Деконструкция. Клим Жуков о польском историческом фильме «Крестоносцы» (1960)

Кино удовлетворяет извечную потребность коллективного бессознательного, потребность людей в общих воспоминаниях.

Мартин Скорсезе, кинорежиссер.

Всем привет, это проект «Деконструкция».

Сегодня мы обсуждаем фильм «Крестоносцы», и у нас в гостях историк и писатель Клим Жуков.

Привет, Клим.

Привет, Кристина.

Рад всех видеть.

«Крестоносцы» — приключенческий фильм, снятый по одноименному роману Генрика Сенкевича польским кинорежиссером Александром Фордом в 1960 году.

С момента выхода картины на экраны только в Польше ее посмотрели 32 миллиона зрителей, 40 миллионов — в Советском Союзе.

Большим успехом фильм также пользовался в Чехословакии и Франции.

Бюджет крестоносцев составил 33 миллиона злотых — беспрецедентная сумма по тем временам.

На эти деньги можно было снять 11 обычных фильмов.

Картина стала вызовом для польской кинематографии — фильмов такого масштаба до сих пор в стране не снимали.

Для крестоносцев выстроили сложные декорации, закупили кинокамеры для широкоформатной съемки и цветную пленку.

Для исполнителей главных, второстепенных ролей и массовки было сшито 28 тысяч костюмов.

В ленте ярко отразились настроения, царившие в Польше конца 50-х годов XX века.

Тем не менее, польскую творческую интеллигенцию крестоносцы раздражали.

Некоторые писатели и кинематографисты откровенно называли фильма вредным, излишне патетическим, идеализирующим поляков.

Однако у простых зрителей картина вызвала неподдельный восторг и горячее одобрение.

Фильм снят в 1960 году Александром Фордом по одноименному роману Генрика Сенкевича.

Скажи, пожалуйста, как эпоха повлияла на экранизацию этого легендарного романа и какая его историческая ценность?

Тут все просто.

Исторический роман Генри Хосинкевича, в самом деле, относительно всего его творчества, неплохой.

Он был, как положено творчеству Генри Хосинкевича, строго пропольский, националистический.

60-й год.

Это буквально со времен Второй мировой войны, где Польша сильно пострадала от немцев.

Прошло времени совсем чуть-чуть.

И поэтому тут яркое пропагандистское произведение, где все понятно.

Немцы плохие.

Поляки хорошие, и все их друзья, которые воевали против немцев, тоже хорошие.

Поэтому тут прямо четко можно взять черную краску, белую краску, хорошие, плохие, и между ними конфликт соорудить.

Ну а такой лобовой прямой конфликт для драматургии очень выгодно, просто потому что легко.

Есть конкретно плохие и конкретно хорошие.

Мы сразу болеем все за хороших против плохих.

Их можно мазать как хочешь.

что, кстати говоря, в фильме сделано, причём даже, наверное, сильнее, чем в книжке.

В книжке всё-таки там эти самые немцы представлены более человечно.

Тевтонский, я имею в виду, конечно, Тевтонский орден.

Тут тоже есть намёки на некую человечность, но всё равно оно с таким очень мрачным, каким-то суицидально-депрессивным, мизантропическим антилюдским налётом вообще.

Но это, конечно, было не так, вполне естественно.

Это и в книжке, в общем, в угоду моменту переврано.

И в фильме, естественно, тоже это в угоду моменту переврано.

Я не могу сказать, что оно совсем перевернуто, то есть в самом деле конфликт Польши и Тевтонского ордена еще как был, но некоторые моменты, в которых всегда, как обычно в истории, прячется дьявол, вот эти моменты полностью снивелированы, их просто не показывают.

То есть вообще совсем нисколько даже намеком.

Absolutely.

Например, там не упоминается, что за орден, против Польши, например, воевала Силезия.

Это сейчас конкретно и тогда уже и давно часть Польши.

Вот Силезия воевала за Тептонский орден, а там правили, между прочим, те же самые пясты династии, которые правила Польша.

То есть одни поляки воевали против других.

Чехи, которые вот тут показаны в фильме, что вроде как воюют за поляков, они воевали за поляков только по одной простой причине.

Когда они пошли наниматься к тевтонцам, они шли наниматься не к полякам, а к тевтонцам, причём, заметьте, за деньги.

Тевтонцы им предложили сильно меньше, чем они имели договорённо в самом начале.

Они поссорились, а так как новый тогда магистр

Младший Юнгенген, он был страшно горячий, он просто послал чехов на всем известные всякие буквы, и они вместо того, чтобы терять эти буквы, пошли к полякам.

И за них воевали тоже за деньги, то есть это не были какие-то противники немцев, которые ох, прям против немцев.

Нет, эти не заплатили, эти заплатили, вот и все.

Этого не показывают, там показан,

Великолепный, такой очень красивый, я забыл, как актера зовут.

Король Игайло, Владислав в Крещении.

Он такой благородный, он не пьет вина, а только воду.

У него все время прическа даже лучше, чем у тебя сейчас.

Он такой влажный все время, светлый у него лик, он все время поднимает глаза к небу.

Вы не пьете, милостивый государь?

Нет, только чистую воду.

Очень похвально, милостивый государь.

Еще похвальнее совершать добрые дела.

Вы этим славитесь.

Я прошу прощения, Владислав, он же Егайло, это был матерейший упырь, просто по-другому его не назвать.

Все представленные там антагонисты, то есть тевтонцы, они бы, если бы оказались с Егайло в одной комнате, вышли бы из этой комнаты с рамой на ушах, потому что то, что творил Егайло до описанных событий,

Это же словами не описать.

По нашим меркам, открываешь уголовный кодекс, Егайло — это матерый уголовник.

По-другому его назвать нельзя.

Это бандит-убийца, который в начале своей карьеры примолил собственного дядю.

Он его обманом взял в плен, гарантировав безопасность, абсолютно гарантировав.

То есть дядя его, Кейт, брат его папы, Ольгерда,

У них был, естественно, конфликт.

Когда великий Ольгерд помер, получился конфликт за престол Великого княжества Литовского.

Было два претендента.

Витовт, который тоже показан очень хорошо в фильме, исключительно положительно, правда, мало, вот столечко.

А должны были, наоборот, вот столечко.

Так вот, Витовт тоже хороший фильм, смотри.

Он строго подчинённый Егайло, он там, если что, валяется в ногах, говорит «спаси моё войско», так вот, Витовта мало, на самом деле его было очень много.

Витовт и его папа Кейстут.

Кейстут, понятно, вот это брат Ольгерда, все они от Гедемина происходят, от великого литовского князя Гедемина.

Вот Гедемин, Ольгерд, Кейстут, у Кейстута сын Витовт, у Ольгерда сын Егайло.

Ольгерд помер, Кейс тут полез на трон Ольгерда, потому что он старший родственник.

А так как Егайло – это сын Ольгерда, он сам полез на папин трон, потому что ведь наследовать-то по идее должен сын отцу, а не дядя брату.

Но это же древнее, еще языческое, не просто дохристианское, а еще родоплеменное право наследования, так называемое лествичное, то, что у нас на Руси было до XIV века включительно, когда наследовал не сын отцу,

А младший брат старшему брату.

И так до сих пор, пока все братья не кончатся, только потом дети залезают на престол.

Тоже вот по такой же очереди.

То есть как по лестнице.

Откуда и слово?

Лествичное право, то есть лестничное право.

И у них случился конфликт, они принялись воевать.

Но это нормально для феодальной эпохи.

Все всегда воюют страшнее родственника, врага нет, потому что он претендует на твои деньги.

Так вот, под троками должно было состояться сражение.

И там получилось так, что Егайло уже до сражения Кейсута победил.

А почему он победил?

Потому что он вступил в союз с тевтонцами.

Вот те самые тевтонцы, которые у нас в кино и книжке, кровавые упыри просто, у них только не хватает двух таких клыков, с которых капает пена и кровь просто.

Там все непонятные какие-то, в общем, жуткие типы.

Так вот, эти жуткие типы воевали непосредственно за Игайло.

И Кейс, увидев такое превосходство силовое, он решил, что нужно как-то договариваться.

И Игайло говорит, давай-давай, конечно, будем договариваться.

И под гарантией безопасности он со всем семейством, с Витовтом тоже, пришел на переговоры, их немедленно взяли в плен, заточили.

Прошу прощения, не трогайте.

Крево это был.

Крево, замок Крево.

Заточили в замке Крево, где почему-то вдруг кейс тут, как недавно наш фашист Исаак, внезапно повесился.

А Витов сбежал оттуда в панике, просто в панике, потому что следующим, видимо, 8 раз на нож упал бы он.

То есть дядю он убил.

Об этом прямо пишут чуть более поздние польские хроники.

О том, что Егайло дядю своего того...

При этом Витовт, который тоже матерый язычник, он тоже постоянно то вступал в союз с орденом, то против него, причем подковерная возня была совершенно шедевральная.

Например, он вроде как язычник,

Но, например, об очередном предательстве Егайло и о том, что тефтонцы снова вступили в союз с Егайло, там был не один союз с Егайло, их было несколько, и сейчас нападут на Витовта, его предупредил кто?

Его предупредил не кто-нибудь, а тефтонский комтур, то есть глава провинции.

Вообще-то монах, этот монах был всего лишь крестным папой дочки Витовта.

Язычника, врага ордена.

Измазать одну половину белой краской, другую чёрной просто физически невозможно.

Если бы сейчас такой роман писали, это была бы вся эта «Игра престолов», выдуманная Джорджем Мартином.

Она даже близко по уровню накала интриг, драматизма и прочего не стоит.

Потому что этот прибалтийский котёл – польско-литовско-русско-тефтонский.

Это что-то невероятное.

Ну и самое главное, что не показано, и даже слово не упомянуто в книжке, и, понятное дело, в фильме, который всё-таки меньше, чем книжка по хронометражу, там не показано отношение Ордена и немецких городов, потому что первые враги Ордена в Прибалтике были отнюдь не поляки, отнюдь не литовцы, это были немецкие, то есть тевтонские города, которые находились на территории Ордена.

Вот они их сдали как теклотару своих рыцарей.

Просто как теклотару.

Ну потому что они торговлей занимались.

А эти с их торговлей постоянно пытались получить какие-то налоги.

И постоянно какие-то налоги взять на какую-нибудь очередную войну.

Городам это было нафиг не нужно вообще.

То есть совсем.

И поэтому немцы сдали немцев.

При этом буквально одного шага не хватило.

чтобы немецкие города, то есть Ганза, не открыли сами войну против Тевтонского ордена.

То есть там должна была быть война немцев с немцами.

Вот еще бы немножко.

Но нет, поляки как-то первые подсуетились.

Я знаю, тебе нравится этот фильм «Крестоносцы».

Очень.

Но тебе не кажется, что он немножко примитивный за счет того, что он делит на белое и на черное?

Конечно, кажется.

Я только что об этом сказал.

Мне не кажется, я уверен.

Ну я понимаю, что ты уверен, но несмотря на это тебе нравится этот фильм?

Да.

А там потому что про рыцарей, все скочут на лошадях в доспехах, вот там те прекрасная дама, вот соответственно ее кавалер, все там воюют, копья, топоры, я это люблю.

Опять же он масштабный весьма, там конечно наоборот на все жутко, но мы делаем сразу скидку, что это 60-й год.

Ну, я имею в виду набранную в смысле материальную культуру, и костюмы с доспехами там какие-то картонные, на мой взгляд, слегка.

Но всё равно там есть некие узнаваемые силуэты, то есть понятно, что речь о начале 15 века, откуда всё это происходит, я вижу, всего этого много сделано, это подкупает, подкупает.

Ну и опять же, от рыцарского романа какой сложности мы ждём?

А это именно что рыцарский роман, просто воспроизведённый в XIX веке, а потом ещё раз в виде кинополотна в XX веке.

Вот какая может быть сложность в рыцарском романе?

Вот ровно одна может быть сложность.

Кто переспит с прекрасной дамой в конце концов?

Или, может быть, никто не переспит?

Фламенко читала рыцарский роман XIII века?

Вот там вся сложность о том,

Будет или не будет.

Вот будет или не будет секс.

Был.

Смотри, фильм «Крестоносцы», о какой он эпохе.

И фильм заканчивается битвой на Груневальде, о чем говорят заглавные кадры фильма.

Да.

Начинается все с того, что два меча в виде вызова на бой пересылают к королю Игайло.

Но с чего все началось?

Ты имеешь в виду завязка истории?

Да.

А, ну завязка истории как раз показана очень хорошо.

Это прям вот оно правильно, оно прям вот 100% как есть.

Оно, конечно, не имеет вот конкретного исторического прототипа, то есть можно было прям ткнуть карандашиком в карту и сказать, здесь было это тогда-то, этого нету.

Но сам тип событий очень-очень узнаваемый, потому что есть некий пограничный орденский замок, есть некий польский замок, пограничный с орденом,

Ну там в одном пан Юрант, командира, в другом герр Зигфрид де Лёве.

И вот они за какие-то приграничные территории воюют постоянно.

Это был просто фон жизни.

Это происходило постоянно.

Не только между орденом и Польшей, но и на большинстве конфликтных феодальных границ.

Потому что границу провести невозможно.

Если это, конечно, не река.

Если река, там всё понятно.

Здесь наши, здесь ихние.

А тут нет этой реки, соответственно, границу не провести, и поэтому тут землю пашут мои крестьяне, или, например, сиротки там на зайцев ставят мои крестьяне, или твои крестьяне.

Рано или поздно крестьяне вдруг в этом лесу поколотят и побегут к своему пану жаловаться.

Пан, конечно, обязан будет их защищать, и он приедет с дружиной, там приедет немец с дружиной, они подерутся.

«Кого ведешь?» «А вы кто?» «С дороги!» «Опусти копье, невежа!»

Ты что, не узнал юрунда из Спыхова?

Мы купцы из Полоцка.

Честные купцы везли продавать муку.

Освободи нас.

Вы нарушили закон.

Здесь можно торговать только с разрешением благочестивого Зигфрида де Леве.

Тут хозяин я.

Отпусти их.

Посторонись!

Кому говорю?

Повторяюсь, это фронтир.

Оно происходит вот такое в 15 веке, в 16 веке, куда ты ни посмотри.

Русь граничит с Литвой, там будет то же самое.

Литва граничит с Польшей, там будет то же самое.

Там в конце концов два воеводства польских граничат друг с другом.

И там на этой границе может быть малая частная партизанская война.

Не то что годами, а веками.

Потом обязательно кто-нибудь кого-нибудь знатный шлепнет.

И дальше будет вендетта, потому что за такое можно только отомстить.

И, конечно, тот род, который кого-то шлёпнул, тоже кого-то потеряет и тоже начнёт мстить.

И вот эти мстят этому за то, что он убил этого, а эти за то, что тот вместе за этого убил того, и поэтому мы тоже теперь отомстим.

Ну и вот эта самоподдерживающая система, её закончить невозможно, можно только прекратить, когда наконец-то сядут за стол, выпьют и помирятся.

Поэтому вот идея, что Юрант поколотил каких-то крестоносцев, которые якобы ввели захваченных купцов в плен, а крестоносцы приехали мстить, разграбили этот самый его городок, где он командовал, этот самый Юрант, и дальше Юрант мстит, потому что убили его жену, украли его дочь.

И туда вписываются главные герои, вот там, Избышек, его дядя, да, дядя точно, и происходит дальше вот всё, что происходило дальше в книге-фильме.

Оно нормальное явление совершенно, это частная малая рыцарская война.

Единственное, что мне очень не понравилось, просто вообще...

Сразу, когда я кино смотрел в каких-то там годах.

Короче, в прошлом веке я его смотрел еще.

Как бы это ужасно не прозвучало.

Вот когда я в прошлом веке смотрел кино, 25 килограмм назад, этот город, где сидит Юрант, это не город, вы понимаете, это несколько сараев, составленных вместе, и они выглядят лучше только вот этого убожества, которое было представлено в фильме «Викинг» в виде Киева.

Вот да, сильно лучше.

Но это не польский замок приграничный, нет.

Он был бы, скорее всего, каменный, он бы выглядел совершенно не так.

То есть поляки – это одна из ведущих цивилизованных наций, ну, наций, хорошо, не наций, феодальных владений Европы в своё время.

Уж к началу 15 века точно там не всё в порядке.

Деньги, образование, экономика и, уж прошу прощения, вот эти вот убогие сараи они бы не ставили.

Но ни в коем случае.

Там был бы нормальный каменный замок.

Скорее всего, каменный замок.

Даже если бы он был деревянный, это были бы не крытые соломы, а какие-то убожества, которые показаны в кино.

Это были бы нормальные стены на земляных валах, земляными же отсыпками, с бойлерками, фланкирующими башнями.

Потому что этот сарай

Господи, а какой смысл его брать?

Зачем немцы полезли, кого там грабить в этом сарае?

У вас своих куриц нету, соломы не хватает, дерева, чего, что там брать просто?

Вот это, конечно, резануло ужасно, потому что они прямо этого Юранда, Юранда, который по всем понятиям из книжки выходит, что это знатный феодал, очень знатный, они превратили чуть ли не в крестьянина.

Я понимаю, почему, потому что 60-й год.

Феодал – это эксплуататор, он плохой.

И если показать Юрунда, какой он по-настоящему, это классовый враг крестьянства, ну, это, естественно, классовый враг крестьянства, это угнетатель и эксплуататор, то будет непонятно, а почему мы болеем вот за этого против немцев.

Это же эти козлы и эти козлы-феодалы подрались друг с другом, неприятные люди.

А болеть нужно за крестьян.

Нет, конечно, мы сейчас сделаем этого Юрунда полунищим таким, который вот едва ли не в землянке живёт, ну, чуть почище, чем остальные.

А немцы из каменного замка приедут такие все красивые и устроят зверство в духе войск СС.

Я понимаю, почему сделал, но оно резануло.

Вот это конкретно вранье, неправда и чушь.

Этого быть не может.

И пропаганда.

И чуть-чуть пропаганда, конечно.

Ну смотри, ты уже давно занимаешься изучением истории средневековой культуры материальной.

Ты изучаешь интерьеры, быт, доспехи, костюмы.

В первую очередь доспехи, оружие, все остальное уже после.

Ну, ты сейчас сказал, что это 1960 год, еще не было такой тенденции делать подлинные вещи в кадре или пытаться хотя бы стремиться полностью передать правильные костюмы и так далее.

Но какие есть плюсы в этой передаче именно визуального ряда?

Ну, смотри, во-первых, конечно, были такие попытки.

Потому что если мы посмотрим Генриха Пятого, которого снимали англичане, вообще там, бог знает, по-моему, 48-й год.

То есть очень давно.

Вот там посмотришь на все эти костюмы, на все эти доспехи, по крайней мере, персонажные у главных героев и там сразу у важных людей второго плана.

Вот там видишь Генрих Пятый, он сделан прямо с надгробия Генриха Пятого.

То есть подошли к надгробию, посмотрели, сделали так же.

Причем из железа, никакого не из пластика.

Жанну Д'Арк смотришь старую, совсем старую, это настоящие доспехи.

Это понятно, что для кино сделано, все ясно, никаких сомнений.

Но это настоящие доспехи, правильно сделанные, правильно выглядящие, идеально сидящие.

Вот посмотрите, как доспехи сделаны.

Попытки были, конечно, но это все-таки нужно понимать, что должна очень сильно поменяться форма.

как это, устройство головы, да, очень сильно должно поменяться, чтобы ты решил делать не просто исторический какой-то антураж, который не такой, как сейчас, да, понятно, что оно про старое время.

То есть нужно, ну, примерно сделать, чтобы оно было как-то похоже.

А чтобы ты начал делать скрупулезно, точно, просто непонятно зачем.

Ведь 60-й год, Польша, там весь кинематограф растет напрямую из театра.

Мы прямо видим, что фильмы-крестоносцы это не кинореквизит и не кинокостюм, это театральный реквизит и театральный костюм.

Совершенно очевидно.

Который должен символизировать доспех, но не изображать доспех сам по себе.

Они все в символических шлемах.

Посмотрите, шлем есть?

Есть.

Он даже в примерно правильной форме.

В самом деле, там эти хунцгудели, собачьи морды с такими, как у Буратино, нос такой у всех.

Называется шлем Хундсгогена.

А для чего этот нос?

Чтобы когда копье тебе попадает, чтобы тебе голову не оторвало, чтобы копье срикошетило, а голова осталась более-менее на месте.

Это самое главное.

Так вот, шлем есть, кираса есть.

Понятно, что она, мягко говоря, не похожа на настоящую.

Но она же на месте кираса.

То есть символ доспеха имеется?

Имеется.

Дальше, как в театре положено, должен работать уже мозг зрителя, который сам себе все достроит.

Мы же в конце концов не предъявляем Высоцкому и театру на Таганке, когда они играли какого-нибудь Габблета, например, просто на чёрной сцене.

Там табличка, надпись «Лес».

Ну, лес, всё.

Это же тоже вариант, правильно?

Поэтому тут должна была очень сильно измениться эпоха, чтобы подходить к вопросу абсолютно скрупулёзно.

У них не было у кого подчеркнуть, собственно говоря, саму идею, которую все посчитали бы правильной.

Ну а всё-таки 15 век, начало 15 века, ещё ко всему прочему, в 60-е годы эту эпоху плохо знали.

Это мне сейчас легко говорить, что у него неправильная каска?

Да потому что я этих касок собрал со всех музеев мира, ксив компьютер, и я имел возможность поехать в половину этих музеев, просто их руками подержать.

Теперь мне понятно, что каска неправильная.

А театральный, прошу прощения, художник по костюму или художник, ассистент режиссёра по реквизиту, ему говорят, меч делай.

Он такой, ё-моё, какой меч?

Я вообще где?

Как?

Что?

Как самое главное?

Проблемка.

Слушай, ну ты не прав про вот эту табличку «Лес», потому что они же все равно отталкивались от доспехов, от кольчуги, и у них декорация была вязаная, основанная на этих колечках.

Не-не, все понятно, я же говорю, это все символ.

И мы ни Высоцкому не предъявим, ни их костюмерам не предъявим, потому что мы же понимаем, о чем речь, правильно?

Ну и в фильме «Крестоносцы» все понимают, что это речь про средние века.

Доспех на месте, костюмы у тетеньки красивые на месте, внутрь костюма, собственно, вставлена красивая тетенька, кстати, очень красивая.

Оружие, получается, тоже полностью условное?

Нет, оно не условное.

С оружием чуть-чуть полегче.

Потому что меч – это все-таки не доспех.

Меч маленький, и он состоит из очень маленького количества деталей.

Его сложно сделать неправильно.

А в Польше уже в 60-е годы, пожалуйста, эти музеи завалены были мечами 15-го века и 14-го века.

Просто можно было прийти и посмотреть без каких-либо проблем.

Оружие больше похоже на правду, но не значит, что оно правильное совсем.

Оно тоже в основном символическое.

Персонаж Фульк де Лорж.

Он сначала воюет на стороне Ордена, потом воюет на стороне Польши.

Это друг Сбышека.

Расскажи, что это за персонаж и как он попал в Орден.

Персонаж-то, конечно, вымышленный.

За ним точного прототипа не существует.

Но это не просто обычная практика.

Это супер-мега распространенная практика, когда в Орден приезжали рыцари откуда угодно.

Лотарингия, Нидерланды, Бургундия, Франция, Англия, отовсюду рыцари приезжали в паломничество в орден.

Потому что это было прямо в духе рыцарской культуры, отправиться именно на приключения.

Как бы мы сказали, сейчас это экстремальный туризм, где можно ещё и людей убивать.

А тебе ещё за это дадут пограбить.

Мало того, что сам не платишь, так тебе ещё и могут заплатить за это.

То есть сам что возьмёшь, то и молодец.

А расскажи тогда про саму структуру ордена, вот есть эти паломники, есть рыцари, которые там находятся, а кто еще там присутствует?

Очень хороший вопрос, потому что мы, когда говорим о Тевтонском ордене, во-первых, правильно называть его, если мы говорим по-русски, немецкий орден, потому что Тевтонский это напрямую значит немецкий, то есть Deutsch Orden.

Или просто орден.

У нас со школьной программы это как-то принято, тефтонцами обзывать.

Ну и дальше будем так же.

Тефтонский орден – это военно-монастерская организация, которая существует еще со времен 2-3 крестового, конечно, в основном 3-го крестового похода.

Это военный госпиталь, который был организован под акрой для немецких крестоносцев.

Орден во имя Святой Девы Марии Иерусалимской.

Это, собственно, они.

Когда они переместились в Европу, они, в общем, свою структуру полностью перенесли.

В основе монахи это называется братья или полные братья, так, чтобы было точно понятно.

Это именно монахи, которые обязаны монашеской службой, имеют монашеский постриг, то есть имеют право совершать литургию и обучены совершать литургию, то есть у них условно-семинарское образование есть.

У них все монашеские обеты, положенные монахом, то есть целебат, посты и так далее.

Монастырский устав, строго монастырский устав, конечно, с поправками на то, что им воевать приходится.

То есть они могут не так строго держать пост.

Ну, чтобы не обессилить.

Они должны быть здоровые все, как я. Братья, из которых кооптируется начальство.

То есть это фокты, контуры.

Понятно, это командиры неких больших или меньших провинций, наделённые там судебной, фискальной и прочей властью.

И ландмастеры, это наместник магистра над большой территорией.

И, собственно, магистр, великий магистр ордена.

Конечно, это монах.

Вот этих братьев было очень мало.

Причём, когда я говорю «очень мало», это именно это и значит.

То есть их на всю Европу хорошо, если было человек 600.

То есть буквально всех, всех, всех, всех, всех, всех, включая там уже старичков 80-летних, но он же действительно член ордена, правильно?

Но воевать, конечно, он не может.

там начальство рядовых, условно рядовых рыцарей-монахов, вот человек 600.

Причём они же раскиданы были именно по Европе, потому что Тевтонский орден, это не только вот эта Пруссия, прибалтийская часть, у них были командории везде.

Опять же, когда я говорю везде, это значит вся Западная Европа, пожалуйста, Бельгия, Бургундия, Нидерланды, Зеландия, везде у них были свои маленькие комтурии, где они деньги собирали.

В самом ордене в это время максимум, что было, человек 250-300 этих рыцарей.

Но это далеко не всё, потому что дальше у них шли полубратья, так называемые, то есть люди, которые состоят в ордене, непосредственно в нём состоят, причём это не обязательно дворяне, далеко не обязательно, хотя и дворяне тоже, но не принимают монашеского устава.

То есть они могут там жениться, всё как положено, просто обычные светские люди, которые просто находятся на непосредственной службе ордена.

Их прямо называли полубратья.

Потому что он вроде как наш, но не монах.

Поэтому полу.

Дальше.

Светские рыцари, которые находятся в вассальной зависимости от ордена.

То есть они прямо приезжают на землю, которые контролируют тевтонские ордена.

И говорят, мы хочем.

Они говорят, а что нам можете дать?

Они говорят, так мы за вас воевать будем.

Они говорят, договорились.

Вот вам земля, крышуете, собираете там с крестьян, что вам надо собирать, по-первых, в музеи воевать идем, правильно?

Правильно, идем, отлично.

И вот в эту среду супермассово, начиная со второй половины XIII века, даже, наверное, и раньше, со второй половины XIII века, когда полностью были подавлены прусские восстания,

Кооптируется местная аристократия.

Местные дикаре-язычники, по мнению тевтонцев, на самом деле это были культурные люди, только не христиане.

Так вот, аристократия оттуда массово кооптируется в состав рыцарей Тевтонского ордена.

Понятно, что они не монахи, происхождение не то, чтобы они стали монахами, но это рыцари, которые получают рыцарские фамилии, которые принимают католическое, естественно, крещение.

и которые начинают примыкать к, собственно, германской аристократии.

Вот когда мы говорим «Тевтонцы»,

говоря про Пруссию, нужно давать себе самое отчетливое понятие о том, что в основном, основная часть военных, которые там были, это были местные, бывшие вчерашние язычники, а иногда и сегодняшние язычники.

Всегда показывают этих пацанов в белых плащах, черные кресты, все.

Так вы представляете, что у вас сейчас в кино братьев рыцарей показано больше, чем их было за всю историю Тевтонского ордена вообще.

Вот с XIII по XV век, потому что их всех столько не было просто.

В основном за них воевали местные пруссы, которые составляли, наверное, половину войска.

То есть когда показывают этих условно голожопых символических дикарей, которые воюют за поляков в шкурах, какими-то палками, как макаки, честное слово, это бред, конечно.

Так вот, если быть честным, то у тевтонцев в фильме должна быть половина войска таких же.

Вот точно таких же.

Хотя, конечно, не там, не там они так не выглядели.

Они одевались по-другому, воевали по-другому и так далее.

Но вот так.

И дальше, конечно, последний компонент – это паломники.

То есть рыцари из Европы, которые приезжают просто погостить.

Их так и называли – гости ордена.

Когда Фулька пытаются убить мерзавца из Ордена, их спасают Мазуры.

Его спасают Мазуры.

А Мазуры выглядят как неандертальцы из фильма «Борьба за огонь».

Банда хиппи-бомжей каких-то.

Он еще дышит.

Возьмем его.

Все равно помрет сейчас.

Возьмем его.

Выздороветь с ним хлопот не оберешься.

А так кошелек.

Почему они так выглядят?

Хотя это же точно не характерно для XV века.

И с костюмом поляков все понятно, и крестоносцев.

Но расскажи, как выглядели литовцы, мазуры и татары.

Понимаешь, это, к сожалению, вот так вот на пальцах не описать.

Это нужно просто массу картинок археологии показывать.

Ну правильно, да, шкуры там даже близко не было.

Шкура там, конечно, могла быть, в том смысле, что у тебя будет хорошо выделенная шкура волка в виде понта какого-то, да, это я могу себе представить.

Убили волка, прямо его шкуру хорошенько выделили, и вот у тебя такая есть отличная вещь, на ней тепло, например.

Но это нормальные одежды, которые чем-то были похожи на русский костюм.

Это длиннополый кафтан растяжной.

или туника, которая просто через голову одевается, точно так же шерстяная, суконная или просто из шерстяного полотна, нормальные челки узкие на ногах, сапоги или ботиночки-черевики, валеные какие-нибудь шапочки или меховые шапочки, в общем, они нормальные бы.

Вот посмотрите на русского боярина какого-нибудь.

Вот мазовский боярин, который спасает этого самого Фулька, он должен быть такой же.

У них нормальные мечи, сделаны там же, в Германии, кстати говоря, как и по всей Европе, ну почти по всей.

То есть вот эта шкура, шапка вот такая, нет, конечно, они так не выглядели.

Зачем это сделали в фильме, могу только предполагать.

Для яркой кинематографичной картинки.

Но простите, когда этого Фулька приносят в шалаш, где они проживают, вы понимаете, это...

Мазуры, которые живут на такой территории, где бывает зима, вот в этом шалаше вы все сдохнете, как только у вас будет минус 5.

То есть вы зиму не переживете.

Поэтому, конечно, у них были нормальные дома деревянные, которые были утеплены спечками, чистые, светлые, хорошие, обычные.

Мазуры, кто не знает вообще, вот сейчас можно поехать в Польшу, ты же была в Польше, ты не видела мазуров современных?

Если видишь человека очень богатого, скорее всего, это будет мазур.

Потому что они работают как черти просто, как китайцы.

Как китайцы где-нибудь в Индокитае, например.

Они отличаются от местных сразу же тем, что смотришь, человек там едет на Мерседесе, Ягуаре, Бентли.

Даже можно не думать, скорее всего это будут китайцы.

Потому что, опять же, они пашут как валы просто, безостановочно.

Смысл такой.

И мазуры такие же, они мало того, что очень много работают, они чудовищно скупые, просто чудовищно.

Это прям вот все поляки скажут, мазур жадина жуткая.

Вот как у нас про евреев анекдоты, так у них про евреев и мазуров точно такие же, что он очень жадный, очень скупой, поэтому мазуры были всегда очень богатые, они крышевали личную торговлю постоянно, они по рекам возили товары.

Поэтому, когда Фулька спасают, нужно понимать, что это должны быть парни прям все это, красивые, хорошо одетые, с поясами, в шапках, в плащах, ну, видишь, это, видимо, посчитали неким кинематографичным.

Слушай, ну я с тобой не соглашусь, что люди, которые много работают, не всегда много зарабатывают.

Нет, они живут кланами, ты понимаешь, и эти самые кланы, они друг другу все всклачены, все вместе, и в итоге это за века накапливается, конечно.

Как обычно в работах Сенкевича, роман наделен большим количеством исторических персонажей.

Кроме короля Егайло и князя Витовта, которые известны со школьной программы, какие еще там известные персонажи именно исторически изображены в фильме и в романе?

Во-первых, два великих магистра Тевтонского ордена один с другим.

Братья старший и младший Юнгенгены.

Один там умирает во второй серии, и на его место Ульрих фон Юнгенген, младший брат, горячий, свирепый, с черной бородкой, чуть-чуть на молодого Каще Бессмертного похожий.

Старый Каще Бессмертный и молодой Каще Бессмертный.

Вот он становится на его место.

Это вполне реальный персонаж.

Валенрот и Лихтенштейн, которые, опять же, воюют за Тевтонский орден, это вообще вполне реальные личности.

И Лихтенштейн, Кунафон Лихтенштейн, это настоящий рыцарь, брат полный Тевтонского ордена.

И Валенрот, это маршал Тевтонского ордена, который погиб в Глюнвальде.

Они там, собственно говоря, все погибли, никто не пережил.

Это настоящие люди.

И что мне очень понравилось, исключительно, то, что там показывают.

Вот человек, который постоянно возглавляет польские посольства, его, если не ошибаюсь, там прямо не именуют, но понятно, кто это.

Это Николай или Никола Стромба, это духовник и канцлер короля Егайла, которая, собственно, наставляла его в католической вере.

И это как раз человек,

произведение которого о Егайло нужно было бы читать при подготовке, например, к фильму или к роману.

Но все читали только Яна Длугаша.

который писал через очень много десятилетий после смерти Игайло и описываемых событий, то есть не был очевидцем, а вот Николай Тромбо был не только очевидцем, но и участником всех тех событий изнутри, буквально изнутри.

И очень мило, что работа, да, яркая, да, красивая, да, здорово сделанная, но абсолютно навранная пропагандистская, показывает нам человека, который написал как раз как источник то, как он это видел.

Это прям вот, меня прям всегда очень греет, что там есть Николай Тромбо, который там был, видел Папу Римского, переписывался с ним, то есть это был такой очень хороший, начитанный, умный человек, отличный дипломат своего времени.

Первая серия фильма заканчивается в замке Щитно.

Юран приезжает в этот замок, чтобы вызволить из плена свою дочь Дануську.

Этот замок щитно выглядит как огромная крепость с кирпичными стенами и большими лабиринтами и коридорами.

Действительно ли все замки ордена были настолько большие?

И второй у меня вопрос.

Когда Юран доберут плен, в плен берет ее огромная мафия людей в белых костюмах с черными крестами, их где-то насчитывается около двух десятков.

У меня такой вопрос, а действительно ли в пограничных замках было такое большое количество братьев из этого ордена?

Слушай, ну это, конечно, все показано, опять же, для символизма, и чтобы было ужасно, потому что в роли щитно снят Мальборк, он же Мариенбург, столица Тевтонского ордена.

В самом деле, нереальных размеров замок, один из самых больших в мире, который был построен вообще.

Он сохранился до сих пор, и он производит впечатление просто демоническое.

Опять же, не знаю, ты в Польше когда бывала, бывала там, в Маринбурге?

Нет.

Очень напрасно.

Побывай, когда сможешь.

Потому что это замок просто невероятный, и я вот тут ни на миллиметр не преувеличиваю.

Он сохранился целиком, и там...

Короче, ты представляешь себе, что это была за организация, Тевтонский орден, которая могла построить вот такое, и чем она вообще управляла, по большому счёту.

Огромный замок, но, конечно, щитно он бы поместился в заднем дворе.

Тем более, что щитно, это же настоящий замок.

Он такой был, и сейчас там город есть, вполне себе этот самый щитно.

Ну там снимать, конечно, вот если снимать вот в таком, ну, господи, там, а этот самый Зигфрид де Леви, он вообще кому угрозу представляет, ну что это за фигня?

А вот если снимать все-таки в Мальборке, там, там, вот тоже масштаб, ты понимаешь, вот тоже размах.

И видно, что Зигфрид де Леви люто наворовался, на польской крови нажился, и сейчас ещё и хорошего юрунда в плен возьмёт.

Оно в самом деле берёт.

20 рыл в белых плащах с чёрными крестами – это значит, что там 20 действительных братьев сидит.

Но я скажу так, какой-нибудь город,

Правда, не в прусской части Тевтонского ордена, а в ливонской части Тевтонского ордена.

Например, в Риге в своё время там гарнизон был как раз где-то около 15-25 действительных братьев.

На весь город хватало вот этих вот людей.

А тут вот такой вот замок на границе, и там 20 орденских братьев.

Ну, то есть вот так нужно понимать.

Одна десятая всех, которые там есть.

Ну, может быть, там одна двенадцатая.

То есть этого быть в принципе не может.

Но опять же, а как ты их покажешь?

Там же нельзя показать, что вообще-то в пограничном замке сидел бы один этот самый Зигфрид,

И у него там, может быть, два помощника, то есть два-три рыцаря бы там сидело в этом замке, причём это как бы с запасом.

Ну хорошо, давайте там пять, если он в самом деле считается большой, важный, очень важный.

Вот там пять рыцарей бы сидело.

Ну скажите, а вот где ужас-то?

Как организовать так, чтобы около камина сидел ряд рыцарей, чтобы за столом сидел первый ряд, третий ряд, чтобы на балкончике стояло и все с гнусными розами?

Как эту мафию-то показать?

Причем одеты они бы были, конечно, не вот в это вот.

Они все время ходят, обратила внимание, белая курточка с черным крестиком, все время.

Это церемониальная одежда.

Они, конечно, в ней все время не ходили.

Они ходили просто, как там показывают поляков, в этих всех этих сюрко, упиляндах, гоунах и так далее.

Они бы ходили точно так же, по-разному одеты, просто в светское.

Вот эта одежда одевалась, только если они отправляли богослужения.

Ну, понятно, это их ритуальная одежда.

Если они находятся в официальном посольстве, приеме послов, наоборот.

То есть, когда они на службе условно, они, конечно, в этом и на войне.

Все.

По жизни они так не ходили.

Брат Ротгер ждет в часовне.

Я обещал ему твою правую руку.

У тебя еще есть один глаз.

Объясни, пожалуйста, почему так жестоко обращались с Юрандом, взяли его в плен?

Ослепили, руку отрезали, язык ещё отрезали, самое главное, кошмар.

Во-первых, чтобы показать, что тевтонцы звери.

А как иначе показать, что они звери?

То есть человека, врага, который с ним постоянно валют, просто изуродовали и перевели на инвалидность первой группы.

И ещё и выгнали потом, отправили, иди.

И он там непонятно, он должен был умереть, по всем понятиям, он бы дороги не перенёс, просто слепой человек в лесу, ну куда он пойдёт?

Но нет, однако оказался крепкий, однорукий, дед как-то дошёл, набрёл, как ты помнишь, как раз на караван, где ехали наши главные герои, они его опознали, спасли, обогрели, привезли обратно в городок.

Ну да, это чтобы показать, немцы звери.

Конечно, немцы так поступать с соседом не стали бы.

То есть убить его да могли.

Более того, это могло произойти просто в стычке.

Кто-нибудь из Азербайджана бы выстрелил и пишите письма.

Вот там органы ЗАГСа вас приходят.

Но вот так поступать с соседом немцы не стали бы.

Почему?

Потому что это тоже рыцарь, и они рыцари.

Я не говорю, что рыцари – это что-то такое хорошее, благородное и прикольное.

Есть другое.

Рыцарь – это коллега.

То есть, конечно, вы оказываетесь с ним по разные стороны баррикад, и, может быть, даже друга очень не любите, просто страшно не любите, но ты всегда знаешь, что это коллега.

А коллега значит, что ты можешь оказаться у него в плену тоже.

Или у его родственников.

А значит, поступать так с человеком, ну то есть вот прям так, не стали бы.

Я не говорю, что вообще с человеком рыцари не могли так поступить.

Какого-нибудь, прости господи, какого-нибудь крестьянина, который устроит восстание, например, или горожанина, а приходывать таким способом могли запросто.

То есть легко, но чтобы так надругаться над рыцарем, пускай и польским,

Да я даже не знаю, что должен был сделать этот польский рыцарь.

То есть просто воевать против немцев этого было бы очень сильно недостаточно.

Просто очень сильно.

Конструктивно в деконструкции с Климом Жуковым.

На божий суд вызывают брата Ротгера Збышка, где он должен доказать, что Юрант невиновен.

Расскажи, что такое божий суд?

Божий суд очень интересная штука, которая происходит вообще-то из очень глубокой античности, то есть прям вот из каких-то таких веков, когда про христианство даже еще не слышали.

Судя по всему, вообще даже еще из бронзового века, то есть

Когда есть две тяжущиеся стороны, они представляют какие-то доказательства, свидетели, неважно, по уголовному преступлению, по административному преступлению, по просто юридическому спору.

И говорят, например, моя яблоня.

Нет, моя яблоня.

Какие ваши доказательства?

И вот выясняется, что доказательства у всех или их нет, или они равны.

И тут кто-то и говорит, пусть бог рассудит, ну или боги рассудят, если мы говорим о язычниках.

Окей, говорят все, и дальше нужно сделать так, чтобы эти самые высшие силы могли явить свою волю.

Например, дать обоим по топору и пускай подерутся.

Соответственно, кто умер, тот и не прав.

Очень просто.

Другое дело, что когда говорят, что Божий суд, сразу равно поединок.

Ни хрена подобного вообще.

Потому что основная часть этих Божьих судов, то, что называется расширенным термином «ордалии»,

происходило не в виде поединка, потому что Бог может явить свою волю совершенно разными путями.

Например, вас обоих загонят в прорубь зимой, вы там посидите полчаса, и кто не умрет от пилонефрита, тот и прав.

Или, например, вам дадут раскаленную кочергу до бела,

Вы возьмёте за неё рукой, и у кого первая рука заживёт, тот прав.

А если гангрены и руку ампутировали, значит, не прав, ну и всё ясно как бы.

И пойти, собственно, на этот божий суд, это вообще было большое мужество, потому что если учесть, что всё это происходило у немцев, немцы, например, могли предложить натуральным залезть в реку в холодную зимой.

Кто сказал, что Бог может явить свою волю только через драку?

Бог может явить свою волю как захочет.

Но в том числе и божьи поединки тоже были.

Так как дуэли в Европе в это время не было вообще, то есть не знали, что это такое дуэли, в принципе.

Потому что считают, что божий суд – это типа дуэли.

Ничего подобного.

Это строго зарегламентированная, наполненная кучей бюрократии юридическое судебное мероприятие.

Это именно суд.

Есть такая книжка, правда, это, конечно, гораздо более поздний, чем 1409-1410 год,

Написал ее один из великих германских фехтовальщиков, вообще отец, один из отцов вообще европейского фехтования, Ганс Тальхофер.

Называется она «Годский кодекс».

Собственно, это 1445 год, если не ошибаюсь, первая его книжка.

Она, собственно, вся наполнена рассказом о том, что такое судебный поединок, как его оформить, как на него выйти, как в нем победить.

Потому что боженька-то боженька, а фехтовать лучше уметь, лучше уметь фехтовать всё-таки.

И да, это было очень популярно.

То есть это могло быть.

А как тебе сама сцена фехтования в фильме?

На что можно обратить внимание и что ты об этом думаешь?

Тут обратить внимание самое главное вот на что.

Вовремя закрыть глаза.

На это нужно обратить самое пристальное внимание, потому что смотреть на это, конечно, сейчас просто невозможно.

Во-первых, там мы видим, как у плохого брата Ротгера этот шлем Хунцгугель,

То, что я говорил, собачья голова, похожая на пуделя, подозрительно.

У него глазная прорезь такая, что в неё можно голову высунуть, если постараться целиком.

Я, конечно, понимаю, зачем это сделали, потому что каскадёр бы иначе не смог в нём вообще никак двигаться, работать, что-то видеть.

Они были очень узкие, эти глазные щели, миллиметров 5-7, не больше.

А как сами... Задача в чём?

В том, чтобы в это забрало не влетело копьё или не влетела стрела.

А вот в такую щель...

Туда ворона, не складывая крыльев, наискосок пролетит, вообще спокойно.

Зачем вот такая щель нужна?

Ни зачем, она ничего не защитит, её глаза открыты.

Они были очень тонкие.

Тут самое главное, что на коне, это конный шлем, это самый главный шлем для конного боя.

Ты на коне эту самую захлопнул штуку, через амбразуру у врага прицелился, дал шпоры и щитом закрылся.

И дальше копьё направил в нужную сторону, и скочишь, и только думаешь, господи, только бы голову не оторвало, только бы голову не оторвало.

Ну и про себя ещё немножко, только бы не обосраться, только бы не обосраться, потому что страшно очень, конечно.

Вот он должен спасти.

При бою на мечах, рукопашном бою, лучше бы, конечно, забрало это поднять.

Забрало-то подъёмное.

И вот тебе забрало, как козырёк нависает над глазами, вот так вот, и ты всё видишь.

У тебя же все равно узкий кругозор.

Это большая проблема.

Если кто-то сбоку будет?

В этих доспехах нужно уметь, а, смотреть, б, что очень важно, дышать, потому что в забрали в глухом дышать невероятно трудно, им просто нечем дышать.

То есть там гипоксия наступает через 30 секунд приблизительно.

И уметь двигаться.

То есть ты правильно сказала, что шлем закрывает глаза, периферийное зрение отсутствует.

Вообще.

То есть нужно постоянно сечь вокруг себя, как радаром, вот так вот.

То есть нужно постоянно двигаться и видеть, что к тебе никто не подкрадывается.

Тут, правда, конечно, поединок, то есть противник спереди.

Ворочаться не сильно нужно.

Но это огромная проблема.

То есть научить каскадера драться во всём этом так, чтобы это выглядело не смешно, не успели.

И не успели бы, потому что это просто должна быть огромная школа специалистов, которые умеют в глухом шлеме драться.

Я вот 26 лет в исторической реконструкции, я ненавижу глухие шлемы, и всегда сам, когда мы воюем в наших реконструкторских темах, я всегда воюю с открытым лицом.

Я никогда забрало не одеваю, просто потому что это очень неудобно.

Но вот тут условия такие, нужно было с забралом, потому что это по-рыцарски, это прям символизирует.

Ему вот такие вот сделали глаза.

Ну и потом бой на топорах, когда они там...

Озвучено это еще как, прошу прощения, когда топор попадает в щит, раздается звук, как будто бы таз роняют на канализационный люк.

Вот что-то такое кошмарное.

Щит деревянный, топор в него не ударится железным звуком.

Никогда.

Поэтому звук должен быть глухой, ну как топором по деревяшке, по пеньку.

Ну и сама, конечно, картинка боя чудовищна.

Просто чудовищна.

Это понятно, что это сейчас вообще не идёт ни под какую критику.

Она ниже всякой критики.

Это очень плохо сделано.

Просто исключительно.

У Бога плохо никак.

Оно должно что-то символизировать.

Но оно что-то и символизирует.

Именно что-то и символизирует.

Ну и топоры.

Топоры, конечно, на которые они дрались.

Бог, ты ж мой.

Это рабочие топоры.

Это не боевые топоры.

Я такого рода топоры много видел в музеях, много держал сам в руках.

Это топор, то, что называется, знаешь, когда вот повалят дерево, с него нужно сучья очень быстро удалить все.

Вот это для этого нужно.

У него втулка, и от втулки вот под таким углом само полотно с лезвийной частью.

Специально сделано, чтобы можно было ставить сбоку от дерева и прямо такими движениями даже очень большие сучья с одного удара срубать.

Вот так прям хрямсь, хрямсь, и у тебя очень быстро весь ствол очищается от сучьев.

Но это не боевой топор.

Им невозможно воевать, тем более одной рукой ты его не поднимешь.

Он у них там то ли пластмассовый, то ли деревянный, то ли ещё какой-то.

Потому что эта штука весит килограмма два.

Два килограмма на ручке, но ты одной рукой раз, два, пять поднимешь, драться им невозможно.

И он размеров-то каких, опять же, это не боевой топор.

Боевой топор был бы маленький, потому что боевым топором нужно рубить очень быстро и точно, это самое главное.

Смотри, Ротгер погибает, и Зигфер де Лёве очень сильно расстраивается по этому поводу.

Да, его прям запарило.

Объясни, почему, потому что они не родственники.

Слушай, там, конечно, есть, на мой взгляд, такой не сильно завуалированный намек, конечно, на гомосексуальную связь.

Прямо вот не сильно завуалированный намек, что «ну а что он так под ним убивается-то?».

Потому что это молодой красивый, а это старый козёл.

Но у них там зато были шуры-муры, судя по всему.

Опять же, все же знают, что это же немцы, католики, попы.

У них же это постоянно происходит.

Это вот поэтому и расстраивается.

А потом пошёл и повесился.

Кстати говоря, единственный вообще за весь фильм...

какой-то озвук хоть какой-то человечности, который отдан немцам.

То есть, вот видишь, ну, понятно, из-за гомосека, а расстроился как?

А у Сенкевича тоже есть такой же номер?

Ну, опять же, это не сказано нигде прямым текстом.

Но там дальше не нужно как бы ничего додумываться.

Смотри, 20 мужиков живут в одном замке, это монахи, женщин там нет.

Ну, по крайней мере, вот прям, чтобы там жениться.

Да и кому в принципе в голову-то придет, там какие-то бабы ужасные, точнее одна показана всего за весь фильм у немцев там в замке.

Ну и дальше что?

Дальше мы думаем, из-за чего он убивается?

Ага, вот он как.

То есть есть над чем подумать и поржать, если что.

Они по замку постоянно ходят с факелом в руках.

Это, конечно, адский бред.

Были ли какие-то другие осветительные приборы?

Фонарь.

Есть слово фонарь.

Он такой, на палочке, вот такой, прям как ручка, и у тебя вот такая штука спереди.

Они археологически найдены, их антикварных полно.

Прямо вот из 15-го, из 14-го, из 13-го века в конце концов светцы были.

То есть, знаешь, как волшебный ламп Аладдина.

Это же именно в форме чайничка это лампа, потому что внутри налито масло, туда опускается фитилёк, и фитилёк светит.

Вот, например, такая штука.

Но факел внутри помещения, во-первых, он всё закоптит сразу же, всё будет чёрное, просто чёрное, чернющее.

Во-вторых, его нужно будет раз в полчаса менять, потому что он прогорает невероятно быстро.

Ну и в-третьих, это пожароопасно.

Факелами старались не пользоваться.

Факел это рзац.

Ну а с факелом, зато как это, черт возьми, антуражно.

Этот трепещущий свет, эти бегающие тени.

Атмосфера ужаса, в конце концов, какая.

Вот это я понимаю, да.

Егела сообщают о том, что Орден захватил суда с хлебом, которые направлялись в Литву.

На что Егела говорит, что им одним не победить Орден и предлагает объединиться с Литвой и с Русью.

Насколько реально создание такой широкой коалиции?

Тут вообще все, конечно, очень смешно.

Возможно, этот эпизод с захватом судов с хлебом имел место.

Скорее всего, они его подрезали у Яна Длугуса.

Давненько читал его историю.

Очень почтенный историк.

Это то же самое для польской истории, что Геродот для греческой истории.

Отец польской историографии.

Но суть-то не в этом.

Какого чёрта?

Спрашивается.

Вообще происходит это в фильме?

Не объяснено.

Просто немцы, видимо, из природного скотства, решили опять наброситься на литовцев, как это было недавно, в 1939-1940 году.

Нет, против них в Жмуде почему-то началось восстание.

И на это прямо указывают в фильме, что в Жмуде восстание против немцев.

Вопрос, как немцы оказались в Жмуде?

Это вот та самая часть Литвы, которая разделяет прусскую Прибалтику от Ливонской Прибалтики.

Собственно, почему Ливонская часть Тевтонского ордена и, собственно, Тевтонский орден не могли по суше соединиться?

А по одной простой причине, что когда-то, когда Егайло поссорился после смерти великого Ольгерда с дядей и двоюродным братом, то есть с Кейсом и Витовтом, вот мы упоминали, что он заручился поддержкой ордена.

Как он заручился?

Так он им отдал эту самую жмать, жмуть.

Он им просто отдал кусок примерно 20% Литвы.

Ну просто, чтобы немцы его посадили на трон, что они и сделали.

Потом, правда, конечно, когда его посадили на трон, он сказал, что ничего не было.

И немцы, очень не расстроившись, обратились к Витовту, то есть к врагу Егайло.

И Витовт сказал им, забирайте эту самую жематью.

Но, правда, когда они ему помогли, он тоже сказал, что опять ничего не было.

И так продолжалось несколько раз, если не ошибаюсь, четыре, пока в конце концов

Витов не пошёл на грандиозно умный поступок, просто грандиозно умный поступок.

В это время Егайло уже не был, собственно говоря, в Литве.

Он женился на последней представительнице рода Пястов.

Пясты кончились по мужской линии, осталась одна тётенька, которую, кстати говоря, звали не королева, а король, потому что по классическому праву Польшей женщина управлять не может.

Её звали король Едвига в документах.

Так вот, в 1385 году происходит Кревская уния, как раз в том самом замке Крева, где в свое время придушили Кейста и чуть не придушили Витовта.

Кстати, где потом в заключении сидел и Егайло тоже, то есть там все участники в этом Кревском замке побывали.

Накрытый.

на хлебе и воде.

Так вот, Кревская уния, Польша и Литва соединяются в единое союзное, только не государство, а наверное конфедерацию, под единым управлением, то есть личная уния с королем Польши.

При этом Егайло Владислав это король Польши и князь Литвы, но великий князь Литвы это Витов, то есть он управляет Литвой.

При этом был заключен такой договор, что

Если у Витовта не будет детей мужского пола, то это все переходит к Игайлу.

Он делается королем Польши и великим князем Литвы.

Но до этого еще далеко.

Что делает этот паразит еще в конце XIV века?

Что делает паразит Витовт?

Он, когда утверждается над великим княжением литовским, он фактически выполняет обязательства, которые подпряг на себе Егайло и фактически отдает жемайтию немцам, тевтонцам, в спасибо за помощь.

Это Витов отдал жемайтию немцам, и немцы сказали, что спасибо, наконец-то нашелся хотя бы один приличный человек в этом скопище паразитов.

Вот обещали, один обещал, второй обещал, наконец-то выполнили.

И немцы туда вошли по договору, извините, пожалуйста, по договору официально зафиксированному.

Но Витов точно знал, что как только немцы войдут, тут же начнется восстание, обязательно.

Как только там начнется восстание, на это не смогут реагировать поляки, они рано или поздно отреагируют, начнется снова война, и его Витов-то оставит в покое.

и он сможет делать свои дела, будучи точно уверенным, что ни тевтонцы, ни Польша на него не посягнут, потому что они будут заняты друг другом.

Ему это нужно было для чего?

Понятно для чего.

Для того, чтобы разгромить в степи хана Едигея и посадить Тахтамыша, который гостил у него в это время в Вильно, обратно на Ордынский трон, и потом вместе с Тахтамышем хлопнуть Москву.

Это была самая главная его идея.

Но это 1399 год, задолго до рассматриваемых событий.

Но когда нам показывают это в кино, почему-то они совершенно не объясняют, откуда немцы взяли жемайте.

Вы сами её отдали.

И теперь вы говорите, никто не сможет немцев в одиночку поднимать или победить.

Надо же объединиться, а вы не могли бы жемать её не отдавать?

дядю не убивать, например, такие все благородные, замечательные, это вы заварили всё.

Да, конечно, с Тевтонским орденом в это время в одиночку ни Польша, ни Литва справиться не смогли бы точно.

Почему?

Потому что где-то 40-е, 60-е годы XIV века это высшая мощь вообще Тевтонского ордена.

Они там нахлобучили вообще всех, кого только можно.

Там был очень долго толковый магистр...

фон Хнепроде, собственно говоря, ему наследовал Конрад фон Юнгенген, который показан в кино, и вот они, конечно, поднялись очень мощно, невероятно мощно.

И что для Польши, что для Литвы поодиночке орден представлял смертельную угрозу, и более того, даже если бы вдруг они в войне победили, такое вполне могло быть, это всё-таки война, непредсказуемая штука, то никаких решительных плюшек себе получить не вышло бы, ни в коем случае.

То есть немцы могли проиграть войну, проиграть сражения, ну как бы ничего бы не произошло.

Сейчас проиграли, в следующий раз выиграем.

А вот если бы они объединились, вот тогда да, можно было добиться решительных каких-то себе стратегических преимуществ.

Для этого нужна была широкая коалиция.

С Русью там все просто.

Начиная с 13 века, после монгольского нашествия, вся Южная Русь, которая была просто выдоптана монгольской конницей, ослабела настолько,

что им нужно было кому-то прислониться.

Все эти города стали один за другим, включая Киев, отходить к Великому княжеству Литовскому.

Они фактически в этот момент, когда мы говорим о начале XV века, они владели половиной земель Рюриковичей.

И название официальное было Великое княжество Литовское и Русское.

Государственный язык был русский, язык делопроизводства был русский, договоры заключали они на русском языке.

Причем, заметьте, не на белорусском, а на литературном русском своего времени.

И когда Егайло в кино говорит, что нужно бы собраться все вместе, там Русь, Литва, Польша, ну, нужно было сказать просто Литва, потому что под Литвой основная часть литовских земель были русские земли.

Потому что Джемати, Аукшати, Хартленд литовский, лесной языческий, он относительно захваченных от Миндовга до Ольгерта территорий был очень небольшой.

Потому что, кто бы мог подумать, сейчас у нас Можайск, Димитров, эти города каждому москвичу известны.

Это была граница с Литвой в своё время.

Когда мы говорим, граница с Литвой проходила вот здесь фактически.

То есть там, не знаю, 100-200 километров от Москвы уже начиналась или литовская территория, или территория, которая была спорная.

То есть она туда отойдёт, сюда отойдёт, вот так вот.

Соответственно, только что буквально Витовт захватил Смоленск.

То есть Смоленск – это литовский город в тот момент был.

Правда, потом смоленцы страшно недовольны литовцами, поднимут восстание, на некоторое время выйдут из подчинения, ну и снова захватят.

Причём, заметьте, военной силой.

Словом,

Вообще-то, конечно, коалиция была двухсоставная.

Это была с одной стороны Польша, с другой стороны Великое княжество Литовское.

То есть Русь, которую мы себе представляем, то есть с центром Великого княжества Владимирском и Московском, там не участвовала.

В Мальборке, куда пришло посольство Игела со сбышком, орден готовится к войне.

Да.

И там, значит, представлена кузница, где какие-то полуголые люди крутят вот эти вот колёса, кто-то там куёт.

Злые немцы говорят о том, что это язычники, которые работают во славу Божью и во славу Ордена.

Как можно было этим людям доверить изготовление оружия?

И правильно ли выглядит эта кузница?

Потому что она похожа на декорацию про фильм «Юность молодого Конана Варвара».

Да-да-да, там только Шварценеггера не хватало, чтобы он крысу крутил какую-нибудь.

Ну, конечно, это все.

Опять же, это нужно показать в концлагере, чтобы все, кто пережил Вторую мировую войну, не ошиблись.

Это концлагерь, это немецкий концлагерь.

А немцы кто?

Правильно, нацисты.

Ну, что вам еще нужно пояснять?

Посмотрите, это, конечно, бред оффсивкейбл, уж извините, пожалуйста, потому что кузница на ручной тяге, это, конечно, ерунда.

Должна быть водяная мельница, это самое главное.

Ну, в крайнем случае, чтобы туда запрыгли каких-нибудь лошадей и ослов, потому что люди слабые, люди так здорово вертеть эти самые валы, которые будут поднимать молоты для механизации процесса, просто не смогут.

Основой индустриального прогресса XIII-XV веков везде стоят водяные мельницы, которые ворочают кузницами, которые ворочают мельницами, на которых ребушек мелется, к которым подключают ткацкие станки и так далее.

Это основа механизации, это водяная мельница.

И что самое главное, оружие, там показывают, мечи куют, причём очень странно, их куют сразу с эфесами.

Такого не бывает, куётся клинок отдельно, отдельно делается гардой на верше, клинок закаливается, полируется, точится, и только потом его оснащают гардой на верше его рукоятью, то есть эфесом.

Тут нет, всё вместе куют, это чушь собачья, люди просто никогда не видели, как меч делается, даже не представляют себе.

В Мальборке их, скорее всего, если и делали, то там штучно, то есть мало.

Покупалось всё в Германии.

На Рейне, в Золингене, в Пассау.

Оттуда, то есть с юга Германии, из центра Германии гнали прямо их, не просто много, их продавали бочками эти мечи.

Такая была фасовка бочек мечей.

100-200 штук, просто вот такая бочка, до клинки напиханы.

И так далее.

И, конечно, там показана эта кузница.

Господи, боже мой, там голые люди что-то куют.

Кузница — это искры, то есть куски расплавленного металла.

Должна быть защита, потому что иначе ты за час работы утратишь всякую пригодность, ты будешь просто весь в ожогах, таких у тебя лечить придётся.

Ну и кузнец — это ценнейший вообще-то специалист всего Средневековья.

То есть более квалифицированный, чем кузнец, может быть только врач.

Он такой крутой, который пользуют королей, герцогов и прочее.

Самый квалифицированный работник всего средневековья – это кузнец, тем более кузнец-оружейник.

Его в таких условиях содержать – вы больные.

Даже, допустим, это какой-нибудь раб пойманный, какой-нибудь язычник, не важно, русский еретик, литовский язычник.

Если оказалось, что он умеет хорошо ковать,

Ну, раб, не раб, у него все, у него жизнь удалась, потому что его будут кормить, хорошо размещать, за ним ухаживать, да просто потому что он умеет делать ценные вещи, по-настоящему полезные.

Поэтому, конечно, это, опять же, еще один такой киноштамп, чтобы показать зверство немцев.

Ян Мазовецкий возглавляет посольство в Орден.

Да.

Там он общается с магистром и ближайшим его окружением.

И они, немцы, уговаривают поляка не воевать с орденом.

Мог ли он предать короля и сохранить нейтралитет?

Или вообще, в принципе, перейти на сторону ордена?

И как вообще перед войной происходит договор, с кем против кого воевать?

Слушай, мог, мог.

Это, конечно, не обязательно, что он бы это сделал, но такие случаи известны в средневековой истории сплошь и рядом, потому что

Что такое Мазовецкий?

Так он же князь, то есть герцог, самостоятельный правитель вообще-то.

Он правит своей землёй, король у него, в смысле король, он очень уверен, он приносил вассальную клятву.

Можно сказать, что, смотрите-ка ты, например, вот я сейчас как некий пример привожу.

Егайло, такой гад, вчерашний язычник и крестился неправильно.

Всё, что я ему приносил, все клятвы, вообще гроша ломаного не стоит, я больше ему не вассал, всё.

И я пошел воевать за католиков.

Кстати, почему-то он Литве помогает.

Против кого?

Против ордена Девы Марии.

Я не могу.

Я вот Богу вассал более верно, чем этому королю.

Пойду за него воевать.

Вот Силезия, пожалуйста, воевала за немцев.

А на пиру, который был устроен в честь посольства, магистр становится резко плохо и он умирает.

Перепил.

Перепил.

И тут же за секунды принимается решение, что новым магистром становится его младший брат.

Да, Ульрих.

Ульрих.

Насколько частым явлением такое могло быть?

Нет, конечно.

Во-первых, ты обратила внимание, какой там пир.

Как эти монахи там кирогазят так, что аж только люстры качаются вообще.

Там все что-то бухие какие-то, заблеванные, кто-то уже валяется где-то.

Ну, короче, это как такое впечатление, что это не рыцари, а студенты какие-то вот прям дорвались до вписки и там устроили черт знает что.

Ну, по крайней мере, исходя из моего опыта, у студентов такое бывало.

Это, опять же, показать, какие они сволочи.

Ну, поляки там мало едят.

культурно выпивают, и даже дядя Збышк руками топор свернул в трубочку.

Всех поразив, и, конечно, невозможно.

Но неважно.

Еще нужно было ножичком сидеть и есть свилочки.

Потому что поляки хорошие, поляки приличные, а немцы разузланные пьяные сволочи, естественно.

Ну и, конечно, выборы этого магистра внезапно, что один помер, тут же раз второй.

Это, конечно, опять же, такого не бывает.

Потому что просто так выбрать магистра нельзя.

Для этого должен собраться орденский капитул и вынести коллегиальное решение.

Да, конечно, Ульриха избрали очень быстро, и более того, сразу было понятно, что Конрад не молод,

И он рано или поздно, скорее всего, даст Богу душу, и скорее всего, будет его брат.

Скорее всего.

Но всё равно это происходило несколько по-другому.

Конечно, в фильме всем этим событием сделали монтаж, чтобы не плодить лишних сущностей.

Такого, конечно, быть не могло.

Всё это было несколько более затянуто.

Ну и да, что опять же хорошо показано, что в книжке, что в фильме, это нужно поставить в жирный плюс,

что личность Ульриха Юнгенгена была связана обязательно с войной.

Он был ястреб, что называется.

Он возглавлял такие яркие антипольские, антилитовские, строго захватнические устремления в Ордене.

Желаю вам правления мудрого, справедливого и спокойного.

Сейчас нам не до покоя.

Сейчас нужно бороться за веру с неверными еретиками.

С кем вы собираетесь бороться, ваша милость?

Вас окружают христианские народы.

Но истинные христиане не помогают неверным.

Что мне прикажете сообщить его величеству?

Наши суда с хлебом будут возвращены?

Суда с оружием являются законной добычей ордена.

А с другой стороны, его старшенький был, наоборот, умеренный.

Он, конечно, воевать сам был очень сильный, не дурак, но он был более разумный, более умеренный.

И Ульрих как раз развязывает войну в 1409 году.

Ну как развязывает?

Он её разжигает, потому что, конечно, война началась в Жемайте, где поднялось восстание, а поляки вроде как вступились за Жемайте, потому что вроде как это Литва, а Егайло вроде как союзник Витовта по Крепскому соглашению.

И, что важно, ещё островским соглашением 1391 года, которое последовало вслед за Крепской унией.

Он вступается, зажимаете, и начинается война.

Напомню, откуда эта война взялась.

Это ее, собственно говоря, Витов с Егайлов вдвоем сложили дрова, из которых эта война потом загорелась.

Потому что они отдали, сжимаете орден, орден вошел, началось восстание, вот, пожалуйста, это провокация называется по-русски.

И вот Удрих не склонен был договариваться, а Конрад старшенький был склонен договариваться.

И вот как только на троне оказался Удрих, всем стало ясно, вот теперь начнётся.

И оно, собственно, и началось.

У меня еще один вопрос по поводу восстаний.

На военном совете они обсуждают, где устроить засаду.

А, это имеющиеся те самые дикие люди в этих самых шкурах?

Да.

Либо под Новым Ковно, либо при замке Регнет.

Вообще-то, конечно, он рогнит.

Почему он Регнет, я не знаю.

Он рогнит.

Правильно Рагнит назвал.

Но я нигде не нашла название этого замка.

Потому что замка Ригнет не существует.

Расскажи, что это за замок и что такое Новая Ковна.

Ну, что такое Новая Ковна, я не знаю.

Скорее всего, имеется в виду Каунас.

Просто Ковна.

Ну, город Ковна, он же Каунас.

Там мощнейший замок, который переходил постоянно из рук в руки.

То литовцы его захватывали, то, наоборот, обратно его захватывали немцы.

Вот там рассказывают, что под Новую Ковну их расколотили очень сильно.

И теперь бы...

Куда напасть, под Новая Ковна или под Рогнит?

Под Новая Ковна или под Рогнит, который почему-то называют Ригнет, не знаю почему.

Докладываю, между, если это в самом деле имеется в виду Каунас, скорее всего, на где же ещё?

Это Маринведер или Риттерсведер, нет, правильно, Риттерсведер, Рыцарский остров он назывался.

Каунас, Рогнит, там 150 километров, потому что Рогнит находится в Калининградской области современной.

Вы прям точно уверены, что метнутся оттуда туда или отсюда сюда?

Но это же концы такие для того, чтобы пешком по лесу пройти, не маленькие.

Потому что, смотрите, на 150 километров, если по 25 километров в день, это вам неделю идти в одну сторону, в другую сторону.

Так что мне это все кажется исключительно странным.

Обсуждение планов перед битвой.

Расскажи, как это происходит.

Перед битвой, которая во время засады или во время уже Грюнвальдского сражения?

Во время Грюнвальдского сражения.

Ох...

Ну там, конечно, все очень-очень-очень-очень упрощено, причем упрощено до искажения.

Потому что вся Гринвальдская битва представлена, внимание, в реконструкции.

Реконструкции, которая сделана на основе реконструкции Яна Длугаша.

То есть Ян Глугош, 80-е годы, 15 века, ну смотрите, сколько времени прошло, 70 лет, три поколения, описал битву при Грюнвальде, не видя вообще ни одного живого участника, он опрашивал внуков, внуков, правнуков участников, да, у него были документы некие, то есть, например, он предоставил нам в список

прямо гербов всех хоругвей, которые принимали участие в бою.

Как с литовской стороны и польской, так и с немецкой.

То есть перечислено буквально всё.

Каждый герб, каждый хоругвей.

Огромная работа, спасибо ему большое.

Но течение боя, которое там рассказано, которое вошло во все учебники, и в фильм, и в книжку, мягко говоря, под огромным сомнением.

Потому что Ян Лугыш не представлял самое главное поле боя.

И мы его теперь не представляем.

Буквально недавно...

была сделана палеогеографическая реконструкция, палеоландшафтная реконструкция поля боя, как она вообще выглядела.

Вот там эта история, что выходят эти так называемые хуфы, то есть развернутые по строению кавалерии, конницы, с одной стороны орденской, с другой стороны польско-литовской.

И вот они строятся в три хуфа последовательно, затылок друг к другу, то есть, условно говоря, первая дивизия, потом на каком-то расстоянии вторая дивизия и сзади третья дивизия.

Немцы видели, что литовцев и поляков было очень сильно больше в полтора, то и два раза.

И они один хуф разворачивают на фланг себе, так чтобы с одной стороны было два хуфа и один хуф на фланге.

Как раз его возглавляет Конрад фон Валенрот, маршал Тевтонского ордена, великий маршал Тевтонского ордена.

Он должен ударить на литовцев, на войско Витовта, а в это время...

Две дивизии удаляют в три дивизии польские, то есть в три хуфа, потому что литовцев и поляков больше, они имеют возможность развернуть на одном фланге литовцев точно так же в три линии, а с другой стороны поляков также в три линии.

И вот они так сходятся, и происходит некая драка.

При этом хитрый магистр говорит, что мы сделаем не так, сначала накопаем его в волчьих ям,

и поставим пушки.

Когда пойдёт в атаку вся эта вражеская конница, мы их обстреляем из пушек, они попадают в ямы, и после этого мы уже ударим на них и победим.

Такие все говорят, нет, мы всегда побеждали атакуя в сомкнутом строю, сомнём их сразу конями и доспехами.

Всё это так, но и осторожность не помешает.

Значит, вначале волчьи ямы, потом орудия и лучники, и уже под конец я поведу 16 хоругвей.

Буду биться...

Среди вас.

Вот такая вот стратагема.

Чушь собачья.

Во-первых, при раскопках, поле раскопано очень подробно, не обнаружилось ни одного следа волчьих ям, их не копали.

Потому что сразу вопрос, ну хорошо, поляки, например, попадают в волчьи ямы, а вы как атаковать-то будете между ними?

Вам же будет нормально не развернуться быстро, потому что вы же тоже на конях.

То есть хорошо, вы знаете, где эти ямы, но проехать-то через них вы не сумеете, вам придется их объезжать.

Пушки, судя по всему, были, да, но какое-то очень небольшое количество, и они, конечно, в начале 15 века в полевом бою ничего не могли решить, в принципе, их там возили с собой, ну, просто положено.

Это еще лет 50 пройдет, ну, даже не 50, 40, когда полевая артиллерия во Франции начнет говорить свое веское слово.

Ну, неважно, вот это все неправда.

Точно так же и...

Поляки с литовцами, судя по всему, выстраивались не так.

Опять же, почему?

Потому что поле боя было другое.

Когда я рассказываю про разворачивание немцев в два фланга, они не могли этого сделать по одной простой причине.

как показано в фильме.

Потому что поле, с одной стороны, ограничено деревней Таненберг, с другой — Грюнвальд, он же Жальгерис, всё это значит «зелёный лес».

И Жальгерис — зелёный лес, и Грюнвальд — зелёный лес, с литовского и с немецкого.

С другой стороны — Таненберг, то есть Еловая гора.

Прямо между ними тёк ручей заболоченный.

Соответственно, там поля такого не было вообще.

А вот умный Егайло, что сделал по-настоящему, он в самом деле шел очень широким фронтом, у него было больше людей.

Он за ручей в чисто поле поставил своего кузена Виттафта.

И вот да, немцы против него развернули этот самый хуф первый Валенрода, куда вошли самые лучшие именно орденские силы.

И что вот как-то очень странно показано, конечно, в фильме, эти голожопые какие-то люди с криками «Ура!

Ура!

Ура!» на эту бронированную стену Тевтонской конницы, ну и, конечно, получают тронюлей.

Тут самое главное, что это были, да, литовцы, правда, не все, но их половина это были русские.

То есть Смоленск и прочие русские земли, которые входили в состав Великого княжества Литовского.

То есть они, мягко говоря, выглядели не так.

Это были люди в пластинчатых доспехах, со щитами, с копьями.

Это были нормальные русские бояре.

Точно такая же тяжёлая конница, как немцы, это самое главное.

Конечно, может быть, доспехи были немножко другие, похуже, но всё равно они скакали не хура-хура-хура, а точно такими же плотными шеренгами, сапог к сапогу, уставив копья вперёд, ощетинившись буквально ими.

Литовцы, прошу прощения, там была дворцовая Виленская хоругвь, которая просто закупала доспехи у тех же немцев, они вообще отличались очень слабо от немцев, в принципе.

Ну и дальше прибегает весь такой избитый Витовт и говорит, «Господи, спаси моё войско!» Тут же прибегает Джерландин, это сын Тахтамыша, который вслед за папой гостил у Витовта.

Что там всё уже пропало, гипс снимают, клиент уезжает, спасите, помогите.

Это, кстати, удивительно так и было, потому что этот вот хуф, фланг, которым командовал Валенрот, у него рыцарей было приблизительно, ну вообще личного состава было приблизительно в полтора раза, а то и в два раза меньше, чем у литовцев.

И они, их немцы, опрокинули, то есть они просто сбили с позиции всё литовское войско и погнали его.

Судя по всему, опять же, мы точно не знаем, судя по всему, удержались только смоленские хоругви.

Как раз, собственно, русские, которые были очень хорошо вооружены и обучены.

Вот русские вроде как удержались на поле боя, все остальные просто сбежали.

И вот тут момент был, который в фильме просто не показан, а должен был быть, если бы мы говорили об исторической правде.

Ульрих фон Юнгенген только что послал своего лучшего военачальника с лучшими рыцарями в атаку.

Эти прямо у него на глазах, а он смотрит за это, будучи прикрыт этим самым ручьём и болотами, ему не выйти в чисто поле никак.

Там-то в кино показано, что они все развернулись, и давай, алга в атаку.

Вот это лучшая часть орденской кавалерии сталкивается с врагом, побеждает его и уходит его преследовать.

То есть всё, их больше нету.

Всё.

То есть только что у тебя лишился 3-е войско, причём самый лучший.

Я думаю, он только там говорил «Verfluchte Schweinehund!» или что-нибудь типа этого, ругался по-немецки.

После чего он вынужден был вслед за Валенротом вводить две свои баталии конные.

и остаться один на один с поляками, которых очень сильно больше, внимание, очень сильно.

Кстати, прикольно, что за поляков тоже было несколько строго русских.

Поэтому, конечно, правильно нужно сказать, что это победа русско-литовская, а не только польская.

Обычно про это забывают.

Ну и дальше чего?

Две дивизии.

Две дивизии немцев, две баталии против трёх баталий поляков.

Ну и, конечно, немцев отколотили, вот и всё.

Ну и давай, наверное, подытожим, что случилось с орденом после поражения, потому что принято считать, что после поражения при Грюнвальде тефтонцы потеряли цвет своих сил и потратили влияние Пруссии после этого навсегда.

Это, конечно, всё опять же упрощение до искажения.

Потому что бывает упрощение до модели, когда ты не говоришь всего.

Но всё равно у тебя некая модель упрощения получается каркасом реальности.

А бывает упрощение до искажения, когда ты доупрощался до того, что ты просто превратил историю в какую-то хрень.

Вот это как раз хрень, потому что, конечно, Грюнвальдское поражение было чудовищным.

В самом деле потери были чудовищные.

Со всех сторон.

Людей пригласили из разных мест, наемников наняли, деньги были вложены огромные.

Вообще-то Юнгенген, конечно, рассчитывал победить.

Он поставил на карту огромные средства и все потерял.

Погиб сам, лишил ордена лучших военачальников.

Просто много людей погибло, очень много.

Много попало в плен, и вроде бы в самом деле все.

Но орден-то ведь не все силы выставил на поле боя.

Это просто так никто не делает никогда.

И у них была самая главная крепость.

И самая главная крепость это был Маринбург.

И под Маринбург сразу после победы, после того, как похоронили павших и увезли раненых, отправляется король Егайло на Маринбург брать столицу ордена.

Потому что он как раз тоже рассчитывал не просто победить, а вообще поставить крест на могуществе ордена в Прибалтике.

Неплохо бы всю эту землю забрать себе.

Вот это важно.

Но...

Маринбург успел подготовиться к обороне.

То есть пока они стояли на костях, пока они собирались, пока шли, там очень толковый оказался командир, который запас продовольствия, воду, боеприпасы пинками согнал всех на оборону стен, откуда только можно, всех, так сказать, колеблющихся простимулировал как надо.

И вот победоносные войска коалиции приходят под стены Маринбурга, их там встречают нормально пушечно-арбалетным огнём,

Сходу его взять не получается, его даже, в общем-то, по-настоящему не пытали штурмовать, потому что, опять же, повторюсь, крепость из циклопической, из палинской мощи.

То есть если там есть гарнизон, который готов сопротивляться, а было по всему видно, что готов штурмовать, ну вы там просто потеряете всё войско во время этого штурма.

А зачем это надо?

Его берут в осаду.

Тут Витовц сообщает Игайло, что его люди устали, он устал, и как Ельцин, я устал, я мухожук.

И Витовц сделал мухожука оттуда и увёл половину войска.

И в итоге поляки остались с половиной войска, что сразу можно забыть, вы не только штурмом не возьмёте этот замок, вы его даже блокировать целиком не сможете, так, чтобы прекратить подвоз продовольствия и боеприпасов.

То есть замок не блокированный, пожалуйста, там это очень долгое сидение, которое не окончилось ничем.

То есть началась эпидемия в замке, прошу прощения, в лагере в осадном у Егайло, там боевой понос и всё такое.

Люди стали мерить, как мухи, ему пришлось уходить.

В общем, да, конечно, Великая война была проиграна, но Орден во многом свою мощь сохранил, и до второй половины XV века, до 1466 года,

То есть еще плюс 50 лет тефтонцы там стояли довольно крепко.

То есть не Грюнвальд положил конец их могуществу, конечно.

Самое главное не Грюнвальд, а то, что они поссорились с немецкими городами.

Это самое главное.

То есть военные силы замучились бы их разбивать.

Просто замучились.

Не потому, что орден такой мощный, хотя, конечно, и мощный, а потому, что вы сами слабые.

Это средневековое федеральное государство, не способное к длительным военным усилиям.

То есть компанию выиграть могут...

Захватить территорию могут, а удержать не получится.

То есть настоящая оккупация в средние века крайне затруднена.

То есть, ну да, вы победили, а немцы отсиделись у себя в замках и снова кого-нибудь собрали.

Вот только подрыв экономической мощи, а орден был очень сильно связан, конечно, с балтийской торговлей, которую владела в основном Ганза.

Вот то, что они поссорились с немецкими городами, с вольными, вот это, конечно, их подорвало очень сильно.

И после этого орден в самом деле превратился в то, что превратился.

В конце концов он вообще перестал быть военно-монашеской организацией, превратился в обычное совершенно герцогство светское.

Это будет уже сильно позже, мы об этом не будем говорить.

Далеко за пределами нашей истории.

Поэтому, конечно, что мы видим?

Очень яркое кинопроизведение.

Как и, собственно, литературная подоснова.

Очень хорошая, прям отличная.

Всё-таки это 1893 год, когда роман был написан.

Сенкевич уже был матёрый писатель, натренировался, писал уже очень сильно лучше, чем в юности.

Читать было в детстве очень интересно, это ключевое, в детстве.

Если вам 40, 50, 35 лет, лучше не читать.

В 14, 15, 17 лет оно прямо производит колоссальное впечатление, потом уже в основном, наверное, нет.

Очень яркое кинополотно сделано Александром Фордом.

То есть там все, да, конечно, черное-белое, черное-белое, без полутеней, такое все контурное, да, наврано все, что можно наврать вообще про историю, ну, кроме самого-самого-самого основного, да, что в самом деле была Великая война, в самом деле один магистр помер, другому наследовал, и Гайло всех победил.

Это все настоящая история, правда, да, так оно и было.

Но детали все скрыты, самое интересное.

Вместо этого есть...

Рыцарский роман.

Повторяюсь, не нужно ждать ни от кино, ни от книжки, ничего другого.

Это рыцарский роман, просто вот в реалиях XIX века-1960-х годов XX века.

То есть не ждите от него слишком многого.

Вам покажут очень хорошего главного героя, вам покажут одну красивую женщину, у которой у него дама сердца, это важно.

А вторую, на которую он, в конце концов, женится, это тоже важно, потому что вы поймите, что когда он женится на дочке Юранда Испыхова, она сразу перестанет быть дамой сердца и станет просто женой.

Дама сердца будет ещё какая-то при этом.

Иначе быть не может.

Потому что жена для детей, а дама сердца для сердца.

Это рыцарская культура, она вот именно в этом состоит.

Красивые актёры, яркие события, поединки, приключения –

Вестерн такой, который заканчивается еще и грандиозным сражением, которое в среднем неплохо снято в 60-х годах.

Я фильм, повторюсь, смотрел с удовольствием, когда готовился, на удивление обнаружил, что и теперь я его пересмотрел с удовольствием, потому что простые эмоции, простые сильные эмоции, понятно, кто хороший, кто плохой, за что нужно выступать, как поступать, ни в коем случае не нужно, он имеет простое нравоучение.

простую моральную ценность.

А у нас прямо сейчас, в наше время, мне кажется, этих простых, понятных моральных ориентиров очень сильно не хватает.

Такое все, знаете, вроде все хорошие, а вроде как-то не очень хорошие.

А плохие тоже не совсем плохие.

Можно за этих, можно за этих.

Вот посмотрите «Игру престолов», пожалуйста.

Вот там тоже такие вот.

За кого хочешь, с тобой болей.

Ну да, здорово, но в жизни все-таки нужно иметь некие твердые ориентиры.

Это кино их конкретно дает.

Детям особенно показывать можно в обязательном порядке.

То есть дети на таком воспитываться должны.

Это хорошее кино для того, чтобы закладывать правильные ценности в голову молодежи.

Спасибо тебе, Клим, большое.

И тебе спасибо.

Это был проект «Деконструкция».

Смотрите кино вдумчиво.