званием, в такой структуре, лично ездить за какими-то, ладно за евреями, просто какие-то задания выполнять, где тебе самому нужно бегать и стрелять, это очень сомнительно.

Все-таки это очень большой начальник.

О, полковник.

Условно говоря, командир полка.

У него там 2000 человек есть, которые за него это будут делать.

А он только в штабе будет подписывать приказы.

Преступные обязательно.

И по телефону звонить.

А смотри, помимо высших чинов Германии, которые пытались организовать покушение на Гитлера, были ли какие-то отдельные частные организации, которые также пытались свергнуть его с власти?

Я про такое практически не слышал.

То есть это в основном были все его приближенные люди, которые имели доступ к нему?

Доступ к телу.

Гитлера очень сильно охраняли.

По крайней мере, после начала войны, с конца 30-х годов.

Понятно, что по современным меркам эта охрана очень смешная.

Сейчас охраняют первых лиц государства гораздо строже.

Ну, там, на порядке строже.

Но все равно по тем временам его очень сильно охраняли.

И подобраться к нему, не знаю, с бомбой, пистолетом, ядом было настолько тяжело, что, видимо, даже специально и не планировалось так по-серьезному.

Ну, то есть, слишком большие трудозатраты для этого нужно было использовать, слишком много ресурсов привлечь с вообще негарантированным результатом.

Тем более, и это очень важно, вот Тарантино, это Махровый, ну он просто дурачок, откровенно говоря, но при этом он идеалист.

Ему кажется, что историю делают какие-то личности.

Что вот был Гитлер, было плохо, сейчас его бы не стало, например, как мы мечтаем.

И все было бы не так, стало бы гораздо лучше без Гитлера.

Но нет, при том, что Гитлер это чудовище, безо всяких сомнений.

Его устранение не привело бы ровным счетом ни к чему, потому что Гитлер это всего лишь один выразитель, один единственный выразитель воли правящего класса, который организовал в Германии фашизм нацистского толка.

То есть запредельно националистический этот самый фашизм.

Это они это организовали, они дали Гитлеру сначала денег, потом привели его к Гинденбургу.

Гинденбург был очень против того, чтобы назначать Гитлера канцлером, но его уломали фактически.

Кто?

Крупные промышленники и военные, которые очень сильно хотели этого ефрейтора увидеть во главе Германии, потому что...

Можно, наконец, отбросить все эти идиотские демократические процедуры, все эти выборы, вот это вот все, знаете, вот эта свобода слова, все это как-то очень ненадежно и зыбко.

Но при этом продолжить выколачивать из собственных рабочих прибавочную стоимость.

Если вдруг они будут возмущаться, у нас есть вот Гитлер и его парни, вас просто убьют.

Это называется прямая, открытая, террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовиднистических кругов финансового капитала.

Это научное определение фашизма.

И это, повторюсь, организовал не Гитлер.

Это организовали люди с огромными деньгами и возможностями, которые хотели стать еще богаче.

Как-то неудивительно.

И более того, стали.

Потому что нацистская Германия – это…

Такой суперкапитализм, супермонополизированный суперкапитализм, который поверг в разруху не только в первую очередь, хронологически поверг в пучину страданий не многие соседние народы, а в первую очередь в Германию свою родную.

Потому что из рабочих, если у вас все замонополизировано, ты бастуй, не бастуй, всем пофигу, ты никуда не денешься.

Если ты с одного завода уволишься и будешь работать на другом заводе, ну, допустим, у тебя получилось.

Ты оказался просто в другой монополии.

Вот и все.

И поэтому устранение одного Гитлера... Ну, хорошо, устранили Гитлера.

А вот эти прекрасные люди...

Тисон, Круппы и все прочие, и Германа Геринга, они куда-то денутся при этом?

Нет, они останутся.

И фашизм останется, и война будет продолжаться, потому что фашизм – это вооруженный, организованный для войны капитализм.

Ну а раз так, ну какой смысл тратить какие-то чудовищные ресурсы и средства, чтобы убить Гитлера, чтобы что?

Чтобы вместо Гитлера сел Геринг тут же своей толстой задницей?

Геринга они, по-моему, тоже хотели убрать.

Или еще кто-нибудь.

Ну, неважно.

Я имею в виду, что замена фигуры ничего не решает.

Вообще.

Поэтому его силы были брошены на правильные вещи.

А именно на деноцификацию Германии.

Для чего ее требовалось полностью занять военной силой.

Что и было сделано в 1945 году.

Гитлер сам себя выпилил.

Справился без помощи Брэда Питта.

А посмотри, я не совсем поняла касаемо Брэда Питта, откуда он взялся в фильме.

Получается, он служил сначала, потом ушел в отставку и решил мстить Гитлеру и собрал сам эту компанию, которая начала... Мне кажется, он в отставку тут не уходил.

Он просто получил некое спецзадание и при помощи особо мотивированных товарищей принялся кошмарить нацистов во Франции.

на Западном фронте, куда, собственно, поступали с 1944 года наши союзники.

Ну, в фильме, и мне кажется, это действительно так было, большое внимание уделяется кинематографу, и там также упоминается известная Леня Рифенштейн, которая сняла много фильмов для Гитлера.

Что ты можешь сказать про кинопроизводство в 40-х годах в Германии?

О, я...

Долго не мог понять, а про что же Тарантино-то будет снимать, говоря о Второй мировой войне.

У него же все фильмы на 50% состоят из того, что кто-то треплется про кино.

Потому что единственное, в чем разбирается Тарантино, это в кино.

Поэтому у него всегда треплется про кино.

А тут вот, пожалуйста, у вас там не просто треплются про кино, у вас главное действие в кинотеатре происходит.

Молодец, Квентин, выкрутился и здесь.

Хвалю.

Ну, кинопроизводство.

Ленин совершенно справедливо говорил, что важнейшим из искусств для нас является кино.

Это так и есть.

Потому что в то время кино, 20-е, 40-е годы, во-первых, было на огромном подъеме, как ты понимаешь, это время рождения кино современного.

И оно производило неизгладимое впечатление на людей.

Совершенно неизгладимая, учитывая, что масса народу тогда там только что были или оставались крестьянами, рабочими, у которых очень тяжелая жизнь, ну, просто потому что работать приходится вот от и до, и, прямо скажем, тяжело работать.

Неважно, ты крестьянин или ты на заводе пашешь.

Это работа очень сильно выматывающая.

И вдруг вам показывают движущуюся картинку.

Да еще и, не дай бог, потом со звуком.

Я даже представить себе не могу, что нужно показать нам сегодня, чтобы мы испытали такие эмоции, какие испытывали люди в 20-е, 40-е годы при виде кинематографа.

Такого не было.

Это была настоящая фантастика.

Что фотографию, конечно, знали.

Но вот у вас теперь эти фотографии бегают, двигаются и разыгрывают какое-то действие.

Причем это же не театр.

Театр это одноразовая штука.

Потому что не бывает двух одинаково поставленных спектаклей.

Потому что живые люди каждый раз что-то меняют внутри постановки.

А тут одно и то же.

Это можно тиражировать.

И учитывая возможность тиражирования и колоссальное вовлечение внимания публики, которая, повторюсь, считала это свершившейся фантастикой, это нужно было использовать для пропаганды.

Чем сразу и занялись.

Немедленно.

Вот, например, хорошо, что вспомнили.

Тетеньку Ленни фон Рифеншталь, которая просто потрясающе сняла «Триумф воли».

Это фильм про плохих людей.

Ну, то есть, про нацистов.

Это просто гимн нацизму.

Ну, как это сделано потрясающе.

«Триумф воли» это очень круто сделанный кинопродукт.

Я просто понимаю, что посмотрев такое, какой-нибудь немецкий Бауэр из Нижней Саксонии.

Все, я с нацистами.

Они какие-то молодцы.

Вы посмотрите.

Там же в кино, ух, как все прям аж за душу берет.

Музыка, все, изображение.

Потом «Олимпия», тот же самый Ленин фон Рифенштейн.

Там все эти идеально просто сложенные белокурые арийцы, арийки голубоглазые, вот они там прыгают дальше всех, бегают быстрее всех, копья кидают.

Это вот культ тела просто потрясающе сделано.

Ну, конечно, ни одной ленью фон Рифеншталью жив был кинематограф в Германии.

Германия имеет вообще славную кинематографическую традицию –

Задолго до Гитлера, там тебе и Мурнау всякий разный, и масса-масса других потрясающих сценарежиссеров.

Их взяли в цепкие руки, дали им бесконечные патроны, в смысле деньги, и заставили снимать то, что нужно нацистскому руководству.

Повторяюсь, не ограничивая просто ни в чем, никак, ничем.

Ну, я правильно понимаю, там в основном было пропагандистское кино, и кроме него почти не снималось ничего в это время.

Снималось масса исторического кино, в первую очередь.

Потому что историческое кино про славное прошлое Германии.

Тоже пропагандистское.

Оно само по себе является пропагандой.

Там снимаешь про кого-нибудь Фридриха Великого,

Зачем там какие-то внедрять особо пропагандистские штампы?

Фридрих Великий, он просто великий, потому что он великий.

Вот он руководил Пруссией, было замечательно.

Посмотрите, как здорово.

Опа.

Там про разных небелунгов, рыцарей и прочее, прочее, прочее.

Да, кстати, немцы же, по-моему, да?

Да, немцы.

Бородиносец и Потемкин пересняли.

По-своему.

У них все то же самое, только матросы – сволочь всякая гнусная, а офицеры – приличные люди.

Вот.

Изенштейна вообще Геббельс называл одним из опаснейших людей, потому что он снимает такое хорошее кино, что, блин, ну, это шедевр, хоть ты тресни.

А в эти шедевры гнусный советский Изенштейн

Подвёрстывает всякую мерзость коммунистическую.

Вот посмотрите, Бронёсец, Потёмкин, там красный флаг, ну что ж такое, кто ж такое терпеть-то будет?

Нельзя, нужно своё делать ещё лучше.

Поэтому Геббельс сделал очень серьёзную ставку на кино и, конечно же, в этом смысле был прав, потому что ничего сильнее, чем кино тогда с пропагандой не работало.

Никакие листовки, никакие кухонные разговоры, никакое радио по сравнению с большим кино даже рядом не лежало.

Большое кино заходило настолько мощно, что нам, повторюсь, теперь мы просто даже не понимаем, в силу того, что мы тогда не жили, чем было для людей кино.

Конструктивную деконструкцию с Климом Жуковым.

Несколько фактов о фильме.

Квентин Тарантино долгое время не мог придумать концовку фильма.

Сам сценарий для «Бесславных ублюдков» он начал писать задолго до фильма «Убить Билла», премьера которого состоялась в 2003 году.

Но все время откладывал написание концовки на потом.

Суммарно на написание сценария ушло около 10 лет.

В фильме 42% диалогов сняты на английском языке, 28% на немецком, 22% на французском и 1% на итальянском.

В картине есть отрезок в 54 минуты, в течение которого герои лишь 9 минут говорят на английском.

Весь закадровый текст читает Сэмуэл Л. Джексон, работавший до этого с Тарантино на множестве проектов.

Квентин Тарантино лично уговаривал Брэда Питта сняться в фильме, приехав к нему домой.

За время разговора было выпито пять бутылок вина.

Питт согласился.

Было очень сложно найти актера, подходящего на роль Ганса Ланды.

Квентину никто не нравился, и он уже хотел заморозить съемочный процесс.

Именно в этот момент появился Кристоф Вальц, который идеально отыграл на кастинге и тут же был утвержден на роль.

Композитором фильма стал Энио Морриконе, работавший с Тарантино впервые.

Альбом с саундтреком был номинирован на премию Грэмми в категории «Лучший компиляционный саундтрек для фильма, телевизионного фильма или других визуальных медиапроизведений».

При бюджете в 70 миллионов долларов уже в первую пятницу показа фильм заработал 14 миллионов.

В итоге общие сборы составили 321 миллион долларов.

Ну, давай, наверное, обсудим костюмы и визуальную часть фильма.

Если содержание слабое и не то, что слабое, не совсем понятное, необъяснимое, давай тогда обсудим визуальную часть и насколько...

правильная форма с наградами, с шевронами.

Слушай, по поводу содержания, конечно, мне, прямо скажем, есть чего сказать еще, но по поводу визуальной части вот тут, конечно, не отнять.

Умеют они это все делать, знают, любят, ценят.

И когда смотришь у них кино, а потом смотришь у нас кино, даже как-то мне вот даже как-то, ну, непонятно, а что мы-то так не делаем?

Вот серьезно.

Потому что там форма прекрасно сделана.

Костюмы воссозданы для 40-х годов.

Просто идеально, на мой взгляд.

Но немецкая форма сама по себе очень красивая.

Я не знаю, мне не нравится.

Они какие-то эти... Как это сказать-то?

Ну, как какие-то вот...

Черные все как педики, понимаешь?

Вот это вот все эти вороны их, эти свастики ужасные.

Ну, оно выглядит как-то, на мой взгляд, немножко чудовищно.

Как педики, понимаешь, в трауре.

Нет, зеленая – это полевая форма.

Это понятно.

Но мне немецкая форма, что ни говори, опять же, это мое видение, мне она визуально не нравится.

Американская форма гораздо, по-моему, симпатичнее.

Американское симпатичное, но по сравнению с советскими, кажется, немецкая форма все равно довольно стильно выглядит.

Советское, ну, все такое у нас.

Оно строго функциональное.

Приезжаешь в какой-нибудь танковый музей, там, Бовингтон, неважно, или у нас на Кубинку, смотришь, вот.

Отличный немецкий танк.

Он выглядит как Мерседес.

Работает как Мерседес.

Пантера просто прекрасно немецкая.

Это, ну, в самом деле чудо техники.

Все вот идеально, понимаешь?

Рядом стоит наша какая-нибудь ИСУ-152.

Страшная, как жаба.

Все швы не зачищены.

Но, однако, ты понимаешь...

Кто приехал в Берлин?

ИСУ-152.

Это страшно.

Я приехал в Берлин, потому что у нас оно лучше.

Потому что оно строго функциональное.

Кстати, ты не права.

Советская форма 30-х годов мне очень нравится.

Последняя предвоенная форма мне очень нравится.

Она очень круто сделана.

На самом деле круто.

Ты имеешь в виду, где на воротнике... Со всеми этими кубарями, петлицами и прочими треугольниками, ромбами.

эмалевыми.

Форма исключительно стильная, на мой взгляд.

Там в войну, конечно, уже было немножко не до стиля.

Там нужно просто, чтобы у всех были кирзовые сапоги, ватник и шапка-ушанка, чтобы просто не сдохли в поле.

Вот это было нужно.

А форма была очень красивая.

Мне она очень нравилась.

Просто исключительно.

Так вот, я же, собственно, к чему веду?

Я не понимаю, почему у нас

зачастую в историческом кино подходит к воссозданию матчасти настолько спустя рукава.

Это каких-то денег особенных стоит?

Нет, особенных денег это не стоит.

То есть, сделать плохую неправильную форму стоит столько же, сколько сделать хорошую правильную.

Поэтому почему не сделать хорошую и правильную?

Есть масса специалистов, которые объяснят вам, на какое место медаль вешается, какая именно медаль, где какие швы, где какие выточки, где какие погончики, какого все это цвета.

Да, сейчас, конечно, выправляется очень сильно ситуация у нас.

Выправляется.

Но все равно... Да, всяких разных американцев...

На мой взгляд, далековато нам еще в смысле подхода к матчасти.

Они в этом отношении большие молодцы.

Даже дурачок Тарантино.

Видимо, просто нужно пойти на какую-нибудь киностудию, где нашиты миллионы всех этих мундиров, туфелек и платьев.

Просто набрать себе.

Вот ты, как художник по костюмам, мне отлично понимаешь.

Пришел, а там все готовое.

Я думаю, это с этим, конечно, в том числе связано.

Что трудно сделать плохо, когда уже сделал настолько хорошего.

Мне очень понравилось, как там женщины одеты.

Они потрясающе красивые.

Потому что если снимается российское кино, и нужно одеть дорогую женщину, это обязательно берется какой-нибудь драный кусок меха, вешается на плечо, и все.

А тут все детали костюма и головной убор прекрасно подобраны.

Мода 40-х вообще прекрасна.

Мне она очень нравится, мода 40-х.

30-х, 40-х.

А тут еще и подошли.

Повторюсь.

Так, как надо подходить.

Просто посмотрите.

Сцены из того же кинотеатра.

Откуда угодно.

Как люди одеты.

Отлично.

Они не просто красиво одеты.

Видно, что они в этом живут.

То есть нет костюмов, которые как только что буквально из магазина вытащили, там даже ни одна пылинка еще на нем не сидела, одели на человека, он перед камерой покривлялся, с него это сняли, отнесли обратно в магазин.

Вот так оно выглядеть не может, если люди в этом живут.

И опять же, тут видно, что это именно рабочие вещи, то есть в них ходят, в них живут, и люди выглядят так, как будто они в них живут, ну, по крайней мере, те, кто более-менее на первом плане.

То, что там сзади, понятно, плохо видно, и не очень-то это надо, но то, что бросается в глаза, видно, что вещи, даже красивые, новые, замечательные, все равно месяц ты их поносил, допустим.

Где-то оно подрастянулось, где-то подвытерлось, где-то пошли складочки чисто функциональные, там, где руки-ноги сгибаются.

И вот оно вот так вот сделано, так, как надо.

Подход к материальной части...

Я так считаю, на твердую пятерку.

Молодцы.

Я, правда, не большой специалист в униформе 40-х годов.

То есть вдруг там где-то окажется неправильная какая-нибудь пуговица не того года,

Я это сходу не определю.

То есть мне нужно специально смотреть, останавливать стоп-кадры, лезть в справочник и проверять.

То есть я на глаз вот так вот могу что-нибудь не заметить.

Потому что, повторюсь, это не моя тема совершенно.

А я могу только Вермахт от СС отличить.

Ну, это довольно... Самое простое, что можно.

Ну, еще американцев от немцев тоже, наверное, можно.

У них курточки красивые, смешные, и каски другие совершенно.

Вот поэтому они отличаются с легкостью.

По поводу содержания Тарантино выбрал совершенно беспроигрышную тему, потому что кто там гоняется за нацистами?

Евреи же гоняются за нацистами, правильно?

Правильно.

Нам этого не видно, потому что люди-то мы в общем воспитаны еще в Советском Союзе на каких-то советских идеалах.

Нам все равно, еврей, немец, русский, ну человек и человек, господи.

А в Голливуде, как мы понимаем, очень большое еврейское лобби, просто исключительно.

Там и среди продюсеров, и среди режиссеров они страшно влиятельны в этом отношении.

И поэтому они, еще ко всему прочему, страшно не любят немцев.

Надо ли пояснять, почему они страшно не любят немцев?

Вот за ту чудесную историю, которая разворачивалась с 1933 по 1945 год, когда там сколько миллионов евреев грохнули, я уж, честно говоря, боюсь сказать.

Какие-то разные данные поступают, но речь именно, что на миллионы.

Поэтому, когда Тарантино запускает придуманную еврейскую диверсионную группу убивать нацистов, это всем сразу очень нравится, прямо тут же.

То есть, это и публике зайдет, потому что это же про угнетение, в конце концов, евреев, которое было...

которая приняла вот такие формы.

Вот евреи хотя бы в выдуманном мире что-то там о нем стят.

Даже Гитлера, смотри, кто смогли убить, какие молодцы.

Поэтому в этом отношении продюсерский ход абсолютно 100% точный у Тарантино, потому что там же могли быть не евреи, а, например, не знаю,

Поляки, французы, кто угодно.

Ничего же не поменяется в сюжетном смысле, если Брэд Питт будет возглавлять, скажем, строго американскую, мексиканскую диверсионную группу.

Какая, собственно, разница?

Но нет.

Оно создает некую культурную коннотацию, которую Тарантино, как человек, проживающий в США, очень хорошо чувствует.

И человек, который общается постоянно с деятелями кинобизнеса.

Вот, например, с Харви Вайнштейном.

Да будет проклято его имя вовек.

Всякими разными Стивенами Спилбергами и прочими, прочими, прочими.

Но это же кто?

Это евреи.

Правильно?

Правильно.

И он очень точно чувствует, кого именно нужно показать.

Вот, пожалуйста, поэтому именно еврейская диверсионная группа вдруг и образовалась.

Хотя, на мой взгляд...

Если бы я был Тарантиной, я, слава богу, не Тарантино, так вот, если бы я был Тарантиной, есть масса чего снять по-настоящему про евреев во время войны и после нее.

Например, господи, как они Эйхмана отловили, в конце концов, подонка этого, и отвезли на суд в Израиль, судили и повесили в итоге.

Вот, покажите это, это круто по-настоящему.

Хотя по этому поводу, по-моему, фильм был даже какой-то снят, я забыл уже совсем.

Нет, точно-точно был, про этот фильм был.

Но тем не менее, масса всего, чего можно показать о евреях во время войны, не только как о страдающей стороне.

То есть про них же список Шиндлера, ужасное кино, на мой взгляд, совершенно.

Пианист, много такого рода кино.

Но есть же истории про то, как они сопротивлялись, сражались.

в конце концов, внесли свой вклад в общую победу.

Ну, почему про это не снять?

А потому что, ну, тут стебаться не на чем.

А Тарантино хочет стебаться.

Он хочет, чтобы была вот такая постирония.

Ему это, видимо, очень важно.

Я не знаю, почему.

Я не могу заглянуть ему в голову, почему именно такой жанр был выбран для этого фильма.

Не знаю, кому-то нравится, мне нет.

Я вот фильм, когда еще в 2009 году посмотрел,

Ну, посмотрел.

Я даже не понимаю, а что вы все в таком восторге?

У меня масса друзей прямо были в полном восторге от этого фильма.

Кроме того, что это Тарантино, это некий все-таки бренд, как мы понимаем, или как теперь это правильно называется.

Этот бренд, у него есть тренд.

Мне не понравилось.

Я вообще не понял, о чем этот фильм, зачем его сняли.

Вот сейчас собирался разбирать его, пришлось его пересмотреть.

Как-то, знаешь, иногда бывает, отложишь там, забудешь про фильм на год-два-пять лет, потом пересматриваешь, что-то открываешь на себя совершенно новое.

Вот какое-то, смотри, я и не заметил, какое кино хорошее.

В этом случае со мной ничего не помогло, потому что я кино как не понимал, так его и опять не понял.

Зачем мы вот такое сняли, зачем я не понимаю.

Хотя, конечно, повторюсь, работа проделана отличная, очень высоко профессиональная, крепко слепленная история, хорошо показанная.

Но для меня совершенно неинтересная.

Смотри, а история солдата Рейха, который за три дня расстрелял больше 200 солдат, и после чего он становится героем для Германии, и про него снимают фильм.

Насколько вообще известны имена таких немецких героев?

И действительно ли они были широко популярны, известны?

Более чем.

Их довольно много известно.

И тогда они были известны.

Ну, как?

Они же кого убивают?

Они же не людей убивают.

Людей убивать нехорошо.

Это любой немец вам подтвердит.

Любой нацист вам подтвердит.

Только люди далеко не все.

Потому что славяне, например, это не очень люди.

Евреи, ну, с евреями вообще все понятно.

Вот дурачки поляки игрались с немецкими нацистами, жахались с ними, извините за мой французский, в десны, думали вместе на Советский Союз напасть, в конце концов разобраться с этими подонками коммунистическими.

Потому что в Польше был свой фашистский режим, замечательно, ничуть не хуже, чем в Германии.

Но только поляки одного не знали, что немцы их считают славянами, а значит, недочеловеками в том числе.

Поэтому что получила Польша в итоге?

Она получила уничтожение государственности и огромные жертвы.

Просто огромные.

Не человеческие, а огромные жертвы.

Просто потому, что вы доигрались с фашистами.

Фашисты вот так обычно поступают.

Поэтому, когда ты убиваешь не человека, то чем больше ты сделаешь, то ты землю чище делаешь, по мнению нацистов.

А значит, ты молодец.

Работа неприятная, а что делать?

Я, правда, конечно, не знаю про 200 человек, потому что что-то это... Там неважно какой ты политической ориентации, там можно просто головой поехать от такой службы.

Нужно быть очень специфически организованным человеком, чтобы такое выдержать просто физически, потому что это ужас какой-то.

Вот в Японии там были, например...

Специалисты, которые во время Нанкинской резни, известная история с захватом части Китая, Японии и началом Второй мировой войны.

Там во время Нанкинской резни два офицера соревновались, кто больше катаной зарубит пленных.

И что-то у них там прям за сотни счет общий.

Один, по-моему, на двух человек больше убил.

И победил.

И в Японии прямо об этом печатали газеты.

Говорят, вот молодец.

Выиграл в соревновании вот этот.

Гениально.

Это даже не расстрелять.

Это зарезать фактически.

Это совсем другая психическая нагрузка.

Но вот, однако, нет.

Такие люди все-таки есть.

Их очень, к счастью, немного.

Но они бывают.

В Германии, видимо, тоже.

Но это, опять же...

Когда это показывает Тарантино в том формате, в котором он это показал, я об этих кошмарных совершенно событиях, я читать спокойно не могу, меня аж колотит всего.

Нет, это мы будем подавать смешно.

Это же смешно.

Тут есть над чем поиронизировать.

Господи, какой же ты дурак.

Дяденька дорос до седых волос уже фактически, а в голове так ничего не прибавилось.

Это я не знаю, может только окружение влияет.

Потому что для американцев Вторая мировая война это совсем не то, что для нас.

Абсолютно.

Потому что они не потеряли столько, сколько потеряли мы.

Не потеряли столько жизней элементарно материальной части.

Потому, что 40% Советского Союза, 40% богатств, которые копились со времен Владимира Крестителя, были просто физически уничтожены.

А американцы не это.

Они там заработали премногу.

Поэтому, видимо, у них эта ирония, она, видимо, для них уместна.

Я это, повторяюсь, принять не могу.

Я не вижу над чем там организировать совсем.

А смотри, мы там видим французское сопротивление.

Да.

Как оно вообще происходило и как происходила французская оккупация нацистами?

Слушай, французское, как вообще европейское, западноевропейское сопротивление,

Не только же Францию одну Гитлер оккупировал, вообще все оккупировал.

Мы смотрели в фильме, мы видим именно французов, поэтому я про них именно спрашиваю.

Так я говорю, что западноевропейское, это «La Résistance», оно было очень странное, откровенно говоря.

Потому что даже анекдот такой есть.

Как встречаются француз, скажем, чех и русский после войны, там через 20 лет.

«А ты чем занимался?» русского спрашивают.

Он говорит, выясняется, что все из сопротивления.

Наш партизан, чех из сопротивления, француз из сопротивления.

Начинают разговаривать.

А ты, говорит, что делал?

Да, я один из поездов под откос пустил.

А вы что делали?

А у нас так было нельзя, немцы не разрешали.

Немцы не разрешали, понимаешь?

Оккупация Западной Европы немцами была совсем не такой, как оккупация части СССР.

Потому что французы, как и англичане или датчане, например, это свои.

Их считали за, как они называли это слово, арийцы.

Хотя, конечно, мы понимаем, что к арийцам никакого отношения ни французы, ни немцы не имеют вообще.

К индоевропейцам имеют.

Как и арийцы.

Арийцы живут в Иране, если что.

Но вот это бредовое слово арийцы.

Поэтому там немцы вели себя очень прилично.

Во Франции.

Там тебе никаких погромов.

Никаких массовых убийств, никакого массового уничтожения людей.

Коммунистов отлавливали и евреев, это безусловно.

Ну, там же люди в основном приличные, коммунистов среди них мало.

Ну, евреев, ну, конечно, это перегиб.

С евреями не очень получилось.

В целом Франция жила неплохо, очень неплохо.

Поэтому, а что им было сопротивляться?

Там были приличные люди, которые в самом деле с начала оккупации...

ушли на нелегальное и сопротивлялись нацистам по-настоящему.

Их было очень мало, потому что массовое движение сопротивления – это уже вторая половина войны, после 1943 года.

Когда немцам под Сталинградом наклали так,

Что ж, голова зашаталась.

Тогда везде сразу вдруг стали появляться эти сопротивленцы.

Но настоящее сопротивление в Европе было в Югославии у Иосифа Броза Тита и в Греции.

Это единственные места, где было настоящее полномасштабное сопротивление.

Такое, как у нас, например, на оккупированных территориях.

С партизанскими отрядами, целыми партизанскими армиями и всем, чем положено.

Это вот Греция и Югославия.

Все.

Потому что все остальные сопротивлялись гораздо менее активно, сопротивлялись позже гораздо, так массово, по крайней мере, чем надо было бы.

Но при этом, конечно, люди были исключительно отчаянные, те, которые все-таки пошли на такое.

Исключительно отчаянные сделали очень много полезного.

Жаль, что их было не так много, как хотелось бы.

И начали они массово действовать не так скоро, как хотелось бы.

Все-таки массово они стали поднимать голову заметно позже.

У нас-то все ясно, с 1941 года тут же тебе партизанское движение, тут же тебе и подполье.

антифашистское подполье, вот все, пожалуйста, Белоруссия, Украина, часть РСФСР, все было покрыто буквально этими партизанскими отрядами и сетью подполья.

Там все это было попроще.

Ну и, конечно, не нужно забывать, что

Немцы, например, с французами, господи, они воевали столько раз во время истории, что для французов вот это было очень неприятное и обидное поражение, но в конце концов это тоже не первое поражение.

Французы бивали немцев, немцы французы, господи, по-братски разберемся как-нибудь.

А там тебе и Марлен Дитрих.

Там тебе и всякие разные замечательные актеры.

Жизнь кипит.

Выставки художественные происходят.

Смотришь французское кино военное.

Например, «Старое ружье».

Такой замечательный фильм есть.

Можно как-то его обсудить.

Там...

Там человек страдает о том, что оккупация, он сидит в Париже, пьет кофе, кушает круассан и страдает от немецкой оккупации.

Пипец.

К нам заедьте в какой-нибудь наш город, в какой-нибудь музей, посмотрите, что было у нас в это время.

Но вот видишь, нет.

В Западной Европе фашисты вели себя максимально прилично, имея в виду, что они же этой территорией будут управлять.

Это их земля.

Поэтому там они не перегибали палку настолько, чтобы люди чисто из инстинкта самосохранения на дыбы-то встали.

Вот у нас все сразу стало ясно.

Зверье пришло, его убивать надо.

Любыми способами.

Во Франции, конечно, нет.

То, как страдали французы, мне кажется, очень похоже на фильм Тарковского «Жертвоприношение», потому что там главный герой, когда начинается война, вроде бы ничего вокруг него не происходит, но он очень сильно страдает и творит странные, нелогичные вещи.

Не знаю, никогда не смотрел на это под таким углом.

Вообще «Жертвоприношение» смотрел очень давно, плохо его помню.

Не пересматривал после этого.

Тебе-то само как кино понравилось?

Нет?

А то я что-то все это трещу-трещу, а тебя я не спросил.

Это нехорошо, вот и справляюсь.

Сам сюжет довольно-таки закрученный и интересно за ним наблюдать, что же будет дальше в этом абсурде.

Но когда закончивается расстрелом Гитлера и все во кинотеатре, я не поняла вообще, зачем этот фильм сняли.

У меня единственный вопрос был, какой в этом был смысл тратить на это деньги и писать сценарий, и снимать это кино.

Вот это загадка.

Я говорю, какой-то постмодерн.

Что мы еще не выстебали?

О, Гитлера мы еще не выстебали.

Где у нас лучший специалист по этому вопросу?

Тарантино.

Давай, занимайся.

Вот он и занялся.

Кстати, очень узнаваемая рука мастера.

Прямо видно, что он снимал.

Очень характерное для него кино.

Когда постоянно трэш происходит.

Трэш и абсурд какой-то невероятный.

Но, конечно, «Криминальное чтиво» Тарантино переплюнуть так и не смог.

Когда его спрашивают, а почему вы не сняли фильма лучше, чем «Криминальное чтиво», а Тарантино говорит, так никто не снял фильма лучше, чем «Криминальное чтиво».

Вы искренне так считаете?

Да.

Ну, тут как ни крути, фильм-то про войну.

Какая бы эта кинокартина ни была, нравится, не нравится, она, в общем-то, проправильная, так или иначе.

Хорошие победили кого?

Плохие их победили.

Поэтому совершенно списывать со счетов я ее не могу, эту кинокартину замечательную.

Возможно, кому-то такое интересно нравится, а значит, имеет право на существование.

К сожалению, мы тут не можем никому ничего приказывать.

Но я с тобой полностью согласна, что смеяться над такой темой, это не очень этично.

Да, я даже не понимаю, зачем это, в принципе, сняли.

Для меня, как ты верно заметила, это большая загадка.

Но, опять же, кому-то оно нравится, значит, имеет право на существование.

С одной стороны.

С другой стороны, вот в ряду...

Великих картин о войне это полотно явно значиться не будет, потому что далеко не самая удачная работа.

Ну и опять же, финал убил просто наглухо.

Вот просто взял и убил.

Я думал, у них не получится ничего.

Там как раз в этом была бы какая-то, с одной стороны, историческая правда, потому что никто Гитлер в конце концов и не убил.

А с одной стороны, с другой стороны, там какие-то драматические выходы могли чисто сюжетно появиться.

Там кто-то спасся, кто-то не спасся, вот сорвалось покушение.

Вот как операция «Валькирия».

Совершенно дурацкий фильм.

с томом кукурузом.

Ну, вот следить-то за этим моментом, когда... Вот взорвут они Гитлера или не взорвут, ты точно знаешь, что не взорвут.

Ты точно знаешь, чем это все кончится.

А закручено так, что в конце концов начинаешь... Ага, вот блин... Да что ж ты делаешь-то?

Проверь сундук.

Портфель с взрывчаткой.

Какие же вы идиоты, господи.

Цепляется чисто драматически.

А тут пришли, завалили Гитлера.

Ну, только ржать остается.

А опять же, мы уже третий раз повторяемся, ржать про такое как-то не очень их учится при этом, потому что не очень оно этично.

Ну, вот такое вот у нас кино.

Квентин наш Тарантино заснял.

Ничего другого в этом смысле я от него и ждать не мог, честно говоря.

Он еще в 2009 году не до конца испортился, Тарантино наш.

Потому что Джанго прекрасное, просто прекрасное кидал Джанго освобожденный.

Мне очень понравился.

С тем же Кристофером Вальцем, кстати.

А вот потом у него это 8 или восьмерка, как она называется?

Вестерн-то его.

Омерзительная восьмерка, точно.

Омерзительная восьмерка.

Беславные ублюдки, омерзительная восьмерка.

Вот оно уже там, да.

Там что-то видно, что засбоил товарищ наш Тарантино.

Кино, что вот есть хорошего, ты меня спросила, что есть хорошего.

Хорошего там есть диалоги.

Что Тарантино умеет, это он умеет диалоги писать.

Диалоги очень хорошо написаны.

Безотносительно того, о чем они, про что фильм.

Вот как только дают ему заставить людей говорить как надо, вот у него получается, по-моему, замечательно.

Один из лучших диалогопостановщиков и диалогописателей современного Голливуда, да и не только, кстати.

Очень у него это ловко выходит.

Он прям вот тут как рыба в воде.

И как-то умудряется достучаться до актеров, чтобы они делали все правильно.

То есть, задачу режиссерскую ставит правильно.

Чего мы, кстати говоря, в современном кино не так часто и видим.

Потому, что вот вышел дядя, вышла тетя.

Они что-то пробубнили.

Они потому, что выучили пять фраз.

Вот вам диалог, пишите письма до востребования.

А у Тарантино такого нет.

Все-таки какая-то у него старая школа.

Хотя он совершенно же не образованный в этом отношении.

У него нет специального образования.

Но, однако, где-то талант пробил дорогу себе через броню скудаумия.

Талант настоящий Тарантино, мое почтение.

Ну да, и полковник СС такой смешной постоянно.

Я над ним смеялась, как он себя ведет.

Да.

Ну, Кристофер Вальц, что говорить-то, при правильной постановке задачи кривляк, он просто великолепный.

Тут не отнять.

Мне, в принципе, этот актер очень сильно нравится, Кристофер Вальц.

Я с большим интересом слежу за его карьерой и творчеством.

Умеет.

Играет, на мой взгляд, очень хорошо.

Да.

Ну, я думаю, мы теперь все, что могли в этом фильме, обсудили.

Спасибо тебе, Клим, большое.

Зовите еще.

За то, что пришел в гости.

Зовите еще.

Надеюсь, в следующий раз что-нибудь обсудим более зловещее, чем бесславные ублюдки.

Спасибо.

Это был проект Деконструкция.

Смотрите кино вдумчиво.