Лиза Туктамышева – исповедь о фигурном катании / Страх, лицемерие и путь к свободе

Готово?

Должны ли люди понимать, что на самом деле происходит?

Понятно, что все фигурное катание, в принципе, это лицемерие.

Мне это не нравится.

Насколько легко женщине в России жить?

Почему они решили, что запрет абортов напрямую связан с улучшением деторождаемости?

Кто хочет выиграть чемпионат мира?

Я бы не хотела, чтобы мой ребенок этим занимался.

Страх.

Так много он тебя забирает.

Страх оценки.

Страх, что у тебя не получится.

Я боялась тоже сделать что-то не так.

Боялась осуждения, боялась критики.

Мне на психике не нравится такой контроль.

К тебе тоже, когда я шла, тоже были опасения.

Сейчас уже ничего никому не доверяешь.

Какой смысл тогда вообще вот в этих интервью?

Не знаю.

Мне это просто даже, мне это ужасно слушать.

Ну да, это ломает уверенность в человеке.

Я просто перестала открываться.

Что меня вывело на это?

Нравится эта фотка?

Да, я тут.

Маленькая, хорошенькая.

Из Санкт-Петербурга, Иглазово.

Все внимание на лед.

Ученица Алексея Мишина.

Просто молодец.

Надел его, Ален.

Полное ощущение, что я не на стадионе, а в театре.

Красные кресла эти, какая музыка.

Вообще прям завораживает.

Если бы спортсмены думали, что они в театре, и катались бы на публику, так как в театре танцуют, было бы вообще здорово.

Некоторые не понимают, насколько это нужно для хороших оценок, для компонентов, восприятия всей программы.

Они воспринимают фигурное катание как чистый спорт.

Ты должен сделать элементы, именно спортивные составляющие четко.

И в этом залог успеха.

А это немножко шире, больше.

Конечно.

Не только спорт, однозначно.

А это вообще спорт?

Да, это, ну, конечно, это так сложно, просто капец.

Не знаю, я вот когда был на художественной гимнастике, теперь на фигурном катании, я не покидаю это ощущение, что это нельзя назвать спортом.

Это больше относится к какому-то искусству.

Мне кажется, в искусстве ты вкладываешь все творчество, которое в себе есть, душу, да, но там нет такой физической нагрузки.

Хорошо, балет – это спорт или искусство?

Балет, да.

Балет совместно.

То есть там такая физподготовка нужна, чтобы это превратилось в искусство.

Что по-другому зритель не будет воспринимать это искусством, если у тебя нет хорошей физподготовки, если ты не положил 10 лет своей жизни исключительно балету.

Там нет соревновательного процесса.

Там тебя никто не оценивает, как ты станцевал.

И только вот эта оценка и соревновательный, по сути, момент, он и дает, наверное, делают фигурное катание спортом.

Там зрители оценивают еще.

А у нас судьи и зрители, и тренеры.

Что тебе больше по душе, когда оценивают зрители или когда судьи?

Что честнее?

Ну, важнее судьи, а честнее, наверное, зрители.

То есть для тебя судьи важнее зрителя?

Судьи ставят тебя на место.

Они понимают, на какой пьедестал ты попадешь или нет.

Но зрители честнее могут, мне кажется, дать оценку программе, презентации, твоему катанию.

Потому что у нас не такой уж и объективный спорт на самом деле.

Этот слот выкупил Точка Банк, чтобы не отвлекать вас от этой красоты.

До 30 ноября проходит акция «Черная пятница».

Открой счет для ИП или ООО и получи бесплатное обслуживание аж на целый год.

Бизнесу быть!

Ты сейчас работаешь под руководством своего бывшего тренера, который по совместительству один из самых легендарных тренеров вообще в истории российского фигурного катания.

Да, легенда, профессор.

Доброе утро, добрый день.

Витя, Витя.

Очень приятно.

Ой, спасибо большое, вы тоже отлично выглядите.

Смерть девчонкам таких.

Да ладно, я уже с багажом там, у меня уже дети там все на свете.

Дети?

Он по образованию инженер и биомеханику очень хорошо знал.

И за счет этого начал внедрять инновационные технологии для развития именно техники фигурного катания.

То есть он изобрел крутилку, тренажер Мишина, где ты в зале уходишь на разминку, на разминке разогреваешь свое тело.

В чем его специфика и на что он вообще направлен?

направлено на улучшение быстроты группировки.

Можно здесь как увеличивать скорость группировки, отрабатывать позиции во вращении, которые не используют фигуристы на льду.

И тебе можно сократить количество вращений на льду, делая просто позиции вращения здесь.

Это хорошая тема, она помогает действительно.

Так, что я должен сделать?

Держи себя, держи, держи.

Вот еще один тренажер, который придумал именно Мишин.

Через сколько лет вот такие прыжки на льду будут уже?

Только если с лонжей.

Выйти на лед на кружевете.

Как человек, который уже несколько лет снимает про спорт, я ожидал сегодня увидеть немножко другую специфику на фигурном катании вот здесь.

У вас команда во главе с профессором.

Вы все между собой очень мило общаетесь и с детьми через пожалуйста.

Потому что я снимаю или это обычная атмосфера?

Это обычная атмосфера, точно.

Потому что невозможно, мне кажется, специально подстроить всю тренировку того, что приходит журналист.

Мне кажется, все равно где-то бы были моменты, которые бы суть показали, какая существует обычно на тренировочной арене.

Мне, в принципе, самой так намного приятнее заниматься.

Если бы это было по-другому, мне кажется, вряд ли бы я так рвалась сюда и так бы хотела заниматься, продолжать с детьми и работать тренером.

Алексей Николаевич никогда не позволял в твой адрес какие-либо грубые вещи, либо рукоприкладство, ничего такого в жизни не было?

Нет.

А если бы было, ты бы ушла от меня?

Ну, я не знаю, ушла бы я или нет, честно сказать.

Потому что если ты видишь, что это норма, и ко всем так относятся, а что ты думаешь?

Другая, почему ты требуешь к себе, наверное, другого отношения?

Может быть, я так думала, я думала, что, может быть, это нормально.

Угу.

Поэтому ради результата, может быть, и осталось, пока до какой-то грани не дошло.

Но, как правило, нет каких-то границ, все равно все терпят.

Все терпят?

Ну, пока что я вижу, что да, терпят.

У тебя вот такой прыжок.

Надо правой ногой толкать наверх.

Да, вот лучше.

Вот это лучше.

Карина, молодец.

Вот сейчас круто делаешь, нажимаешь.

Ерофей, зачем ты руку-то сюда?

Вот у тебя.

Свободней, свободней, да?

Я очень много раз слышал про чехлы от коньков и вот эти штуки, которые закрывают лезвие, их бросают в детей.

Сколько это правда?

Такое тоже слышала, что есть и некоторые подтверждающие видео, где тренер может принимать руку на ребенка есть.

Реакция общества неоднозначная.

Кто-то говорит, что это нельзя делать ни в коем случае, в спорте этого быть не должно, а кто-то говорит, что без этого никуда и это нормально.

И тренер может себе позволить, тем более, если он дает результат.

Какое тебе мнение ближе?

Я против насилия физического и морального.

Я могу прикрепить, но так, чтобы поднять на ребенка руку, я не представляю, как это возможно.

Я считаю, что можно достичь хорошего результата и без каких-то жестоких методов.

Ребят, я читаю ваши комментарии под выпусками и вижу, что вы часто пишите о сильных чувствах, которые испытываете при просмотре.

Мне и самому бывает непросто справиться с эмоциями, и съемки часто даются нелегко.

У меня слов нет просто.

Надежды никакой нет.

Я чувствую, что городу конец.

После таких сложных моментов главное быстро взять себя в руки, поднять настроение и продолжить работать.

Я дошел до себя классный способ.

Вот такой шоколад.

Если бы я ел обычный шоколад каждый раз, когда нервничаю, страшно представить, как бы я сейчас выглядел.

Но, к счастью, этот абсолютно без сахара.

Его делает кондитерская фабрика Победа.

Они уже больше 20 лет создают качественный шоколад.

Сейчас есть целая линейка без сахара.

Как раз мой вариант.

Есть и темный шоколад, и молочный.

А вот эти трюфели, ребята...

Невероятно.

Просто тают во рту.

Обязательно попробуйте, ребята.

Для вас по промокоду STEVIA действует скидка в 40% для покупки онлайн.

Ссылка в описании под видео.

Рита Мамун, Катя Гамова, две девчонки, которые после того, как они завершили карьеру, решили рассказать то, чего это стоило.

И после этого я очень часто натыкался на мнение, что ты должна быть благодарна за все, что было, и только из-за того, что на тебя орали, ты стала той, которой ты есть.

Ты должна быть благодарна.

Дает ли индульгенцию победа?

Дает ли тренеру индульгенцию делать что угодно, если он победил?

Нет, в моей картине мира нет, потому что ты тогда можешь довести человека до Олимпиады, до каких-то высоких результатов, но после этого он останется ни с чем, потому что поймет, что вот это время, которое он потратил на то, чтобы стать олимпийским чемпионом, оно было...

Не то, что упущено, но столько может случиться травмы, столько потом разбираться в себе придется из-за того, что тренер делал, как ты говоришь, все, что хотел с тобой ради олимпийской медали.

Но стоит ли оно того?

Мне кажется, что нет, потому что олимпийские медали – это хорошо, но тебе это одна небольшая часть твоей жизни, а дальше идет еще 70% твоей жизни, и тебе там нужно будет как-то...

Вживаться, что-то делать, развиваться.

И зачем совсем убивать себя ради этого?

Можно было как-то обойтись без этого.

Если ты благодарен тренеру за то, что ты стал олимпийским чемпионом, это не значит, что ты подтверждаешь и говоришь, что все, что он делал, это было правильно.

В чем различие между миром фигурного катания в России и в остальных странах?

Если брать именно соревнования по России, где я принимала участие, то я видела там очень много слез и таких негативных эмоций.

И сама через это, в принципе, тоже проходила.

Я это ощущала, что когда ты на соревнования приезжаешь, надо блистать на тренировках, уже судьям показывать, что ты готов, ты в борьбе.

Если что-то не получается, то все, ты расстраиваешься, и для тебя это уже не просто соревнование.

Соревнования начинаются с тренировки, как у нас говорят в фигурном катании, именно российском.

Расшифруй вот эти слезы.

Что это были за слезы?

От чего?

Но это был страх, обида, не знаю, то ли боязнь какая-то, что тренер наругает, то ли еще что-то.

Я видела это много раз.

К сожалению, потому что у нас, если ты ошибаешься, ты приехал не на праздник, это твоя работа, надо ответственно к ней подойти.

Без шуток, все серьезно, максимально.

Искренне было у меня удивление, когда я вышла на тренировку мужчин, и там катался Шо Моуна, японский фигурист.

И он так падал, просто он как фанера над Парижем, туда-сюда.

И он упадет, и он смеется.

Я думаю, ты что смеешься?

Это же важный старт, как можно смеяться?

Ты только что так упал, безнадежно упал.

И он смеется, и тренер его тоже такой, ну ты шо, геморрист.

Такой четверной упал, грубо говоря.

И это все было на позитиве.

Вот это количество слез, о котором ты говоришь в фигурном катании в России, связано ли это с тем, что тренировки начинаются в 3-4 года, и человека, ребенка, нежного, несформировавшегося, который едва начал ходить, с 3-4 лет сейчас уже помещают в атмосферу, во-первых, жесткой конкуренции, а во-вторых, просто жуткого давления, как со стороны тренеров, так и родителей.

Конечно, слезы могут быть связаны с этим.

Сто процентов иначе.

Зачем так расстраиваться после стартов или после неудачной тренировки?

Самое ужасное, мне кажется, это когда и тренер на тебя может надавить, и родители еще после этого.

Ты приходишь домой, которые на тебя тоже могут надавить и что-то все время требовать.

И бедный ребенок, он, конечно, если живет в мире, где все только от него что-то требуют и ничего взамен не дают, то, конечно, там...

Очень может быть вот это состояние обиды и страха, оно, конечно, это самое тяжёлое.

Я сама просто через это проходила.

Что ты меня вывела на это?

Не понимаю, что происходит.

Да, я тоже с психологом недавно это обсуждали.

Просто, видимо, запомнила.

Вот.

Продолжаем или нет?

Ну, давай сейчас я быстро одно слово скажу, что да, сложно.

И лучше, конечно, чтобы был человек хоть какой-то.

который этот страх убирал.

Потому что страх это очень сильное, на чем можно столько побеждать, работать, но так много он тебя забирает, что ты потом в возрослом возрасте, ты уже не можешь с ним справиться, тебе приходится...

Работать с психологом, разговаривать с друзьями, чтобы были какие-то люди, на которых ты можешь опереться.

Чтобы не через страх уже работать, а через благодарность, через наслаждение, через хорошие эмоции.

И через хорошие эмоции...

Уже получается дольше результат.

Точнее, он дольше у тебя идет, хороший результат.

И намного качественнее процесс подготовки.

Жизнь становится качественнее.

А пока ты на страхе, это работает, конечно.

Но это очень сложно.

Надо, конечно, если ребенок в таком состоянии находится, он долго не протянет.

Все равно начнется переходный возраст, когда ты всех пошлешь.

Ну, скорее всего, если он все время в таком состоянии.

И на этом все может прекратиться на раз-два просто.

Ну, тяжелая штука, профессиональный спорт.

Уважаемые пассажиры, мы рады приветствовать вас на речи Санкт-Петербург-Ижевск, билеты на которые вы приобрели на сайте Aviasales, сервисе для покупки дешевых авиабилетов.

У Глазова много славных страниц спортивной истории.

В городе построили первый в Удмуртии ледовый дворец спорта.

И началась спортивная карьера фигуристки Елизаветы Туктамышевой.

Это я. Это вы?

Это я. Постойте, это вы?

Это точно я. Должно быть супер приятно, нет?

Ну да, приятно, правда.

Это дворец спорта города Глазово.

Место, где я начала заниматься фигурным катанием.

Сколько лет тебе было, когда ты первый раз сюда пришла?

Пять.

Меня просто родители сюда записали.

Кататься нравится, прыгать особенно.

Я еще такая.

В 7 утра идем в Ледовый дворец.

Знакомая картина, да?

Мы так и катались в 7 утра.

Тренировка в 8.30.

Ты уходишь из школы.

Обычно все занятия с 9.00.

Учишься и после школы идешь на вторую тренировку.

В 4.00 ты уже закончил свой день.

Я знаю, что вы сегодня здесь.

Здравствуйте.

Мы вас ожидаем.

Мы думали, сюрприз будет.

Нет?

Вы же в Глазове.

Это невозможно, конечно.

Здравствуйте.

Та-дам!

Вот тут, конечно, все изменилось уже после ремонта.

Если это не сюрприз, что Лиза пришла, то я уже знаю, что будет происходить примерно.

Вы коньки сразу подставляете?

Коньки подставляете?

Меня всегда умиляет, как будто на меня так смотрят.

Вот эти глаза, когда видишь детей, которые с трепетом подходят подписывать свои коньки, это, конечно, очень-очень мило смотрится.

Ты какие эмоции испытываешь от этого?

Понимаешь, что не напрасно все это было, что ты можешь кого-то как-то замотивировать или принести радость немножко в этот процесс.

Часто про плохое говорят, что человек привыкает ко всему, даже к самому плохому, а тут к таким классным, хорошим вещам тоже привыкаешь?

человек ко всему привыкает.

Фигурное катание – это один из видов спорта, который специально застаривают.

Детям не разрешают выступать в 15 лет на взрослом уровне.

Я не знаю других видов спорта, где вводят такое ограничение жесткое.

В футбол, в бундеслиге, в ВПЛ люди в 15-16 лет все чаще дебютируют.

То фигурное катание, наоборот, борется с молодыми спортсменами.

Они запретили выступать всем фигуристкам, не достигшим 16 лет.

Почему?

Ну, у нас была тенденция, что в 15-16 лет как раз это тот возраст, когда прайм физической формы спортсмена может быть с четверными, с тройными акселями, а после переходного возраста обычно уже девушки не справляются с такой нагрузкой и заканчивают вид спорта.

То есть такое правило, я думаю...

сделали для того, чтобы было больше спортсменок, которые долгую спортивную карьеру могут жить.

Чтобы было много новых имен, которые могут... Целый олимпийский цикл, два олимпийских цикла, которые будут запоминаться.

Ты считаешь, что это правильно?

Смотреть на долгую карьеру интереснее, это правда.

Если кто-то делает что-то лучше других, почему его должны ограничивать только из-за того, что ему 15 лет?

Валиева не стала бы олимпийской чемпионкой по новым правилам.

Справедливо ли это по отношению к таким людям?

Если она в топе, попробуйте обыграть 15-летнюю девчонку.

Хороший вопрос.

Но мне кажется, тут даже интереснее довести такую гениальную, например, если берем Валиеву, очень интересно довести такую гениальную спортсменку как раз-таки до такого уровня, чтобы она могла в зрелом возрасте блистать как можно дольше на арене.

Девушки, которые в 15 блеснули и сделали свой максимум, чаще всего, к сожалению, потом уже не выходят в профессиональный спорт, потому что уже либо здоровье не позволяет, либо уже нет такого желания, что они достигли всего, чего они хотели.

Очень рано начинают в фигурном катании и очень рано заканчивают.

Сложно ли после фигурного катания, после карьеры найти себя как-то в жизни?

Безумно сложно.

Сложнее, чем это может казаться с виду.

Начиная с первых шагов на льду тебя ведут.

Тебя ведут тренеры, тебе помогает федерация.

Если ты член сборной России, то за тебя делают все.

Тем более, если ты значимый спортсмен для федерации, то тебе будут во всем помогать.

Все бумаги подписывать, за тебя принимают решения.

Тренер во главе, у тебя нет права голоса, чаще всего, особенно в подростковом возрасте.

Когда у тебя карьера начинается в 6 лет и заканчивается в 20, допустим, 21, ты выходишь из нее человеком, который абсолютно не умеет принимать решения и брать ответственность.

Ты как слепой котенок просто начинаешь видеть этот мир заново, познавать его заново.

И тебе приходится сталкиваться с трудностями.

которые раньше мог ты преодолеть, просто позвонив кого-то, или тренер мог помочь решить, или еще кто-то.

А тут все, да, ты берешь ответственность исключительно на себя.

И это бывает сложно.

Особенно, когда тебе приходится начинать что-то абсолютно новое, а ты уже весь свой осознанный возраст ты потратил на то, чтобы изучать фигурное катание.

Смотри, хороший каток построили 9 лет назад.

А когда здесь был ремонт?

В 16-м.

Как будто незаметно, да?

Вот эта классическая история меня преследует.

Я не понимаю, здесь кто-то ворует?

Я где-то встречу, мне кажется, когда-нибудь склад просто, не знаю, у кого-то точка какая-то на рынке есть.

Кто откручивает все время в души эти, блин, душевые?

Часто в таких мылась?

Всегда есть возможность помыться в отеле.

В души на катке я редко хожу.

Ну, вообще, где-либо.

А в детстве?

Ну, в детстве был дом, поэтому тоже можно было не ходить в души на катке.

Когда ты видишь вот такое, какие у тебя мысли первые?

Можно было сделать по-другому.

Как-то больше внимания уделить.

Внимание уделяют именно картинке.

Вот там были трибуны хорошие, каток хороший.

Вот это вот внешне.

Не, ну не смешно реально.

Кто свинчивает?

Кто-то ездит по городам передо мной именно.

Я не так часто встречаю вот такое.

Краны именно.

Они могут быть в плохом состоянии, но там типа и плохая подача воды, гнилое, но есть.

Это тебя только преследует.

Отдайте лейки.

Будем что-нибудь дарить?

Конечно.

У меня два подарка.

Ты щедрая какая.

Это не Сваровский, это медаль.

У меня просто я потеряла коробку, и нашла только коробку от Сваровски.

В смысле медаль?

Это, наверное, первая золотая медаль за несколько лет.

Такая немножко выстраданная, потому что после ковида всем было очень тяжело восстанавливать форму.

И вот она придала мне какую-то мотивацию, силу.

Я правильно понимаю, что ты даришь свою золотую медаль?

Настоящую?

Да.

Обалдеть, ребята, вот это подарочки серьезные.

Выходим на новый уровень, наконец-то.

Интервью хорошее?

Надо дарить.

Надо дарить.

Надо дарить тоже что-то ценное.

Второй подарок, не менее ценный для меня, это книга «Женщина, не мужчина».

Сильно на меня повлияла в одно время.

Тоже о преодолении, о том, как тяжело может быть женщина в этом мире.

К прочтению как девушкам, так и мужчинам.

Итак, ребята, подарки нынче у нас серьезные.

Книга от Лизы, которая сыграла большое значение в ее жизни, с ее личным автографом и просто золотая медаль Гран-при.

Как обычно, все это мы разыграем в Телеграме.

Читайте условия, переходите по ссылке в описании к этому видео.

Ты говорила про Мишина, что у вас всегда прекрасная атмосфера, замечательная на тренировках, взаимопонимание, уважение.

Как было здесь?

Здесь было такое, часто заставляли что-то делать, и я помню, что я приходилась все равно со страхом, потому что я боялась, что на меня могут накричать.

Я, видимо, такой очень чувствительный ребенок была.

Я всегда на полную катушку работала, чтобы не было претензий ко мне.

И здесь атмосфера была уже чисто рабочая.

Я поняла, что такое заниматься спортом и осознанно приходить на каток.

Проходить через трудности – это уже, конечно, в Питере, а тут это было больше через «не хочу» и чисто достигаторство.

Есть тренер, есть я, и есть задание, которое кровь из носу надо выполнить.

Другого тебе не дано.

Какие у тебя были отношения с твоим первым тренером?

Тренер-спортсмен, просто послушание в любом виде.

Я боялась тоже сделать что-то не так, боялась осуждения, боялась критики.

В принципе, ее много кто боялся.

Она никогда не поднимала руку, но была жестким тренером таким.

И, в принципе, может быть, в какой-то степени это оправдано.

Но вот не было таких прям...

Глубоких взаимоотношений, доверительных.

Я знала, что есть тренер, которому нужно слушаться.

И на этом наши отношения, наверное, заканчивались.

Но в какие-то моменты она заменяла родителей, потому что я с ней начала больше времени проводить.

И закрылась сама по себе.

Почему?

Ну, потому что когда ты начинаешь путешествовать не с человеком доверительным тобой, а с тренером, которого ты пугаешься, потому что с детства ты знаешь, что это тренер, который величина, у тебя теряется детская непосредственность.

Вот я то, что изначально говорила, что боишься сделать что-то не то.

Не пошутить, не расслабиться.

Ты все время вот перманентно в каком-то таком напряжении, как бы не сделать что-то не так.

И когда ты в таком состоянии находишься месяц, потом приезжаешь домой, я помню, мы с мамой разговаривали.

Она говорит, вот ты такой веселый ребенок, там все время прыгала.

Я говорю, да, я помню, что я вообще перестала вообще разговаривать в какой-то момент.

Она говорит, ну вот это, когда ты в Питер начала ездить с Исламом Михайловным, и после этого, когда ты спрашиваешь, как дела, ты начала говорить, нормально, и все, больше вообще ничего.

И это, ну, нормально, все нормально.

Мы в этом видео много будем говорить о страхе.

У тебя он появился, получается, в 9 лет, когда ты начала ездить отсюда в Питер со своим тренером.

Ну, страх появился раньше, наверное, когда ты, в принципе, начинаешь ходить на фигурное катание.

Есть тренер, который требует очень жесткой дисциплины, и ты как бы боишься, что ты сделаешь не так.

Вообще, в 9 лет, когда начала ездить, то там уже появился такой страх более часто сделать что-то не так, и...

Это, наверное, сказалось на мне как-то.

Профспорт, он тебя деформирует, ломает.

С чем тебя?

Ну вот как раз вот этот, наверное, самый такой показательный момент, что был ребенок, который везде лазал, играл, был полон энергии.

А тут с переключением на профспорт как раз в 9 лет, что вот из девочки может что-то получиться.

Он меня заставил раньше времени повзрослеть.

Вот эта детская непосредственность, она ушла, и получилось то, что получилось.

Глобально это сказалось в отношении людей, что я просто перестала открываться.

Мне проще было пережить все в себе, чем кому-то открыться, а потом, что все равно ты... Ну, что это не даст.

Когда тебе было 9 лет, ты приехала в Белгород на соревнования, где тебя заметил Алексей Мишин.

Эту девочку мы наблюдаем уже больше двух лет.

Сейчас Лиза является полноценным членом спортивной школы Санкт-Петербурга и таким же спортивным представителем Удмуртии, города Глазово.

И после этого тебе пришлось с 9 до 14 лет каждые две недели просто как на вахту ездить в Петербург.

Да, все было так.

И по 27 часов мы добирались с Глазово до Питера.

Иногда это было и не на две недели, иногда мы приезжали на сборы в Питер, и после этого еще ездили на соревнования или дальше другие сборы отправлялись.

Поэтому могла и на месяц уезжать.

Обычно в поездах бывает очень весело.

У тебя было весело там?

Я не знала, что такое веселье.

Я просто садилась на вторую полку.

И, в принципе, на этой полке лежала все эти 27 часов.

Иногда спускалась.

Еще телефонов не было тогда каких-то развлекательных.

У меня была Nokia.

И там была одна игра в шарик.

Вот в эту игру как бы играла первый год, наверное.

Потом уже появился телефон Sony Ericsson.

И туда можно музыку было закачивать.

И у меня появилась возможность хотя бы слушать музыку.

А так это, конечно, было скучно, долго и иногда даже мучительно.

Но зато я много спала, и эта привычка у меня осталась на всю жизнь.

Теперь, к сожалению, я от этого не могу избавиться.

Единственное восстановление, которое мне помогает, это хороший, долгий и качественный сон.

Тебе 9 лет, ты стоишь на перроне, подъезжает очередной поезд, на котором ты должна уехать в Питер, тебя провожают твои родители.

Что обычно ты чувствуешь и что происходит?

После первого раза, когда я съездила, я же тогда еще не знала, как это все будет.

Путешествие всегда подразумевает, что это будет что-то такое позитивное.

Я помню, там у меня были блокноты, я записывала, вот, я сейчас еду в поезде, еду к Алексею Николаевичу Мишину.

Он тренер...

знаменитого Евгения Плющенко.

И я надеюсь, что я сейчас увижу его на льду.

И это была прям для меня какая-то... Ну, то есть я... Макс, ну...

Картину вот эту представляла, что я сейчас приеду, и Плющенко катается на льду, там еще другие спортсмены, и что я просто там буду в экстазе.

А как раз в этот момент Женя Плющенко приостановил карьеру, его там в помине не было.

Был только Алексей Николаевич.

И вот после первого сбора...

Я поняла, насколько это может быть сложно, насколько мне это некомфортно.

Есть такое у меня в характере, что я коплю-коплю, никому ничего не говорю, и тут подъезжает поезд, и ты понимаешь, что момент, ты его не избежишь никак, тебе придется в этот поезд зайти, и у меня накатывается такая

Небольшая истерика, что я не хочу уезжать, не хочу опять впадать в максимальную, там, стопроцентную дисциплину.

Потому что, ну, я ребенок, я не хочу в этом находиться перманентно.

Был момент, когда я, ну, вот как раз, наверное, попала вот в это чувство беспомощности, что у меня нет выбора, и мне нужно опять ехать с тренером в Санкт-Петербург, опять на поезде, долго, и у меня накатывают слезы.

была такая истерика, я стояла на месте, я просто плакала, говорю, всё, я не поеду, мне там не нравится.

Если через какое-то время ты будешь стоять на перроне со своим ребёнком, он будет плакать и просить тебя поехать домой, не садиться в этот поезд.

Ты его послушаешь или нет?

Я думаю, что мой ребенок, во-первых, никогда не будет заниматься профспортом.

Я не хочу для него такой участи.

И, конечно, если у нас не будет такой ситуации, то мне не придется его переламывать, делать то, что он максимально не хочет делать.

Но пока что я стою на этой позиции, что я бы, конечно, его не отпустила бы.

Но, ты знаешь, все меняется, но мне кажется, именно вот эта вещь во мне не изменится никогда.

Почему?

Потому что я знаю, насколько это может быть больно для ребенка, насколько это может быть тяжело для него.

Зачем беззащитное существо в такую ситуацию?

Ради медали чемпионата мира?

Ты говоришь про профспорт.

Я говорю, что я бы не хотела, чтобы мой ребенок этим занимался.

Но я постараюсь не допустить таких моментов, чтобы он потом через 20 лет их вспоминал и думал, как же так, зачем?

Почему-то все профессиональные спортсмены, сложившиеся с классной карьерой, и которым спорт дал, по сути, практически все, они не хотят этой судьбы для своих детей.

Почему?

Ну, они знают, насколько этот путь может быть непростым.

И непростым и для ребенка, и для родителей, и для всех, кто его окружает.

Это очень сложно, и это лотерея, ты никогда не знаешь, это сработает или нет.

Мне в каком-то плане повезло, очень повезло, что я смогла этого достичь.

Но когда ты отдаешь себя полностью одному делу и через тернии к звездам, ты никогда до конца не знаешь, будут ли эти звезды, и зачем ломать ребенку.

Но ему же может повезти так же, как тебе.

Может.

А может и нет.

И не хочется экспериментировать на жизни другого человека.

То есть это не тот риск, на который ты бы... Я бы, да, это не... Для моего ребенка, мне кажется, надеюсь, что он когда-то появится, это неоправданно.

Это сейчас стать хорошим фигуристом, но это очень сложно, это невероятно сложно.

Я думаю, дети, которые сейчас тренируются, начинают свой путь, которые юниоры, там 10-12 лет, они еще больше работают, еще больше, чем я, ну или минимум, как я.

Потому что иначе ты не сможешь в этом спорте выжить, иначе ты не добьешься ничего.

Всегда будут препятствия, всегда будет тяжело.

Просто можно делать условия для ребенка тяжелые, но при этом без ломания человека.

Я уверена, что это можно сделать.

Ты знаешь, ты очень часто об этом говоришь, ты постоянно говоришь, как будто у тебя какой-то внутренний диалог есть, а ты сама еще не знаешь, не уверена, можно ли по-другому, не можно.

И ты все время говоришь, ну можно же, наверное, без ломания, можно же.

Почему вот этот вопрос у тебя в голове постоянно?

Да вопросов нет, я почти уверена, что можно без ломания.

как-то достичь больших результатов в спорте.

Я уверена в этом.

Просто это сложнее, чем через как-то силу пытаться заставить ребенка.

Через страх.

Страх очень плохая эмоция, на ней нельзя долго работать.

Но он очень действенный.

На страхе можно многие вещи совершать.

Я имею в виду в плане... Добрый день.

Здравствуйте.

Можете прерваться ненадолго?

Ну, вообще не хотелось бы, а что?

Не хотелось бы.

Можете немножко фон сменить?

Почему?

Ну, чтобы не вокзал был, ладно?

А почему?

Ну, потому что это вокзал.

Ну, понимаю.

Ну, мы же на улице стоим.

Ну, вы же понимаете, в какой стране сейчас, да, обстановка?

В какой стране обстановка?

В нашей стране какая обстановка, знаете вы?

Лиза Томышева.

Я знаю, я узнал.

Узнал, да?

Я вот так вот сейчас только поняла.

Старайтесь сказать, чтобы в кадр не попадала.

Ну, вы думаете, от Лизы какая-то... Нет, нет, ребят.

У вас просто на фоне будет вокзал.

Да, мы... Сейчас же, знаете, время какое-то, да?

Что угодно могут придумать, скажут.

Да, скажут.

Ну, а может быть, вы потом это сделаете так.

Что угодно могут придумать.

Ага.

Из-за этого просто?

А потом с нас спрашивать будут.

Конечно.

Всё равно вокзал – это стратегический объект.

Старайтесь как-то, чтобы хотя бы вход не попадал, что ли.

Окей.

Ну ладно, хорошо.

Всё, спасибо за понимание.

Вообще здесь-то можно стоять целую площадь?

Стоять можно, но снимать вот это, видите, сейчас время такое, да, неспокойное.

Вы так напуганы или что?

А что?

Вы знаете, как сейчас?

Сейчас очень неспокойное время.

Не знаю.

Вы не знаете?

Вы что, в России не живёте?

Нет, в Петербурге живём, там вроде всё спокойно.

Ну, как, дайте все спокойно, да?

Да, да, да.

Понимаете, сейчас уже ничему никому не доверяешь.

Я вот, например, очень даже осторожно смотрю всегда на все эти вещи.

Ну, это Лиза, она как бы… Лизу я знаю, я ее узнала, да.

А вам не страшно работать на вокзале?

Нет, по крайней мере, знаете как, у нас же все равно службы безопасности есть, они смотрят.

Во-первых, туда не пройдут, где-то здесь проходят, ходят вокруг да около.

Нет, более-менее спокойно.

Ну ладно, берегите себя.

Спасибо, спасибо, будем стараться.

Здравствуйте, можно с вами сфотографироваться?

Давайте.

Пошли спать.

Только чтобы вокзал не попадал в кадр.

Почему?

Мы тоже с вами в одном доме жили.

Да?

Я вашего отца и маму знал, да.

Да?

Мне кажется, я вас даже видела.

Ну, возможно, я отличаюсь визуально.

Давайте я вас фотографирую.

Вас я тоже знаю.

Очень нравятся ваши все ролики.

Спасибо.

Спасибо большое.

Красавцы.

Эта ситуация, что нам не дают, понятно, что на вокзале снимать нельзя, наверное, правильно, но возле вокзала в Глазове 85 тысяч населения, нельзя снимать, и люди выходят прям с круглыми глазами.

Видно, что они в напряжении, качественно уже запуганы.

Как ты себя в этом плане чувствуешь?

Я их понимаю.

Тоже есть опасения.

И к тебе тоже, когда я шла, тоже были опасения.

Поэтому то, что они так себя повели, я их понимаю, почему они так себя ведут.

Лиз, куда мы приехали?

Мы приехали в мой родной университет Лесгов.

Вот здесь кафедра наша зимних видов спорта, где я проводила много времени и отдавала много сил.

Ты окончила здесь кафедру фигурного катания, как ни удивительно.

С красным дипломом?

Да.

Зачем ты это сделала?

Потому что так принято.

И сейчас, чтобы официально работать тренером, тебе надо иметь из Лесгофта или даже еще диплом об окончании магистратуры.

Потому что если ты хочешь работать уже со взрослыми фигуристами, то там нужно еще больше знаний.

Институт имени Петра Лесгофта – это один из самых главных спортивных университетов страны и самый старый университет Европы и России по физической культуре.

Он был основан в 1896 году, представьте себе, ему больше 130 лет.

Елена Николаевна Таузова, человек, без которого я бы не закончила, наверное, этот университет.

Я доцент кафедры конькобежного спорта и фигурного катания, кандидат педагогических наук.

Я работаю с 1986 года.

То есть я здесь сторожил.

Мы хотим немножко сейчас с Лизой здесь погулять.

Поможете нам?

Помогу.

Сейчас я посмотрю, что они у меня делают.

Я посадила сейчас.

А сейчас здесь пара проходит.

А где все?

А вот это надо их спросить, где все?

Не в курсе.

Нет, у нас часть на сборах, потому что я так понимаю, что синхронисты на этой неделе уехали.

У нас спортсмены, которые сочетают обучение со спортивной деятельностью.

Что это такое?

Это музей коньков.

Но это не самые первые.

Самые первые конечки костяные.

Здесь таких нет.

А здесь конечки в деревянной колодочке.

Вот они постепенно, постепенно, постепенно менялись.

А много ли здесь изменилось с того момента, когда ты окончила университет?

Вообще ничего.

Все так же осталось.

Университету в следующем году исполняется 130 лет.

А здесь что-то осталось именно с 19 века?

У нас есть дворцовое здание Ксении.

Туда можно зайти.

Там, кстати, есть всё, что есть.

Вообще как с набором?

Идёт народ на тренеров учиться?

Идёт народ.

У нас уже который год на фигурное катание порядка 100 человек поступает.

Желающих, в смысле абитуриентов.

Великая княгиня Ксения Александровна.

Поэтому это её дворец.

Вот он.

И это здание дворцовое.

Только здесь теперь занимаются студенты.

Ремонт здесь был последний раз в 1965 году.

Ещё до вас, да?

Да, до меня.

Это точно до меня.

Я это не застала.

Я позже пришла.

Это музей анатомии нашего вуза.

И он, в общем, очень известен, потому что сюда всегда школьников на экскурсии водят.

Когда студенты выходят на практику со школьниками, очень часто они проводят экскурсию школьникам здесь.

В институте большой цикл медико-биологический.

Потому что у них есть анатомия, физиология, гиена, спортивная медицина.

Это очень большой цикл.

Вот здесь проходят занятия анатомией.

Шуча какая.

Страшно тебе на такое говорить?

Да, нет.

Я первым делом в Кудскамеру пошла, когда в Питер приехала.

Там примерно то же самое, да?

Я понял, что первый раз общаюсь с человеком, который готовит тренеров.

Я обычно общаюсь с тренерами, так же, как и Лиза, с другой стороны.

С вашей точки зрения, тренерская работа в России уважаема?

Знаете, я работала тренером достаточно долго, но в другое время я работала в Советском Союзе.

Мне кажется, что к нам относились более уважительно, чем сейчас.

Потому что сейчас у людей есть какое-то такое вот отношение, как потребительское, я бы сказала, как бы сфера услуг.

Вот не тренер, не педагог, потому что тренер – это педагог.

Это в принципе, я бы сказала, что это синоним.

Тренера не может быть, не педагогом он не может быть, иначе это не тренер и не педагог.

Вот.

А получается, что такой вариант есть, когда действительно потребительское отношение.

Мы заплатили деньги, потому что всё начальное у нас платное обучение.

Они считают, что это человек, который их обеспечивает, обслуживает.

Мне это не нравится.

А с точки зрения государства она уважается материально?

Хотелось бы лучше.

Действительно хотелось бы лучше.

Дело в том, что мне сейчас про тренерскую говорить сложно.

А преподавательские зарплаты очень невысокие.

Преподаватель с 40-летним стажем сколько примерно получает?

Не хочу говорить на эту тему.

Не хочу.

Не хочу, не хочу.

Меня потом тут, так сказать, кушать начнут.

Не, не хочу, не хочу.

Но это небольшая зарплата, совсем небольшая.

В районе 100 тысяч.

Поменьше.

Я почему вас спросил, сколько у вас сейчас абитуриентов, потому что я очень часто слышал мнение, что, например, в провинции сложно найти человека на ставку учителя физкультуры или тренера, потому что люди не идут на эти зарплаты вообще.

У меня побольше, потому что у меня, во-первых, доцентская

степени доцентское звание.

И плюс у меня... Ну, КПН, он не так высоко стоит, но вот то, что я доцент, у меня получается выше.

Когда приходит преподаватель работать, преподавателя совсем мало.

Совсем маленькая ставка.

Ну, просто маленькая для вас, может быть, это маленькая.

Не для меня.

Вообще маленькая.

По жизни маленькая.

Ну, давайте так.

Я сегодня читаю в интернете этот, как его, господи, который чего-то развозит.

Курьер?

Да, курьер.

Написано ставка.

Идите в курьер, и ставка 190 тысяч.

Я сижу со своими магистрами, я говорю, девочки.

Пора задуматься.

Ну вот, ну вот.

Мы сейчас с тобой ходим, здесь чувствуется огромная история.

Ты действительно выдающийся университет, но сейчас очевидно, что он здесь в плачевном состоянии.

Как думаешь, почему?

Почему?

Ну, все упирается в финансирование, видимо.

А почему финансирование не уделяется, это я уже не могу сказать.

Университет классный, хороший, с преподавателями значимыми.

Надеюсь, что это исправится когда-нибудь, потому что

В таком состоянии, конечно, преподавать тяжело.

Я сама, когда в такой университет прихожу, у меня так настроение ухудшается, когда я вижу все это.

Елена Николаевна – наиприятнейшая женщина.

Мне очень понравилось.

Заряжена.

Видно, что у нее до сих пор глаза горят.

Понятно, что она здесь на своем месте находится.

Когда ты слышишь про вот эти зарплаты, возникают какие-то чувства?

Потому что я это вижу постоянно по всей России уже не первый год.

И у меня постоянно чувство такой несправедливости жуткой внутри возникает.

Ты сейчас рядом вместе со мной слушал.

Ты что-то чувствовал в этот момент?

Эта тема, она мне вообще, в принципе, близка, потому что у меня мама учитель, и я знаю, какие там зарплаты.

Это, конечно, несправедливо.

Ты приходишь с утра до вечера, ты столько отдаешь, столько не получаешь, сколько ты отдаешь на этой работе.

Елена Николаевна, она прекрасная женщина, но как будто бы она смирилась уже с этим, что есть такая данность, и все, вот так и должно быть, значит.

А твоя мама, которая всю жизнь работает учителем, она тоже смирилась с этим?

Ну да, а что делать?

Как это можно поменять?

Есть ли какое-то объяснение, почему у нас профессия педагога во всем, неважно, в школе, в спорте, она не оценена достойно?

Такую работу оценивают, как и все остальные работы, где ты не работаешь с детьми.

А на самом деле с детьми, со студентами ты затрачиваешь намного больше сил, чем те же часы ты отработаешь продавцом, например.

А зарплаты примерно одни и те же.

в школах сейчас встречаются, что дети приходят, и они как будто бы требуют от учителей, чтобы те их развлекали, чтобы было только интересно, что вы мне должны что-то все.

Вы преподаватели, вы нам, детям, должны.

Очень сложно преподавать в условиях, когда к себе не относятся с уважением, скажем так.

Просто интересно, когда кандидат наук в университете восхищается зарплатой курьера.

Да, это о многом говорит.

Готовясь к нашей встрече, я посмотрел какое-то количество интервью, почитал статьи на разных сайтах.

Я просто охерел от того, что творится в комментариях.

Мы снимаем про разные виды спорта, но такого, как фигурное катание, я могу ответственно заявить,

даже близко нет, ни в каком футболе, ММА.

Вы никогда не увидите такое количество срачей, гнева, злости и агрессии, которые существуют в комьюнити фигурного катания.

Ты понимаешь, о чем я говорю?

Ну да, конечно.

Я думаю, из-за этого в нашем видеоспорте и нужно фильтровать то, что ты говоришь чаще всего, чтобы как раз не было вот этого хаоса в комментариях.

Фигуристки хотят себя оградить от негатива, хотят понравиться своим комментаторам, угодить, что ли.

Я думаю, что это присутствует, потому что у нас вид спорта, он такой эстетический.

Ты не только и не только.

То есть ты должен и выглядеть хорошо, как картинку.

твое поведение, твой образ вне льда, твои высказывания, они даже могут как-то влиять на результаты.

И то есть это настолько все переплетено, что ты боишься иногда сказать что-то лишнего, потому что это могут какие-то люди воспринять на свой счет, и тем самым как-то не подпортить тебе жизнь, но какие-то последствия могут из этого вынести, из твоего поведения.

Ты часто думаешь над имиджем?

Ну, знаешь...

У меня как это, биполярка, то есть иногда думаю, да вообще, я свободный человек, я хочу вообще никого не играть, а быть абсолютно открытой со своей аудиторией, чтобы все меня увидели именно как то, какая я есть.

Потому что я смотрю интервью других спортсменов из других видов спорта, футболистов, теннисистов, и я вижу, что они просто общаются, не строят себе никого, живо, откровенно отвечают на твои вопросы, и это круто.

Я думаю, все, я вот точно такая, а потом думаю, блин, надо же как-то и подумать, чтобы я тут, чтобы имидж не пострадал, и как-то я вроде и тренер начинающий, и надо уметь держать себя в рамках.

Я мечусь из угла в угол, поэтому стараюсь маневрировать, но если ты хочешь играть, мне кажется, в эту игру, в фигурное катание, то тебе в любом случае нужно подстраиваться под правила этой игры.

Для тебя свобода важна?

Да, даже очень.

Это одно из первостепенных, наверное, правил, что мне хочется быть свободной, чувствовать эту свободу.

Получается?

Не до конца, как бы я хотела.

Я жила в таком мире, как фигурное катание, где, в принципе, нету такой прям свободы слова.

И мир сейчас такой, где ты...

Все равно не можешь как-то открыто говорить о своих мыслях.

Все равно нужно как-то фильтровать то, что ты высказываешь.

Хотелось бы больше возможности говорить открыто.

Да, вот просто отвечу, да, хотелось бы.

Но понимаю, что рискованно.

А чего ты боишься?

Ну, как раз-таки все об одном и том же.

Репутация, имидж.

Хотя, может быть, это не так отразилось бы, кто знает.

Просто ты живешь с этим с самого раннего возраста, что лучше здесь не говорить, там лучше не сказать, в комментариях твоих лучше самой не отвечать.

С раннего детства, если тебе говорят про то, что лучше промолчать, чем сказать то, что ты думаешь, у тебя это уже...

даже в твой характер, мне кажется, это как-то вливается постепенно.

И в конечном счете ты уже такой человек, который всегда думает, прежде чем сказать, всегда 10 раз подумает, прежде чем специально что-то написать или сказать.

И в итоге занимаешься своим делом, как бы молча сидишь и работаешь.

Достойны ли вот эти люди, которые подходят к тебе фотографироваться, которые действительно любят этот спорт, действительно уважают и любят тебя, знать правду?

Или это их не должно касаться?

Нужно ли быть вообще искренними?

И должны ли люди понимать, что на самом деле происходит?

Глобально, конечно, каждый человек заслуживает, чтобы ему рассказывали правду.

Никто не заслуживает жить во лжи и смотреть какую-то картинку, которая не соответствует реальности.

Подсчитав вот эти вот ветки на спортсе, на чемпионате, на ютубе, в инстаграме у вас, я наткнулся на мысль, что такие вещи могут писать только несчастные люди, у которых очень много агрессии, злости внутри.

Когда я увидел объем этих комментариев, я понял, что насколько просто несчастных женщин за 40, вот прям конкретно, знаешь, 45,

есть у нас в России.

Их просто очень сильно видно в ваших комментариях под некоторыми видео, постами.

Они прямо, знаешь, как перепись идёт.

Когда у тебя всё классно, ты не будешь приходить к кому-то и просто писать ужасные вещи.

И просто я глобально задумывался, насколько легко женщине в России жить.

Ух ты, как!

Ничего себе!

Конечно, тяжело.

Ну а где легко?

Мне кажется, в принципе, нет такого места.

Ну, мало где в мире женщине легко жить.

Но у нас больше несчастных, наверное.

Это правда так.

Из-за того, что у нас невозможно защитить себя, защитить слабый пол от плохих браков, от насилия в семье.

И от этого, конечно, очень много несчастных.

девушек и женщин остаётся.

Чувствуешь и слышишь ли ты риторику, что сейчас в России женщина должна рожать?

Чувствую, я это слышу, я читаю новости, и это меня даже триггерит, такое модное слово употреблю, потому что по-другому не назвать эту реакцию на то, что другие люди советуют мне, как мне жить, что мне делать, в каком возрасте мне заводить детей.

Но они не советуют.

Это ты мягко сказала.

Но они указывают, чем ты должна заниматься.

Мне это ужасно слушать.

Просто мне это противно слушать.

А каково это, когда это в твой адрес?

Я стараюсь утихомиривать свой пыл.

Я как-то читаю, думаю, ну, окей, адекватные девушки, которые знают, что они хотят добиться чего-то, еще что-то сделать.

Они понимают себе цену, устраивают свой путь сами.

Просто предпочитаю не реагировать уже на это, потому что исправить я ситуацию никак не могу.

Я понимаю, почему сейчас такая...

ветка идет по отношению к девушкам, поэтому я просто живу своей жизнью и понимаю, что лучше, если я не буду читать, то и нервы будут спокойнее.

В двух уже регионах России по сути запрещены аборты.

Как ты относишься к запрету абортов?

Тоже ужасно.

Я не понимаю, с чего они решили, что запрет абортов напрямую связан с улучшением деторождаемости.

Я сейчас читала книгу, называется «Секс Советского Союза».

Что-то такое.

Там как раз говорилось о том, как в Советском Союзе пытались улучшить рождаемость и запретили аборты, как мы все знаем по всей стране.

И лучше-то от этого не стало, эта рождаемость.

Наоборот, стало больше смертей женщин, потому что они подпольно начали делать аборты.

И от этого из-за заражения начали не только не рождаться младенцы, но еще и умирать женщины.

И это ни к чему не привело.

И я не понимаю, почему до сих пор эта практика сохраняется.

Вообще, откуда такая риторика берется, ты понимаешь?

Да.

Откуда?

Я сейчас видела, девочки у тебя брали автографы.

Насколько тебе приятно?

Или как?

Фактически твоего возраста уже берут автографы.

Чувствуется популярность какая?

Ну...

Я считаю себя обыкновенной девочкой.

Пока мы здесь с тобой ходим, подходят очень приятные, красивые девочки, но явно не только они.

Да, есть и обратная сторона, плохая, что у меня уже на протяжении больше полугода сталкерит один молодой человек и не дает мне нормально жить.

Когда это началось и как это происходит?

С января месяца этого года подошёл мужчина к моей машине после шоу и сказал, можно ли со мной выпить кофе.

Я говорю, нет, со мной нельзя, пожалуйста, отойдите и всё, не беспокойтесь.

Автограф могу дать без проблем, но это максимум.

Качнул головой и ушёл.

И на следующий день опять пришёл к машине и настойчиво просил, чтобы я пошла с ним выпить кофе.

Выпила кофе.

Я говорю, нет, отойдите.

Ну, начинаю как-то активно залезать в машину агрессивно, чтобы он хоть как-то очнулся.

После этого у меня начался страх, и он был оправдан, потому что я выходила из шоу, и этот человек, пока были новогодние праздники, он стоял и ждал после шоу меня около машины.

Каждый день?

Каждый день, да.

Шоу были каждый день, и я выходила с охраной, либо с большими парниками, у нас там такие бугори есть, я вот с ним выходила, чтобы припугнуть.

Но ничего не помогало, шоу закончились, думала, что это тоже закончится.

Но он нашел мой адрес, мою квартиру, как бы знает, где я работаю.

Это все равно очень страшно, когда ты сидишь одна в квартире, и тебе поступает звонок,

от настойчивого мужчины, который очень желает с тобой встретиться.

А как он выглядит?

Сколько ему лет?

Лет 30.

Просто прохожий, скажем так.

Человек, который на себя внимания особенно не обратит.

Обычный мужчина мегаполиса.

То есть каких-то явных, отличительных знаков у него нет.

Что ты делала?

Ты пыталась его не замечать?

Да, я все делала.

Ты все перепробовала?

Угу.

Что помогло?

Ничего.

Он каждую неделю приходит, оставляет в точке до сих пор.

До сих пор это продолжается?

До сих пор, да.

Я ничего с этим сделать не могу.

А ты ходила в органы или куда-либо?

У меня были знакомые, я просто советовалась, это поможет или нет.

Я понимаю, что впустую тоже не хочется на это время тратить.

И мне сказали, что пока нет угрозы, то просто цветочки они даже рассматривать и по делу не будут.

И это не только у меня.

Я много историй слышала, что с этим сталкиваются девушки.

Как популярные, более популярные, как менее популярные.

Глобально достаточно ли защищены женщины в России?

Нет, в этом и дело, что они никак не защищены.

Эта проблема была, есть и будет.

Ее надо как-то решать, потому что не только женщины и мужчины страдают от этого.

Нужно что-то с этим делать, потому что ты сам с этим ничего не сделаешь.

Нужно, чтобы кто-то их останавливал в этих намерениях, людей, которые...

То есть вообще непредсказуемо, что у него на уме?

Это настолько жутко.

Да, ты не знаешь.

Ты можешь сейчас за небольшое количество денег узнать всю информацию о человеке.

Тебе не нужно быть миллионером, чтобы ты разузнал.

Эта дозволенность до твоей личной информации пугает.

Я думала, что это будет хотя бы на какое-то время.

непродолжительное, но это и будет уже почти год.

Насилием каким-то эту проблему решать я не хочу, потому что я в принципе против насилия в любом его виде и стараюсь обойтись без этого.

Я не думал об этом, но я могу примерно представить это чувство, когда ты у себя дома находишься и ты не чувствуешь себя в безопасности просто.

Ты пришел, вернулся домой, а кто-то спал на твоей кровати.

Знаешь, такое какое-то

Да, это ужасно.

Это, ну, на самом деле, я пока сама не столкнулась, я в это не погружалась.

И об этой проблеме, в принципе, даже не задумывалась.

Но когда ты действительно сидишь дома, отдыхаешь, и тут стук в дверь, и думаешь, а я вообще закрыла дверь?

То есть он мог, если бы я не закрыла дверь, то этот человек стоял на пороге.

И вот тут, тут уже, это уже другое чувство страха вообще, это не передать словами.

Хочется найти какой-то выход из этого всего.

Но пока у людей будет дозволенность переступать личные границы других, это не исправить.

Полицию вызывать в моменте, когда он пришёл.

И то, а я не знаю, что будет.

Я вызвала, а он же с хорошими намерениями.

Просто девочка нравится.

У тебя заложенный вызов, штраф тебе и всё.

Да, ничего плохого не случилось.

Просто человек стоит и ждёт.

Я выходила с охраной, и охрана начинала на него наезжать.

«Почему ты стоишь у машины?

Что тебе надо?» и так далее.

Отпугивать его.

Он сразу начинал в оборону и сам тоже наезжал.

«А вы какое право?» Чуть ли тоже до драк не доходило.

Я там...

быстро разнимала, садилась в машину и уезжала.

То есть ты не знаешь, что ожидать от человека вообще в этой ситуации.

Потому что нормальный человек с адекватной психикой около года не стал бы поджидать девушку на выходных у ее дома, у ее машины.

Тем более зная, что там нет никаких шансов и несколько раз услышав это, мне кажется.

Как сегодня, как сейчас может женщина защититься от этого?

Есть какие-то инструменты, механизмы?

Нету.

В том-то и суть, что никак.

Но я не нашла.

Настало наконец-то мое любимое время в съемках.

Лиза везет меня перекусить в свое любимое место.

Сейчас посмотрим, что едят фигуристки, потому что я очень наслышан про это.

Куда глобально едем?

В Пирожково кушать хычан.

Готов?

Я-то готов, погнали.

Я сейчас на тебя посмотрю.

Готов.

Меня испугать она решила хычаном.

Ты пробовал перепечи удмуртские?

Нет.

Что это?

Это в таком тесте взбивают мясо, яйцо, сыр и запекают.

То есть это такая удмуртская тема.

Если хочешь попробовать национальную кухню, то это... А ты что, беляш пекешь?

Я беляш, конечно.

Или хачин.

Нет.

Может быть, это и то взять?

Давай это и то возьмем.

Можно нам, пожалуйста, перепечку одну?

Мясное, мясо капустное.

Мясное.

Мясное.

Два хачана с мясом.

Просто цены.

Из 2018-го.

Что ты говоришь, хачан?

Он хачин.

Правильно же, хачин?

Хачин, конечно.

Московские корни немножко переоформили это название.

Четыреста шестьдесят рублей.

Ой, нет, триста и шестьдесят.

Так, что это такое?

Енот бегал, говорю, и вкуснул твоих ячан.

Просто, ребят, отошел руки помыть на три секунды.

Даже по размеру укуса можно понять, как еноты этого звали.

Межную, да?

Ну, по БЖУ не проходит.

Яйцо хорошо, мясо хорошо, немножко углеводов тоже непременно проходит.

Сколько ты обычно за раз хачанов съедаешь?

Все зависит от того, насколько я голодна.

Час целый съем, наверное.

Рекорд у тебя сколько хачанов?

Но я не ставила соревнования такие.

Ладно, ребят, просто немножко Лиза смущается.

Просто общались без камеры, она мне сказала, что ее рекорд 8 хачанов.

Вообще, меня бабушка часто готовила.

Она готовила меньший размер.

Никак.

Чуть меньше моей ладошки.

И они не такие массивные, но ты можешь их как бы больше съесть.

Несколько.

Наверное, не так часто ты себе могла позволить хэчин в своей жизни.

В детстве, может быть, это было чаще, чем в подростковом возрасте.

Но с 10 лет, когда я к шефу начала ездить, к Алексею Николаевичу, меня сразу в 9 лет посадили на диету.

Сказали, что крупненькая, надо держать.

Какую?

Просто мало давали в объеме еду.

Я когда с тренером жила, я часто испытывала чувство голода, потому что мне не хватало.

Легко было объяснить это себе в 10 лет?

Я, наверное, не объясняла себе никак.

Я просто жила в реалиях, которые мне предоставили.

Поэтому, когда я приехала первый раз после поездки, я была настолько голодная, я заказала пиццу.

У меня мама пиццу готовила вкусную, она принесла вот эту пиццу в баню.

Мы сидим после парилки, кушаем эту пиццу.

Я ее так много съела, что на следующий день на тренировке я даже не могла нормально прогибаться, потому что у меня было пузико такое детское, знаешь, в 9 лет.

И Светлана Михайловна говорит, ну вы что, ребенок приехал, вы ее так откормили за один день, что сколько она съела.

Неприлично говорить о весе у девушек.

Но в фигурном катании это повсюду.

Все всегда обсуждают, кто сколько весит и кто как выглядит.

Ну, такое есть.

Особенно раньше, мне кажется, это было сейчас...

Мне кажется, с этим дела обстоят получше.

Понимают, что говоря об этом, это не решает проблему.

Если тебе просто будут тыкать пальцем, что ты поправился, посмотрите, это не решит проблему.

И общество начинает это понимать, об этом уже меньше говорят.

Или, может быть, я стала это меньше видеть, что об этом говорят.

Я не знаю.

Но такая проблема есть.

И смотря на свой опыт, я точно могу сказать, что...

тыканье в пальцы и постоянно эти разговоры о том, что тебе надо похудеть, постоянно взвешивание, они точно не приводят никогда к хорошему результату.

Ты начинаешь из-за этого комплексовать, ты начинаешь из-за этого прибегать к разным методам похудения, либо булимия, либо таблетки специальные, чтобы просто прийти и на весах, и

видеть хорошую цифру.

Главное, чтобы она утром просто была такая.

Дальше ты мог идти, есть все, что хочешь, тебе главное утром, чтобы это было.

Потому что взвешивание обычно утром проводят.

И это как бы такая большая...

Но проблема многих спортсменок.

Сам факт, что меня взвешивали каждый день и очень это контролировали, я не могла с этим ничего поделать.

То есть мне было в любом случае, ну, перманентно дискомфортно из-за этого.

Что самое радикальное ты делала, чтобы скинуть вес?

Ну, все было, в принципе.

Я и таблетки пила, и вулемия у меня была.

И через все это я...

прошла, смогла от этой зависимости.

Она в легкой форме у меня была.

Но это было.

Расскажи, что такое былиби.

Это когда ты ешь, а потом вызываешь рвоту, чтобы это все не откладывалось.

На самом деле это все иллюзия, что все равно то, что ты съел, часть откладывается.

Это вообще никакой выход из ситуации.

Плюс ты постоянно бегаешь в пленке по вечерам, ты постоянно гоняешь воду, ты не пьешь, чтобы у тебя были показатели на весах правильные, хорошие для спорта твоего.

И когда ты с детства в этом, то тебе просто прекращают тебя кормить в один момент нормально.

Мне кажется, если бы меня с детства в такие жесткие рамки не засунули, то, возможно, я бы избежала такой участи.

А так я долгое время, на протяжении, наверное, трех лет, я боролась с этим страхом, что меня...

Ты себе не нравишься в этот момент.

Ты себя как-то не чувствуешь нормально.

Человек в свободной, в комфортной форме.

И ты не можешь ничего с этим сделать.

Ты просто заложник зависимости от потребления еды.

Потому что любая зависимость, это как защита организма от чего-то.

От стресса, или от боли, или что-то еще.

И ты в этом...

Замкнутый круг получается, что тебе нельзя есть, и ты находишься в этом стрессе, и у тебя защита от этого стресса – это еда.

И ты вот в этом кругу ада находишься, находишься, находишься, думаешь, о, там, булимия, можно вот таким способом, значит, привести себя в порядок.

Сколько тебе было лет, когда ты так делала?

Ну, 18, 19, 20.

А какие, что за таблетки ты пила?

Слабительные.

что фрусимид запрещен.

Мочегонные, любые мочегонные, они запрещены.

Их нельзя использовать.

И как только я себе разрешила есть все, я перестала хотеть есть все.

Это вот такая простая, но очень важная истина, что нельзя запрещать.

Любой запрет, он... Любой запрет приводит к абсолютно противоположному результату.

Как только ты запрещаешь, сразу ты начинаешь хотеть именно это.

И это работает везде, на всем.

Вот только так.

Мы около общежития, где я прожила трёх, наверное, до семи лет вместе со своей семьёй.

Вот на четвёртом этаже самое левое окно – это как раз наша комната была.

Ну, давайте пойдём на второй этаж.

У меня даже группа в этой комнате не зажила.

Елизавета, вы не помните?

Заходите, придите.

Это помню.

Прихожая, также шторка у нас висела.

Был стол, холодильник в углу самом.

И у нас помещалась еще шведская стенка целая.

Здесь, я здесь лазала, был ручник, кольца, лестница.

Здесь была большая кровать, стол.

комод еще один шкаф и родилась сестра как раз и вот здесь я не знаю где стояла кровать еще для ребенка из этого окна родители следили чтобы я яблоки не воровала которые я так очень любила

Было хорошее и счастливое время.

Для меня, по крайней мере.

Для родителей, не знаю.

Для ребенка тут вот простор.

Гуляй.

Не хочу окна здесь, окна здесь.

Как-то можно снизить.

Кстати, она очень светлая, да, такая прям?

С двумя окнами, да.

Всегда вот эти вот угловые комнаты, они очень светлые.

А кто сейчас здесь живет?

Студенты колледжа.

Да, колледжа.

У них все так убрано, чистенько, приятненько.

В общем, даже ничего.

Я очень радуюсь, когда в комнатах бывает чисто.

Не, я не про комнату.

Девчонка здесь жила, потом чемпионка мира стала.

Мы часто, кстати, вспоминаем с Галиной Львовной, дежурной по общежитию.

Ты ее, наверное, не помнишь.

Такая невысокого роста, худенькая.

Да, если бы увидела, вот она сегодня ушла домой.

Мы очень часто ее вспоминаем, что Лиза здесь жила.

И когда Лиза приезжала

Позапрошлом?

Нет.

Куда-то три назад шоу-то было, да?

У меня ребенок, дочка у меня старшая ходила, и вот она прям вся такая пришла.

«Мама, ты представляешь, я видела Лизу».

И вот мы тогда ее вспоминали, что «Лиза-то у нас жила».

Ну, честно, чувство очень радостное, что действительно вот такие знаменитые люди живут у нас в общежитии.

Жили бы крайне.

Я бы на том месте уже заплакал бы.

Да?

Ностальгия, конечно, по тем местам, где жили.

Это же всегда бывает очень приятно вспомнить те счастливые дни.

Видите, она фигуристка холодная вся.

Нет, она не черствая, я бы не сказала.

Да, да.

Представь себе просто 20 лет назад стоит у плиты здесь твоя мама.

У нее две просто малые на руках, и она всем здесь кашеварит.

Ну и папа тоже готовил.

Макароны жарим.

Мой любимый, блин, положительный макарон.

Я помню, я пыталась вообще посуду вымочить, но у меня всегда вилки не получилось отмывать.

Мама бесилась, приходилось за мной перемывать всю посуду.

Я, видимо, как-то не особенно любила этим заниматься.

Какие у тебя воспоминания?

Вот ты сейчас стоишь, с какими чувствами здесь?

С приятными.

Я же была ребенком, мне не важно, в каких условиях мы жили.

Мне нравилось, что у меня тут подружки, девочки, я их называла.

Это были две сестры, близняшки.

Я с ними все время тусила.

Был еще парень, Эдгар.

И мы, видимо, нравились друг другу.

Нас вместе сватали постоянно.

И вот я в такой какой-то семейной обстановке...

Все время гуляла, бегали мы вокруг прижития, яблоки воровали, все время ругали меня за то, что я эти яблоки ела по дороге.

Мне так нравилось, они такие маленькие, кислые, с этими ветками спящимися.

По крышам здесь бегали, ну то есть много классных моментов счастливых, ну такое настоящее детство.

Когда ты маленький, тебе вообще никакие условия, по сути, не нужны.

Ну, понятно, что... Как было бы круто сохранить это, знаешь, по всей жизни.

Да, но мало кому это удается, мне кажется.

Я вообще не знаю.

За все время нашего с тобой знакомства и съемок ты сейчас искренне всего улыбалась.

Почему?

Ну, здесь...

Правда, ничего плохого со мной здесь не было.

Еще даже фигурного катания здесь толком не было.

Я была просто счастливым ребенком.

Здесь правда очень много классных воспоминаний из этого места.

Поэтому как можно не улыбаться, когда тебя сюда пропустили.

У тебя есть возможность снова окунуться во все это.

Посмотреть, как вы жили.

И вспомнить друзей, которые тебя окружали.

Что бы ты хотела вернуть из того времени?

Наверное, вот это ощущение, когда ты находишь свою компанию, и тебе настолько с ними комфортно, ты готов на все приключения, которые тебе они предлагают, или ты сам можешь в них попасть вместе с ними, быть инициатором.

И вот эта вот свобода, когда ты просто идешь, делаешь, и тебе от этого кайфово.

И вот не было страха тогда.

И было бы круто сейчас дойти до такого же состояния, чтобы ты просто собралась и делала вот... Вот хочешь — делай так.

Делай так.

Тебя никто за это не осудит.

И тебе не важно, осудят или нет.

Это знаменитая крыша в Лазове.

Такая всегда зима была насыщенная снегом.

Мы делали из нее горку.

Здесь катались, там у нас рвались штаны, потому что все равно за что-то зацеплялись.

Но это было такое классное развлечение кататься вот с этой крыши.

Здесь далеко не уедешь, как понимаю.

Нам нравилось, мы любили экстрим.

Это я помню.

Мы здесь ездили, скакали, я как-то упала, зацепилась, поранилась.

Мне было так больно, всем было так страшно, что-то с этим рычагом.

То есть вот этот кусок арматуры здесь уже больше 20 лет.

Он никого не смущает вообще.

Да, еще больше, наверное.

Даже зарос.

Просто, ну, это понятно, что у тебя это, естественно, что это классные воспоминания, добрые, теплые, из детства.

Но, по сути, для меня это просто какая-то непонятная херня.

Просто, знаешь, а для тебя это...

Детская площадка самая крутая из всего, что здесь есть.

Около берез тут какие-то догонялки играли.

При том, что здесь нет никаких детских площадок, ни качели, ничего.

Но нам было достаточно все равно.

Просто возможность бегать с друзьями и все, больше ничего не нужно было.

Чуть лучше, чем у тебя в глазу площадка.

Сколько раз подтянешься?

Опа!

Я люблю сюда приезжать с сыном играть.

Сейчас прохладно.

Летом, весной здесь вообще классно.

Чем больше снимаю про спорт, тем слабее моя мечта, чтобы мой сын стал спортсменом.

И то, что понимаешь, чего это стоит, во-первых.

Во-вторых, понимаешь, что

Порой спортсменам профессиональным очень сложно сохранить отношения с родителями здоровые, потому что в спорте почему-то родители детей очень часто сходят с ума.

В фигурном катании это как будто еще больше гиперболизировано, потому что в нем очень много сумасшедших родителей.

Почему?

Первое, что приходит на ум, это когда родители начинают на своем ребенке проецировать несбывшиеся их мечты стать хорошим фигуристом.

И они через ребенка стараются наверстать то, что они сами упустили, сделать из него чемпиона.

себе победу, для себя, собственно, это делать.

Это, конечно, очень сильно сказывается на ребенке, когда это может быть особенно против его желаний.

Потом, я думаю, есть момент,

Когда родители начинают финансово вкладываться в ребенка, а фигурное катание – это очень дорогой вид спорта, используют, наверное, его как инвестиция и просят обратно, чтобы это окупилось.

Но ребенок – это не финансовая модель.

Если родители начинают просить от ребенка, чтобы окупились вот эти все затраты, то это тоже будет чрезмерное давление на него, чтобы…

он поскорее начал завоевывать первые места.

Еще одно, наверное, когда родитель начинает сравнивать успехи своего ребенка и успехи детей, которые занимаются в той же группе или видят, как катаются дети его возраста, перенимать на себя, что это они, видимо, что-то там не доделали.

Короче, начинают сравнивать, и от этого тоже появляется дополнительное давление, чтобы именно мой ребенок был...

Самый лучший.

Каждый спортсмен в фигурном катании проходит через огромное количество сложностей.

Это очень жесткий вид спорта, где ты должен выкладываться невероятно.

Это очень сложные порой отношения с тренерами, которые оказывают и давление, и позволяют себе ужасные вещи в сторону детей.

Правильно ли говорить, что родители во всей вселенной фигурного катания это порой самые страшные люди для детей?

Ну, конечно, потому что родитель, в принципе, это в первую очередь опора для ребенка.

И неважно, в какую секцию ты отдашь своего ребенка, неважно, в какой спорт, родитель должен оставаться родителем.

Поддержкой, опорой, чтобы ребенок чувствовал заботу, то, что его ценят.

независимо от баллов, которые он получил на соревнованиях или от оценки тренера.

Что самое дикое ты видела в отношениях между родителями и детьми?

Ну, я видела, как помимо тренировок на льду, родители устраивают дополнительные тренировки с давлением и иногда с насилием.

Могут поднимать руку, чтобы ребенок доделал то или иное упражнение.

И, соответственно, ты живешь в состоянии, что ты как будто все время на тренировке.

все время должен что-то отдавать родителям, чтобы получить, не знаю, от них тоже какую-то, чтобы почувствовать себя ценным.

Бывает, к сожалению, это очень плохие случаи, когда ребенок как раз-таки чувствует себя ценным только когда он сделал на льду что-то хорошее или завоевал какую-то медаль, а от этого постоянно он, получается, живет вот в этом давлении и страхе, что его

Потому что его не примут.

Ты как тренер сталкивалась с ребёнком, которого бьют дома?

Я сталкивалась с ребёнком, который уже пережил какое-то насилие.

Неважно, в доме или на катке.

Но был зашуганный, да.

Что его отличало от других детей?

Но он боится телесного контакта какого-то.

Не подпустит к себе, чтобы ему по плечу погладили или что-то еще с добрыми намерениями.

Может подойти к ребенку, у него будет защитная реакция, что что-то может причинить ему боль.

Был спортсмен, и я точно знала, что иногда на него могут поднимать руку во время тренировок.

то есть я не знаю насколько это было часто регулярно но такие случаи были и ребенок рос через давление все время то есть постоянное давление на тренировках не знаю как было дома но скорее всего она тоже присутствовала и когда

я начала с ним работать, было ощущение, что ребенок, во-первых, может не подпускать к себе, а во-вторых, такие дети, которые растут в такой системе, что на тебя нужно накричать, все через крик, через какой-то то ли страх, они начинают к этому привыкать.

Когда ты переходишь в другую систему, может пропасть мотивация, потому что ребенок привыкает, что на него кричат, и вот этот крик

вот этот страх, что на тебя могут поднять руки, это для него как мотивация, что вот он начинает работать уже, когда на него повышают голос, только повышают голос.

И это, конечно, не нужно до такого доводить, потому что в нормальной ситуации тренер не будет тебя заставлять такими методами работать.

Что можно посоветовать ребенку, который сталкивается с давлением, прессингом от родителей?

Сложный вопрос, потому что родители для ребенка – это весь мир, особенно в юном возрасте.

И когда ребенок сталкивается с таким, я даже не знаю, что ему посоветовать.

Такого нельзя допускать, чтобы ребенок чувствовал себя небезопасно в окружении родителей.

Это его опора, это его семья.

Просто потом, когда он подрастет, он может перестать доверять им, может перерасти все это в большую обиду.

Нужно будет заниматься со специалистами, чтобы вот эту ситуацию как-то подправить или исправить.

И тут больше обращение к родителям, что вы можете сделать, чтобы не допустить такого по отношению к своему ребенку.

Потому что если у ребенка есть давление и на тренировке, и дома,

Он будет постоянно ощущать это, опять возвращаясь к ценности самого себя.

То есть он будет все время чувствовать, что он ценен только когда выигрывает.

И от этого может появиться страх соревнований.

И если ребенок знает, что если он выступит плохо, ему потом за это прилетит,

Получается, что мозг в напряженном состоянии в эти дни постоянно начинает контролировать каждое движение.

А в фигурном катании, когда ты начинаешь контролировать каждое движение, боясь допустить ошибку, ты эту ошибку, к сожалению, допустишь.

Ни одной психике не нравится такой контроль.

И есть такой термин, называется чокинг, когда спортсмены в напряженной ситуации показывают наихудший результат.

Это вот последствия вот этого давления.

То есть я тоже, у меня было такое в детстве, я часто срывала короткую программу, потому что очень переживала, очень волновалась.

А на произвольную уже выходила, уже думаю, ну все, уже...

Уже не задался старт, можно свободно выходить, и произвольно катала чисто.

То есть у меня тоже такое было, пока даже не помню уже, как я из этого вышла, если честно.

А у тебя это какую основу имело?

Ну, наверное, просто боялась именно, что как может отругать тренер меня.

Просто вот этот страх.

То есть, по сути, родители, которые пытаются сделать из своего ребенка чемпиона любыми методами, накачивая его постоянно, с одной стороны, портят отношения, и, во-первых, портят отношения с ребенком, а, во-вторых, еще и никак не способствуют какой-то его карьере.

Да, абсолютно так.

Некоторые родители старой закалки, мне кажется, ошибочно полагают, что раньше все думали, что большие награды, большие победы достигаются только через боль.

Даже если вы не хотите, надо ребенку все равно поставить в такие условия, чтобы он перебарывал все время, каждую тренировку перебарывал себя.

То есть это может быть даже из благих побуждений, потому что они уверены, что такая методика работает.

Но

Она не работает.

Просто будет поломанный ребенок, и все.

Хорошо, если он завоюет что-то, и это будет хоть немножко оправдано.

А если нет, то мне очень жаль этого ребенка.

Алло, бабуль, мы едем.

Через 10-15 минут будем.

Все, ставлю воду.

Давай, готовь.

Едем к бабушке.

Едем к бабушке.

Надеюсь, накормит нас.

Я такой голодный вообще.

Накормит.

Перекормит.

Извините, пожалуйста, а ты из-за меня.

Здесь все так аккуратно развешано.

Вы до сих пор сами ухаживаете, храните здесь все.

А куда их девать?

Куда девать?

Пусть висят.

Какова это быть бабушкой фигуристки?

Круто.

Люблю ходить в юбилейный к ней, когда русский вызов.

С какими чувствами вы смотрели её соревнования?

Я не смотрела.

На балконе была.

Последняя мелодия заканчивает.

Я тогда выхожу.

Вы вживую никогда не видели ни одного

Не смотрела.

Не могли, потому что?

Не могла.

Даже на чемпионате России, помнишь, по-моему, юбилейном, где я каталась, на чемпионате России 2022, приезжала в Питер.

А, да-да.

И во время моего выступления... Я ушла.

Вы просто вышли.

Вышла.

Потому что слишком... Нельзя.

Мы пока с Лизой сегодня ходили, к ней тьма народа подходит, сами знаете.

А к вам часто, не знаю, звонили после выступлений?

Да, всем полно звонили.

Да?

Поздравляли постоянно?

Да, да, да.

В час ночи заканчиваются и звонки пошли.

Звонят.

Мы ведь тоже болеем, говорят.

Мы тоже смотрели.

Я говорю, а я на балконе не смотрела.

Пошли, всё, пельмени готовы.

Сейчас чуть-чуть, пять секунд, и в студию.

Всё, мы их уже вытаскиваем.

Они такие красивые, как заводские просто, один к одному.

Да.

Как будто и не верится, что вы их сами делали.

Сами, вот Лиза может подтвердить, она не даст.

Вот эти наши, все наши.

Вот еще, это самое покажу, даже еще ротные наши.

Ну, блин, ладно.

Летели сами.

Спасибо.

Прищемила вчера, некуда было класть.

Это Лизина порция.

Нет, это вам.

Это все с отца Лизины.

Лиз, давай мне.

Кузьмой смахи ченов.

А еще сейчас двадцаточку пельмеш.

Огурцы свои, только что с грядки.

А помидоры тоже.

А сметану как положить?

Положи рядом сметану.

Так вообще людей нельзя кормить на самом деле.

Ну и потом не уходят.

Сложно было диету с такой бабушкой держать.

Так у меня сестра уехала к бабушке на лето.

И она приехала в один год.

Плюс сколько?

10 килограмм.

Огромная.

Просто пошла.

Просто такая.

Не посидели ее.

Кровь с молоком, да.

Ты не первый человек в своей семье, кто связан со спортом.

У тебя отец тренер по мини-футболу.

Не только тренер был по мини-футболу, он кандидат в мастер спорта по лыжам.

Ездил даже один раз на сборы в Эстонию.

Туда, куда я ездила на сборы, тоже по ОФП.

И это было одно место просто.

Там они ездили зимой, а мы летом.

Так совпало.

Да, и потом он занимался футболом, стал тренером по мини-футболу.

Расскажи про него.

Ну, он был очень активный, заряженный, никогда не сидел на месте.

Он был очень компанейский, душа компании.

Рисовал он.

Мои портреты, портреты Жени.

Писал красиво.

У него был пунктик на красивый почерк.

И мы с ним прямо учились в детстве красиво рисовать под наклоном.

То есть он был как будто бы... Он был и человеком искусства в полной мере, и человеком спорта тоже в полной мере, насколько это возможно.

Всегда путешествовали вокруг Лазово.

То на речку, то на дачу, то просто к друзьям, кто в походы меня брали все время с палатками.

Короче, все время была какая-то активность.

Дома вообще никогда не сидели.

Играл на гитаре, был заводилой такой.

Каждая какая-то вечеринка заканчивалась тем, что

Папа берет гитару, и мы все поем песни Розенбаума или «Машина времени», или моя любимая песня «Кто такая Элис», и я ее наизусть знала и обожала.

«Кто такая Элис», «Новый поворот» и «Видели ночь».

Это мои топ-3 были песни.

«Жгли костры».

Ну, короче, очень был такой большой человек.

Мы много там веселились.

Он успел увидеть твои первые победы?

Вот того пса он мне кинул, когда я выступала 8 лет в Глазове на каких-то соревнованиях.

Не знаю почему.

Но я хотела игрушку, и вот я выступила чисто, хорошо, я такая счастливая.

Тяжелый такой, прям массивный.

Уже грязный, но до сих пор хранится.

Когда вот мне было девять, восемь даже.

Папа любил собак, видимо, тоже решил, что это.

Ну, я тоже.

Тебе передалось тоже от отца?

Ну, наверное, да.

И к собакам, и к спорту, и вот эта активность вся?

Да, скорее всего.

Папой не стало, когда тебе было 14 лет?

Да-да.

Как это ощущается в 14 лет?

Ну, уже осознанный возраст, уже все ты понимаешь.

Конечно, было.

Ну, удар, мы все понимали, что к этому идёт, но ты всё равно никогда не боишься.

К этому готов.

Тебе сильно его не хватает?

Ну, в первое время очень.

Сейчас уже, конечно, прошло столько, ну, столько лет.

Сейчас уже я как бы сама себе папа, грубо говоря.

А так, конечно, это был большой удар.

Тем более, когда были такие близкие отношения.

Я помню момент последний, наверное, когда был Новый год.

Уже все разошлись, уже такой спокойный Новый год, там 2 января или 3.

И мы на Новый год всегда приглашали много друзей и делали концерты.

И родители принимали участие, и друзья.

Какие только концерты мы не показывали, ну как-то представления.

И уже вот все разошлись, просто отдыхаем.

И вдруг мы включаем музыку в обычный там выходной.

И начинаем прикалываться, танцевать.

Вот.

А через пару дней уже началась болезнь.

Может ли что-то либо этой ситуации помочь?

Справиться?

Надо о ней, не знаю, наверное, надо об этом говорить.

О той боли.

Надо ее как-то проговорить.

Надо ее выплеснуть, кому-то открыться или с кем-то это обсудить.

Я, к сожалению, была именно в такой ситуации, когда...

уже закрылась и не хотела добавлять проблем, потому что это и для мамы было очень сложно.

С двумя детьми остаться одна вообще в подростковом возрасте, активная фаза начинается, где-то в бунтарстве.

Важно, когда, мне кажется, такое происходит, ну, погоревать по-настоящему, проститься с этим, пережить все это, потому что дальше, после этого становится легче.

Я, получается, у меня такого человека не было, с кем бы я могла это посудить.

Ну, как-то я не запомнила этот момент.

Может быть, он был с кем-то, но не настолько, видимо, настоящий, чтобы я вот сейчас вспоминаю, почувствовала облегчение, что мне после этого стало легче.

Мне стало легче просто со временем.

Так, конечно, нужно родителям

кому-то близкому помогать справиться с этим.

Чтобы вы не сами просто внутри себя через все это проходили, а было, опять же, вот это доверительное лицо, которое тебя может защитить, поддержать и какую-то надежду дать.

Но его мечта сбылась в итоге, одна из.

Ты стала чемпионкой мира.

Ну да.

До этого, пока он еще был в живых, я стала второй на юниорском чемпионате мира.

Но это уже его тоже очень порадовало.

Когда выиграла вспоминание, думала, не знаю, как он реагировал на это.

Да, конечно.

Всегда, когда происходят какие-то такие масштабные, большие события,

всегда вспоминаешь.

Ну и думаешь, что где-то, что где-то.

И до конца маршрута 250.

У меня дома только исключительно параллельная парковка.

Ух ты, ой, господи, извини, собачка.

Привет, привет, ты с нами?

Ты откуда взялся?

Красавица, ты откуда взялся?

Жопка.

Спасибо, пока.

До свидания.

Спасибо, что дали погладить.

Любишь собак?

Да, очень.

Больше, чем людей?

Иногда да.

Чаще всего.

Приехали в одно из самых интересных мест Петербурга и, возможно, самую необычную церковь России.

Это лютеранская церковь Ананкирхе.

В свое время она была и рок-клубом, и кинотеатром, и сакральным местом.

Сжигалась, восставала из пепла, что только она не прожила.

Слушай, ну мне кажется, очень подходящее место для нашего выпуска.

– Как тебе картина?

– Я люблю больше какую-то абстракцию.

Чтобы не так в лоб тебе показывали эмоции.

Суть картины – в которой можно своё найти что-то.

– Поставь ей оценку.

– Я не могу.

Или прям надо?

нравится или не нравится, что-то ты в себе ощущаешь, когда видишь картину или не ощущаешь.

Скорее, ты можешь какие-то, ну, грубо говоря, оценить эмоции, которые эта картина может

тебе передать обооценку.

Мне тоже кажется, что очень странно оценивать искусство.

Каждый вид всё равно своё.

Это всегда будет субъективно.

Насколько правильно оценивать баллами фигурное катание?

Фигурное катание – это

Да, искусство, но еще и спорт.

Наверное, в первую очередь спорт.

Чтобы узнать, кто победитель, нужно все-таки иметь какую-то вальную систему, чтобы было больше понимания.

Насколько судьи субъективны в своих оценках?

Они должны быть беспристрастными к спортсмену, никакой связи с ним не иметь.

Разговаривать, дружить судьи и спортсмена, по-моему, даже запрещено, чтобы судья мог абсолютно чисто беспристрастно оценить то, что он видит на льду.

Но бывают разные моменты, да.

Все равно человеческий фактор никто не отменял, и люди не машина, чтобы четко по...

По правилам, видимо, оценивать.

Люди оценивают, а человек всегда, мне кажется, волен что-то свое вкладывать.

заниматься спортом где нет быстрее выше сильнее конкретного критерия а всегда это просто ты можешь проиграть просто потому что не понравился какому-то человеку но это сложно потому что чтобы выиграть тебе поэтому надо как всегда говорят тренера быть на несколько голов выше чтобы даже если твое катание не особенно зашло какому-то из судей большинство судей поставят себя как бы на первое место

И тебе нужно выделяться, как-то отличаться от других соперников.

Но ты к этому готовишься с ранних лет, тебя в этом воспитывают.

Самое важное, мне кажется, чтобы эти оценки не влияли именно на твое не мироощущение, а на твой внутренний стержень.

Чтобы спортсмен мог отличать

где идет оценка судей и где он может быть плохим или хорошим.

И где он живет обычную жизнь, чтобы эти оценки судей не влияли на его самость.

Чтобы он знал, что он в любом случае хороший и не сильно зарывался в себе, не сильно ругал себя, угнетал, если он понимает, что...

В этот раз судьи оценили его плохо.

И от этого он не стал плохим человеком.

Он не сделал ничего плохого.

Это случилось на льду.

Ошибки случаются.

Ничего страшного, что нас так все мигает.

Я просто сейчас... Люди просто в шоке.

Хоррор начинается.

Сейчас мы, ребята, вас немножко пожалеем.

Все-таки стробоскопы — это хорошо.

Но не в нашем случае.

У тебя с малых лет на протяжении десятилетий оценивают люди на льду.

Когда тебя оценивают постоянно судьи, ты ищешь эту оценку, одобрение потом вообще по жизни в обществе?

Да, да, сто процентов.

Должно быть так.

Я и мои результаты.

И вот это «я», оно должно быть в комфорте, скажем так, простыми словами, независимо от тех результатов, которые ты показываешь на льду.

А когда спортивные результаты — это «я», это тебя ломает и действительно ждешь вот этой оценки уже после завершения карьеры.

И все время у тебя есть ощущение, что если ты сделал что-то не так,

то ты плохой, у тебя нет вот этой уверенности в себе, уверенности начать что-то новое, потому что это опять страх оценки, страх, что у тебя не получится.

А когда не получится, соответственно, ты становишься плохим для себя.

И не только не ждешь, что тебя кто-то извиняет, ругает, а ты сам себя начинаешь ругать.

Ты про себя сейчас говоришь?

Да, в том числе.

Но все, что я говорю, в принципе, это, ну, не все, но вот именно этот момент, это я через призму своего опыта рассказываю.

Ты очень часто думаешь о том, что подумают другие люди?

Раньше было чаще, да.

Сейчас я занимаюсь психологом, и мы это прорабатываем.

И сейчас стало жить намного легче.

Поэтому я интервью тебе тоже решила сдать.

А раньше, когда я закончила спорт, в спорте была, это все вертелось вокруг, а что скажут, что подумают, как оценят.

И не только это было на льду.

Как ты сказала интервью, как ты выглядела, не знаю, как ты выглядела в отношениях даже.

Просто в общении с людьми даже бывало такое.

То есть интересно, вот я сейчас...

Нормально выгляжу, и так, оп, чек, но так, нормально, я себе нравлюсь, все, можно продолжать.

То есть до таких мелких каких-то вещей абсурдных.

То есть о какой-то уверенности в себе вообще не приходится говорить в этом случае?

Ну да, это ломает уверенность в человеке.

Чемпионка мира, молодая, красивая девчонка, ты в себе, то есть ты сама себя сделала, ты из общежития,

коммунатушки, добилась практически всего, чего можно, кроме Олимпийских игр.

И это не делает тебя какой-то полноценной при этом.

Ты не чувствуешь себя уверенно.

Мне кажется, много кто, занимаясь оценочным спортом, чувствует себя неуверенно еще на долгое время после завершения карьеры, потому что так быстро это не сработает.

Весь этот выпуск мы с тобой отчасти пытаемся разобраться, почему фигурное катание такой закрытый вид спорта.

И вот эта боязнь оценки и желание всем понравиться, может, это отчасти и двигает людьми, которые выстраивают идеальный образ.

Может быть, именно поэтому все носят маски больше, чем в других местах, в погоне за оценкой не только на льду, но и вне его.

что мы к этому пришли.

Так и есть.

Просто как данность.

Ты занимаешься фигурным катанием, у тебя есть вот это ожидание хороших оценок, желание получить хорошие оценки.

Это переходит в твою жизнь, и ты уже понимаешь, что если ты хочешь хорошей оценки, тебе нужно вести себя подобающе, чтобы оценка общества никак не повлияла на оценку на льду или наоборот.

Оценка на льду, чтобы никак не повлияла на оценку общества.

И это все очень взаимосвязано.

Не хватает именно свободы.

Свободы делать...

что ты хочешь я думаю что спортсмены изначально должно быть право быть услышанными чтобы их воспитывали так что ты можешь говорить можешь и тренеру говорить и в интервью но я не знаю вообще реально до такого дойти или нет но это тебя освобождает если ты изначально начинаешь

Не опираться не на то, что скажут другие, и от этого строить свой внутренний мир и свои ощущения, а опираться именно так.

Сейчас произошло это, что я чувствую, почему это случилось.

Хочется высказаться, чтобы вот это ощущение, оно...

У многих спортсменов или у всех спортсменов был вот этот стержень, когда ты знаешь, что ты можешь сказать, а если ты говоришь, то это уже путь к какой-то внутренней свободе, мне кажется.

Часто ли ты говорила что-то, что не являлось твоим мнением, чтобы понравиться людям, потому что ты понимала, что это правильный ответ, который нужно дать?

Множество раз.

Когда ты говорила что-то, что сама не думала, или что-то, с чем была не согласна, как ты себя после этого чувствовала?

Я понимала, что это лицемерие.

Понятно, что все фигурное катание, в принципе, это лицемерие.

Но так как ты все это время жил в этом мире, и ты подстраивалась, ты все время как бы подстраиваешься, то у тебя с каждым годом как будто бы, ну, сказала и сказала, ты сказала правильно.

И вот...

Оценка, которую тебе дают после правильных слов, она дает тебе больше эмоций положительных, чем те негативные, которые ты испытывала, когда лицемерила.

А что насчет совести?

Она как-то слабеет?

Исчезает?

Ну, она не исчезает, ты понимаешь, что у тебя нет другого права, у тебя нет другого выбора.

А когда человек думает, что выбора нет, совесть уходит на второй план.

Какой смысл тогда вообще вот в этих интервью?

Как ты говоришь, там одно, ну, по сути, лицемерие, неправда, недосказанность, там нет ничего честного.

В чем смысл тогда?

Не знаю.

У нас не бывает каких-то, мне кажется, вообще ярких сейчас интервью.

Есть вопросы, которые вертятся вот так вот по кругу.

Оценка программы, оценка формы, не знаю, какие перспективы у спортсмена.

Это вопрос меня.

не нравился никогда.

Ты только выходишь из катка, только выходишь, только откатал программу, а выходишь к журналистам, и первый вопрос, как вы оцениваете свою программу.

Меня там уже судьи оценили, все оценили, теперь вот как я себя оцениваю.

К тому же юная звездочка фигурного катания только что откатала свою программу.

Скажи, что ты чувствуешь, довольна своим людям?

Нормально оцениваю.

Неплохой прокат или плохой прокат.

Но ты как бы не можешь все равно что-то интересное ответить на этот вопрос.

Особенно после того, как ты только что невероятную нагрузку тебе дала.

Ты дала организм.

Вообще любую проблему, любую сложность очень часто советуют проживать, проговаривать полностью, в первую очередь, а с этого начинать принимать.

Не считаешь ли ты, что если бы в фигурном катании больше говорили о проблемах и о том, что их действительно волнуют спортсмены, они бы могли кататься дольше и лучше, и вообще это могло пойти на развитие спорта?

Через это, может быть, тебе действительно становится легче.

Как мы с тобой разговариваем, и я говорю какие-то вещи важные для меня, и рассказываю важную историю про себя, трудную иногда, мне становится от этого легче.

Если бы я, может быть, с этим не поделилась, то...

Этого было бы недостаточно для обретения той уверенности и свободы, к которой я стремлюсь.

Ты её ищешь?

Да.

Я буду в поисках до конца.

Ты шла сюда, чтобы поговорить на серьезные темы, возможно, на многие из них первый раз в жизни.

И ты сказала все, что ты хотела?

Думаю, да.

По крайней мере, сейчас в моменте я ничего не могу вспомнить.

Все, что хотела, сказала.

Ты жалеешь о каких-то своих словах?

В начале были какие-то сомнения, а сейчас уже точно нет.

У меня тоже закончились вопросы.

Остался только один буквально.

Два года назад ты объявила, что приостанавливаешь карьеру, но так ее не завершала официально.

У тебя есть что сказать на эту тему?

Думаю, да.

Что-то какие-то слова есть.

Давай я тебя оставлю наконец-то наедине.

Думаю, для каждого спортсмена фигурное катание, для каждого фигуриста это маленькая жизнь.

Да, там были какие-то проблемы,

какие-то сложные ситуации, но в ней было так много хорошего, так много счастливых моментов, что я могу с благодарностью сейчас сказать, что у меня сложилась яркая карьера, я ни о чем не жалею, объявляю о завершении своей спортивной карьеры.

Я без сожалений.

Почему она получилась такой вспоминающейся, такой яркой?

За счет людей, которые меня окружали, которые меня воспитывали, которые были со мной на протяжении всего моего пути, начиная с самого начала.

Отец, мама, сестра, все родные, болельщики, которые с раннего возраста начали меня окружать.

Я вам безумно благодарна.

Без вашей поддержки, без поддержки семьи, было бы этот путь пройти намного сложнее.

Огромное спасибо Алексею Николаевичу и моему первому тренеру Светлане Михайловне.

которая как могла провела меня через опыт, вела меня к медалям.

И Алексей Николаевич, который не только тренировал меня, но еще и воспитал.

Я думала, что этот момент удастся мне тяжело, но на самом деле здесь, стоя на Финском заливе, я приняла для себя решение и говорю его с легкостью.

Спасибо всем.

С любовью, Туктик.

Ваш всегда.

Спасибо тебе.

Тебе спасибо.

Продолжение следует...