Документальный фильм "Следователь по призванию" канал Россия 24

Их жизнь круче любого остросюжетного фильма.

Я была городским ребенком, которому мама по утрам варила кашки, а тут я попала в такие условия.

Первые несколько месяцев они были адские.

Морально я еще не понимал, что меня ждет.

Для них настоящими супергероями были их родители.

Я же все свое детство проводила в следственном отделе или в прокуратуре.

Хотел пойти по стопам отца.

Следователи не участвуют в погонях и перестрелках.

Они мозг любой операции.

Сохранять максимальное спокойствие и хладнокровие, что бы там ни происходило.

Предварительное расследование, допросы, сбор доказательств, анализ документов и улик – все это работа следователя.

А еще он тонкий психолог и хороший артист.

Это люди с уникальным пытливым умом, и они быстро находят подход к человеку, который сидит напротив них.

Все это требует колоссальной концентрации сил.

Они редко проводят время с семьей.

Их дети лучше других знают, каково это, когда мама или папа всегда на работе.

Но несмотря на это, идут по стопам родителей, создавая целые династии следователей.

Я буду следователем и хочу всю жизнь работать только следователем.

Вечером 14 марта 1997 года у одной из многоэтажек на улице Рахманинова в Новгороде затормозила машина, из которой вышли два человека, мужчина лет 40 и подросток.

В подъезд они входили по отдельности, чтобы не привлекать внимания.

В пролете между шестым и седьмым этажами оба остановились.

Взрослый протянул мальчишке заряженный пистолет и велел занять удобную позицию, чтобы в зоне видимости был лифт.

А потом выкрутил лампочку и растворился в сумраке подъезда.

Гиллерам оставалось только дождаться свою жертву.

В тот день я уже ложилась спать в комнате, и на кухне у нас стоял стационарный домашний телефон.

Раздался звонок, и после этого я уже услышала крик матери, которая заплакала, закричала, что убили отца.

Она тут же начала собираться куда-то бежать, в морг, на опознание.

Мне было 16 лет, я была обычным ребенком-подростком, и меня никто не спрашивал, то есть меня никто не допрашивал, никто мне не интересовался, что я знаю.

Известного в городе предпринимателя Александра Садриева расстреляли прямо на площадке перед квартирой, когда он возвращался с работы домой.

В то время такие криминальные разборки в России были не редкостью.

Организованные преступные группировки держали под контролем практически весь бизнес в городах.

Вымогательства, рэкет, заказные убийства были частью лихих 90-х.

Это было повсеместно, это переживала практически вся Россия, этот период, когда делили рынок сбыта, когда создавались новые коммерческие структуры, все хотели хорошо жить, особенно хорошо жить за счет других.

Тогда, в 16 лет, Настя не понимала, с какими рисками было связано занятие бизнесом в городе, который фактически управлялся криминальной группировкой.

Это одна из центральных улиц Великого Новгорода, Большая Санкт-Петербургская.

В 90-е годы здесь находился магазин моего отца, он назывался «Зенитный сад».

Он был одним из магазинов, который первый в Новгороде открылся с продажей фото-видеотехники, бытовой техники.

И, собственно, здесь был мой первый опыт зарабатывания денег и стояла за прилавком.

В магазине Настя работала, чтобы накопить денег на поездку с подружкой в Болгарию.

Конечно, отец мог бы без проблем оплатить ей путевку, но он всегда учил дочь всего добиваться самой.

А вот дорогие подарки дарил часто.

Например, модный фотоаппарат, на который Настя снимала своих друзей.

Среди них был и скромный 17-летний парень Володя Артеменко.

Мы познакомились с ребятами, там несколько человек, они были с нашего района, Артеменко был совершенно с другого района.

У нас завязалась дружба, впоследствии Артеменко стал близко общаться с моей подружкой.

Когда мы познакомились, он был абсолютно нормальным парнем, ездил на велосипеде, по-моему, занимался боксом.

Молодые люди общались полгода, а потом Володя резко пропал.

Настя знала, что он связался с плохой компанией и стал наркоманом.

Они встретились в городе случайно на следующий день после убийства отца девушки.

Он находился в состоянии наркотического опьянения, это было прям очень заметно.

Он сам ко мне подошел и таким дрожащим голосом спросил, что у тебя убили отца.

Я говорю, да, но при этом я хотела пойти дальше.

Но он мне такую фразу обронил, мы сделали это.

Тогда Настя не поверила, что 17-летний мальчишка мог совершить серьезное заказное убийство.

По городу уже поползли слухи, что ее отца наказали за то, что он отказался платить бандитам за крышу.

Позже она с удивлением узнала, что Артеменко действительно был в числе подозреваемых.

Но тогда до суда почему-то так и не дошло.

Убийство ее отца, как и многие другие подобные преступления 90-х, осталось нераскрытым.

Уголовное дело было сдано в архив.

О нем стали постепенно забывать все, кроме Насти.

Ее жизнь с тех пор разделилась на «до» и «после».

Если раньше девушка хотела поступить на ИНЯС, работать переводчиком, а отец даже планировал отправить ее учиться в Англию, то теперь у нее появилась новая мечта – стать следователем.

Щелчок какой-то произошел, и я приняла решение, что я буду поступать на юридический факультет.

То есть не с той целью, чтобы пойти, что-то раскрыть, что-то добиться.

Нет, я просто хотела защищать людей, обычных людей, помогать людям, защищать их права.

Уже на втором курсе юридического факультета Новгородского государственного университета Настя Садреева попала на практику в прокуратуру и буквально прилипла к следователю.

Выезжала с ним на места преступлений, ходила в морг на вскрытие, помогала составлять документы.

А после окончания учебы сразу получила работу помощником прокурора в маленьком городе Холм с населением 3000 человек за 200 километров от дома.

Мне дали служебную квартиру, в которой было печное отопление, в которой не было водопровода, нужно было носить воду с колонки.

Попробовала затопить печку, соседи вызвали пожарных, потому что пошел черный дым.

Я не знала, что в печке нужно открывать трубу, чтобы затопить печку, потому что я была городским ребенком.

Но я была счастлива даже этому.

У меня горели глаза, мне нравилось там работать.

Настя проработала в Холме пять лет.

А в 2007 году, после создания следственного комитета, ее перевели обратно в Новгород.

Она занимала разные должности, последняя из которых – старший помощник руководителя следственного управления по взаимодействию со СМИ.

Но даже оказавшись внутри системы, попытаться самой раскрыть убийство отца, которое было совершено много лет назад, девушка не могла.

Она считалась потерпевшей по этому делу.

Тем не менее, Настя упорно обращалась к каждому новому начальнику с просьбой вернуться к нераскрытому преступлению.

Каждый раз я слышала, что это невозможно, это нереально, ну подожди, ну не сейчас, ну сейчас у нас есть более важное дело, а потом мы возьмемся за твое дело.

С приходом Николая Николаевича Супруна, скажем так, я к нему зашла со своим квестом и попросила просто изучить лично мое уголовное дело по факту убийства отца и никому не поручать.

Он мне не давал никаких обещаний, никаких надежд.

Но спустя несколько часов я зашла к нему по каким-то рабочим моментам и увидела, что на столе у него лежит мое уголовное дело.

Уголовное дело...

Имелись доказательства некоторых лиц, причастных к совершению данного преступления.

Доказательства достаточно были слабые.

На том и следственные подразделения, Следственного комитета Российской Федерации, для того, чтобы добыть недостающие доказательства для привлечения лиц, виновных в совершении того или иного преступления.

Так спустя 23 года после убийства отца Анастасия добилась того, чтобы это уголовное дело снова взяли в работу.

Материалы передали в отдел по расследованию особо важных дел и сформировали новую оперативную группу.

Уже на тот момент появилась определенная оперативная информация о том, что один человек, который находится в местах лишения свободы, готов давать показания.

Этим человеком оказался тот самый бывший знакомый Насти, Володя Артеменко.

Только это был уже не 17-летний мальчишка, а взрослый 40-летний мужчина, который полжизни провел в местах лишения свободы.

Сначала за кражи, потом за наркотики.

Было темно?

Да.

Света не было.

Вы видели силуэт?

Силуэт не видел.

На следственном эксперименте Артеменко рассказал, как происходило убийство бизнесмена Александра Садриева в 1997 году.

И назвал имя того, кто его организовал.

Вячеслав Витков.

Он дал мне пистолет.

Он предсказал стоять внизу.

Витков, значит, сказал ему о том, что они не едут на убийство, а едут к одному коммерсу, как говорили по тем временам, чтобы, скажем так, его там попугать.

Эта история идет из их, скажем так, молодости, детства.

Артеменко жили в одном дворе, в одном доме.

Артеменко...

Тогда был подростком и попал как раз в ту эпоху 90-х, когда на него влияли те лица, которые, скажем так, по тем временам умели зарабатывать деньги, а зарабатывали в то время по-разному.

Володя Артеменко рос без отца.

Его воспитывала мать.

Денег в семье часто не хватало.

Поэтому школьник очень польстила, когда на него обратил внимание взрослый мужчина, сосед по дому дядя Слава.

Тот часто ездил за границу, в Финляндию.

Что-то привозил, продавал.

И в глазах мальчика был как-то связан с романтикой криминального мира.

В те годы все ребята, молодежь, они все пытались как-то себя ассоциировать с какими-то криминальными структурами, авторитетами, потому что это было модно, если кто-то из подростков, из ребят общался, либо знал людей из криминальных кругов.

Я знала, что у Артеменко есть некий дядя Слава Витков, который ему помогает, который покупает ему вещи, и в принципе он у него как отец.

Дядя Слава брал мальчика на важные встречи, учил жить по понятиям.

Так Володя впервые попробовал тяжелые наркотики и уже больше никогда не мог от них отказаться.

О том, что теперь ему придется во всем подчиняться взрослому другу, школьник понял, когда тот вывез его на стрельбище и показал, как обращаться с пистолетом.

Он ему так говорил, что чтобы стать тебе, скажем так, завоевать определенный авторитет в криминальной среде, тебе нужно совершить какое-то определенное дело.

Убить человека, ты будешь в уважухе по тем временам.

И, соответственно, надо к этому как-то готовиться.

С ваших слов я понял, что Витков открыл стрельбу первой.

Правильно?

Да.

Витков, он молчал и не признавался, и не признается до сих пор.

А Артеменко, значит, он рассказал, у кого какие были стволы, кто откуда стрелял.

Все это совпадало с той динамикой, скажем, разлета гильз, там, скажем, пуль.

Подтверждал его слова, правдивость его слов.

Вячеслав Витков был арестован.

По приговору суда оба киллера были признаны виновными в совершении убийства.

Витков получил наказание в виде лишения свободы сроком на 24 года.

Так как Артеменко тогда был несовершеннолетним, для него срок давности по этому делу истек.

Но на свободе мужчина все равно окажется не скоро.

Он отбывает наказание за другое преступление.

Заказчика убийства Александра Садриева сегодня уже нет в живых.

Не только преступления по убийству Александра Садриева раскрываются, но и другие преступления по прошлым годам в связи с тем, что в настоящее время и криминалистическая техника пошла вперед, и оперативные подразделения по-другому переустроились работать, и следственные органы в том числе.

После того, как в этой истории была поставлена точка, Анастасия Садриева в очередной раз поняла.

Она выбрала правильную профессию.

Оказавшись на месте пострадавшего, девушка на себе испытала, что чувствуют люди, когда виновные наказаны и справедливость торжествует.

По своей должности я общаюсь не только со СМИ.

Люди видят меня, как говорится, в телевизоре, на экране, и они обращаются ко мне.

И я все равно с ними со всеми общаюсь.

Я общаюсь с ними в социальных сетях, общаюсь по телефону, на улице ко мне подходят.

И, конечно, всегда хочется помочь всем.

Ну, если это не в моих полномочиях, соответственно, я докладываю это либо руководству, либо в отдел по приему граждан.

Но мы всегда стараемся помочь людям, вне зависимости от того, что наши это полномочия, не наши полномочия, но мы стараемся.

Человек должен любить свою профессию для того, чтобы он выполнял ее хорошо.

Он должен жить этой профессией.

Это должно быть где-то внутри.

И мне кажется, это, наверное, просто передалось генетически.

Коллега Анастасия Садриева и старший лейтенант юстиции Наталья Образцова работает следователем в Олексине, небольшом городке в Тульской области.

В ее жизни не было трагедии, которая бы привела девушку в эту нелегкую и довольно жесткую профессию.

О работе следователя она знала все с ранних лет.

Наталья из семьи потомственных юристов.

И как дети актёров, которые проводят вечера в театре за сценой, после школы она часто бывала у мамы на работе.

А в 11 лет случайно попала вместе с ней на место происшествия.

было лето, мы с мамой находились на даче вдвоем.

Позвонила дежурная часть, соответственно, что обнаружен труп, необходимо выехать.

Но она же меня не оставит в 11 лет одна на даче, откуда я не доберусь.

И, соответственно, мы поехали вместе на дежурной машине на УАЗике.

Я прекрасно помню, даже зрительно, стояла жара невыносимая.

Я спросила, а можно я пойду посмотреть?

Тогда еще сотрудник говорит, что там же труп

Она даже, вы знаете, не испугалась.

Я вообще сказала, что не заходи, не разрешила.

А она все равно пролезла, посмотрела.

Девочка как будто оказалась внутри кино, где надо было выяснить, что произошло, и обязательно наказать виновных.

А главным героем этого фильма была ее мама.

Больше всего Наташа впечатлила, как уверенно, хладнокровно, даже буднично она себя вела, отдавая четкие распоряжения, опрашивая соседей.

Спустя годы Наталья уже сама, став следователем, сотни раз выезжала на места самых страшных преступлений и также тщательно выполняла свою работу, не поддаваясь ненужным эмоциям.

Поведение следователя, оно чаще отрезвляет тех людей, с которыми вы работаете.

Нельзя кричать.

Во-первых, гнев и агрессия, она, как правило, провоцирует гнев и агрессию.

Если следователь будет на месте,

о совершении преступления плакать.

Вы представляете, что с остальными будет происходить?

Нет.

Следователь – это мозг, который должен, находясь на месте, распределить обязанности, кто что делает, сам, соответственно, делать, организовать вот эту работу следственно-оперативной группы и, соответственно, сохранять максимальное спокойствие и хладнокровие, что бы там ни происходило.

Помимо расследования убийств, изнасилований, причинения серьезного вреда здоровью, у каждого следователя есть своя специализация.

Наталья часто расследует преступления против детей.

Самой быть мамой двоих ребятишек и выезжать на происшествия, связанные со смертью малышей и подростков, для женщины даже с такими железными нервами, как у Наташи, тяжело.

Но это тоже часть ее профессии.

Недавно у нас было происшествие.

Мальчик 12 лет залез на подстанцию, опять выезжала я, его ударило током, и он умер.

Мы все женщины, у нас у всех есть дети.

Это тяжело.

И в такой момент, наверное, надо сказать что-то родителям.

Мы пытаемся как-то их утешить, но мы понимаем, что это бесполезно.

Единственный ребенок благополучный, семья отличник, да.

Решили просто разрисовать эту подстанцию, конечно.

Это очень тяжело на таких деток, когда на себя это перенимаешь, да.

Надо стараться, конечно, как-то на себя, на своих близких, родных, на своих детей.

Не перенимать и не представлять себя на их месте.

Либо в противном случае работать не сможешь.

Надо от этого абстрагироваться.

Каким-то образом пытаться абстрагировать.

Сегодня один из тех редких моментов, когда Наталья проводит время со своей семьей.

Рабочий день у следователя может начаться и закончиться в любое время суток.

Точно такой же график был и у матери Наташи Ирины Геннадьевны.

Девушка помнит, что рана стала самостоятельной, привыкла к тому, что мама часто на службе, а спокойной ночи ей желает отец.

И среди ночи меня поднимали, и там выходные дни, и откуда только нас не вытаскивали.

Чуть ли не из кинотеатра, везде.

Куда только ушел, вдруг, значит, сообщение, значит, сейчас подъедем.

Там убийство, еще что-то.

Но вот муж в этом отношении, он меня всегда поддерживал.

Вот ни разу не сказал мне, что бросай эту работу, уходи, мне надоело.

Такого не было.

Поэтому у меня как бы в этом отношении тыл был такой сильный.

Ирина Геннадьевна проработала следователем почти 40 лет.

В Алексине она долгое время была заместителем руководителя следственного отдела и подчиненные даже называли ее по-семейному мамой.

Она не то чтобы, так сказать, с нами нянчилась, но можно было на нее всегда полагаться.

То есть не было такого, что постучавшись в ее кабинет и услышав от нас какую-то просьбу, она сказала «мне сейчас некогда, зайдите позже».

Она всегда отложит в сторону свои дела.

выслушает внимательно, все изучит, посмотрит и даст соответствующий тебе совет, соответствующее указание о том, как именно правильно поступить в той или иной ситуации.

Для молодого следователя это неоценимо просто.

И главное, что она говорила, это всегда нужно оставаться человеком.

Она фанатик еще тот, да, данной работы.

Мне кажется, если бы не состояние здоровья, она бы, наверное, никогда не ушла бы.

Следователь – это образ жизни, это даже не профессия.

Потому что мы так живем.

Я помню неделю, просто шикарная моя дежурная неделя была.

Сначала был у нас угон несовершеннолетний, которых мы двоих арестовали, потому что они только освободились.

Потом, соответственно, у нас одно было резонансное убийство, заказанное убийство.

Потом было второе убийство и третье убийство с особой жестокостью.

Это все было на протяжении шести дней.

Это было сложно.

Мы с работы, наверное, неделю-две не уходили.

Уходили, наверное, на час принять душ, переодеться и возвращались обратно.

Наталья по-настоящему любит свой город, не мечтает отсюда уехать и верит, что как настоящий супергерой может сделать его лучше.

Несмотря на то, что следователь почти каждый день сталкивается со злом, она не потеряла романтического отношения к жизни и к профессии, которую, как и ее мама, считает главным делом в своей судьбе.

Сейчас это самый опытный следователь отдела, которому можно не беспокоясь отдать трудное дело и не переживать за результат, зная о том, что она его достигнет.

Она как раз-таки тот человек, который в любой ситуации результаты добивается.

Мы вообще в принципе в нашем отделе практикуем физические нагрузки, поскольку у нас здесь в основном умственным трудом занимаемся.

Каждую неделю практически мы в спортзале проводим как минимум полтора-два часа для того, чтобы поиграть в футбол, в волейбол.

Наталья Викторовна принимает активное участие.

Буквально на прошлой неделе отличилась, забив пять голов в одной игре.

Поэтому в футбол она тоже неплохо играет.

Отличный удар справа.

Бывает, что дети не просто вслед за родителями связывают свою жизнь с правоохранительными органами, но даже занимаются похожими делами.

В 90-х годах в Архангельской области произошла серия чудовищных преступлений, которые потрясли всю Россию.

Здесь при загадочных обстоятельствах стали исчезать женщины.

Сотрудники уголовного розыска не могли найти ни одной зацепки, ни свидетелей, ни тел пропавших.

Когда количество жертв приблизилось к десяти, стало понятно, что в области орудует серийный убийца.

Тяжело, когда не могли ничего сделать.

Просто безысходность какая-то.

Павел Перешнев проработал в уголовном розыске 37 лет.

Дело Архангельского Чикатило стало одним из самых сложных за годы его службы.

В основном пропавшие женщины были из Вельска.

На выезде из города находилась старая остановка общественного транспорта, которая уже не работала.

Но местные жители по привычке приходили туда, чтобы поймать попутку.

У сотрудников правоохранительных органов возникла версия, что именно здесь маньяк и подбирал своих жертв.

Едет мужик рабочий, да, давай подвезу, куда?

Деревня такая, ну садись, давай поехали.

Что-то транспорт не ходит.

Соглашаются люди, да.

Сначала Павел Перешнев с коллегами решили отработать тех, кто в прошлом уже совершал в Архангельской области преступления на сексуальной почве.

Среди них был Сергей Шепилов.

Судя по характеристике, примерный отец семейства.

Раньше работал в профессионально-техническом училище.

Классный руководитель.

И все в нем, его ученики, души не чаяли.

Он организовал походы, пикники, все с ребятами.

Казалось, что следствие зашло в тупик, и личность преступника так и не будет установлена.

Начались проверки транспорта.

Подробно изучались путевые листы водителей всех предприятий и учреждений, в том числе и соседней исправительной колонии, размещенной рядом с Вельскому.

И вот все маршруты стали отрабатывать поминутно.

Особенно понятно, что в те дни, когда исчезали женщины, девушки.

Было установлено, что машина-осенизатор, принадлежавшая исправительному учреждению, находившемуся по соседству, действительно проезжала мимо злосчастной остановки именно в те дни, когда там пропадали женщины.

А за рулем был Сергей Шипилов.

В 90-х годах за хорошее поведение заключенного могли расконвоировать, то есть отправить без охраны выполнять какое-либо поручение.

Шипилов дважды в неделю вывозил за пределы колонии отходы.

В это время он и совершал убийство.

Собрали воедино все места, откуда исчезали женщины и девушки, все вместе свели воедино, стало понятно, что теперь процесс доказывания.

Стали думать, надо доказывать как-то.

Ни одного трупа нет.

Тела убитых женщин сотрудникам правоохранительных органов удалось обнаружить только после того, как Шипилов дал признательные показания и указал места, где их закопал.

С тех пор прошло уже больше 20 лет, а Павел Перешнев до сих пор помнит первый допрос серийного убийцы.

Он сказал, ребята, если я все вам расскажу, то вы посидеете все.

Вы все посидеете.

Долгие беседы с ним были, ни минуты не было такой, что мы просидели и промолчали там 20 минут.

Хорошо, что он стал отвечать на вопросы.

Вот замкнулся бы сразу же, сложнее было значительно разговаривать его.

25 октября 2000 года архангельский маньяк получил пожизненный срок.

Он признался в совершении 12 убийств, а позже уже в тюрьме рассказал еще о двух.

Заявил, что им двигал не сексуальный мотив.

Он убивал ради убийства.

В преступлениях не раскаялся.

А спустя 10 лет в Архангельске появился новый маньяк.

Это дело тоже расследовал Павел Перешнев.

Только уже не отец, а сын.

Выбор профессии произошел где-то ближе к окончанию школы, когда я решил поступить на юридический факультет.

Я четко знал, что я должен работать в правоохранительных органах, потому что мне это интересно.

Мне интересно что-то распутывать, искать, понимать, как это было.

Когда его отец искал серийного убийцу, Павлу было всего 10 лет.

Несмотря на то, что история архангельского чикатило прогремела на всю страну, родители вряд ли рассказывали мальчику подробности.

Он просто знал, что папа занимается благородным делом, ловит преступников.

Сегодня они уже коллеги и могут в деталях обсудить любые профессиональные вопросы.

Отец всю жизнь для меня пример и будет таким оставаться.

Я часто с ним консультируюсь, у него какие-то темы.

Я просто видел его заинтересованность в работе, ответственность, с которой он к ней подходит.

Я не могу сейчас ударить в грязь лицом, он большой путь прошел.

И сейчас я не могу это как-то взять, перечеркнуть, где-то в какой-то момент сдаться или повести себя непрофессионально или неправильно.

Новый архангельский маньяк уже за решеткой.

Им оказался местный житель Эдуард Селезнев, который убил и съел трех человек.

После убийства перетаскивал трупы в ванну, где расчленял их мясо для употребления себе в пищу, вставлял его, а остальное в пакетах выносил на озеро, где впоследствии они были обнаружены.

Он понимал, что для общества в целом это ненормально, но при этом он осознавал, что это абсолютно нормально для него, потому что он живет так уже длительное время.

Но даже после таких страшных дел, от которых холодеет кровь, у Перешневых ни разу не возникала мысль о том, что они могли бы выбрать другую профессию.

Я на работу прихожу с удовольствием.

Здесь мое призвание.

Семья абсолютно нормально относится к этому, понимает, что для меня это очень важно.

Я хотел бы, чтобы мой сын выбрал ту работу, ту сферу деятельности, которая ему интересна.

Но если он вдруг для себя выберет юридическую сферу или решит работать в следственном комитете или в других правоохранительных органах, я его в этом поддержу.

Вечером 18 февраля 2007 года в Макдональдсе на углу Невского проспекта и улицы Рубинштейна в Санкт-Петербурге произошел взрыв.

Злоумышленники заложили самодельное взрывное устройство в спортивную сумку и оставили ее под одним из столиков.

Пострадали 6 человек.

Взрыв в центре Петербурга, вообще-то, это редко такое бывает, нонсенс практически.

Был такой особый какой-то азарт и у оперативников, и у Федеральной службы безопасности, и у нас, у следователей.

Анатолий Скуковский, который тогда работал следователем, вспоминает, что раскрытие этого преступления стало делом чести для правоохранительных органов северной столицы.

Виновные были найдены и получили наказание в виде разных сроков лишения свободы.

Это резонансное дело одно из множества уголовных дел, которые за годы службы расследовал Анатолий.

А всего их было 250.

Сегодня сложно поверить, что когда-то он мечтал стать актером и даже поступал в театральный институт.

Я обожаю читать.

Я читать обожаю, даже мне не передать словами, как.

Я вообще очень заядлый книголюб.

У меня моя библиотека личная составляет более 3000 томов.

Достоевский, Чехов, Тургенев, Куприн.

У меня Есенина огромная, самое большое собрание, которое выходило.

Пушкин.

Наверное, под воздействием их сам много писал по молодости, по юности стихов.

Иду в библиотеку публичную, пишу на ходу.

Вышел из библиотеки, присел на поребрик.

Только что вроде что-то юридическое читал, а вот из тебя здесь романтика прет.

Но в итоге Анатолий пошел учиться на юридический факультет.

На выбор будущей профессии повлияло страшное событие, произошедшее в их семье.

На бабушку мою было совершено нападение в подъезде.

Она получила пенсию свою там крохотную на почте, шла до дома.

Ну и какие-то негодяи выследили ее от почты в подъезде, напали, избили, отняли эту пенсию.

Преступление осталось нераскрытым.

Бабушка в больницу попала, лежала-лежала и потом, в общем, скончалась, да, умерла.

Вот.

И тогда во мне какой-то тумблер переключился, какую-то кнопку, что ли, мне нажали.

Вот, сказал, все, я буду следовать ее.

Сегодня Анатолий Скуковский не только знает все о профессии следователь, но и делится своими знаниями со студентами.

Он старший преподаватель кафедры криминалистики, судебно-экспертной и оперативно-розыскной деятельности Санкт-Петербургской академии Следственного комитета России.

Место это действительно историческая набережная реки Мойки, дом 96.

До нас здесь очень долгие годы располагался военный институт.

Изначально здесь находилась первая и единственная в стране военная юридическая академия.

То есть наша сейчас академия через век находится на том месте, где единственное и впервые в стране готовили, по большому счету, следователей-криминалистов.

Присаживайтесь, пожалуйста.

Мне всегда нравилась поговорка, что дело надо делать хорошо или не делать его вообще никак.

Поэтому, конечно, я от студентов очень серьезно требую соблюдения каких-то правил, каких-то требований.

Знаете, это из разряда и кнутом, и пряником.

То есть он может и быть строгим, и покричать, но при этом он может и вызвать интерес.

Для меня это один из любимых предметов.

То есть формат такой и интерактивный, и общение.

То есть скучно не бывает здесь.

Помимо теории, студентов, конечно, интересуют примеры из практики.

Анатолию Скуковскому, проработавшему следователем 20 лет, всегда есть что им рассказать.

Анатолий Геннадьевич, он профессионал своего дела, он практик.

А я считаю, что обеспечить качественную подготовку следователей могут прежде всего люди, которые сами прошли весь путь становления себя как следователя, как профессионала.

И они могут передать студентам, наверное, то, чего не будет написано ни в одном учебнике.

А это очень важно, потому что мы выпускаем профессионалов, которые должны сразу после окончания академии пойти работать следователями.

Сам Анатолий Скуковский после окончания университета начал работать следователем в Выборгском районе Санкт-Петербурга и тоже думал, что ему сразу дадут какое-нибудь важное уголовное дело.

Получил первое дело, которое меня ужасно разочаровало тогда.

Потому что я думал, так, надо что-то ловить бандитов, сажать бандитов.

А мне дают дело падения льдина с крыши дома на голову адвоката.

Я думаю, как так-то?

Это как я вот сюда шел, а мне тут падение льдина, найди, расследуй.

Для меня это, конечно, такой тоже шок был.

В первый день льдину получить.

По весне, да, как раз.

Но эта льдина была предвестником настоящего снегопада из серьезных уголовных дел, который обрушился на молодого следователя.

Я и мои коллеги начинали службу, это были 90-е годы, это вот так называемый расцвет бандитского Петербурга был, это...

Мы в день могли по 6-7 выездов за дежурство на трупы выезжать, представляете?

В районе, в одном из районов Санкт-Петербурга 6-7 выездов могло быть.

Сейчас такое себе можно представить?

Нет, конечно.

Ежедневно расследуя жестокие преступления и сталкиваясь со злом, Анатолий не очерствел.

Если появляется свободная минута, он берет в руки книгу или навещает любимые места в городе.

Каждый обеденный перерыв я на колоннаду всякую скусобу залезал и час стоял, наблюдал город со всех сторон.

Мы не железные, мы тоже прекрасно видим, что вот здесь случилось горе.

Какую-то частичку этого горя мы принимаем на себя.

То есть следователь – это фигура, которая должна вот это все как-то уметь грамотно сочетать.

Уголовное, криминалистическое, человечное.

Вот в этом, наверное, и секрет работы следователей, которые долгие годы работают, 15-20-25 лет.

Во время работы в правоохранительных органах у Анатолия Скуковского было дело, которое потребовало от него максимальной самоотдачи и сил.

Целых три года он расследовал преступления банды черных риэлторов, которые орудовали в Санкт-Петербурге.

Подбирали социально незащищенных людей, подбирали одиноких людей, подбирали людей, злоупотреблявших спиртными напитками.

Были случаи, когда сначала завладели квартирой, потом убили, или наоборот убили, потом завладели.

Только обвиняемых 26 человек было привлечено по данному делу.

Материалы по преступлениям черных риэлторов еле-еле уместились в 180 томов уголовного дела.

Схема отъема жилья была хитрая.

Бандиты переоформляли документы на квартиру на себя или подставных лиц, а потом продавали ее.

Настоящих владельцев устраняли.

Так, чтобы со стороны это выглядело как самоубийство, несчастный случай или убийство, не связанное с квартирным вопросом.

Допустим, человек пошел из горя, повесился на елочке, на деве на каком-то в лесу.

Все, сам повесился, ничего не говорит о том, что ему кто-то помогал.

А это нет, это вот эти риэлторы черные, пытаясь скрывать следы своей преступной деятельности.

И большое количество обвиняемых, большое количество эпизодов надо было постоянно в голове, на бумаге, так называемой шахматки, чтобы не потерять ход следствия.

В шахматах задача-то какая основная?

Сделать так, чтобы фигура короля у нас или оказалась под ударом, или оказалась в состоянии цепь нота, что ему ходить будет некогда.

У следователя такая же задача по отношению к тем лицам, чья виновность доказана следствием.

Он не только в теории все знает на 100%, он, в принципе, на практике практически все прошел, что только можно представить за свои годы работы.

Я с детства смотрел на отца, на эту профессию.

Ну, и мне было интересно, я так наблюдал со стороны, постоянно его спрашивал по поводу работы, как вот это все происходит, как в кино, или это как-то не так работает.

Сын Анатолия Скуковского Илья тоже работает следователем и уже на собственном опыте знает, как в кино часто все путают.

Следователь не бегает с оружием в руках, задерживая преступников.

Он возбуждает уголовное дело и расследует его.

Это огромная работа.

Осмотр места происшествия, получение нужной информации от свидетелей, потерпевших, подозреваемых, анализ вещественных доказательств, проведение экспертиз.

Я был прикомандирован в экономический отдел, у нас были экономические преступления.

То есть это не 20-30 дел в месяц, относительно небольших, это одно огромное дело, которое ты расследуешь, которому ты отдаешь всего себя, все души вкладываешь вообще в то, чтобы это дошло до суда, был вынесен обвинительный приговор.

В следственном комитете Илья работает всего 4 года, но он уже успел поучаствовать в расследовании одного из самых громких экономических преступлений последних лет, по которому проходило около 5,5 тысяч потерпевших.

В 2014 году старейшая российская компания в сфере туризма, петербургская фирма Нева, неожиданно объявила о банкротстве.

Безумное количество людей осталось за границей в тот момент, которые не могли вернуться.

Обычные семьи, там папа, мама, ребенок, там, ну, может быть, порядка 50-70 тысяч рублей конструкция.

Наверное, самое обидное бывало, что там были пожилые люди.

Вот я, если не ошибаюсь, женщина 30-го года рождения, что ли, и порядка 200 тысяч, по-моему, она заплатила внукам на путевку.

Ущерб, причиненный клиентам, был оценен в 380 миллионов рублей, которыми глава фирмы Максим Пирогов распорядился по своему усмотрению.

Уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере было передано в суд.

Работа все равно на первом месте, как бы ты ни хотел, что бы ты ни делал, большинство времени, сил, эмоций отдаешь вот этому месту.

Но, конечно, главное – это семья, главное – это поддержка, люди, которые тебя окружают, твои друзья, твоя вторая половинка, кто угодно.

Потому что возвращаться домой, если ты живешь, например, один, то я даже не представляю, каково это – оставаться наедине со всем, что тебе сзади накопилось, со всей этой кучей информации.