Метафизика сознания. Созерцание сознания: скрытая энергия мышления. 6/14.

У нас есть единственное условие что-либо знать, строить какие-либо описания.

Это условие сознания.

Сознание в своих актах, в своих действиях постоянно утверждает само себя.

Каждое событие физическое, каждый объект физический, он ограничен и конечен.

Он имеет пределы.

пространстве времени, он имеет определенную границу.

Всякое событие, всякая вещь, всякий объект, он ограничен, конечен.

Что происходит с сознанием?

А сознание — какой-то удивительный зверь.

Сознание не имеет границ.

Сознание

превышает, переступает всякую ограниченность и конечность.

Сознание вяжет, увязывает, соединяет конечные вещи и события в общие картины, в общие системы, в то, что мы называем историей человечества, или историей Вселенной, или историей семьи, или историей жизни.

Это всё деятельность сознания.

Когда мы пытаемся посмотреть на свою жизнь, оценить её, посмотреть на себя со стороны, то, о чём мы говорили в прошлый раз, когнитивной эффективной установки второго уровня, мы делаем то же самое.

Здесь проявляет себя сознание.

Теперь мы понимаем, почему это возможно, почему мы можем оценивать себя, почему мы можем установить с собой, своей жизнью, своими эмоциями, чувствами, со своими мыслями, почему мы можем установить расстояние,

На чём это основано?

Возможность устанавливать расстояние к самому себе.

Ведь когда я смотрю на свои переживания или на жизненные свои же события своей же жизни, смотрю на них со стороны, это то же самое «я».

Что здесь делает сознание?

Оно отличает меня от меня же.

Моё «я» от моих переживаний и идей.

Это второй шаг сознания.

Развлечение, дистанцирование.

На третьем шаге оно показывает, что речь идёт о мне же самом.

Это развлечение, это дифференциация, это установление расстояния и попытка посмотреть на себя со стороны, на свою жизнь, охватить её единым взором, осмыслить свои эмоции, переживания, цели и стратегии.

посмотреть на самого себя в целом со стороны, это не значит, что я вдруг раздваиваюсь психологически.

Это значит, что сознание, переступая границы каждых отдельных моих актов, переживаний и эмоций, с другой стороны, создает эту возможность целостной перспективы, моего «я».

Это именно потому, что есть сознание.

То есть даже в том, что мы анализируем, мы осознаём, мы понимаем,

помещаем себя в состояние осознанности — это всё удивительная власть сознания.

Поэтому Фихте утверждает, что этот процесс, вначале мы наблюдаем, как сознание себя утверждает в каждом своём акте.

А если мы теперь расширим эти акты, и мы их расширим, представьте себе какую-то небольшую световую точку.

От этой точки расходится несколько световых лучей в разные стороны.

Вначале эти лучи не очень длинные, их не очень много, но вдруг этих лучей становится все больше и больше, и они уходят в необозримую перспективу.

они постепенно превращают всё вокруг нас в сплошное световое поле.

Они показывают, что сознание нигде не знает преград, оно переступает всякие границы, всякие рамки, и фактически оно действует со властью, оно действует как основание всего.

И нужно понимать, что когда мы спрашиваем о том,

Какая антология лежит в основании всего этого?

Нужно понимать, что и Фихте, и Гегель, и Шеллинг, они не просто идеалисты, а объективные идеалисты.

И для них творчество знания в каждом из нас.

Создание того, о чем я говорю, это отражение деятельности сознания как такового.

Его можно по-разному называть абсолютом, богом,

божественным сознанием, суперинтеллектом, как угодно.

Сознание каждого из нас — это просто отражение деятельности этой мощной энергии, того, что можно назвать сознанием на базовом уровне.

В этом суть объективного идеализма.

Я немножко так вульгарно это описываю.

Конечно, между ними были дискуссии, и Шеллинг, и Гегель пытались выставить Фихте в таком свете, что это саллипсисист, он субъективист и так далее.

Но уже в ранних работах Фихте мы не замечаем, мы понимаем, что я, о котором он говорит, это не моё и не твоё я, и не наше я. Это то сознание, которое действует в каждом из нас, поскольку мы можем осознать в себе эту силу.

Еще более вульгарно и на сленге XXI века.

Сознание — это энергия, которая проходит через каждого из нас.

Это то, что мы большей частью не замечаем.

Это некие волны, которые через нас проходят.

Акт творчества возникает.

когда мы осознаём эти действия и начинаем наблюдать за тем, как действует сознание.

В терминах Фихте, когда мы созерцаем, в интеллектуальном созерцании наблюдаем, как сознание действует в нас.

То есть эти потоки, эти волны, которые проходят через каждого индивида, мы улавливаем то, какие законы этого движения, как сознание это действует.

И когда мы видим это в любой точке, на любом примере,

Это даёт нам фундамент для понимания того, что вообще является наукой, науками, искусствами и так далее.

Что в основании науки, теперь мы выходим ещё раз на феномен свободы.

Любое творчество — это пример свободы.

Любое произведение искусства, любая научная теория,

Любая рациональная концепция показывает, что она создается не под влиянием внешних, физических, неумолимых, необходимых причин, а она создается по совершенно другим законам, по совершенно другим правилам.

По правилам духа, по правилам духовного творчества, по правилам совершенно другого типа деятельности.

И он эту деятельность называет деятельностью сознания.

Пока вы думаете над вопросами, я в качестве эксперимента, не принимайте близко к сердцу, процитирую несколько маленьких фрагментов, потому что увидеть фиг-то в лицо.

Портрет видели, а не все читали.

Просто несколько фрагментов, как это звучит.

Вот он говорит...

Если мы возьмем любое суждение, я приводил примеры конкретных суждений, и он любое наше суждение передает в таком просто символическом изображении.

А равно А. Здесь может быть есть свобода, нет свободы, я являюсь самим собою, бутылка стеклянная.

Это просто изображение любого суждения.

Вот я теперь цитирую.

Положением А равно А,

Осуществляется суждение.

Всякое же суждение есть, согласно эмпирическому сознанию, некоторое действие человеческого духа.

То есть в любом суждении реализует себя человеческий дух.

Ибо оно обладает в эмпирическом самосознании всеми условиями действия.

В основании же этого действия лежит нечто, в свою очередь уже не основывающееся, ни на чём более высоком, а именно…

на том, что устанавливает это отношение между элементами суждения.

То, что он называет «я есть», «их бин», в каждом суждении мой дух себя утверждает, в каждом суждении деятельность сознания себя утверждает.

И вот здесь момент связан с ответом на то, что такое свобода.

Физические вещи взаимодействуют, имеют причины, предыдущие причины.

Когда мы ищем фундамент знания, мы понимаем, что в основании деятельность самого сознания, она абсолютно, в сознании абсолютно.

Потому что мы можем объяснить одни физические действия с помощью других физических действий, одни объекты описать с помощью других объектов.

но в основании каждого из этих описаний лежит само сознание.

Любое физическое событие можно описать, и описание эти создаёт сознание.

Но ничего в мире больше не существует, что описало бы само сознание.

Сознание — абсолютная величина.

Вот мы будем рассматривать современные попытки описать сознание физически, с помощью физических же явлений.

Мы увидим, насколько это будет невозможно или сложно, рассмотрим это.

Но Фихте утверждает, что он находит безусловное основание.

Сознание — это безусловная, абсолютная основа, потому что её уже нельзя ни на что другое полагать.

Почему нельзя?

Без противоречия.

Ведь чтобы объяснить сознание, давайте так —

Мы физикалисты, мы материалисты.

Мы пытаемся объяснить сознание материалистически.

Но что мы делаем?

Мы включаем объяснительные схемы.

А что это значит?

Мы включаем само сознание.

Чтобы объяснить сознание материально, чтобы объяснить сознание физически, мы все равно включаем сознание.

И в этом подмена, которую не замечают физикалисты.

Мы говорим, мы дадим вам физические объяснения сознания.

А я их спрашиваю, а как вы можете дать объяснения вашим объяснениям, которые не являются физическими?

Поэтому я, как фехтеанец, здесь говорю, сознание абсолютно, потому что именно оно описывает.

И даже если вы даете абсолютно материалистическое описание сознания, вы пытаетесь объяснить, описать, то есть включить сознание.

Прежде чем объяснить сознание, вы его уже включаете, чтобы его объяснить.

Прежде чем построить любые картины, объяснительные о сознании, сознание уже работает.

В этом противоречие.

Мы не можем действовать из точки несознанки.

Это физикализм должен утверждать.

Мы сейчас объясним, как лепится сознание физически.

Нет, сознание уже действует, оно уже работает.

Оно всегда предшествует любому описанию.

И оно иронизируется, сознание улыбается.

Оно говорит нам, вы хотите меня описать мной же самим.

Но я всегда раньше, я всегда опережаю.

И вот эта медитация по поводу этого фрагмента, который я процитировал, дочитаю до конца, и потом Тарас задаст вопрос.

Итак, в основании этого действия, то есть любое суждение — это вид духовного действия.

В основании этого действия лежит то, что является абсолютным, выше чего нет ничего.

Это «я есмь», то есть…

презентация деятельности сознания.

В каждом из нас через Я проходит это сознание.

Следовательно, нечто безусловным образом положенное и на себе самом основанное, и с основанием некого достоверного действия человеческого духа, стало быть, является собой его чистый характер.

Чистый характер деятельности как таковой.

Деятельность чистая сама по себе.

значит, полагание «я самим собою» есть чистая деятельность.

Интересно, что он, может быть, не догадывался, что когда он говорит о чистой деятельности, это буквально цитата из аристотельской 12-й книги метафизики, где ум, мировой ум, космический ум — это чистая, без материальных примесей, энергия мышления.

Чистая деятельность ума, которая на себя…

Обращена всегда мышление самого мышления.

Буквально немецкий язык отражает греческий оригинал.

Может быть, здесь Фихта вряд ли читал Аристотеля.

Ему здесь 32 года, он приехал в Йену и с колес создает этот курс, который стал основой самой ранней версии наукоучения.

1794 год, основа общего наукоучения.

Большая книга потом.

Итак, и наоборот, я есмь, и оно полагает своё бытие благодаря только своему бытию.

Оно является в одно и то же время и тем, что совершает действие, и продуктом этого действия.

То есть сознание, оно и действует, и одновременно осознаёт себя как результат этого действия.

Это чисто энергетический круг, некий круг.

Пожалуйста, вопрос.

это то, что нам нужно перевозить, и мы можем, и этот процесс есть бесконечный, то есть мы не можем его до конца

У Фихта есть три главных принципа.

Один из них — это «я полагает себя».

Второй принцип — он как бы конструирует реальность.

Он говорит, что в полагании себя «я противополагает себе внешний мир, другого».

Прежде французов, прежде истерик о другом, Фихта уже первый учитель другого.

В самом сознании происходит разделение «меня» и «другого».

А третья его главная теорема — в полагании и различении себя от другого я полагаю границы себя и другого.

То есть сознание проходит через каждого из нас, но наш способ видения, наш способ жизни и те другие объекты, действия, которые нас окружают, они лимитированы.

Они никогда сознание не схватывают до конца.

Точно так же, когда Тарас думает, он запускает сознание, сознание в нём действует.

Но его сознание не исчерпывает сознание как такового.

Потому что жили миллионы умнейших людей, и эльфов, и драконов, тоже мыслящих сознательных существ, и они тоже реализовали потенциал сознания.

Но дело в том, что потенциал сознания принципиальным образом не исчерпаемый.

Ресурсы Земли исчерпаемы, физический мир исчерпаем, ресурсы сознания не исчерпаемы, потому что они всегда переступают границы.

И в каждом из нас сознание работает, действует.

А теперь вот вопрос-то раз, очень важный, и потом ваш вопрос.

Что значит «нам принадлежит сознание» или «нам не принадлежит»?

Нет, сознание навсегда действует, но оно действует… Давайте я возьму не фихтовский пример, а такой свой, хуже фихты, но более простой.

В нас действует сознание, живёт в нас потаённо в виде унаследованных…

от других бездумно схем поведения, бездумно взятых из источников информации, массовой информации, сведений, услышанных от других каких-то блоков информации.

Информация через нас пропускается, она постоянно циркулирует, потому что мы ее постоянно выбираем.

Даже идя по городу, мы слышим, как водители громко включают какую-то музыку, и уже пошел Владимирский Централ.

Это тоже информация на сходе.

Или мы зашли, и там где-то кто-то кричит.

Все сейчас говорят по телефону.

Вокруг информация.

Увидел номера машин.

Сирень расцвела.

Информация.

То есть в этом смысле потоки сознания в нас разливаются постоянно.

Но что происходит, когда фихта говорит о творческом, о том, что мы творим знания?

Когда в какой-то момент возникает переключение.

Когда я говорю, а что я знаю?

То, что во мне знается, то, что во мне пассивно действует, где там я?

Что я могу знать о мире?

Как я это понимаю?

И я сейчас процитирую.

Он наивно написал, он жил как в 21 веке.

Вначале он вышел на академическое студенчество, потом он написал несколько книг, никто не понял, он разочаровался, решил только устные лекции читать.

Потом он опять стал книги писать.

И в 1800 году и в 1801 написал книгу, которую высмеивали во всех салонах того времени, именно еще благодаря названию.

Потому что книга написана в виде разговора, в виде Платоновского диалога.

Называется так.

«Ясное, как солнце.

Сообщение широкой публике о подлинной источнике новейшей философии.

Он же хотел уже, но очень старался.

После этого у него депрессия пошла.

И в салонах обыгрывали его «Ясное, как солнце».

Если мы хотим что-то темное, непонятное, это фихтовское «Я».

«Ясное, как солнце у фихта».

Но публика образованная была несправедлива.

Трактат великолепный.

Он написан не для студентов, не для философов академических, а вообще для читающей публики того времени.

И вот там беседуют автор и читатель.

Диалог автора и читателя в нескольких частях.

Драма в нескольких частях.

И вот, например, там есть такое рассуждение.

Автор, обладает ли каждый человек тем основным созерцанием, которое мы описали выше?

Где «я полагает себя», где мы созерцаем деятельность своего сознания, отстраненно смотрим.

Читатель, согласно твоему утверждению, необходимым образом, поскольку он хотя бы раз в своей жизни…

не просто повторил хоть одно единственное общезначимое положение как таковое, но высказал его на основании своего собственного убеждения.

Мы не просто повторяем чужие мысли, чужие клише.

Нас обманывает язык, он нас вводит в заблуждение.

Нам легко прослыть умными людьми.

Например, можно не читать книги, быть умным.

Мне говорили какие-то мои ученики, что есть даже руководство, как говорить о книгах, не читая их.

И нас вокруг окружают эти слова «саморазвитие», «трансформация личности», «самоосознание», «осознанность», «очищение», «медитация», «перестройка я», «построение мировоззрения».

И каждый из этих бисеверов содержит в раи вот этих сленговых стёртых обозначений.

Так вот это всё является, скажем, такими трупиками знаний или такими шелухой,

Эта шелуха в нас вот циркулирует.

Это не наше.

Мы его через себя пропускаем, повторяем, повторяем, повторяем, но это не наше.

И вот читатель здесь как бы и говорит об этом.

Хотя бы один раз, хотя бы в каком-то элементе говорить не просто повторять быть обезьяной, не просто повторять что-либо, а полагать это как собственное убеждение.

И вот дальше я цитирую и завершаю цитирование.

Автор.

«Не возвышается ли, надо думать, каждый также до отчётливого сознания этого созерцания?» Читатель.

«Это по меньшей мере не вытекает, ибо это утверждение высказывается как, безусловно, основанное на самом себе.

Для того, чтобы возвыситься до этого сознания, по-видимому,

Необходимо обратить внимание сперва на само это абсолютное утверждение и отдать себе отчет в нем.

И дальше, и дальше, и дальше.

Здесь и происходит эта точка переключения.

Когда вдруг потоки чужого знания в нас начинают восприниматься нами, как осознанное нами, понятое нами.

Другими словами, когда мы делаем то, что нам известно из Платона.

Когда мы порождаем знания.

Обобщая, завершая наш пассаж, можем сказать так.

В большей мере, на 90%, на 95%, на 98% в нас циркулирует чужое знание.

А чужое знание не является знанием.

Это пассивная информация.

Это блоки, которые говорят за нас, которые проговаривают.

И поскольку мы не замечаем, что это чужое, истёртое, что это клише из бестселлеров, из разных тренеров и прочее, мы живём в этом потоке, нас несёт этим потоком.

Это мой первый пример.

Второй пример связан также и с нашей личной жизнью.

Мы не живём, а нас несёт по жизни.

Мы пассивно сменяем день на день, месяц на месяц, год на год.

Можно сказать, что жизнь у нас есть, и что мы проживаем, но это жизнь неосознанная.

Потому что мы живем стандартами внешних примеров.

Мы действуем так, на прошлой паре мы об этом говорили, мы живем так, мы копируем бездумно схемы поведения других.

Мы никогда не решаемся строить свою жизнь сами.

Перед нами разные супермаркеты, товары жизненных выборов.

Перед нами разные типы жизни, как в супермаркете.

Вот я хочу жить такой жизнью, хочу жить такой жизнью, хочу жить такой жизнью.

А вот то, что он называет переученным созерцанием, это как будто мы решаемся перестроить себя и из себя, из первоисточника, то есть origines,

Из первоисточника строить свою жизнь.

Строить свою жизнь не на внешних примерах, а строить свою жизнь из внутреннего, оригинального источника.

То есть быть творцом полностью это невозможно.

Но взгляд совершенно другой.

То есть как и в знании, как и в сознании, так и в жизни мы имеем в виду ту же самую модель.

Когда пассивно нас несет, когда мы употребляем эти этикетки знаний, этикетки информации, или когда-то вдруг с нами что-то происходит, и мы начинаем смотреть по-другому.

Хотели еще спросить что-то?

Да, да, да, да, да.

вам что-то доводится брать на веру?

Даже наука работает так, что они не проверяют исследования всех своих предметов, а что-то берут на веру.

Как быть тут в таком случае?

Это очень просто.

Это как когда я только что спорил заочно с физикалистами, они хотят объяснить сознание физически, но уже включают заранее сознание.

Точно так же и здесь.

Мы можем рассматривать, снимать предрассудки или рассматривать разные интерпретации или альтернативные объяснения,

но понимать, что в их основе деятельность сознания.

И нам важно понять, как оно работает.

И тогда, имея в виду альтернативное объяснение или выстраивая дальнейшие картины, мы будем знать, что в основании лежит сознание с его жизнью.

И нам важно владеть этим и понимать, что если мы меняемся или мы что-то пересматриваем,

то, зная природу сознания, мы должны понять, что этот пересмотр будет длиться, если мы хорошо живём, если мы, люди, ведём сознательную жизнь.

Эти пересмотры будут длиться до конца жизни.

Но в основании лежит это деятельное сознание.

Важно знать, как оно действует.

И важно понимать, что...

Все эти пересмотры — это важный путь.

Мы должны всё время пересматривать.

И понятно, что то, что сегодня нам казалось разоблачёнными предрассудками, завтра может оказаться ещё одним уровнем предрассудков.

Но мы понимаем, что все эти предрассудки снимает сознание же.

Это деятельность того же самого сознания.

Чтобы вы немного отвлеклись, добавлю немножко конкретики.

Вот, например...

Я покажу, как работают разные концепции объяснений.

Вот смотрите.

Знаете такой город Ерехон?

Наверное, в библеистике вы рассматривали эти примеры.

Что там с Ерехоном делает израильский народ?

Берет его.

Берет его, но как?

С помощью искусства?

Да, трубит в трубы.

И что делают?

Рушатся стены Иерихона.

Какой примерно это век?

Моисей когда вышел из Египта примерно?

После выхода?

А когда он вышел примерно?

Ну там выходили потоки, библистика говорит, что на протяжении десятилетий шли разные группы.

Но такая цифра, это примерно 1250 год до нашей эры.

Это условная дата, но она всегда… Потому что не было единого исхода, как помните, были разные группы исходов, внедрились, возможно, полвека, возможно, целый век.

Но сколько там, 7-8 лет назад написанные на основании археологических исследований книги об Иерихоне показали, что во времена того, как трубил народ израильский и рушил стены, там стен не было.

Не было чего рушить.

В это время уже не было.

Но когда стали копать, откопали Иерихон, более древний, со стенами.

И стены были, это приблизительно, вот задолго-задолго до прихода народа израильского туда.

Примерно вот это, примерно вот это, до нашей эры.

И что мы там видим в этом Иерихоне благодаря археологам?

Мы видим там территорию, соответствующую двум футбольным полям.

Мы видим там стены, несколько метров вышины и в основании расширяющиеся.

Мы видим выкопанный глубокий ров в то время, когда не было лопатоща.

и мы видим башню каменную 8-метровой высоты.

Мы не находим там привычных жилищ, и мы понимаем, что это город не для жизни.

Археологи и историки Древнего мира говорят также, что в это время эти люди ни с кем не могли воевать, поэтому стены не могут им служить охраной от вторжения.

Сразу возникает несколько загадок в этом пазле.

Это какой-то сакральный город, небольшой территорий, а стены не для защиты, а для чего-то другого.

И вот когда мы рассматриваем предрассудки, мы уже читаем исследования последних 20 лет, которые по-разному толкуют вот этот факт.

Действует то же самое сознание, действует новый фактор, открываются новые данные, мы просто по-другому это видим.

Но это благодаря тому же самому сознанию.

И теперь маленькая история возникновения государства как такового, чтобы мы увидели, как сознание ещё раз работает.

Это одна из загадок того, как сознание появляется впервые в виде организации нашей жизни.

Когда возникли города?

Если посмотреть временную шкалу,

30 тысяч лет примерно, вот хомо сапиенс, кроманьонцы.

Города возникают, вот если Ерихон, это примерно, вот возьмём 8 тысяч до нашей эры, так примерно, чтобы у вас были круглые даты.

Самый древний город какой?

Не, ну такой уже населённый, с...

Нет, не Вавилон, дома почитаете разные источники.

Здесь неважно.

Дело в том, что до определенной точки люди жили в небольших поселениях.

Ряд поселений и раскопан последние годы и неплохо изучен, последние десятилетия.

Обычно это 400-500 человек.

Они живут в таких группах наподобие домов землянок, наподобие таких длинных казарм, таких вот округлых домов.

Они живут там примитивным хозяйством.

И они живут там кланом.

Обычно такое поселение — это клан.

Когда возникает город, возникает резкое переключение.

В город приходят несколько кланов.

Сейчас я выстрою структуру того, как возникает город.

Город — это основание цивилизации.

Цивилизация возникла в городах.

И с тех пор она действует в городах.

Что за организации там в городе существуют?

Во-первых, это множество кланов.

Всё происходит, археологи подтверждают точку зрения Аристотеля.

Поскольку кланы...

имеют различные взгляды на разные проблемы, возникают конфликты.

Поскольку возникают острые конфликты, нужны механизмы решения конфликтов.

Как мы их назовем одним словом?

Ну, скажем, организация пусть будет.

Менеджмент, организация, упорядочение.

Когда конфликты кланов должны сводиться к единому порядку, должны согласовываться, должны сочетаться, должны умеряться.

И эта организация и есть тем, что мы называем управлением.

То есть возникает что-то надбиологическое.

Чтобы улаживать конфликты, нужны идеи и концепции.

И город, и государство возникают вокруг этих сверхидей.

Если люди, жившие в поселениях до городов, прямо были встроены в окружающую среду, в экосистему, они охотились, ели, производили детей, почти как животные, только более продвинуто, то в городах они стали жить другой жизнью.

В городах вдруг стало ещё развиваться и утончаться виды деятельности, разделение труда.

Выстроилась пирамида видов деятельности, которой раньше не было.

Например, на нижней части пирамиды те, кто производит продукты, аграрный сектор.

Обычно это за чертой города.

Выше люди, которые производят орудия для аграрного производства.

Еще выше ремесленники, которые изготавливают, например, утварь, керамику и так далее.

А еще выше судьи, чиновники, священники.

Вот интересно, что первые города возникают в Месопотамии вокруг главной идеи.

Это идея храма.

Та сила, которая вдруг начинает организовывать жизнь очень сложной структуры, в отличие от простых поселений, это некая идея, связанная с храмом.

При храме ведутся бухгалтерские книги, при храме вырабатываются те идеи определенной элитой, которая осуществляет руководство, которая спаивает эту сложную систему.

Это как бы своеобразная 2.0.

Когда вдруг человечество живет биологически, вросшее в свои землянки, которое охотится, ловит рыбу, потребляет продукты, производит детей, а вдруг в городе возникает что-то вокруг идей, вокруг ценностей, которые надстраиваются над биологией.

Вот здесь впервые, возвращаясь к фикте и теории сознания, мы видим, что возникает уровень совсем другой.

Людьми начинает руководить не только биологические, физиологические стимулы, не только приземленные цели, но и совершенно другие начала.

Политика и религия.

Идеи.

И эти идеи, где они существуют?

В повествованиях, в рассказах.

Элиты рассказывают истории.

Рассказывая истории, элиты в этих историях, в этих мифах дают первые способы описания, в которые город и цивилизация встраиваются.

Без истории нет цивилизации.

Рассказывая мифы, то есть история о богах, история о героях, мы создаем первые объяснительные схемы.

А теперь завершая, следите за простым развитием сюжета.

Создается та модель, в которой мы действуем до сих пор.

Храм, политическая система, рассказывание мифов, создание главных символов идей и историй с тех пор воспроизводится на других уровнях.

Но модель та же.

В 21 веке модель та же, что и в первых городах Месопотамии.

Только вместо объяснительных моделей не мифические рассказы, а, скажем, научные концепции.

философские теории и так далее и тому подобное.

Но в принципе деятельность та же самая.

На уровне теории действует сознание.

На уровне истории, описаний, символических систем, ценностей, то, что движет всем человечеством, действуют вот эти вещи, действует уровень осознанности.

Как только мы его лишаемся, мы сразу попадаем в мир вот этих вот поселений и начинаем жить только биологической жизнью.

То, что делает нас осознанными, это снова мы поднимаемся на уровень идей и ценностей.

То, что создала цивилизация тогда, 4-5 тысячелетий до Рождества Христова.

4-5 тысячелетий до Рождества Христова.

Примерно когда возникают эти города.

Поэтому в городах Месопотамии храм — средоточие каждого города, это его центр.

Элиты храмовые и начинающиеся династии царей — это главные элиты, которые обеспечивают рассказы и те идеи, которые организуют нас.

Это действует как в истории, так и в жизни каждого из нас.

Насколько мы можем жить идеями?

Насколько нашу жизнь биологическую мы перестраиваем по образцу каких-то главных идей, целей, ценностей?

Если этого нет, тогда мы растекаемся в биологию снова.

Если мы это формулируем, для себя выражаем, то есть мы создаем знание в себе, это процесс творческого создания смыслов, тогда и жизнь течет совершенно по-другому.

Вот этот поток, чтобы понять Фихта и его мысли, пусть у вас останутся эти метафоры.

Примитивные охотники и рыболовы, живущие в своих землянках.

полностью вросшие в физический мир, в окружающую среду.

И цивилизация, которая приподнимается над этим.

Храм строится на вершинах холмов.

Вокруг храма возникает сложная система городов.

Города требуют очень сложной системы организации.

Вокруг истории, идей, символов, тех целей, которые ставятся не биологически,

Это то, что вдохновляет, то, что придаёт силы, то, что даёт вектор развития цивилизации.

Вот без этого мы снова опускаемся на этот уровень.

И проблема в том, что современные концепции сознания и современные концепции человека пытаются нас снова поместить в эти землянки и говорить, что вот для нас это и есть главное.

Помните о том, что вот это и есть реальность.

Все эти идеи, все эти повествования, мифические истории — это всё иллюзии, это всё неважно.

А важно только то, что у вас есть тело, вы вросли в эту землю, и вы обеспечиваете свои биологические потребности.

Вот это базис, который определяет всё.

Но древние цивилизации не знали современного естествознания.

И они считали, что бытие определяют идеи и ценности, которые вначале эти элиты и передают своим подданным на разных уровнях.

Пересчитайте ещё раз историю возникновения цивилизации.

То есть речь идёт о той же модели.

И я это привёл в пример для иллюстрации понимания сознания у Фикты.

Это деятельность, которая вдруг переключается.

Она протекает, она есть, но когда мы понимаем то, как она действует, мы выходим на другой уровень.

Какие здесь вопросы могут быть?

Подумайте.

По поводу акта творчества.

Акт творчества, когда наблюдаем, как сознание действует в нас.

Когда мы что-то узнаем, это акт творчества.

Когда мы это все знаем из оригинального источника.

Когда мы не повторяем чужие штампы и информацию.

Когда мы что-то узнаем, мы творим.

Когда мы удивляемся, когда мы с удивлением смотрим на мир, мы творим.

Творчество во всём, что не шаблонно, не взято из внешних источников.

То, что происходит из внутреннего источника.

И мы не можем... Когда я читал лекции вам о Платоне, я об этом много раз... Это вообще было первое открытие Платона вначале.

Вместе с философией это было главное открытие.

Знание можно только породить.

Знание пассивно не возникает в нас.

Точно так же пассивно в нас не возникает

осознанность, творчество, искусство, мораль.

Мы всегда это должны осознавать.

У нас есть склонности на осознание, что мы действуем по принципам.

Это уже 2.0.

У нас может быть тяга к рисованию, но желание создать и создать произведение искусства, это снова мы поднимаемся над этим уровнем.

Посмотрите, потрясающе.

Я вот читаю сейчас несколько ярких книг, там фотография флейты, которой 40 тысяч лет.

Флейта 40 тысяч лет, сделанная из кости.

В кости просверлены дырочки.

Вопрос.

Ну кому нужно было 40 тысяч лет назад?

А это, извините, ещё до Homo sapiens, до кроманьонцев.

Зачем нужно было вот с импотвором створить флейту?

Взять кость, не просто переломить, а в кости просверлить дырочки, чтобы извлечь из нее какие-то звуки.

Зачем это существо создает, а, музыкальный инструмент, и, б, начинает играть на нем?

Это и есть 2.0.

Есть просто потоки звуков, а есть ситуация, когда мы сами эти звуки создаем.

И мы начинаем шлифовать искусство извлечения звуков, возникает великая музыка.

Звуки, разлитые в природе, это пример неосознанных потоков мышления.

Но когда мы вдруг начинаем сами создавать звуки, когда мы создаем искусство звукоизвлечения, и начинается мастерство вокруг того, чтобы эти звуки все лучше и лучше извлекать, возникает музыка.

И потом мы учимся слушать эту музыку.

Вначале мы это слушаем вокруг костра, вокруг ритуальных трапез, пританцовывая, а потом совсем свихнулись и слушаем эту музыку в таком положении, просто в опере или в симфоническом зале.

Зачем это нам нужно?

Это неестественно для человека поведение, правда?

Поэтому в некоторых протестантских церквях Соединенных Штатов

Мессы вернули естественно, вот еще до возникновения городов, когда мы моторную систему по полной задействуем.

Так вот мы служим святой мессе.

Танцуем, что нам хочется.

Потому что европейский человек придумал странный образ жизни.

Вот так сидеть, вот так.

И так нельзя слушать симфонию.

И так нельзя слушать симфонию.

А там приходит один джентльмен, и они как сидят?

Как в опере?

Покажите мне, не знаю.

Как люди сидят на симфоническом оркестре?

Кто продемонстрирует?

Как-как?

Ну, как правило.

Но сейчас, конечно, по-разному.

Потому что люди пришли вот оттуда.

И в шортах прийти могут.

Там же их не могут не пустить, правда?

Если в филармонию человек приходит в трусах...

Могут, но не везде.

Есть еще в мире смысл.

Есть еще в мире проблески здравого смысла.

Но неважно.

Я привожу примеры переключений.

Когда я буду говорить на следующих лекциях о...

главных взглядах современных на сознании, дискуссиях вокруг этого, вы вспоминаете эти сложные непонятные лекции о фихт и немецком идеализме.

Они открыли сознание как именно эту не биологическую, не физическую силу, которая является основной творческой силой, которая проходит через каждого из нас, но она больше, чем мы.

Она имеет объективную природу.

Это то, что они могут называть Абсолютом, Духом, Богом, сознанием божественным и так далее.

И то, что мы сегодня неохотно можем принимать.

Но я просто хочу сказать, что чисто биологическое истолкование сознания, мы посмотрим, что оно будет связано с проблемой.

Ещё какие вопросы по этому поводу?

Почему творчество?

Потому что творчество — это всегда не...

Творчество – это продукт вторичной переработки.

Когда нас несёт по жизни, это сырьё.

Мы – сырьё.

Наши мысли – сырьё.

Наши чувства – сырьё.

Наши тела – сырьё.

Культура возникает от переработки.

Когда мы культивируем мышление, культивируем чувства,

культивируем отношения к другим и к миру.

То есть возникает эта приподнятость над физиологией.

Тогда мы творим, работаем с чувствами, работаем с мыслями, пытаемся вокруг себя изменить всё вокруг.

Ведь города — это были первые... Вы же знаете, ещё несколько секунд, чтобы вспомнить.

В школе это очень плохо преподавали.

Я, например, когда сейчас завершил исследование одной темы, я перечитывал лучшие советские книги по истории Древнего мира.

Например, история восточных цивилизаций 1983-1984 годов.

Они написаны таким ужасным языком,

Они написаны так сбивчиво и разбросанно, что непонятно вообще, непонятен сам книг.

Невозможно, так нельзя писать.

Город Месопотамия — это урок?

Да, первый, считается первый, да.

И потом создаются первые большие территории, когда эти города, вступая в конфликты между собой, создают большее образование.

И тогда возникает первое могущественное государство.

Можно сказать так, что цивилизация возникает из создания городов.

Центр городов — это храмы и то, что я называю символическими системами первыми.

Когда есть идеи, есть мифы, есть истории, каждый город имеет своего покровителя.

Когда эти города, конфликтуя, подчиняют себе друг друга, возникает первое государство.

Большие территории.

Да, еще я видел руки.

Да, пожалуйста.

Скажите, если люди жили поселениями, им было сложнее управлять.

Может быть такое, что города создавались только ради управления людей, потом эти все пирамиды, настройки, трудники, так называемые, которые пользовались тем, что люди начали, ну, большая часть населения, ведь те, которые...

Жили в поселениях, они как бы сами производили, сами сеяли, убирали, жили в единстве с природой.

И эти же раскопки подтверждают, что найдены такие поселения, которые занимались прикладной магией 2,5 тысячи лет тому назад.

Если там читать те же самые о древнем исходе,

Дословно, эта информация как-то перекликает, когда посылали разведчиков, и они наблюдали автономные города без царей.

Это же тоже не просто так придумано.

Как-то мы с вами на эту тему говорили.

Нужно отличать данные научные от определенных.

мягко назову, реконструкции, которые не имеют под собой оснований.

Естественно, что то, что говорю я, опирается на данные современные, археологии, исследований новых исторических и так далее, на раскрытии текстов.

Потому что писали на глиняных табличках, и тексты новые-новые находятся, раскопки, новые данные.

То, о чем говорите вы, это немножко размыто, но я хочу, чтобы у вас остался этот образ.

Древняя цивилизация, представьте себе этот пояс визуально.

Это от Египта через Палестину, Сирия, Иран, Ирак и Кавказ, Армения.

Это нынешние территории.

Вот в этом поясе главные первые цивилизации возникли вокруг рек,

вокруг первого преобразования экосистемы.

Это ирригационная система.

Вначале Междуречье, потом Нил.

То есть вот эти реки.

То есть почему-то человечество попёрло туда, где достаточно сложно.

И это уже сложная символическая система, которая не только рассказывание мифов, но и определённое знание математики, определённые умения инженерные, которые создают вокруг этих ирригационных систем.

Элиты не просто фантазировали и подчиняли себе эти группы.

Это была организация, которая показывала эффективность организации жизни очень сложной.

И если вы говорите, что вот так все хорошо жили на природе себе, эти потребности удовлетворяли, я скажу, что город возникнув, цивилизация возникнув, сразу показала свою эффективность.

Вот если брать историческую шкалу, то очень длительный период существования вот такого дикого, длинный-длинный-длинный, как только возникает города-цивилизация, возникает взрыв, и история начинает убыстряться.

И модели организации городов воспроизводятся уже во всех частях мира.

Потому что в этих центрах происходит специализация деятельности.

Специализация деятельности.

Она более эффективна.

Когда один человек делает то, то, то и то, а когда вдруг разные группы людей заняты именно определенным видом деятельности.

Интересно, что это также у Аристотеля все прописано в начале метафизики, в начале его политики.

Он достаточно правильно описывает механизм возникновения городов и цивилизаций.

Для этого нужна специализация труда, нужен досуг определенных групп людей.

Для этих вещей.

Да, пожалуйста.

Такой вопрос.

Если вернуться к Фихте.

Да.

Но это была иллюстрация Фихте.

Да.

Я полагает не я. Получается, первая категория, правильно?

Отрицание.

Какое место тогда у категорий по Фихте?

Они существуют до сознания, определяют сознание и помимо сознания существуют?

Или же какая связь между категориями и сознанием?

Категории, скажем так, это главные способы

действий сознания.

Как только мы приучаемся видеть, как работает сознание, мы начинаем отслеживать его главные способы деятельности.

Вот эти три первых принципа и дальнейшая категория, которую Фихта выводит, — это наблюдение за тем, как главные фазы сознания себя разворачивают.

С одной стороны, мы вначале видим деятельность «я» как самополагающегося принципа.

Вторая категория — это когда в деятельности сознания отличаю «я» от того, что мне противостоит.

А потом, когда я это противопоставляю, я выстраиваю ещё более сложную картину взаимодействия между внешними и внутренними вещами.

Тогда начинает конструироваться мир.

То есть мы здесь как бы у истоков…

главной схематики воссоздания реальности.

Это не высшее роды бытия, как у Аристотеля, это что-то другое.

Но это тоже называется категориями.

Но это по своей природе.

Но это уже другая история.

В связи с постепенствованием.

Это на тему написания маленького исследования категорию Фихтова и категорию Аристотеля.

Это уже отдельный философский разговор.

Сейчас мы же не можем об этом говорить.

Мы можем там найти и точки пересечения, и какие-то нюансы различия, безусловно.

Но если помнить о том, что сознание пофихтообъективно, то в каком-то смысле мы будем близки к Аристотелю, если мы фихтоанцы.

Но это просто другая история.

Давайте просто ещё раз.

Мы не будем возвращаться к таким сложным темам.

Но я вам показал, кстати...

В 60-70-х годах, я сказал, ренессанс литературы о Фихте, очень много серьезных исследований.

В первую очередь, конечно, в немецкоязычном мире.

И они тоже написаны достаточно сложно.

И мне жаль, что пока мы попадаем в неразрешимые противоречия.

Важные, очень важные вещи написаны сложным языком.

И у меня такая иногда идея фикс меня одолевает, когда я гуляю по паркам Киева, когда уже созреть, чтобы на простом языке всё это выразить.

Потому что это необходимо для современных дискуссий о сознании.

Такие гиганты, как Фихта и Гегель, необходимы.

Но этот барьер, с чего я начал сегодняшние лекции, барьер языка, барьер выражения мыслей, для современного читателя он непреодолим пока.

И нужно создать что-то похожее, но на другом языке.

Возможно ли это?

Гегель считал, что невозможно.

Посмотрите наш этюд о Гегеле, философский этюд.

Я цитировал там одно из писем Гегеля, где он говорит, что эту философскую систему невозможно описать, как это делают французы и англичане.

Невозможно это описать, как это делал Локк или какой-то француз, например.

Но мне кажется, что здесь Гегель ошибался.

Можно писать более простым языком.

Но опять же, я сейчас не хочу уходить.

Мы так приходим к завершению.

Я просто к вам обращаюсь как к думающим людям.

И хочу некоторых из вас передостеречь от другой ошибки.

Вот посмотрите.

Современный человек в среднем говорит так.

Вы, философы, вообще интересные штуки там продумываете, но очень сложно.

Вы же должны быть ближе к нам, людям.

Поэтому, пожалуйста, думайте о манере выражения, думайте о ярких примерах, пишите яркие увлекательные книги, и, возможно, мы вас будем читать, и, возможно, мы полюбим вашу философию.

То есть соблазняйте нас яркими книгами, интересными и простыми примерами.

Потому что, когда мы читаем книги ваших учителей, ничего там не понятно.

Поэтому давайте, сделайте вывод.

Мы, прислушиваясь к мнению публики, уважаемой, начинаем думать и пытаемся создавать эти простые формы подачи.

Но наблюдая за тем, как это действует, мы замечаем очень часто обратный эффект.

Этот обратный эффект состоит в том, что чем проще форма,

тем больше эта публика начинает отключать даже малейшие способности и усилия что-то понять.

Публика хочет, чтобы знания в нее влились, как река в океан, без усилия.

Если вы это не умеете, значит, вы не философы, и знать вас не хотим, и вашу философию не хотим изучать.

Следите за мной, говорит публика.

Пока я в кресле расслаблюсь, на счет три вы меня вливаете, в меня вливаете.

Всю мудрость веков.

Не дай бог, я почувствую хоть малейшее напряжение в какой-то части тела.

Особенно в голове.

Как только это почувствую, я сразу заблокирую, скажу, что это токсично, это непонятно, это темно, это вообще ерунда.

Давайте другие глашаты приходят.

А ты что мне скажешь?

Давай садись.

Опять я вот в кресле и так далее.

То есть о чем я хочу сказать?

Что мы для себя должны выработать маленький тест.

Это действительно прекрасные глубокие вещи.

Они затрагивают нас, нашу личную жизнь.

Они не нейтральны нашему способу жизни.

Но без понимания того, что это достигается...

маленьким напряжением сил, что это достигается небольшой работой над собой, небольшими преодолениями.

Вот без этого осознания мы не сможем ничего этого постичь.

Немножко преодолевать себя.

Понравится.

Я это часто повторяю.

Попытайтесь преодолевать себя.

Не ловитесь на дешёвые, популярные, пустые книги.

90% бестселлеров — это именно эти книги.

Они меняются каждые 5 лет.

В одном бестселлере написано, что жизнь зелёная, и вы должны любить зелёное, есть всё зелёное, и зелёные обои клеить, и всё.

А через 5 лет пишут, слушайте, это вообще идиоты, это предрассудки.

Жизнь красная, обои должны быть красные, и жену надо выбирать красную, и собачку красную.

А через еще пять лет о желтом будут говорить.

Но это я так утрирую, примерно говорю.

Но они действуют очень просто.

Они действуют как механизм, как алгоритм.

Они эксплуатируют наш технический утилитарный ум.

Они рассчитывают это по шагам.

Они пытаются показать нам технический механизм овладения.

А здесь это не работает.

Ни в литературе, ни в музыке, ни в философии, ни в науке это так не работает.

Поэтому нужно выстраивать эти барьеры.

Если мы хотим немножечко делать усилия, больше тренировать, тренировать способность преодоления сложных текстов, пусть не фихты, пусть что-то другое, и так постепенно восходить.

Ничего в расслабленном состоянии у нас не вольется, особенно после сегодняшней лекции о фихтах, вы это понимаете.

Это состояние, это чужие знания.

Творчество — это когда мы через усилия начинаем работать в другом режиме.

Знания не вливаются просто.

Когда говорят «доступно», да, мы должны, конечно, думать о примерах, думать о форме более доступной, но абсолютно доступно и просто — это недостижимо.

Вот это обман современного человечества, нежелание напрягаться.

Вы чувствуете в себе это или нет?

Такие вот иногда мысли.

Хотелось бы попроще, полегче и побыстрее.

За 30 минут, за 20 минут и так далее.

Пока еще не придумано, как это сделать лучше.

Не погрешая против глубины и содержания, в то же время все-таки давать это не в такой форме, как это здесь или в каких-то других местах.

Поэтому вывод какой?

Как только вам становится трудно, вы говорите, ой, как хорошо, как приятно.

Как только возникает необходимость чуть-чуть себя преодолеть, вы экстаз испытываете.

Дрожь по телу бежит.

Как приятно, как хорошо.

А когда вообще нет никаких усилий, вроде взялось и влилось.

В YouTube посмотрели немножко между речью, уже стали специалистами по между речью за 30 минут.

Прочитали, как стать самым умным, стали самым умным.

Ну и так далее и тому подобное.

Игорь Николаевич, но в книге написано, что сложный язык должен быть для содержания.

То есть можно вдумываться, напрягать себя, попытаться получить желаемое.

Вот прекрасно, вот очень хорошо.

То есть вот давай, это уже искусство торговли между богами и людьми.

Помните «Эфтифронт»?

Значит, в конце уже устали, немного шучу.

Ну, перевожу вашу просьбу.

Вы говорите, а где гарантии?

Где гарантии?

Я вот тут понапрягаюсь, а гарантий нет.

Я вас успокою.

В этом тайны всякого творчества.

Творчество — это напряженная, затратная вещь.

Вот я знаю, как бывший художник.

Приходишь, пишешь, пишешь, пишешь, пишешь этюд.

И ничего не получилось, и выкинул.

Тошно смотреть.

Но процесс писания потом должен понравиться.

То есть вы должны полюбить само напряжение.

Что такое результат?

Что для вас результат?

Какой он должен быть?

Хорошо, я вам подарю коробку конфет.

Нет, это очень трезвый вопрос, я согласен.

Понимаете, здесь вот, чтобы завершить, понятие результат просто нужно уточнить.

Что результат?

Например, когда мы проживаем жизнь, и мы говорим, вот я сейчас с молодыми людьми часто пересекаюсь, с ними постоянно пересекаюсь, живу вообще с ними, каждый день в аудиториях.

И обычно психология такая, вот мне 20 лет, мне 21, я такой красивый, каждый мой час на вес золота.

Мое время самое драгоценное.

Поэтому, пожалуйста, думайте, думайте, Андрей Олегович.

Поэтому вы, пожалуйста, мне вот так вот, чтобы я четко знала или зналы, что в конце жизни какой должен быть результат.

Мне сейчас 21 год, я примерно хочу прожить 100 лет.

И вот что я должен делать сейчас, 21 год, начинать делать, чтобы точно знать, что будет 100 лет.

вот точно знать результат, покажите мне путь, в каком направлении двигаться, что делать и расписание на следующие 80 лет.

Дело в том, что в этих процессах цель может меняться, результаты могут переосмысливаться.

То, что в 21 год кажется целью жизни, в 25 уже будет казаться мрачными, глупыми фантазиями.

а в 40 будет казаться другим.

Что при этом остаётся?

Сознательная жизнь.

Вот что самое главное.

Жить наполненной, творческой, осознанной жизнью.

Это и есть главный смысл.

А цели придут, цели будут меняться.

Главное — жить такой жизнью.

И в этом главная цель.

Поэтому, когда вы читаете тяжёлого фихта, вы живёте наполненной, смысленной жизнью.

Вот вам результат.

Плюс коробка конфет обещает.

На сегодня всё.