ИЛЬЯ АВЕРБУХ: о битве за лед с Навкой, примирении с Плющенко и баттле Загитовой-Медведевой

Наше интервью будет так.

Ты в меня стреляешь, я как уж уплываю.

Все в тебя влюбляются.

Что ты делаешь, женщина?

Ты такая красивая.

Ждал, как свечи там, не знаю, какого-то ледникового периода, придут какие-то новые жертвы.

И я такой ха-ха-ха.

Такие карабасы-барабасы, все на них тут пляшут.

Что в целом сейчас происходит с Алиной Загитовой?

Это ложь, это неправда, это невозможно.

Это какая-то запущенная гадость, разрушительный характер.

Она бьет по людям.

Я понимаю, что вы себя обостряете, Ксения.

Уже все привыкли, прости господи, раздеваться в одной раздевалке.

Юру Борисову не знаю, а вот Марку Эйнштейну я бы очень хотела.

Спорт – это прямая часть политики.

Ты что, вражку, что ли?

Ужасно.

Кошмар.

Я бы, наверное, не строил бы из себя Моисея.

Сейчас я пребываю в абсолютном счастье.

Не выключайте!

Не рисуйте меня этим пауком.

Илья, привет.

С момента нашего последнего интервью с тобой прошло аж 11 лет.

Самой не верится.

Тот вид спорта, которому вы отдали большую часть своей жизни, так получается, связан с самыми большими закулисными интригами.

Сколько с тех пор всего изменилось, согласись, и время другое, и страна.

Впрочем, кое-что в России изменилось.

остается неизменным.

Илья Авербух по-прежнему снимает ледниковый период для Первого канала.

Вы уже герои, что здесь.

Мы тоже на новой почве для себя.

Кастинг мы впервые такой делаем.

Поэтому с пониманием, с любовью, всем успехов, всем удачи, всем побед.

Скажи честно, тебе это еще в кайф или это так, понакатанно?

Наверное, это уже немножко такая накатанная история, и я отодвигаю ее от себя, потому что действительно кажется уже, ну мы

Прошли все возможные дороги, и, конечно, хочется всё время искать какие-то новые формы, куда-то выскочить из уже привычных рамок.

А в итоге всё равно, не то что приходим к тому же, но в итоге вот эта найденная форма, она, конечно, самая оптимальная.

Но когда я вхожу в проект, и когда уже внутри, когда начинают создаваться танцы, когда приходят новые герои, когда новые страсти и всё остальное, то нет, для меня это каждый проект, он отдельный.

Илья Вербух.

Российский фигурист, выступавший в танцах на льду.

Чемпион мира и Европы.

Серебряный призер Олимпийских игр в Salt Lake City.

Хореограф, продюсер и бизнесмен.

Родился в Москве в неспортивной семье.

В фигурном катании с 5 лет.

Готовился к карьере одиночника, но

в подростковом возрасте перешел в парные танцы.

В 90-м и 92-м в паре с Мариной Анисиной становится двукратным чемпионом мира среди юниоров, но вскоре бросает партнершу и начинает кататься с будущей женой Ириной Лобачевой, с которой в середине 90-х переедет жить в США.

В 2004-м, спустя два года после Олимпиады, Авербух примет решение вернуться в Россию, где начнет продюсировать собственный ледовый шоу и станет успешным предпринимателем.

Начиная с 2006 года, его телепроекты «На льду»

с перерывами идут в эфире Первого канала.

В 2007-м Илья Авербух разведется с Ириной Лобачевой и спустя 13 лет женится на актрисе Елизавете Арзамасовой, которая младше его на 21 год.

У пары двое детей.

Два года назад...

когда шоу убрали из эфира Первого канала, ты сказал следующее, я процитирую.

«Очень верим, что когда вся эта несправедливость отстранения наших спортсменов от мировых турниров Европы и мира уйдет, тогда, возможно, Ледниковый снова вернется на экраны телевизоров».

Ну, как мы знаем, ничего в плане спорта не изменилось.

Ответь тогда, пожалуйста, был ли у тебя какой-то разговор на эту тему с Эрнстом?

Я понимаю, что вы себя обостряете, Ксения.

Решение принимает, конечно, Константин Львович о продолжении.

Действительно, в тот момент, кстати, я вспомнил, что вы сейчас сказали,

кто-то из журналистов передёрнул, ну, как-то так переиграли фразу про несправедливое отстранение, переделали, что несправедливое отстранение Ледникового периода.

И типа Авербух чуть ли не там что-то на Эрнста... Нет, мы точно процитировали.

Спасибо, что, кстати, вы это процитируете, потому что именно так я и сказал.

Но я благодарен, что как-то нашлось время и Ледниковому.

Конечно, кстати, Львович...

не встречается со мной, чтобы ещё что-то мне объяснять.

Это было бы смешно.

Я, в свою очередь, предлагаю подняться на десятый этаж.

Подняться на десятый этаж – это уже и привилегия, и это уже волнительно.

Это отдельная кнопка, ты поднимаешься на десятый этаж.

Предлагал варианты.

Если, как говорит Константин Львович, а предлагайте разные истории, если что-то получится, то почему нет?

Предложил, и Константин Львович нам сказал, ну, давайте, действуйте.

Поэтому здесь не было каких-то… Просто нашлось место, подвинулись, решили, что мы можем уживаться вместе.

Когда вы предлагали, вы как мотивировали?

Почему сейчас в правильное время сделать такой сезон?

Точно, опять же, не рассуждаю сейчас в правильное время или когда в правильное время.

Я заинтересован, конечно же, и как и продюсер, и как ледниковый мой ребёнок, можно сказать, в том, чтобы проект был.

Давайте начнем наш сеанс.

Мне, как психологу, вы можете рассказать все, что вас беспокоит.

Вы знаете, я просыпаюсь утром дома и испытываю стресс.

Смотрю в окно дома и испытываю стресс.

Иду к лифту дома и снова испытываю стресс.

А когда возвращаюсь домой с работы... Испытываю стресс?

Да!

Я не знаю, может быть, это детская травма?

Нет, вы просто не там живете.

Вам нужно избавиться от чувства усталости и избежать от городской суеты.

Найти свое место силы и гармонию в жизни.

Но как же это сделать?

Может быть, сменить работу или...

И снова нет.

Вам нужно просто переехать в премиальный клубный город на реке Примавера.

Он расположился в экологически благополучном районе на северо-западе Москвы, в 5 минутах от метро и 25 минутах до центра столицы, на слиянии трех рек в окружении парков.

Ммм, как интересно.

И как же добраться до этого клубного города на реке Примавера?

Может быть, надо куда-то поехать?

Зачем?

Мы уже здесь.

Давайте я вам все покажу.

В клубном городе на реке Примавера уже все включено.

Школы, сады, супермаркеты и рестораны с верандами.

В проекте три очереди.

Готовый квартал Рассини, квартал Вивальди с готовностью в этом году и квартал Беллини, продажи в котором начались совсем недавно.

Подходит для инвестиций с потенциалом роста цен.

Он сдается в четвертом квартале 2028 года.

В Примавера вас ждут с

120 авторских вариантов планировок стандартного и евроформата.

Квартиры с просторными открытыми террасами, мастер-спальнями, кабинетами, гардеробными и высотой потолков до 6 метров.

Наслаждайтесь завораживающими видами из панорамных окон, потому что клубный город на реке Примавера расположен на первой береговой линии, которая навсегда останется первой.

Только экопарк отделяет вас от воды.

А теперь давайте немного помедитируем.

Расслабьтесь, закройте глаза и просто представьте.

Самый большой внутренний двор с многоуровневым озеленением и аромасадом.

Место полное умиротворения, которое будет в квартале Беллини.

И вы, как резидент, гуляете там вместе с семьей и друзьями, пока ваши дети где-то рядом в детском саду, школе или на игровых площадках.

Представили?

Да, я уже чувствую спокойствие.

Но если и после этого вы еще испытываете стресс, то вам поможет спорт.

Покатайтесь на велосипеде по набережной, поиграйте в теннис или футбол на стадионе, займитесь яхтингом или вейкбордингом в клубе неподалеку.

В Примавера уже реализована вся спортивная инфраструктура для вас.

Прекрасно, но, скорее всего, это слишком дорого.

Я не смогу себе это позволить.

Забудьте о тревоге, связанной с финансами, потому что клубный город на реке Примавера предлагает вам беспроцентную рассрочку до двух лет.

Просто идеально.

Иду оформлять.

Отлично.

Только не забудьте оплатить услуги психолога, потому что у меня рассрочек нет.

ты, как никто, знаешь, что такое хороший хайп.

Ну вот, например, в этом последнем шоу первое, что ты делаешь, снимаешь с поста ведущей Алину Загитову и ставишь на её место Евгению Медведеву.

Неужели Алексей в этом сезоне в Ледниковом совсем не будет привычных звездных участников?

И понятно, что на фоне всех этих соперничеств, конфронтаций, интервью с разницей в один день, это, конечно же, тоже такое создает дополнительную ценность для зрителей.

Ты так об этом думал, скажи честно?

Нет, я вас сейчас разочарую.

Когда вы крутитесь вокруг одной истории, вам кажется, что действительно весь мир крутится вокруг этой истории.

Нет, наоборот, классный ход.

Мир вообще не крутится так, чтобы тут поймал, тут поймал, тут поймал.

Во-первых, не надо говорить, Алиночка прекрасная и подхватила нас.

Мы в плане, как вы говорите, хайпа, конечно, в первую очередь заинтересованы в человеке,

который ещё это не пробовал, и представить его в новом плуа.

Именно так пришла Алина в проект.

В этом был определён интерес, когда Алина ведёт, Женя катается, как они друг у друга берут интервью, почему Алину подняли до ведущей, а Женя катается.

Женя, ты встала в пару.

Сложно ли было для тебя этот момент?

И теперь надо думать не только за себя, но и за Даню.

Честно говоря, Даня из-за себя на самом деле совсем неплохо думает.

В этом сезоне приняли решение, что Женя будет вести.

Женя очень прибавила в этом, у неё своя программа, хороший интерьер.

Поэтому сказать, что вот так это всё было просчитано – нет.

Я спросил Алину, будешь кататься?

Она говорит, нет, я кататься по-прежнему не буду.

Вот где был бы хайп, потому что Алина ещё никогда не каталась

в проекте с парой.

Вот для меня, честно говоря, сейчас на меня посыпется всё, ведущие, они, конечно, замечательные.

Лёшка Ягодин стал бессменным ведущим, который просто всё на себе.

Но ведущие – это только ведущие, которые, в общем, при участников.

Для меня интереснее, конечно, когда ты катаешься на коньках,

когда ты в паре, когда ты в новом характере, когда тебя видят по-другому.

Поэтому я из этого бы такую прям историю бы не раздувал, и каких-то тут вот таких решений не было.

Тем более вот, ну, в общем, я бы, мне кажется, все сказал.

Ты очень политкорректен, но все-таки как продюсер объясни мне, чем Медведева как телеведущая для этого сезона лучше Загидовой?

Вот уж как вы меня сразу сталкиваете.

И обратите внимание, формулировка для этого сезона не дает тебе возможность ответить, что да, она не лучше, нам нужны разные.

Все, понимаешь?

Вопрос ювелирный.

Наше интервью будет так.

Ты в меня стреляешь, я как уж уплываю.

Я буду выплывать.

Насколько ты меня отпустишь.

Где-то, конечно, догонишь, наверное.

Но не на коньках.

Я сейчас на твоей территории, поэтому ты можешь делать всё, что ты хочешь, но точно не буду говорить, кто лучше.

Ты меня можешь расстреливать здесь.

Я хочу сказать, что Женя очень сильно прибавила.

Это народный Ледниковый.

Женя прекрасно общается.

Очень хорошо.

И знаете, когда вы сделали ласточку, я даже Алексею за кулисами сейчас сказала, что я никогда в жизни такой ласточки не делала, и такой растяжки у меня не было давно.

Действительно, очень заметно, что вы с большой любовью относитесь к нашему любимому виду спорта – фигурному катанию.

Мы с Женей сотрудничаем очень много.

Она в моей команде.

Но еще раз хочу сказать –

И сейчас вы будете стрелять в меня.

Но решение по введению принимается.

Мною есть предложение.

Но все, и участники, и все, все утверждаются Первым каналом.

Это не то, что кого Авербух там захотел.

Это не свободное плавание.

Но ты предложил её.

Я предложил Женю Медведеву, да, безусловно.

Но вот смотри, тоже ни для кого не секрет, ты, наверное, это знаешь, что в интернете можно найти словарь ляпов и оговорок Алины Загитовой.

Там есть уже ставшие легендарными выражения.

Безизбежно, мозоли внутри губ, Рио-де-Жевск нейро.

Ведь каждый из нас, как и Остап Бендер, мечтает попасть на пляж в Рио-де-Женейро.

В Рио-де-Женейро.

Скажи мне, как телевизионный продюсер, вы пытались как-то с этим бороться командой?

Вообще, я считаю, что это очень мило.

Это сразу заставляет из себя говорить, и я не знаю, это придумано, либо такая история.

Но мы все-таки же дублем пишем, поэтому если у нас какая-то оговорка, мы ее меняем.

Мне кажется, это вообще очень классно.

Наша же задача выделиться и что-то получить.

Тем более у Алины это получается очень органично.

Ну и так ты меня, конечно, сталкиваешь с девчонками.

Умела.

На интервью Алины, и я ей хочу сказать респект, я бы с удовольствием снял бы шляпу, если бы мог.

Когда её спросили, что ты поняла после того, когда сделала своё первое шоу, и про Яну, про Таню, про Илью, которые уже являются законодателями этой истории, она ответила, на мой взгляд, прям вот хочу передать ей большую благодарность, сказала, я поняла, что они очень много работают.

И это очень такой приятный ответ, поэтому, Алине, большое спасибо за него.

А почему, что в нём так тебя поразило?

Это же очевидно, что... Ну, просто, ну, как раз не очевидно.

Мне кажется, что для всех уже всё очевидно, что ну вот они там, всё, они всех собрали, такие карабасы-барабасы, все на них тут пляшут, они там...

отдыхает на островах и только получает какие-то дивиденды.

А когда человек окунулся в эту историю, увидел её, услышал и ещё это озвучил, это говорит о том, что Алина прям очень сильно внутри себя выросла.

Я думаю, что вот эти обороты, которые потом подхватываются, это только в плюс.

Это как раз хорошо.

А что в целом сейчас происходит с Алиной Загитовой?

Вот я имею в виду, мне вот не совсем понятно.

С одной стороны, она предстаёт перед нами в образе такой маленькой озорной девчонки, очень народной, кстати.

Так, я должна была это делать.

Склейка.

С другой стороны, всем телом демонстрирует совершенно другой образ.

Это такая откровенная сексуальность, ролики в бикини, в Инстаграме.

Для меня тоже, как для человека, который занимается пиаром, продюсированием, как будто такой Витя Малиев в школе и дома.

Я не могу понять, почему такие два разных образа, и где точка сцепки.

Расстреливать тебя не слежу с этим.

Я могу сказать, что я был... Она прекрасна и в том, и в другом.

Я был на турнире в Омске, чемпионате, и вот так стоял, и стоит передо мной девушка, очень красивая девушка.

И я минут 10, хотя я с Алиной и номера делал, и мы работали вместе, я стоял и не понимал, это она или не она.

Я даже не знал, как... Ну, потому что действительно стоит человек, очень красивый...

как-то зал взорвался, я аж испугалась.

В принципе, то, что ты сказала, просто стояла и смотрела за тем, как выступают ребята.

А я стоял, смотрел на неё, думаю, ну точно вроде Загитова.

Вроде не Загитова.

Это единственное, что я могу сказать.

Что Алина себя развивает, как и Женя, как и вообще девчонки, это здорово.

Я, правда, не подключён к истории следить за тем, как они себя позиционируют.

Не потому что мне всё равно, но что прилетает ко мне, то прилетает.

Что не прилетает...

Пишите на Инстаграм, поверь мне, у тебя столько будет приятных моментов.

Я ищу слово, чтобы не засорять себя.

Но я не подключаюсь к этому.

Чтобы закончить вот эту тему противостояния Загитовой и Медведевой, я брала...

Может быть, ты видела интервью у Жени, мы это с ней спасибо обсуждали.

Не могу тоже тебя не спросить, потому что я так оказалась вовлечена в эту историю.

Вот если вернуться на Олимпийские игры в Южную Корею, на твой взгляд, тренер Этери Тутберидзе поступила правильно, когда устроила это такое соревнование?

Оно пошло на пользу?

То есть это правильный тренерский прием?

Давайте чуть-чуть тогда отмотаем.

Я не убегаю от вопроса.

Наверное, это не так всё-таки у Этери Георгиевны, как и у многих тренеров, на самом деле.

Была, есть и продолжает группа.

Тогда первой её ласточкой, которая прорвала эту стену, была Юлия Липницкая.

Дальше начали набирать девчонки, которые шли практически параллельно, но Женя постарше, поэтому Женя уже вышла во взрослые, Алина была ещё в юниорах.

Но они всегда шли вместе.

Это не то, что искусственная Этери Георгиевна вдруг вот так вот «а давай-ка я их посоревную».

Задача тренера, на мой взгляд, ему нужно, чтобы его ученик

стал олимпийским чемпионом.

Точка.

Он запускает этих лошадок и тренирует, и отдаёт каждому, потому что тренер не альтруист.

Он заинтересован в результате.

Он заинтересован в том, чтобы стать тренером олимпийского чемпиона.

Понятно, да.

Всё.

Дальше они две приходят на лёд, дальше они вместе тренируются, они видят друг друга.

Я не знаю точно, как они тренировались, может, в какой-то момент, когда уже бывает, люди не могут вместе тренироваться.

Такое происходило не только здесь, это очень часто бывает.

Может быть, они даже в разное время тренировались, но они всё равно на одном катке, они всё равно, как дети, ревнуют за внимание тренера, они сражаются, они...

хотят доказать, выдержать вот эту историю.

Я знаю, что у Этери Герунина очень чётко стояла история, что я веду двух.

Вы катаетесь, кто откатается, тот и победит.

Её задача была привести... Двое не могли подняться, двое, две девчонки не могли стать первыми.

Я думаю, что в этом есть и огромная

но драма Этери Георгиевны в плане на Олимпиаде, потому что она не могла окончательно просто, как говорится, скакать голубым, потому что, с одной стороны, она с одинаковым обожанием.

Я не знаю, что там внутри, это надо Этери Георгиевне рассказать.

Я видел, просто в тот момент я два года работала с Женей Медведевой, ставил ей программу, поэтому я был внутри ситуации.

Я видел, как переживала Этери Георгиевна и за Женю, и за

Там была математика.

Математика заключалась в этих каскадах.

И к тройному Луцу добавила таки этот тройной Риттбергер.

У Жени Луца Риттбергера не было.

И плюс у Алины были прыжки, которые она переносила во вторую часть программы.

Они шли... Да, то есть я вот именно про это.

Понятно, что тренер болеет за обеих.

В идеале хоть, чтобы обе выиграли.

И для неё это важно.

Но я сейчас говорю про эту тренерскую математику, потому что понятно, что тренер под любого человека, на которого он делает ставку, он же подбирает под него элементы.

И тактика выигрыша может быть разной.

Во-первых, девочки, они так же считают, они так же, вокруг них много специалистов, они всё, все знают.

Тренер, ну как, она не может сдерживать, если ты прыгаешь, и она даёт тебе совет, ну ты не прыгай сегодня.

Нет, но если тренер говорит, слушай, лучше тебе это прыгнуть сразу.

Вот ты прыгнула, и ты дальше уже пошла по более такому...

Нет, тренер заинтересован.

Я думаю, что здесь история исключительно внутренняя, внутренняя история в плане того, тех возможностей.

Тренер ставит перед тобой задачу максимальной программы, с которой ты справишься.

И я бы здесь, и опять же, все считают, и все все знают, я имею в виду считают, те...

компоненты, прыжки, что ты за это получишь.

И даже если тебе тренер сказал, допустим, что я считаю, что так, всё равно последнее слово за тобой, а ты говоришь, я сделаю.

Я знаю, что я это сделаю, и идёшь, и делаешь.

И всё.

Точка.

Если ты стабилен, и ты прыгаешь из 10 и 10, то, конечно, я стремлюсь поставить тебе его в конец, потому что тогда ты получишь за него ещё надбавку.

А, то есть это еще и коэффициент увеличивает, если в конце.

Конечно.

Так на этом коэффициенте все и сработало.

А если ты прыгаешь 8 из 10, тебе тренер действительно говорит совет.

Я считаю, что лучше прыгнуть в начале, но прыгнуть, чем не сделать его в конце.

А ты говоришь,

Я уверен, я сделаю.

И это последнее слово за спортсменов.

Но ты знаешь Загиту, ты как профессионал видишь, как она работает.

Ты бы такой совет дал?

Вот ты тренер.

Совет, допустим, на стороне Жени.

Жень, ты проиграешь по контенту, тебе надо прыгать в конце.

Да.

Я уверен, что они это обсуждали.

Я уверен, что это коллегиальное решение.

Даже Жене такой совет-то не нужен.

Они все всё видели.

Они же считают до крупицы всё.

Поэтому... Но опять же, ещё раз.

То есть я никогда не поверю, что Женя могла сказать, что она не знала, что вот если так, вот она такая в неведении.

Нет.

Я уверен, что... Ну, то есть она понимала, что это ее шанс просто единственный.

У Жени, естественно, к этому моменту, если мы будем вспоминать, она уже была двукратной чемпионкой мира.

У Жени был потрясающий сезон, когда она просто выносила всех...

Просто феноменально.

Понимаете, откуда в этой девочке такая сила?

Вот такая сила, как только в этих русских девочках бывает.

Огромная сила духа.

Ну, два сезона, когда она выносила всех в раз, не проиграв, по-моему, у нее рекорд ни одного турнира, включая Гранд.

Просто, ну, вот все знали, если Медведева, то все.

Женя за это время похорошела в плане компонентов.

И она, я думаю, рассчитывали, и, в принципе, это...

на это был акцент, что за счёт всё-таки веса, статуса.

Ведь Алина Загитова, это был её первый сезон во взрослых.

Она вот так порвалась, даже программу не поменяла.

Она с какой программой на чемпионате мира средизнёров каталась, с этой же программой выступала и на Олимпийских играх.

Ну да, просто есть эти знаменитые кадры, kiss and cry, вот эта зона, ты наверняка их видел, где Медведева говорит Тутберидзе, как будто немножко обиженно, что вы могли бы её попридержать.

Прямо выйдя с аналитического льда, была совершенно детская фраза.

«Неужели вы не могли удержать Алину ещё один год в юниорах?» Я думаю, это эмоция исключительно.

Ну как это?

Это невозможно.

Тренер должен остаться над схваткой.

Как можно попридержать?

Здесь ещё просто такая история, что сразу после Юли Липницкой Женя Медведева и Этерия Георгиевна вот эти два года шли вдвоём.

Они шли вдвоём.

вот к этой истории проходили.

И для Этери это тоже первая такая большая дорога, потому что Юля, она взлетела вот так на Сочинской Олимпиаде, а здесь уже вот все, все этапы, все, все, все.

И, конечно, когда вдруг, ну, просто вот ситуация, да, и вдруг вот на третий сезон какая-то пигалица тут, да, прыгает и прыгает, а она голодная такая, и она тоже...

условно дочь мамы, потому что для них всё это мама.

И вот с мамой вместе.

Ну мам, ну я же всё-таки, мы уже вот это да, и вот отсюда желание, ну можно было её и придержать.

Но с другой стороны, как можно придержать?

Алине было 15 лет.

Соответственно, давайте, во-первых, каким волевым?

Это вообще невозможно.

Во-вторых, кто возьмёт на себя решение по судьбе человека?

19 лет на следующие Олимпиады?

что будет.

То есть это же не... Это каждый год девчонки меняются, девчонки взрослеют, они антропометрически меняются, да?

Да ни один человек никогда не возьмёт... То есть это эмоция.

И эмоция понятна от человека, который... Вот мы вместе шли, и какая-то обида на... Ну, как вот в семье.

Понятно.

Это чисто семейная история.

И нас так учат всё равно.

Действительно, на льду только ты.

Илья, тебе когда-нибудь предлагали заняться политикой?

Ну, периодически, да.

И что, ты отказываешься?

Я отказывался.

Ну, да.

Почему?

Многие твои коллеги, просто почему я спрашиваю, и по фигурному катанию, стали депутатами, ведут активную деятельность.

Роднина, Сихарулидзе.

То есть кажется, как будто это такой логичный путь.

Это просто вопрос или-или.

То есть это не будет ответ, что это...

Надо тогда всё оставить и заниматься политикой.

Быть депутатом и Мосгордуму предлагали и так далее.

Мне точно интереснее и полезнее находиться там, где я нахожусь.

Более того, это в какой-то фантазии немножко детской.

Кажется, что я придурок и водитель Минспорта, например.

И все изменилось.

И я вот только вот так раз, и тут каток.

Раз, тут... Я все быстро... А на самом деле вот Паша Колобков, товарищ, когда он был министром спорта, я вот несколько раз пересекались, я понимаю, что это огромная работа.

с бумагами, с документами, с тем, как это всё проходит.

Это такой бумажный огромный оборот, в это надо столько погрузиться.

Как, что, за сколько времени надо всё… Это вообще не чудо, что ты руководишь, и завтра здесь будет хрустальный мост.

Я свои хрустальные мосты строю там, где я их строю, для внутренней сатисфакции.

Мне корочка не нужна, слава богу.

И я с уважением к власти.

На самом деле большая работа в этом происходит.

Конечно, если бы не надо было ничем, так хочется, такие мужские амбиции, всё равно эта жажда существует, но я её очень быстро...

После объявления частичной мобилизации тебя журналисты спросили, будет ли отражена тема СВО в твоих шоу.

И ты сказал, что будет.

И вот хочется понять, то есть какие-то будут номера поставлены на военную тему?

Или вот как ты видишь, казалось бы, такие немножко разные жанры?

Ну, почему разные?

Это абсолютно единый жанр для меня.

Страна проходит сложнейший этап.

Ребята защищают нас.

В этот момент их ждут их любимые, их ждут их дети.

Об этом всегда можно говорить и нужно говорить.

И это совершенно момент для постановки и поддержка.

И слова, допустим, стихи Симонова «Жди меня, я вернусь».

Да, они написаны, но они абсолютно актуальны.

«Жди меня, и я вернусь».

Всем смертям назло.

И когда ты на этот номер делаешь танец, то это разговор и про сегодняшний день.

В этом сезоне есть какие-то такие условные номера на военную тематику?

безусловно, есть, но на них не пишется, что это просто номера на тему защиты и на тему любви, и на тему веры, ожидания, безусловно.

Пришло время инсайда.

Ох уж эти наши инсайды, так сказать, первые.

Илья сразу водички надо понить.

Не настолько, нет, инсайд не настолько.

Пошла первая козырная.

Я просто сейчас так наэмоционировал, поэтому...

Скажи, пожалуйста, правда ли, что Татьяна Анатольевна Тарасова не очень любит Алину Загитову?

Крупный план, пожалуйста.

Ну вот чего меня мучаешь всё время?

Я должен таких великих женщин обсуждать.

Татьяна Анатольевна – моя любимейшая.

Моя тоже.

Я её обожаю.

Достаточно в той, вот я вспоминаю ту историю, хотя это уже достаточно уже история, занимала позицию промедведевскую.

Какая была маленькая.

Вот как она повзрослела.

С Богом, Женя.

Волшебно.

Спасибо, Женечка.

Какая же умница.

Все так сделала.

На одном дыхании.

Ей нравилась Женя, она это не скрывала.

И я считаю, что это неправильно.

Потому что Татьяна Анатольевна комментатор, и она должна так же, как и тренер, оставаться над ситуацией.

Но она очень симпатизировала Жене, потому что она женщина эмоциональнейшая, открытейшая.

Поэтому и любят.

Она может позволить себе... И это огромная сила.

Я ей не могу не восхищаться.

Ей можно сто раз, но она стоит на своей позиции.

И она в этой позиции живёт.

Я думаю, что это такая же материнская позиция.

Поэтому, наверное, это так резонуло, и мы до сих пор уже… Это же, в общем-то, Олимпиада.

Такой 18... Да-да, люди до сих пор обсуждают, как вчера было.

Резонирует, потому что это как бы действительно немножко переносится... Это такое про семью.

Это про семью.

И есть те, конечно, которые скажут, она лучше, она молодая, дерзкая здесь.

Но как же трогательно, возвышенно прошедшая такую дорогу по совокупности, есть такое слово, по совокупности, должна...

на наш взгляд, выиграть здесь Татьяну Анатольевну.

Но в этом её и сила.

Я считаю, что она не права в плане... Потому что она иногда в комментариях рассчитывается, кому она больше симпатизирует.

Но причину здесь должна сидеть Тарасова, и пусть она тогда...

Ну да, но я поэтому, возвращаясь к инсайду, что, насколько я знаю, что во время переговоров о возвращении Татьяны Анатольевны в новый сезон шоу была её, скажем так, просьба убрать Алину Загитову.

Нет, чушь абсолютно.

Это неправда.

Абсолютная чушь, вообще несусветная.

Татьяна Анатольевна вообще не вылезает

Ужасное слово влезает, всё, попал я. Она участник проекта.

Ну, то есть это сплетни просто.

Да ну, вообще это... Всё, ты видишь, важно, что это прозвучало, потому что заходишь в интернет, это активно обсуждается.

Это глупость несусвятая.

Мне тоже кажется, что это не в её стиле.

Это просто глупость.

Это и не уровень Татьяны Анатольевны.

И, ну, вообще это всё.

Всё всегда можно привязать, увидеть этот заговор, и всё ответить и пообсуждать.

Если вы слышите, если у вас есть тут уши, это чушь.

Как дались Татьяне Анатольевне съёмки в этом проекте?

Мы какое-то время назад с ней записывали часть интервью, и я понимаю, что всё равно она всё-таки человек немолодой, есть определённые проблемы со здоровьем.

Насколько это физически было сложно?

Это же такие изматывающие съёмки многочасовые.

Я отвечу здесь, ну, тоже, если можно чуть развёрнуть, потому что Татьяна Анатольевна и...

Не хочется сказать, единственное, что её держит.

Её держит работа.

Её держит вот эта история.

Она не раз говорит, Илюшенко, пожалуйста, спроси там у Козыревой, будет ли проект.

И я считаю, что в этом тоже огромная миссия Первого канала.

И я думаю, что Козыревой это тоже учитывает, принимая решение о том, что будет сезон, что в том числе это и продлевает вот эту активность Тарасовой.

Хотя она абсолютно разная, она непредсказуемо может такое сказануть, что...

Действительно, Татьяна Анатольевна, стоп.

Но личность выдающаяся.

И я скажу, что у нас был сезон, я не помню уже какой, ну, где-то несколько сезонов тому назад.

Татьяна Анатольевна очень плохо себя начала чувствовать.

Она не была на финальных двух программах.

То есть уже не смогла.

Она была в больнице.

И мы, когда отсняли последний эпизод, мы с Лизой поехали к ней.

Это не сезон, когда Лиза участвовала.

Ну, сразу поехали, потому что, ну, как, вот то, что закончилось.

Вот рассказать, во-первых, что и как.

Были у нее в больнице.

Она...

была прям очень плохая, вот честно.

Ты меня раскручиваешь на эмоцию.

Это было со слезами на глазах.

Мы просто думали, что мы прям вообще... Уже прям белые руки.

Она, конечно, хорохорилась, но... И мы просто в тяжелейшем состоянии уехали.

А потом она такая...

с гигантской силой человек.

Раз, два, три.

Этот сезон, который сейчас идёт, «Народной Ледниковой», она прошла просто блестяще.

Мне тут все говорят коротко, но ясно.

Я вам так скажу, что у вас номер чудесный.

Мы уже знаем, когда Татьяна начинает себя чувствовать не очень хорошо, когда она устает, когда ей надоедает смотреть на нас.

Но как она включается, как она находит фразы, и для нее это жизнь.

Поэтому, конечно, это тяжело.

В твоем шоу в качестве судьи принимает участие Роман Костомаров.

Я знаю, что вы дружите, но здесь, мне кажется, такой же тонкий очень момент для тебя, как для продюсера и как режиссера.

С одной стороны,

С ним произошла понятная трагедия, и уже был об этом документальный фильм, много всего он сам рассказывает, как он героически вышел из этой ситуации.

А с другой стороны, эксплуатация каких-то вещей, связанных с трагедией,

инвалидностью, с прочими вещами.

Понимаешь, вот этот нездоровый интерес, а давайте вот сейчас включим Первый канал, посмотрим, как там Костомаров из ситуации выходит и катается с протезом на коньках.

Вот как ты постарался в шоу эту грань не перейти?

Тема Ромы – это отдельная передача, наверное.

То, о чём ты говоришь, – это живой вопрос.

Он вообще возникает часто, начиная, не знаю, с благотворительности.

Говоришь о благотворительности, красуешься, что ты в фонде или где-то, ты красуешься.

Вот он ты, молчи, что тебе это стоит и так далее.

Не говоришь, не популяризируешь фонд, не рассказываешь, что надо делать, что есть такое большое, и не подключаешь туда сообщество.

Что правильнее?

Говорить и тем самым всё равно, в любом случае, даже произнося это, ты говоришь, а вот я такой весь с нимбом.

Не говорить, а как фонд поднимать.

Что касается Ромы, то...

как я говорю, это отдельная передача.

Я думаю, что на этот вопрос Рома сам очень чётко отвечает.

Нам вообще никому этого не понять, что там.

То есть мы можем сто раз примеривать на себя всё, как бы, что бы, знает только он.

Единственное, в чём бы я тебя поправил, что ты говоришь «произошло».

Это, да, произошло, но это каждый день.

Это каждый день.

Это не произошло, а потом все хорошо.

Это вот пришло навсегда.

И он с этим...

Вот проходит это удивительным образом, абсолютно удивительным образом.

Рома настолько самодостаточен, настолько силён в своих высказываниях, он один из лучших был, у него каждый комментарий острейший, точнейший, он изнутри, как ему ещё.

Представляете, что он бороться?

Он там катался, он знает всё.

А теперь он никогда там не будет кататься.

И мы видим в нём не вот эту сублимацию,

с легкой вот а он просто не отпускает и снимает как раз этот вопрос на мой взгляд что я хочу сказать прекрасная фигура вы очень красивая это в первую очередь да все данные для того чтобы кататься и заниматься этим красивым видом спорта у вас есть сто процентов я помню эту нашу

первую встречу после всего этого, когда трижды она срывалась, потому что сначала мы договаривались, что увидимся, потом Рома написал «не готов увидеться».

Я выдыхал в тот момент, когда он сказал, что он не готов, потому что я сам не знал, как, куда, что, как мы будем видеть друг друга.

Я должен прятать глаза или я должен нарочито...

Говорит, что делать с этим совсем?

И вот я захожу в квартиру к нему, мы с Лизой приехали уже с третьей попытки, как говорится, уже всё.

И Ромка выходит такой.

И он сам снимает эту историю.

Как бы вот всё, обнялись мы, понятно, всё, и, конечно, эмоции, и слёзы, и всё, но он не ставит в этот барьер.

И в таком формате это точно не звучит так.

В моём формате, опять же, у каждого своя, и вы также можете эту историю, Рома, во-первых,

Это не единственная передача, где он ведёт.

Он занял очень активную позицию.

Какие бы обстоятельства нас не вбивали, мы вместе.

Вот так же вот ситуация.

Ром, мы не будем тебя приглашать, потому что это, наверное, будет эксплуатация.

Сиди дома там сам с собой и будь там.

Такая позиция вам нравится?

Мне нет.

Поэтому мне плевать.

Ну, скажите, что Авербух такой.

Да всё равно, Рома со мной сидит здесь, и мы вместе.

Я знаю свою правду, и он знает свою правду, и мы все его видим.

А то, что кому надо, напишут всё, что надо, потому что «а следующий шаг хорошо?» Нет, следующий шаг какой?

У меня с этим вопросов нет.

То же самое касается катания.

И я благодарен Роме, что, конечно, первый раз он вышел на лёд на моём юбилее.

Это было очень важно.

Они вышли вместе с Татьяной Навковой.

Скажи, а на характер его как-то вся эта ситуация повлияла?

Можно сказать, что он немножко стал другим человеком?

Я думаю, Рома сильно очень поменялся.

Очень сильно поменялся.

Как, если в двух словах?

Рома всегда красавец.

Рома всегда очень следил и следит за своим телом.

Ему очень важно, как он выглядит.

Всё равно бесконечной надеждой согрет...

Он не мачо, который бегает, но я Роман Костомаров.

Я просто почему об этом спрашиваю.

У нас с тобой было два столкновения незакрытых гештальта.

Коньки звали, но что-то всегда мешало встать на них.

И я просто помню, меня это тогда очень удивило.

Вот когда идёт обсуждение, с кем лучше попроситься в пару, почему-то у всех была всегда до того, что с Романом произошло, однозначная позиция.

Все говорят, слушай, главный совет

все хотят танцевать с Романом Костомаровым, но это ошибка, этого не надо делать, потому что он очень сейчас, цитата, про себя, он никогда не будет столько думать о партнерше, сколько о том, как он выглядит, и он будет тебя там торопить и так далее, а ты можешь не сделать.

Это я сейчас вот передаю, да, общую фразу из десятки разговоров.

Причем людей, которые Романа Костомарова обожают при этом, любят и всю жизнь знают.

Откуда было такое мнение и насколько оно соответствовало реальности?

Ну, ты действительно узнавала, я вижу.

Понимаешь.

Провела домашнюю работу.

Да, да, да.

Я бы немножко поправил, хотя глобально это да.

Единственное, что... Как ты это объясняешь как профессионал?

Сейчас я объясню.

Единственное, в чём бы я поправил, не то, что Рома... И это неправильно вообще, что Рома – это я, Рома, а кто-то со мной тут рядом, мне всё равно.

Просто вот сейчас в твоих словах звучало, что он...

не помогает парню, потому что ему главное, чтобы он был красивый, а ты уж как-нибудь там болтайся.

Нет, это вообще не так.

Роме как раз очень важно, чтобы и по его эстетическим критериям у него было такое возбуждение.

Я ищу синоним.

В общем, у него происходила химия не в плане того, что он там романом бежит заниматься.

Он, кстати, в этом плане всегда очень-очень оставил всегда барьеры.

А ему должна нравиться партнёрша.

И если она ему в чём-то вот...

что-то его вот триггерит, то другой скажет, да ладно, слушай, ну ничего, я сейчас... Вот он не мог никогда переступить этот триггер.

Ему надо, чтобы партнёрша действительно соответствовала его какому-то эстетическому представлению, и тогда всё летит, и тогда не стреляет.

Мне кажется важным сказать одну вещь, это будет честно.

Эпоха ледовых ТВ-шоу в нашей стране началась всё-таки не на Первом канале, а на вечном конкуренте, канале «Россия».

РТР сделали ставку на лицензионный продукт.

То есть вот изобретался формат, ты покупаешь честную лицензию как франшизу и вещаешь.

На льду пара номер восемь.

Бронзовый призер этапа серии Гран-при Анастасия Гребенкина и певец Сергей Лазарев.

Первый канал пошел немного другим путем.

И в итоге выиграл эту конкуренцию.

Я смотрела и западные аналоги.

Вот я признаю, это эффектнее, круче и лучше сделали.

Но в этом же есть немножко элемент, давай честно, Адибаса, то, что я называю.

Переведи.

Можно купить куртку Адидас и просто открыть магазин Адидас.

А можно реально сделать круче Адибаса.

Но это будет Адибас.

Понимаешь, вдохновились и сделали круче.

Ты когда-нибудь думала об этом?

Как ты загнула?

Нет, я не думал об этом.

Я скажу, во-первых, опять для справки, да, действительно, на канале «Россия» вышел проект раньше на две недели, может быть, две с половиной.

Это не значит, что они сделали сезон, мы на сезон посмотрели и сделали.

Это была одновременная гонка, которую выиграл Константин Львович.

Да, то есть это не то, что мы в параллели шли.

Да, действительно...

Ну, тут какая история.

Первое, канал «Россия», насколько мне известно, в тот момент, я могу не обладать, но купили вообще в одном проекте два проекта.

Танцы на полу и танцы на льду.

Два года у них танцы на льду вообще лежали, они не понимали, как к ним подойти, а танцы на паркете выстрелили нереально.

И при этом это было очень неожиданно, потому что культура бальных танцев в нашей стране не очень сильна.

Заняла серебряный призер, между прочим.

Это был колоссальный успех того проекта.

И, конечно, появилась история.

Для меня, я соглашусь отчасти, что этот, как это там, Алибас?

Адибас.

Адибас, да, всё, понял.

Вкусная точка, давай назовём это так.

Ну, опять же, а что?

Каналу России принадлежал жёсткий формат.

И я счастлив, что мы не были в этом формате, потому что, на мой взгляд, он был чётко выстроенный по телевизионным форматам, он был... Безусловно, я, когда создавал условно правила нашей игры, отчасти делал

Мне было проще.

Я тут хотел бы рассказывать всем, что я вошёл в историю, что я придумал, как звезда катания.

Это ложь, это неправда, это невозможно.

Мне было даже проще, потому что я видел эти западные форматы.

Я не видел ещё на России, потому что они за две недели.

Но я понимал всё, что они делают.

Они делают чистую кальку.

И я шёл от обратного, что у них, на мой взгляд,

Неправильно, начиная, допустим, с оценки.

Оценки 2,5, 3, 4, 4,5.

Исторически 5,8, 5,9, пресловутая 6,0.

Но почему?

У нас появляются две оценки.

Не только за технику и за артистизм.

Если я привёл ближе к фигурному катанию.

В английской версии фигурист должен быть слабый.

Надо весь акцент сделать на звезду.

Поэтому фигурист должен не оттенять.

Я говорю, у нас должны быть только олимпийские чемпионы, они за собой пойдут, и в этом будет драйв.

А как продакшн вообще устроен?

Есть же разные формы.

Бывает, что первый канал делает своим продакшном, и тебя нанимают как продюсера.

Или это твой продакшн, который полностью покупает под ключ сделанную работу первый канал?

Как это работает?

Нет, это, наверное, совместный проект всё-таки.

То есть ты нанят первым каналом в их проект?

Да, да.

А вот ты не жалеешь, что не построил изначально схему так, что это было бы, ну, скажем так, твоё подключение?

Это очень дорого.

Это очень дорогой проект.

Все декорации производятся, конечно, Первым каналом.

Съёмочная команда – это всё команда Первого канала.

Моя задача – соединить всю эту историю.

То есть костюмеры, там, заливка льда, ну, как внутреннее наполнение.

А шоу, которое вы делаете потом, гастроли – это тоже?

Это уже я.

Примерно можешь сказать, вот сколько в миллионах рублей стоит один выпуск такого шоу?

Не могу сказать.

Ну, это 10 миллионов, 5, 20.

Я не могу сказать по той причине, что в нём есть много составляющих.

Ну да, это же костюмы, площадка, тренировки.

Есть костюмы, есть гонорарная часть участников, безусловно.

есть аренда вообще всего помещения, потому что мы же тренируемся, мы заходим на площадку... Мега или 15-20 миллионов, примерно?

Несколько месяцев мы просто снимаем и арендуем лёд для того, чтобы это всё туда входит, в стоимость проекта.

Это действительно очень дорогой проект.

Я точно не назову цифру, потому что потом она будет неправильной.

Но это дорогой проект.

Тогда я знаю, что ты точно можешь назвать.

Назови, пожалуйста, топ-3 самых крутых выступлений за все время существования.

Ух ты.

Нет, не назову.

Я просто... Ну давай без этого.

У нас в ресторане все блюда вкусные.

Нет, ну их столько было.

Скажите самое вкусное.

Их столько было.

Ну хорошо, вот первое, что всплывает в голове.

Ну, я думаю, что всё равно первое, наверное, это как первая любовь, первая всплывает утомлённая солнцем Навки Башарова.

Мне, может быть, даже где-то обидно, что вроде мы 16 лет прошли, а я вспоминаю самый первый проект «Звёзды на льду».

Так, это первый, ещё два.

По эмоциям, которые попадают, не по качеству выступления, вот сейчас то, что ко мне летит, например, взял бы номер Миши Голустяна и Маши Петровой «Прекрасное далёкое».

Вроде обычно, но это такая была победа, это Мишина ласточка, и если вы посмотрите, вы не сможете вспомнить.

Это два?

Да.

Третье, давайте, приготовьтесь.

Я считаю, что с точки постановки это Арзамасова-Кацалапов.

Ну, конечно же, жену обидеть нельзя, я согласна.

Я же знал, что вы будете ёрничать, я всё равно это говорю.

Это номер на музыку из кинофильма.

Это танго Лизы в красном платье.

Я считаю, что это номер-двигатель, да.

Скажи мне, а ты по политкорректности или по другой причине именно профессиональной не назвал номер с Чулпан?

Потому что я помню, что в какой-то момент вот именно её участие в этом проекте стало вот как будто ещё дополнительным таким звёздным бонусом.

Она маленького роста, у неё как-то это супер получалось, как будто вот вдруг человек создан для фигурного катания.

Вот почему её не назвал?

Риверденс, наверное, да, их риверденс.

Не назвал, потому что, ну, да, испольская редкость.

А разве не событие участия в проекте Чулпан Хаматовой?

Вы знаете и фигуристов, и тренера Ильи Авербуха.

Я хочу поблагодарить за смелость.

Спасибо за честность.

А есть ли у тебя личный рейтинг звезд, кого бы ты хотел участниками длительного периода?

Вот представь, что у тебя есть возможность...

трёх героев любых из России пригласить.

Даже Юру Борисову.

Давай вперёд.

Ну кто же?

Он сейчас взлетел.

Но я, честно говоря, мы очень... А вот с Юрой Борисовым Марк...

Эйдельштейна, по-моему.

Юру Борисова не знаю, а вот Марка Эйдельштейна я бы очень хотела увидеть.

Но продюсерский – неправильная ставка.

Конечно, все хотят больше Юру Борисова на льду.

Продюсерский Киркоров должен быть на льду.

Кстати, да, почему его нет?

Он похудел сейчас как хорошо.

Он вам такую ласточку...

Филипп Петрович пробовал несколько тренировок.

Но было понятно, что не очень пойдёт.

Всё-таки он очень высокий.

Мы не нашли ему размер.

Ты понял, что Милохин покажется тебе просто детским садом.

Он очень хотел.

Это было, правда, давно.

Не знаю, какой год.

Но он приходил, он хотел кататься.

Но мы так договорились, что если мы увидим, что сразу как-то поехал... Потому что он, конечно, тоже хочет всё сразу.

То да, если... Но он сказал, мне, поверь, так страшно с этой высоты падать.

Но с точки зрения... Смотрения, конечно.

Ну да, Киркоров тогда и Дельштейн, и третий.

Ну...

Третьей надо девочку аквет.

Вот какую?

Вот прям, чтобы, понимаешь, я даже сейчас не знаю.

А, нет, у меня есть пару вариантов, кто бы сейчас выстрелил.

Но давай помиримся продюсерскими.

Не, ну вы там будете, наверное, всё про инстасамок думать и в эту сторону.

Не, ну как раз вот это вы про это всё, Милохиных, вот это всё.

Это всё не наша аудитория.

Я представляю такой, я, Вербух, вечером, нам надо омолодить проект, давайте мне этот список тиктокеров.

Ему приносят.

А кто это такие?

Милохин?

Прям так и было, что вы сказали, знаете.

Ну только у меня дальнейшая аудитория всего там.

Вот.

И вот в итоге получили по полной.

Сбежал человек с проекта еще вот так.

Ну, что и требовалось доказать.

Ну нет, я про другое.

Вот у меня есть парочку сейчас таких прямо.

Ну, я бы, конечно, очень хотел Юль Снегирь.

выдающаяся актриса, просто глубочайшая, ярчайшая, и была бы на льду, конечно.

Кстати, да, это неожиданно.

Ну да, Юля, я о ней не подумала, но мне кажется, что она очень крутая.

Я бы и Цыганова, конечно, позвал.

Просто мне кажется, мы бы больше разговаривали.

И номер мастера Маргариты.

И он начал бы говорить.

Я видел недавно с ним интервью.

Умнейший человек.

В общем, мне нравится рассуждение.

Это прям круто.

Мне нравится Зиверт.

Не знаю почему.

Зиверт было бы здорово.

Вот мне кажется, Зиверт... И она близка, ей нравится лёд.

И Полины Гагариной не было на льду.

Она худенькая, её только таскать, крутить и бросать.

Каждый сезон начинается, давайте позвоним Полине Гагариной, мы звоним, она говорит, деточки, я вас так люблю, но у меня всё уже расписано на несколько лет.

Давай о любви с тобой поговорим.

Это важная тема на, так сказать, любом ледниковом периоде.

Как так происходит, что все в тебя влюбляются, Илья?

Ну, если не все, то многие.

Как вот, что ты делаешь с женщинами?

Или делал до твоего... Давай так, делал, да?

Да я ничего не делал.

Я так расплылся, так меня льстит.

Такой шибзик, в него влюбляются все.

Безусловно, я бы, во-первых, себя точно не относил к, не знаю,

разрушителем сердец или какая-то история.

Никакие.

Слава выходит твоя далеко за... Это все надуманная история.

Но, безусловно, 15 лет между моими завершениями отношений с Ириной Лобачевой и вот этот промежуток, конечно, 15 лет я не... Я жил жизнью, я выбрал себе вообще этот отрезок такой...

холостяцкой ну такого куража поставил в во главе угла работу абсолютно и в общем в этом состоянии собирался жить но естественно что возникают какие-то различные истории с касающиеся но для меня всегда в первую очередь конечно была работа но есть ощущение что вот в

все эти такие какие-то романтические истории, о которых Москва слухами полнится, она происходит всё равно на работе.

Вот почему так?

Больше негде.

Нет, не потому что больше негде.

Почему?

Потому что я действительно сфокусирован на работе и сейчас, в тот период.

И в этой орбите происходят различные истории.

В этих отношениях есть признаки, конечно, всегда вот такого… Ну, «харассмент» – очень, наверное, большое слово, но отношений, условно, босса-секретарши, если ты понимаешь, о чём я. Я, конечно… Мне кажется, ты вообще не про меня говоришь, честно.

Я ещё раз подчёркиваю, что за 15 лет моей жизни у меня возникали разные истории, в том числе и романтического характера.

Сказать, что…

Я там, как ты сейчас рисуешь, ждал, как с личного, не знаю, какого-то ледникового периода придут какие-то новые жертвы.

Вот ты сейчас мне нарисовал.

Да нет, ну я такого тебе не рисовала.

Потом полгода, раз, полгода я сижу, жду, опять.

Да нет, не так происходит.

Женщины не дуры, они видят.

что вот ты даже сам говоришь, один из трёх главных номеров за всё время – номер с твоей уже нынешней супругой, и как бы это новый период жизни.

Но женщины же не дуры, они понимают, что когда режиссёр в тебя влюблён, когда продюсер за тебя, у тебя и номера будут лучшие, и партнёр шикарный, и костюм будет сидеть как надо.

Это же всё про душевность.

Больше 100 участниц за всю историю.

Ну что ты мне шьёшь?

Это неправда.

Я не утверждаю, что со всеми ста что-то было.

Ничего не было.

Это какой-то флёр, но может и бог с ним.

Но это не так.

Если ты хочешь с нами просто поговорить, бывают ли отношения теоретически, я понимаю, что тебе неинтересно.

Тебе интересно со мной.

Но со мной...

Ничего говорить.

Мне никогда не было ничего говорить.

Ты никогда не комментировал историю, но она была широко в прессе освещена с Алисой Гребенщиковой.

Все-таки у вас были какие-то в этом смысле отношения, потому что много об этом писалось, что у вас есть общий ребенок даже и так далее.

Это вообще не имеет отношения к реальности?

Я точно не буду комментировать личные отношения, но...

Я не знаю, как мне тут... Мне кажется, я Алису уже говорила.

Это абсолютная врань.

Придумка, да?

Нет, кто же хочет придумку?

Это не придумка, ребят.

Это реально очень некрасиво.

Я бы, конечно, мог сказать вообще...

Следующий вопрос.

Но я отвечаю на него именно потому, что сын Алисы Гребенщиковой и отец Сергей Дондурян – это какая-то запущенная гадость, которая

Ну, она разрушительный характер, она бьёт по людям.

Почему сын Алисы должен вообще это как-то слышать?

А есть идея, кому это было нужно, запустить это всё?

запущено и, конечно же, понятное, но я просто свой, это точно я не буду здесь расследование на крыше вести, но я точно говорю, что это абсолютная ложь, абсолютное враньё.

Оно всё равно будет, оно всё время кто-то один, чего-то это, как это.

Но у вас большая аудитория, у тебя, видишь, на быстрость пришёл.

У тебя большая аудитория.

Что для этого нужно сделать?

Просто чтобы всё было...

Это неправда.

Это ложь.

Я никогда не выходил ни с кем, условно, в свет, и никогда не было каких-то таких публичных отношений.

Почему?

Ты же был холостой мужчина.

Отношения были, потому что я считаю, что я сразу расставлял определённые приоритеты, что для меня главное – это то, что происходит.

Если мы принимаем условно эти правила игры, то мы в них

какое-то время существуем.

Я говорю сейчас абсолютно предельно честно.

Потому что, выводя своего человека, ты не только про себя любимого, но ты уже берёшь на себя ответственность в том числе, потому что никому не нужен какой-то лишний шлейф и так далее.

Таких отношений, чтобы выйти с кем-то в свет,

Такие отношения у меня появились только спустя 15 лет, когда я пришел за руку с Лизой Розамасовой.

Это опять вопрос этики.

Ты же не можешь не понимать, и я вот это очень хорошо помню по проекту «Танцы», в котором я участвовала, и вообще вот это очень такое состояние, когда человек оказывается в ситуации, что он занимается чем-то совершенно для себя непривычным, ну, например, фигурным катанием.

Естественно, он чувствует себя слабым в этом, уязвимым.

Тут...

Появляешься ты, давайте я вам помогу, что да, это все легко.

Первый лучший партнер.

Я совсем грубо скажу, но надеюсь, ты поймешь, что я имею в виду, что это как будто немножечко так пользоваться ситуацией.

Не видел ли ты для себя вот этого этического аспекта, что условно нет, вот пока в проекте вообще не буду, только рабочие отношения, а вот как закончим проект?

Там может быть все что угодно.

Я тебе могу абсолютно честно сказать, что так всегда и было.

Во-вторых, я тебе скажу, что… Прямо вот всегда?

Всегда.

Более того, я скажу о другом.

Ты лесом это всё назвала.

Это и есть так.

Люди, которые приходят в проект, тоже абсолютно разные.

И девушки, которые находятся там, они очень чётко расставляют флажки, которые там нет.

Допустим, они расставляют, что мы пришли на репетицию, и как бы ты там ни подкатывал на своих, очень чётко идёт история.

Проект взрослых людей.

Всё происходит всегда и везде.

Так мы далеко дойдём.

До всех киносъёмочных площадок и до театральных.

Так всё там так и случается, конечно.

Естественно, что происходят какие-то творческие истории.

Давай честно, это же правда.

Почему часто у главного героя и героини... Я поясню, почему я сказал «нет», и в том числе.

Потому что это тот же почувствует все остальные.

Это неправильная история абсолютно.

То есть у тебя, ты хочешь сказать, много лет был такой принцип, что... Да, абсолютно.

Да и ребята все подтвердят.

То есть пока человек в проекте... Пока мы в проекте, ничего не происходит.

Ну и вообще необязательность проекта.

Ну вот как будто бы у меня ограни... Вот у каких артистов как-то всё рисуют, какой-то странный портрет девушки различный.

То есть странный, понятно, что бывает иначе.

Но давай так, есть клише?

главный герой и главная героиня фильма, если у них постельные сцены, и они целуются, часто это переходит и в реальную жизнь, потому что сюжет... Переходит и не переходит.

И так бывает, и по-другому бывает.

Здесь ты каждый день со своим партнёром... Ну, это проект там три месяца длится.

Это не то, что ты уже, скажем так, показывал каждый день со своим партнёром.

Там же и романы, ну, конечно, как у тебя там за руки, он тебя жамкает, поднимает.

Конечно, это происходит.

Всё происходит.

Поэтому и романы внутри проекта.

Ну, романы больше возникают с партнёрами различные.

Вот, например, сейчас, не секрет, официально заявили о своих отношениях Дима Соловьёв и Дина Аверина.

Но это же часть шоу.

Это не часть шоу, это часть большой жизни.

Я рад за ребят.

а они в проекте действительно стали вот так вот у неё.

Другие парни, ну это же бегают вещи.

Это же чаще происходит на таких проектах, чем при какой-то другой работе.

Если вы на заводе рядом работаете, шансов, что у вас будет роман, меньше, чем вы танцуете вместе или на коньках, вы всё время рядом, это физическая близость.

Ну как, это же так люди устроены.

Прекрасно.

У вас после каждого проекта 3-4 пары, ну факт.

Абсолютная неправда.

Если потом по факту, действительно, есть у кого происходят отношения, но это копейки.

На самом деле большинство людей, во-первых, уже публичных профессий, у нас это в этом году только впервые случилось,

Они уже все привыкли, прости господи, раздеваться в одной раздевалке.

И принимают это как должность.

Да, это немного специфически со стороны.

Смотрится странным, условно, миром.

Посадить всё это на мой несчастный лёд – это нечестно и несправедливо.

И сделать из меня королём вот этого муравейника – это тоже несправедливо.

Правда.

Потому что мы действительно

Много творческих историй.

Я вообще практически очень мало тактильно работаю с кем-то.

С новыми глазами.

С Лизой это была любовь с первого взгляда?

Вот как вы пришли?

К семье?

Нет, конечно.

То есть у нас же длинная история.

Да, потому что я смотрела ее интервью, она говорит, что впервые вы познакомились на проекте «Лед и пламень», когда ей было вообще 15 лет.

То есть это было очень давно.

Да, это было очень давно.

Это был другой каток на крыше торгового центра.

И Лиза впервые пришла.

Я вообще не смотрел сериал «Папины дочки».

И не знал об этой большой популярности.

Но я говорю, давайте посмотрим.

Лиза пришла абсолютно юная, трепетная.

Какая она в общем и сохранила эту внутреннюю трепетность.

Сказала, что мы будем делать с этим ребёнком, потому что у нас же всё-таки то, о чём ты говорила сейчас ко мне, танцы.

А тут ещё юная девочка, и о чём рассказывать в танцах, как это вообще всё будет происходить, хотя она была очень настроена кататься.

Но потом мы попробовали в паре с Максимом Стоицким, и мы как-то начали выбирать такие темы, которые деликатны, которые... И Лиза, конечно, блестяще себя проявила, но сказать, что была какая-то любовь с первого взгляда... Очаровательная девочка, прекрасная.

светлая, такая воздушная.

Все эпитеты участницы проекта.

Это же такое немножко странное должно быть чувство, что ты свою нынешнюю жену помнишь ещё практически ребёнком, и у тебя есть эти воспоминания.

15 лет – это уже не ребёнок, это уже женщина, у неё всё было.

Ты счастлив в браке?

Абсолютно.

Я абсолютно счастлив.

Это поменяло тебя?

Я понимаю, что мы взрослые, все в своем цинизме, скептицизме.

Все, дайте им леденцы, пусть они лижут свое счастье.

А я говорю, что бывает счастье.

Ребята, правда есть.

Когда я пошёл, мы же не знаем, что будет.

Мы в этом году уже четыре года у нас будет.

Отмечали Льву-то уже три с половиной.

Кажется, что ещё вчера на нас вешали все ярлыки мира, которые вообще есть.

И каждый день – это абсолютное счастье.

Ну вот про ярлыки.

Нет, мы все оставим.

Нарисуйте меня этим пауком.

Мы и пауком оставим, и хорошим романтиком.

Какой есть.

Нет, ты паук-романтик.

У тебя такие глаза, я понимаю тех женщин.

Что ты отвечаешь тем людям, которые считают, что победа Лизы Арзамасовой в Ледниковом периоде – это прямой конфликт интересов?

Я читала комментарии, почему-то часто сравнивают это с историей Алсу и голосованием за ее дочь.

Что, ну вот, по сути, понятно, что выиграла, потому что...

Властный продюсер мужчины.

Здесь вообще нет никакой связи.

Ты понимаешь, не верят, как ее нет, если ты ключевая фигура.

Мы сегодня часто все время говорим, вот и так, и так, да, как на это смотреть.

То, что Лиза с Никитой Коцалаповым были очень яркой парой, ну, надо быть абсолютно слепым, чтобы это не видеть.

Они, правда, совпали.

Это не то, что она еле ковыляла, а её куда-то накручивали.

Лиза с Никитой шли на втором месте, у них был один танец, поставили невысокие оценки.

И всё шло к тому, что

победит Марат и Оксана Домнина, которые блестяще прошли проект.

Кстати, ты вспоминала про проект.

У них был номер про подводную лодку, выдающуюся просто.

Есть тоже золотую коллекцию.

Я понимаю, что ты больше спрашивала, чтобы про другое сказать.

Ну вот, оставьте это.

И тут Оксана, то ли Переванова, не знаю, они совершают такие две большие ошибки.

Это финальная программа.

И судьи

Это, опять же, отличие от Алсу, там никто не видит.

А там сидели уважаемые люди, они ставят такую оценку.

Вот моя условная дилемма.

Я что должен сделать?

Подбежать к ним, сказать «нет»?

Это нечестно по отношению к Никите и Лизе.

Они блестяще прошли.

И причём Лиза виновата отчасти в том, что она моя супруга.

Они достойно катались, они лучшие в своих танцах.

Но была наглядная ошибка здесь.

Я думаю, что честнее, в данной ситуации была, что уже произошло так, как оно есть.

Поверить в теорию заговора мы можем нарисовать всегда.

Я могу только одно сказать, что если мы сравним с письменным конкурсом, то он даёт некий стартап с точки зрения

карьерного роста.

Победа в ледниковом периоде не даёт ничего.

Ну, кроме второй, третьей, мы все любимые.

Ну что, куда-то кого-то вызывают, что он победитель – это ничего.

В начале 90-х в паре с Мариной Анисиной ты стал двукратным чемпионом мира среди юниоров.

Но вскоре ваш дуэт распался.

Почему?

Вот это же давно очень...

Ты на все это реагируешь.

Я старый и не помню.

Нет, нет, нет.

Мы очень быстро с Мариной стартанули.

Мы очень быстро, мы прям буквально через за два года был какой-то очень большой скачок.

Марина, дочь выдающегося хоккеиста, чемпиона мира Вячеслава Анисина, и Марина Черняева, фигуристки, она была участницей Олимпийских игр в парном катании, то есть она была прям коньковая девочка.

на замечательный конек.

Да и дети были.

Вот 15-16 лет.

Ну, амбиции или что?

Или соперничество?

Мы что-то себе все время друг с другом что-то делили.

Это прямо даже стыдно сказать.

Какая-то возня.

Сейчас бы ты посмотрела.

Ну, например, типа, ты тут не докрутила, ты меня плохо поддержал.

Дура, дурак.

Какой-то детский сад абсолютный.

Но там была такая еще...

эмоциональная история, связанная с тем, что мы в тот момент были немножко на вторых ролях в группе Натальи Владимировны Гленичук, потому что у неё была первая пара, а мы где-то были.

А мама Марины, моя мама, она как бы не спортивная, она просто мама.

А та была, подключалась.

Она очень активно принимала участие в жизни.

Но это тоже такая история.

У них произошёл определённый конфликт с Натальей Деничук.

И было ощущение, что, в общем, Наталья Владимировна тоже не очень хотела, чтобы мы куда-то уходили.

Она нас начала держать, что мы там в какой-то клубок.

каких-то историй.

Но и, конечно, не надо сбивать со счетов то, что мы на фоне того, что мы ругались всё время, что-то мы делили.

Вот прямо сейчас мы вспомним, мы сели бы сейчас с Мариной, кстати, в очень хороших отношениях, она большая умница.

Вот что мы там делили с тобой?

У меня возникли романтические отношения с Ириной Лобачёвой.

И, конечно, на фоне... И она каталась в этой же группе, здесь всё рядом.

как не отходя от кассы.

И на фунету мне казалось, что если я встану в пару с человеком, которому я испытываю такие чувства, мы вместе поедем, и мы полетим, и всё будет... И вот дальше проверка временем, потому что ты встаёшь в пару с человеком, которому испытываешь романтические чувства, и дальше Salt Lake City,

И вот финал вашего соперничества заключается в том, что вы берете серебро, а твоя бывшая партнерша Анисина – золото.

Это прям кино.

Это хорошая история.

Ты же в этот момент, это же не только ты проиграл золото, ты еще ей проиграл.

И вот она чувствует, что «а я была права, когда тебе говорила на ногу мне поддержку оказывать».

А ты в этот момент, блин, вот расскажи, что ты чувствовал?

Это же ужасно такая двойная история была.

Нет, с точки зрения драматургии, ты абсолютно права.

Это же пипец.

Это нарочно не придумаешь.

И я вот как раз тут непобедитель.

Факт.

Драматургия непобедителя – самое интересное.

Ты же знаешь, как режиссер.

Дело в том,

что это, как ты сейчас прекрасно рассказал, вот оп и так.

А это не совсем... Как я всегда говорю, когда я там выступаю, что всё тренируется, всё ещё тренируется.

Когда Марина стала выступать за Францию своим партнёром, мы начали выступать.

И Марина с Гвиндалём достаточно быстро стали одними из лидеров мирового фигурного катания.

Они нашли ещё свой классный стиль.

Она его поднимала в поддержке, я в одной из поддержек показал.

Ну они как бы, они такие, вот этот колорит прям классный был.

Я эту историю, о которой ты сейчас говоришь, прожил давно.

Отстал давно.

Отстал сразу.

И дальше я принимаю решение догонять.

Если бы мы бежали, то один, то второй.

И ты проиграл?

Да.

Мы выступали с Ириной Лобачёвой, поэтому всегда, конечно, пара.

Мы в роли догоняющих.

Сначала одни закончили в номер один, мы стали вторыми.

Марина уже была чемпионкой мира.

И вот пришла Олимпиада, и я вот...

почти догнал, но не догнал.

Но я жил этим ощущением, но уже и не то, что я с ней... Вот это, конечно, в кино так, я бы по-другому другие бы сделал, вот портрет бы повесил, да, капюшон, и я побежал.

Как-то это всё в другой сцене.

Но в итоге это честная была её победа и твой проигрыш?

На твой взгляд?

Да.

Да, я вот смотрю честно, прямо.

А я верю.

Вот, кстати, когда честно смотришь, я сразу верю.

А ты смотрел нечестно.

По совокупности, четырёхлетие.

Понятно.

Марина с Гвендолём сделали гораздо больше.

Но я просто не случайно об этом спрашиваю.

После Олимпиады Солт-Лейк-Сити разгорелся криминальный скандал тоже с драматургией, с каких-то, значит, уже итальянских фильмов.

В Италии по запросу США был арестован Алимжан Тахтахуномов по прозвищу «Тайванчик».

Американская прокуратура обвинила его в подкупе олимпийских судей, которые якобы подтасовали результаты в пользу Аниссины и ее французского партнера.

Спустя годы, вот как ты на это смотришь?

Никак.

Во-первых, я это не оцениваю.

Во-вторых, если нет доказательств, то я не хочу это обсуждать.

Ну и всё.

Ну давай так, Алик, человек, который вот с нами тут по улицам ходит, я его даже периодически... Я не видел его никогда.

Вы ни разу не разговаривали?

А я к нему какой отношусь?

Нет, ну, может быть, в компании просто вот не... То есть не было такого какого-то... Нет, это все производная история, но мы... Ну, ты не веришь в это.

То есть у тебя нет никаких оснований предполагать, что это было так.

На кухне где-нибудь я буду рассуждать, например, как девочки, которые обижены, что им не ту программу поставили.

Да нет, конечно, нет.

Я не верю в это, я верю в то, что есть.

Марина и Гвиндаль – олимпийские чемпионы, мы серебряные призёры.

Всё, точка.

Круто.

Можешь объяснить нашим зрителям, которые в силу возраста просто не застали то время, почему Олимпиаду в Солт-Лейк-Сити называют самой скандальной в истории?

Я считаю, что вообще с этой Олимпиады вообще всё началось.

Началось что?

Давай.

Несправедливость началась.

Самый главный скандал для тех, кто вспоминает, был связан не со мной, а с Еленой Бережной и Антоном Сихарулицевым.

Они подверглись унизительной процедуре, повторной церемонии, просто рассказывая о награждении.

Я сейчас поясню, потому что я же внутри был, я в Олимпийской деревне был.

Эта беспрецедентная ситуация заключалась в том, что после выступления, когда уже были вручены медали и всё происходило, начался безумный медийный скандал.

Просто какое-то вакханалие началось абсолютно.

После неё в течение трёх дней вдруг французский судья

пришла с каким-то… Почему Франция как раз и перебрасывается на меня.

Французский судья написал письмо, что на неё было оказано давление, и её голос как бы аннулировался.

И они тогда убирают её голос и говорят, а тогда у вас ничья, и мы даём две медали золотых.

Постфактум, без соревнований, без всего.

Я считаю, что, в общем, Тамара Николаевна всё равно поднялась над ситуацией, и наши выходят на это награждение и дважды теперь стоят и делятся двумя медалями.

Но смотри, есть еще один эпизод.

Тут я тоже сразу скажу, я не на своей территории, но вот я думаю, что очень многие люди, просто любители фигурного катания, могут рассуждать так же, как и я. Поэтому интересно твои комментарии.

Вот вся история со Слуцкой.

То есть, с одной стороны, есть мнение, что ее засудили.

Но с другой стороны, есть же правило...

по которым судят, и самое главное – прокататься чисто.

Любая ошибка – съём баллов довольно больших.

One triple and several doubles in a series.

И вот я специально ещё раз это освежила, я пересмотрела прокат её и победившей американцев.

Ну вот, действительно, у нашей слуцкой программа серьёзнее, но ошибки.

А там всё чисто, без помарок.

Объясни, в чём несправедливость?

Потому что это же тоже спортивная тактика.

Если бы Слуцкая прокаталась чисто, то понятно, что медаль была бы её.

И здесь вот для меня, как обывателя, эта история не про то, что кого-то засудили.

Просто одна тактика сработала,

как опять же возвращаемся к Медведевой, да, и её соперницей, а здесь не сработало, ну, случай, не повезло.

Вот я только хотел сказать, сейчас надо отмотать на начало интервью, всё, о чём мы вначале говорили, слово в слово.

То есть ты согласен со мной?

Сара Хьюз выстрелила также на один сезон.

Абсолютно неожиданно.

Ирина шла к медали, у неё катание, её обожали и всё остальное.

Но в этот день... Просто единственное, что тогда тоже были другие правила.

Сейчас к этим прыжкам, которые исполняла Сара Хьюз, относятся гораздо жёстче.

Так называется недокрут, там четверть.

И у неё было, можно было бы, но тогда так жёстко не судили.

Тогда примерно так.

То есть это была честная золотая медаль?

В тот момент Сара Хьюз откатала произвольную лучше.

Почему тогда ты во многих интервью говоришь, что у Слуцкой украли золото?

В Salt Lake City, когда отняли золото у Иры Слуцкой, для меня кажется, что это была прямо вопиющая наглость.

Что ты имеешь в виду тогда?

Эмоциональная опять же история.

Потому что, во-первых, мы действительно все вместе.

Мы шли историей и Иры, и её выступлений.

То есть просто ты был расстроен?

Нет, это эмоции и это поддержка, безусловно.

Ну, я не могу сказать, что... Ну, это же все друг у мы, это уже такая общая поддержка.

Но, наверное, сейчас, я, кстати, может, и пересмотрел бы ещё раз, но мне кажется, что действительно с арта напрыгало какое-то безумное количество каскадов, прыжков.

Ну да, но просто это же тогда и в прессе везде, значит, украли медаль у нашей.

Это уже было, вы знаете, девчонки же были вообще четвёртые, то есть уже вот этот кум и ответы, да, вот эти вот, потому что началось-то всё вообще блестяще.

Это Ягудин-Плющенко.

Ягудин выиграл, поэтому Ягудин-Плющенко.

Блестящая, безоговорочная наша победа.

Потом в парном катании мы опять выигрываем.

Началась вот эта история.

серебряное, ну и уже такое было ощущение, наших бьют.

Наверное, так.

То есть если мы кого-то не любим, факты не важны, важны эмоции, да?

Или вот как бы хочется, чтобы выиграла Слуцкая всей страной.

Давайте все обсуждать, что значит несправедливо.

Хотя по факту это справедливо.

Просто я поясню.

Я вспомнил.

Давайте, вы только не выключайте.

Я вспомнил, почему я кричала, украла.

Я сейчас скажу, почему.

Потому что техническую оценку, может быть, я ошибаюсь, но вы посмотрите, выиграла Ира, которой она должна была проиграть.

А вот артистизмом она почему-то проиграла.

Тебе жаль, что вот с тех далеких уже времен мы всем миром прошли большой путь от того, что спорт и тогда был в политике, но как будто бы все стеснялись, и все это отрицали, и вот...

одна судья, на которую оказали давление, становилась центром скандала.

А сейчас, мне кажется, весь мир живёт в ситуации, когда и стесняться перестали, что спорт – это прямая часть политики.

Мне жаль, вообще фраза была у тебя очень хорошая, что мы стесняться перестали.

Вообще.

Просто жаль.

Потому что в этом была история.

Безусловно, то, что происходит сейчас, это абсолютная хулиганство.

Но вот твоё отношение к нейтральному флагу, к выступлениям спортсменов, оно у тебя какое?

Это же тоже такой сложный вопрос.

Ты со всеми вместе за страну или ты всё-таки за себя и за свои персональные достижения?

Я единственное попрошу всё-таки с пониманием относиться к ребятам, которые принимают решение выступать.

Здесь нет однозначного решения, но

То, о чём ты сказала, я ничего нового не скажу.

Действительно, век спортсмена очень короток.

И вот сейчас, например, появилось окно возможностей, что наши ребята, олимпийцы, могут выступить на Олимпиаде.

И внутри фигурного сообщества это воспринято просто очень позитивно.

Очень позитивно.

Ты бы какой выбор сделал, гипотетически, если бы оказался в этой ситуации?

Всё зависит от того, какие условия действительно выставляются.

Те условия, которые выставлялись до, вплоть до того, что ты должен осудить СВО, я считаю, это недопустимо.

Недопустимо.

Выступление, если тебе позволяют выступать без определения, без того, чтобы противопоставлять себя своей стране, своей родине.

Но без флага, допустим.

Мы же уже выступали без флага.

Так возможно?

Я думаю, да.

Не могу тебя не спросить про твою бывшую супругу Ирину Лобачеву.

Последние годы она дала очень много комментариев, интервью, таких жестких по поводу тебя и твоей жены.

Там речь идет о квартире, про вашего общего сына.

Я понимаю, что тема болезненная, но

мне кажется, важным как-то прокомментировать.

Вот общаешься ли ты с ней и как ты относишься к тем комментариям, которые она делала по поводу недвижимости, по поводу того, что вы не должны быть вместе с Арзамасовой и прочее, прочее.

То есть там, ну, ты понял.

Я хочу сказать, что вместе с Ирой мы выиграли чемпионаты Европы, Мира и Серебро Олимпиады, за что я всегда буду благодарен

И это такая наша большая дорога.

Ира – мама моего сына Мартина.

И это навсегда уважение и благодарность.

И ты с Мартином в хороших отношениях?

Не то, что я в хороших отношениях, Мартин же у меня живёт.

С 12 лет мы живём вместе.

Что значит в хороших?

Конечно.

А дальше я впервые скажу «нет» на все ответы, потому что, во-первых, мужчина должен молчать.

Мне как-то кажется, вот так.

Потому что жалко оправдываться непонятно в чём.

Объяснять непонятно зачем.

При этом у нас с Ириной хорошие отношения.

Она приходила к нам на юбилей, говорила очень добрые и важные слова.

А зачем эти комментарии?

Она свободна в своих комментариях, а я свободна в том, чтобы молчать и идти дальше своей дорогой.

Но я ей всегда благодарен.

Очень интересно поговорить про твою жизнь в Америке.

У тебя же есть уникальный опыт.

Ты довольно много времени провел там.

Десять лет.

Большой срок.

Что тебе там нравилось, к чему, может быть, так и не смог привыкнуть?

Надо сказать, что я был в Америке с 90-х.

Четвёртого, мне кажется, да.

Ну, до Олимпиады 2004, да, с 1994 года.

Такие 90-е.

Вообще, если чуть-чуть отойти, то вот выезд в Америку и потом попадание в американские шоу – это было для нашего поколения главной квинтэссенцией успеха.

То есть олимпийская медаль и шоу Тома Коллинса, и Америка, и экипировка.

И у тебя тут, например, тур.

Ты крутой.

Всё, жизнь удалась.

Это то, к чему стремилась вот наша плеяда.

И, конечно, я в Америке оказался, ну, просто для того, потому что сейчас многие же, кто особенно смотрит, они же и не знают, что я вообще катался.

Уже 20 лет назад я закончила, им всем по 20.

Ну да, ну вот ты приезжаешь со своей женой Ириной Лобачевой.

Мы приехали в Америку вместе с нашим тренером.

Наталья Яничук.

Мы жили в студенческом городке, в общежитии.

То есть у нас у всех всё равно с ЦРС тоже подкорка Америка, тебе сразу дом там дали, лужаки.

У нас был, мы его называли «Русский дом».

Это был один дом с видом на кладбище.

Вот у нас были окна.

В этом доме жил Олег Овсянников, Анжелика Крылова, ещё одна пара и ещё двое ребят.

То есть с одной общей кухней.

То есть это такая общага.

Но нам по 20 лет это все равно было.

И сначала было, конечно же, общее очарование.

Всем это другая история.

И вот мы ближе уже к туру Тома Коллинза.

Мы тренируемся.

Но по большому счету мы так и остались в такой комьюнити.

Тренировки, каток, тренировки, каток.

В общем, вся история.

Я через какой-то момент

понял, что это не совсем моя страна.

Что именно?

Я как-то очень отчетливо видел нишу, которая мне отведена.

Я бы так сказал.

Это как бы чувствуется...

не напрямую, может быть, мне не хватало там... То есть представить себе, что я там приехал в Нью-Йорк, к примеру, и пришёл с какой-то... куда-то пошёл, ну, то есть мне даже непонятно, куда-нибудь, с какой-то своей фикс-идеей, и стал продюсером какого-то телевизионного шоу – невозможно.

Почему?

Невозможно.

Ну вот поясните, что это за ниша такая?

А моя ниша, да, вот мы на льду, вы фигуристы, вы дальше будете тренировать, и всё.

Вот всё.

Или кататься в различных ледовых программах, ну, пока вы там условно интересны.

В большинстве своём российские фигуристы открывали все шоу, а закрывают их всегда американцы.

Это внутри чувствуется бесконечно.

А ты не думаешь, что просто может быть проблема в том, что мы все немножечко недооцениваем себя, что у нас заниженная самооценка?

Все время было ощущение, что мы здесь временно.

Может быть, в этом ошибка, потому что... Ну, не ошибка, а мое ощущение.

В Соединенных Штатах Америки в этот момент, период времени находилась 80% Татьяна Тарасова, которая осталась в роли тренера и не стала...

Куда?

Дубова Наталья Ильинична, Александр Жулин, тренирующий там.

Там же Таня Навка тренировалась долго с Ромой Костомаровым.

Ну, Моря, Илья Кулик, Леша Игоревич.

Все оставались только в ниши

приглашённых звёзд нашёл и покатать, кто кого даст.

В интервью Добровинскому ты сказал, что когда решил переехать из Америки в Россию, то все твои коллеги крутили у виска и говорили, что ты сумасшедший.

Зачем?

У вас же всё тут уже устроилось.

Все крутили у виска и говорили, что я сумасшедший.

Просто засекали, когда я вернусь обратно.

В общем, да.

Такое было немножко пренебрежительное отношение.

Такое слово было «рашка».

Я помню.

Ты что, вражку, что ли?

Ужасно.

Кошмар.

Не все знают, что ты сыграл какую-то ключевую роль в том, что ты первый стал привозить с Запада наших советских спортсменов, русских спортсменов, и таким образом возвращать их в страну.

То есть ты их подписывал на контракт, и так вернулось огромное количество звезд.

То есть все, включая Дмитрия Пескова, должны быть сильно благодарны, потому что, по сути, и возвращение Навки Татьяны, и многие другие, они вернулись...

и Александра Жулина, и Татьмяна Марина.

То есть ты такой важный проект осуществил по возвращению спортсменов в страну и в то, что они опять поверили в то, что здесь лучше, круче можно зарабатывать и развиваться.

Я бы, наверное, не строил бы из себя Моисея,

Нет, ну слушай, давай честно, в каком-то смысле... Это всё относительно.

Я занимался своей жизнью, своей судьбой.

Я приехал.

Я хотел делать здесь свою историю.

Начал носиться в поиске денег.

Что я ещё мог делать?

Учиться создавать команду.

Благо, в силу того, что второй на Олимпиаде, нас вторых любят поддерживать.

Очень свежая была эта история.

Очень поддержал Михаил Арнольдович Кузьмирович.

Часть ребят, которые работали у него, он мне дал со всеми знаниями, менеджментом, какого-то построения.

И это мои партнёры, мы продолжаем работать спустя уже 20 лет.

Это огромная история.

А дальше, когда пришли, я предложил ребятам, говорю, приезжайте, небольшой тур по городам Сибири.

Чую, Люх, правда, заплать вообще несерьёзно.

Я говорю, давай-давай-давай, всё будет.

И для меня это было очень важно, заплатить ребятам.

Что, прям боялись, что кинут просто на деньги?

Ну, кину кто?

Я?

Ну, наверное, меня за ними не бегали.

Но не верил никто, что здесь вообще возможная история.

У нас всё измерялось в УЕ.

Контракты все в УЕ.

И жили мы в УЕ в этом, и всё приравнивали бесконечно.

Я помню эту историю, для меня это было очень важно.

Потом другое шоу, и они пока ездили.

Потом появился телевизионный проект, и ребята уже переехали там, условно, на треть года.

Уже то так, то так.

И плюс начали смотреть по сторонам.

Поэтому сказать, что это я занимался собой, я строил свою историю.

Привет всем.

У меня предложение сейчас.

все-таки идти по спектаклю, по сцене.

Чтобы не было... Понятно, что он уже катабельный, но только мало кто там не катался.

Сначала Марк.

Марк погибает.

Выходит Леша.

Ну, не погибает.

Марку плохо.

Выходит Леша.

И в итоге ты побеждаешь.

Леша условно погибает на 5 секунд.

Потом опять Леша встает.

И вот эту историю с девочкой, которую он делал, делает с тобой Леша.

Я посмотрю, надо ли вам дуэтом кататься.

Скорее всего, просто медленно собираться.

Оставь нас одиночниками, пожалуйста.

Поговорим об экономике этих ледовых шоу.

Не телевизионных, а вот таких.

Сколько стоит провести одну такую программу?

Москва – это самый дорогой город, в Москве это одни цифры, если в регионах России... Ну, в Москве.

Ну, мы сейчас берём гала-шоу, например, гала-шоу чемпионов, катаются все, такой разовый... Все катаются, кайфуют.

Костюмы, гигантские лошади, слоны.

Чтобы вы понимали, есть некий спектакль, когда ты на неделю встаёшь.

Есть гала-шоу.

Это одна цифра.

Есть гала-шоу, когда мы сегодня три дня аренды зала, на день повесились, выступили, разобрались, разбежались.

Но вообще любая полная продакшн с рекламной кампанией, с тем, чтобы всё это как-то взлетело, я думаю, минимум

Ну, от 60 до 100 миллионов.

Это очень дорогое удовольствие.

И оно очень имиджевое.

Только выйти в нормальную рекламную кампанию по Москве, это примерно 15-20 миллионов.

И это не то, что ты всё завалил.

Любой дворец, вы сейчас зайдёте, в среднем аренда зала со всеми чопами и всем остальным больше 2 миллионов.

И дальше ты на три дня взял дворец, это уже шесть.

То есть это очень дорогая история, она вообще не взлетает без спонсорской поддержки.

То есть это неокупаемая история, это надо понимать.

По билетам это неокупаемо.

Потому что мы десятый в списке трат.

на нас легче всего сэкономить.

Поэтому я не могу поднять цифру на билет, допустим, посчитать, вот мне надо 100, так я посчитаю вал, разделю его и скажу, что билет должен на 10 тысяч быть.

Ну и кто придёт?

Но еще государство иногда, как я понимаю, тоже делает такие заказы.

Вот на сайте госзакупок там указаны цифры, что твоя компания там условно, как поставщик услуг за постановку спектаклей, получает 11 миллионов рублей.

Там какое-то мероприятие, новогодняя елка, городской округ Балашиха.

Наверное, ты помнишь, что это.

Такого рода события.

Их несколько.

6 миллионов 800 тысяч за два спектакля в мытищах.

Что за 6 миллионов можно сделать в мытищах два раза?

Это другая история.

Возникает заказ.

на то, что, допустим, в регионе хотят подарить жителям это шоу для тех, кто не может себе приобрести билеты.

Это бесплатное шоу.

А сумма, о которой ты говоришь, это примерно... Это значит где-то три представления.

Но это не создание с нуля.

У меня есть спектакль, условный щелкунчик.

Я приезжаю, ставлю спектакль.

Но в эти деньги входит всё под ключ.

То есть ты привозишь свою декорацию, в которую ты тоже уже вложил.

Если её создавать с нуля, то ты уже платишь.

Ты вешаешь декорацию, ты вешаешь всё световое оборудование, ты вешаешь всё звуковое оборудование.

И гонорарная часть артистов, опять же, тобой произведённые костюмы, это всё амортизируется, там всё прописано, все расходы прописаны и так далее.

Это вообще не маржинальная сила.

Что самое прибыльное из всех твоих бизнесов?

Вот какой вид деятельности?

Гастроли по городам, вот такие вот государственные мероприятия или большие шоу?

Я постоянно генерирую различные проекты.

В общем, это на круг

это постоянный оборот денег.

И в этом, наверное, отличается и почему есть три столпа, Женя, Яна, Таня и мы, потому что у нас есть круговорот истории.

Даже если мы, как говорится, попали на одном шоу, мы на другом перекладываем, мы отсюда взяли эти деньги, уже бросили в рекламу следующего.

Это постоянный круговорот.

Вообще, честно говоря, лёд меньше всего приносит денег.

Но одно

добавляет другое.

По маржинальности, как бы мы ни крутили, всё равно Новый год – это наша самая золотая история.

У меня, хоть мы и сказали, что я вышел, да, то есть такой вот... Битва ёлок.

Битва ёлок, да, но суммарно в Москве, в Санкт-Петербурге, мы ещё там порядка, по-моему, 52 представления, суммарно Новый год – это, в общем-то, самая главная маржинальность.

которая скапливает жирок, потому что, например, сейчас мы сидим ровно.

Про этику.

Например, как это работает в вашей тусовке?

Потому что я знаю, что с Татьяной Навко ты в прекрасных отношениях.

С Яной тоже вы недавно помирились и исчерпали ситуацию с музыкой Билана.

Но вот как этика в этих отношениях, какую роль она играет?

То есть, например, твоя главная звезда сейчас, как я понимаю, тех шоу Женя Медведева.

Вот может быть такая ситуация, что Татьяна Навка переманит ее в свое шоу, и вы не поссоритесь?

Или вот как это происходит?

Потому что вот Яна Рудковская сейчас, например, заявила, что в ее следующем шоу будет танцевать Щербакова.

Насколько я понимаю, это такое вот заявление.

И в целом мы видим, что периодически происходят скандалы, что из одного шоу человека переманивают в другое.

Расскажи немножко об этом доме «Два на льду» и про эти вип-домики.

Когда я был один монополистом, да,

и я понимал, что так рано или поздно будут возникать различные проекты, мы включали в контракты условия, при которых ребята выступают только в моих программах различных.

или же выступают в различных других, но только с моего разрешения.

Это было сделано не только потому, что я хотел держать свой коллектив, это ещё и создавало определённую эксклюзивность

и узнаваемости.

И когда знали, что приезжает Овербух, значит, у него приедут все.

А если кто-то приедет, значит, тех у него не будет, и будут другие.

Когда появилась большая история различных шоу, мы сейчас все время говорим про Таню, про Женю, но появилось шоу и Терри Георгиевна Тутберидзе, которая как раз по гастролям.

Ну и вообще много всего, огромное количество.

Давай будем говорить о лидерах.

Да, когда появилось большое количество телевизионных таких просто шоу, гала-шоу, всё, началась огромная миграция всех и везде.

Эксклюзивность, в общем-то, ушла.

Ну, подожди, тебе же выгодно как продюсеру, чтобы Медведева была только у тебя, и тогда она становится твоей фишкой.

И тебе уже выгодно её и ведущей сделать, и тебе выгодно её тогда раскручивать, а она только у тебя.

И Яна с Навкой сколько не хотят, её позвать нельзя.

Это больше такая этическая история.

Ну, так не получается.

Ну, ни у кого не получается.

Понимаете, вот сейчас, например, мы с Лизой Туктамышевой стараемся, вот я как бы ей говорю, но всё равно она мне говорит, Илья, ну вот есть день, я там выступлю.

Я говорю, конечно, возьми, ей надо зарабатывать и так далее.

Ну, то есть условно.

Если Медведева сейчас говорит, что она там получает в среднем 200 тысяч за выступление, если завтра ей звонит Рудковская и говорит, давай теперь 500 плачу.

Это решение Жени.

то это не вызовет никаких... Ты скажешь, без обид, понимаю, бизнес есть бизнес.

Ну да, но это... Я не верю.

Всё равно же ты скажешь, Жень, ну блин, у нас же не только про деньги, я же не то что жадничаю, но просто я больше могу столько позволить, но зато у тебя будет вот это.

Я раньше говорил, сейчас уже нет.

Сейчас уже просто ты принимаешь всё как есть.

От этого проигрывает исключительно зритель, на мой взгляд.

Какая звезда фигурного катания сегодня объективно продаётся лучше всех?

Ну, билеты покупают лучше всех.

На какое имя?

Я думаю, что коммерчески, наверное, интересна всем больше всех сейчас Камила Валиева всё равно.

Я так думаю.

А она сейчас с кем?

С Таней.

Ну, в большинстве у Тани она катается.

Как ты помирился с Рудковской?

Вот это было, правда, пламя и лед.

Это прям был конфликт просто двух башен.

Ну, ты сгущаешь краски, что уж прям конфликт.

Просто исторически это идёт всё-таки от Лёши и Жени, от Лёши Ягудина и Жени Плющенко.

Они между собой в определённых таких конкурентных своих отношениях.

Я, так как Лёша Ягудин стал моей большой командой, и это действительно мой товарищ и сердце,

Мы выступаем, продолжаем.

Параллельно стал тоже как бы в его команде, соответственно, противником всего того, что происходит.

У нас не было таких каких-то прям конфликтов.

Ну, как бы мы не замечали друг друга, наверное, если так можно сказать, холодные отношения.

Ну да, поступила фаза.

Первое, я скажу, на самом деле было от Жени Плёщенко, когда он мне позвонил.

вдруг и сказал, Илюх, слушай, я тут в хоккей играю, при этом мы не общаемся.

Команду собираю, может, приедешь к нам, погоняем?

Ключенко с шайбой.

Отлично.

И так!

Евгений Плющенко забивает шайбу.

Красавец.

Приехал?

Я приехал, конечно.

Правда, один раз.

Я три тренировки прогулял.

Он меня экипировал, сшил форму, весь этот вербух.

И мы на их катке погоняли.

Это вот так выглядело.

Это условное пример.

Вот так.

Говорю, как оно есть.

А потом он попросил тебя поставить хореографию.

Нет, это вот Яна.

Это уже Янина идея.

Яна также написала.

Ты только не пугайся, это Яна Рудковская, перезвони.

Я перезвоню.

Да, Яночка, привет.

И она говорит, вот я хотел бы, чтобы ты, Саша, сделал программу.

Ты как?

Ну, в принципе, вот так.

Вообще ничего там без прелюдий, без всего.

Я говорю, а что нет, конечно.

И вот я уже на катке с Сашкой.

Как он тебе, как ребенок-спортсмен?

Сашка талантливый парень.

Будет олимпийский чемпион?

Ну, я так не могу сказать.

Условия для этого созданы все.

То есть условия для тренировок, для его внутреннего настроения, как он работает, как всё есть.

То есть он может вообще практически 24 часа в день.

У него каток в 20 метрах от дома, где ребята живут, папа, выдающийся фигурист и тренер.

Поэтому условия все созданы.

Но будет, не будет, это известно Господу.

То, что он интересный, он слышит музыку, он с очень серьёзным внутренним характером.

К определённому возрасту ты уже понимаешь, выполняет ли ребёнок по сложности элементы, которые, ну, вот мы с Женей тоже об этом говорили, которые в дальнейшем гипотетически дают ему шанс на прям серьёзные победы.

Вот это присутствует, я просто в этом ничего не понимаю.

Да, конечно, у него тройные прыжки.

Какие-то элементы?

Я не видел соревнований.

То есть тройной аксель он прыгает?

Нет, я по-моему, тройной лутц, все тройные он прыгает.

Тройного акселя там пока нет.

Но, во-первых, мальчики.

В его возрасте уже прыгают аксель тройной или нет?

В целом.

Да, прыгают.

И аксель прыгают, и четверные прыгают.

Но мальчики, они могут догонять.

Я не видел тройной аксель.

Может, уже сейчас прыгает.

Мы работали 4 месяца назад.

Ещё раз говорю.

Мальчики не девочки.

Девочки, наоборот, в этом возрасте прям прыгают.

Мальчики должны окрепнуть.

Потом у них ещё...

Даже те ребята, которые сейчас прыгают, у них начинает расти, болеть колени.

Это вообще не серьёзно, обсуждать юниорский спорт и ребят до 18-19.

Пока парень или девушка не окрепли, девочки чуть раньше у нас сейчас по возрасту, пока этого не происходит, это вообще всё просто спекуляция.

Я, безусловно, балет не называю спортом, если что, но это всё равно физически

требующая много вещей, вид искусства.

Цискоридзе мне очень понравилось.

Я примерную сейчас цитату на память приведу.

Он говорил о балете как о том, что, друзья, ну, будем честны, это все равно какого-то вида Евгеника.

Вот если у тебя стопа вывернута вот такая,

Вот есть шанс.

А если нет, вот что ты не делай?

Хоть убейся, но не будет вот у тебя такой длины рука и такой длины нога красиво смотреться, если нет каких-то четких биологических параметров.

Опера – это Евгеника.

Балет – это Евгеника.

Большая классическая музыка – это Евгеника.

И никогда не будет по-другому.

Большой спорт – это Евгеника.

Все, что связано с человеческими достижениями – это Евгеника.

Вот в фигурном катании это так честно?

Нет.

И да, это такой сложный вопрос.

Это честный разговор.

Я пытаюсь ответить, как оно есть, потому что то, что Николай говорит, и мне точно не с ним спорить, и то, что ты говоришь, это понятная, это идеальная история.

Конечно, мы по-разному одарены.

И тоже ты одному, один прыгает на второй тренировке прыжок, другой с десятой.

Ты же тоже хотел стать одиночником.

Я совершенно не состоявшийся.

А потом ты сам был по физическим особенностям, ушёл в спортивный танец.

Так я уже даже бог с ним со мной с прыжком.

У меня нога выше 90 градусов никогда не поднималась.

У меня нет выворотности для корабликов, для сложных элементов.

Но при этом у меня действительно был артистизм.

Я слышал музыку, мне уже было всё равно, я куда-то нёсся.

Но с точки зрения

подхода колется с корицей, если мы говорим, этого мальчика надо было отправить.

Но тогда вы мне вообще бы не дали шанса быть.

Поэтому, конечно, талант есть.

Идеально, когда мы все совпадаем, когда мы попадаем в то, что есть.

Также вот мы сейчас с Лизой присматриваем всё время ко льву.

Мне вроде и хочется его на лёд перенести, вроде я что-то вижу.

И хочется, конечно, попасть...

И, с другой стороны, не хочется его на лёд тащить, хочется в какие-то другие истории.

Я также смотрю где-то, вот я сейчас только что сказал, глазами колется скорее.

Если у тебя есть абсолютно талант, я тебя поведу на лёд.

Но если я увижу, что ты, ну, там, нет характера, даже помимо дотянутой стопы должно быть желание прыгнуть, а я всё равно пойду сделаю.

Это такая совокупность.

Если я вижу, что нет, то я, наверное, своего ребёнка, да,

Потому что у меня есть запросы.

Если ты занимаешься, ты должен быть чемпионом.

У меня по-другому... Ну, так получается.

То я не поведу.

Потому что я хочу... Если я увижу, что талант действительно к этому есть вот такой вот, то я... Вот касающийся моего ребёнка.

Но при этом я не хочу закрывать всем окно возможностей.

Суперигра.

Суперигра у нас неожиданная.

Вот не это все, выберите нам пару для шоу, это все уже в прошлом.

Значит, так как ты для меня еще помимо того, что талантливый фигурист, режиссер и так далее, ты большой бизнесмен, ты построил большой развлекательный бизнес.

Выбираем для тебя идеального бизнес-партнера.

Ну вот представь, что есть человек, который приходит и говорит, я готов инвестировать.

Давай.

Большие деньги и быть с тобой в партнерских отношениях.

50 на 50, но все шоу будут только овербуха в этой стране.

Другой уровень всего.

По два человека всегда, и ты выбираешь кого-то одного.

Турнирный принцип хорошо тебе знаком.

Греф Герман, Сбербанк, и Татьяна Навка.

То есть они станут моими бизнес-партнёрами?

Нет, это принцип турнирной таблицы.

То есть нужно выбрать одного, а этот человек перейдёт в четвертьфинал, полуфинал, и потом будет финал среди двух.

Хорошо, я выбираю кого еще?

Бизнес-партнер.

Не того, кто в жюри сидит, катается с Костомаровым.

Идеальный бизнес-партнер.

У кого деньги, возможности, 50 на 50.

Герман Оскарович.

Хорошо, умный выбор.

Фамилия-то не просто так, а вербуха.

Тинькофф Олег, сомнительно, но окей.

Или Роман Абрамович.

Это очень провокационные два человека.

Ты понимаешь, как все подобрано?

Ужас.

Один не инагент, а другой инагент.

Я не по этому принципу.

Но если уже не надо кого-то выбирать.

Надо кого-то выбирать.

Дальше вот так у нас.

Два друга, так сказать.

Яна Рудковская, Гуцериев Михаил.

И песни все будет тебе.

Он скажет, смотри, Илюш, у меня одно слово.

Складываем миллиарды, но танцуем только под мои стихи.

Смотрите, Илья старается не ржать над этим.

Да, я выбираю Яну.

С Яной мы какую-то нашли родственность в плане продюсирования, понимания.

Вот мы на одном языке вообще общались.

Нет, я Яной восхищаюсь всегда, потому говорю, умением как-то широко мыслить.

Сильно, мощно и да.

То, что ты рассказал, позвонить и пригласить – это красиво.

Ну, я говорю, как есть.

Последний выбор.

Алишер Усманов или Малафеев Константин?

Я, честно, вообще не знаю, кто такой Малафеев Константин.

Телеканал «Царьград».

Православный, главный наш олигарх.

Олигарх.

Я бы всё-таки, наверное, выбрал бы Усманова, потому что, во-первых, он сделал гигантскую работу для фехтования, и это действительно колоссально.

А я просто знаком, потому что у меня брат родной, Даниил, фехтовальщик, и я просто человек близкий к спорту.

Так, ну и у нас полуфинал, соответственно.

Пусть будет, допустим, вот так, чтобы был сложный выбор.

Абрамович или Усманов?

Нет, просто Усманов.

Усманов.

Греф или Рудковская?

Неожиданно.

Нет, ну я уже догадываюсь.

То есть тоже у меня вариант какой.

Или уже мы с Яной.

Либо с Яной, либо в Сбербанк.

У нас два варианта.

Что круче, Рудковская или Сбербанк?

Вот вопрос.

Нет, я думаю, что с точки зрения правильных инвестиций, стратегии, то, конечно, Герман Оскарович.

Я думаю, что даже Яна Рудковская бы тебя поняла и простила, давай будем честны.

То есть Герман Оскарович.

Тут должна быть реклама Сбербанка, ребята.

В общем, нет, ну, мы несколько раз пересекались.

Я просто был на нескольких мероприятиях.

Наверное, это человек Яна и Германович, которых я достаточно хорошо условно знаю.

И стратегические мышления, умение видеть на три шага вперёд.

А что-то за это прилетит?

За то, что я выбрал?

Не, подожди, но это главный государственный банк, что тут может прилететь?

Только деньги могут прилететь.

Ну, так я же под что-то это и имел в виду.

Ну, какие-то дивиденды.

Так как наше последнее интервью было 11 лет назад, и не знаем, когда будет следующее, знаешь, доживу ли я, что вообще будет в стране.

Вот через 10 лет Илья Авербух, что он, где он?

Расскажи, давай визуализируем картинку, которую бы ты хотел видеть.

У меня было много этапов в жизни, и сейчас я пребываю в абсолютном счастье семейном.

И я бы хотел, чтобы… Я как-то себя вижу за городом, потому что я живу в Москве, и я уже почти четыре года пытаюсь

построить.

Я вот хотел бы такое условное родовое гнездо.

Прям вот вижу его.

Поменьше даже выбираться.

Какое-то получать какие-то... Ну, такие... Перестать везде быть.

Как-то сфокусироваться над нём.

Я бы, конечно, мечтал, чтобы вот эта история про

мой театр или такую историю, чтобы ещё хватило сил, конечно, уже, чтобы это всё-таки состоялось.

Мне так хочется прийти в дом.

Я с такой завистью сейчас хожу по многим театрам.

Я так устал от этого, что мы всё время что-то... Я просто хочу уже выдохнуть, и не надо никаких доходных больших частей.

Я просто хочу спокойно что-то ещё потворить, чтобы во всём этом

Ну, потворить хочу, честно.

И я надеюсь, что я буду поспокойнее и более сфокусирован на чём-то одном большом и главном.

Но в первую очередь, конечно, я бы хотел, чтобы вот как-то вот... Мне причём этого вообще не было.

Меня, наоборот, я как бы вообще отрицал даже всю эту историю.

Как-то у меня прям вот какую-то на 360.

А сейчас, наоборот, я хочу.

Ну, не знаю.

Вот как-то так.

То есть встретимся в театре, Илья.

Если ты послала эту историю в космос, я очень хочу, я с завистью отношусь к режиссёрам.

Передайте привет.

Я, конечно, слава богу, не блиновская, но давай запрос пошлём.

Спасибо.