«Настоящий детектив»: какой сезон лучше?

Премьера «Настоящего детектива» состоялась в 2014 году, когда сериальная революция была на пике.

В этот период на Западе вышло так много качественных шоу, что в каждом жанре появились свои флагманы, которые задали очень высокую планку для конкурентов.

Тем не менее, шедевр Ника Пицеллатто, посвященный охоте двух детективов за серийным убийцей, смог не только соперничать с лучшими криминальными процедуралами эпохи.

Он стал одним из символов «золотого века» телевидения.

Вслед за первым последовали второй и третий сезоны.

Из мини-сериала настоящий детектив, как и было задумано, превратился в антологию, при этом постепенно теряя в популярности.

А в четвертом сезоне, вышедшем в этом году, сменился шоураннер проекта.

В этом видео Сэм разберем культовый сериал, расскажем, чем интересна каждая из его глав и попробуем понять, почему он до сих пор завораживает зрителей.

Критики называли первый сезон «Настоящего детектива» восьмичасовым кинофильмом, телевизионным романом, а кто-то даже новым «Твин Пикс», в котором обедневший штат Луизиана совсем не то, чем кажется.

Именно с его сумрачных видов начинается заставка первого сезона, одна из самых чарующих в истории телевидения.

Под гипнотическую кантри-музыку выплывают пейзажи печально известной Раковой аллеи, токсичного района вдоль реки Миссисипи и нефтехимического центра Америки.

На этом участке земли раскинулось больше сотни промышленных объектов, которые превратили местные топи в практически безжизненную зону.

Природа словно мутировала.

Заболело и общество с его обреченными детьми и коррумпированными чиновниками, истовыми пастырами,

и с брендившими еретиками, идеально подстриженными лужайками и извращенными убийствами.

Как в шедевре Андрея Тарковского «Иваново детство», неуютные, ощеревшиеся локации отражают искореженный пейзаж души их обитателей.

Ник Пицеллато, единственный сценарист и шоураннер проекта, провел детство в этом штате.

Луизиана пленяла его, Луизиана преследовала его.

и по признанию автора стала таким же полноправным героем, как Раст и Марти.

Но только гения места было мало.

Свою лепту внёс изумительный оператор Адам Аркпоу, сумевший придать оттенок нуара даже обычно залитым солнцем полям.

Нам то и дело хочется убрать с экрана сероватый цветофильтр, но изображение настаивает на своей тусклости, вписывая настоящий детектив в традицию южной готики.

У меня плохой вкус в рот.

Впрочем, трепетным отношением к созданию мрачной атмосферы Пиццалата не ограничился.

Другим достижением первого сезона оказалась новаторская драматургия, благодаря которой настоящий детектив стали сравнивать с очень долгим кинофильмом.

Во-первых, автор отказался от линейного повествования, заставив сюжет постоянно скакать из современности в прошлое и обратно.

Этот прием создавал интригу и порождал загадки, которые разрешались для аудитории по мере сближения минувшего и настоящего.

Кто допрашивает Расты и Марти?

Почему напарники больше не общаются?

Не ошиблись ли они, сужая круг подозреваемых?

В конце концов, что их так сломало, каждого по-своему?

И, конечно, главный вопрос – куда уходит время и как смириться с ошибками прошлого?

Психологической сложности добавила техника ненадёжного рассказчика, привносящая в некоторые эпизоды субъективный взгляд героев и создающая прихотливый контраст между рассказываемой версией событий и реальностью.

Если своим дознавателям герои могут с лёгкостью лгать или упускать из вида важные детали расследования, то камера ARCPO всегда остаётся честной со зрителями.

Не все так просто и с жанровой принадлежностью настоящего детектива.

Набивший оскомину криминальные тропы, Пиццалата то и дело подрывает, бросая сериал то в роуд-муви, этот статичный ракурс стал одним из определяющих в первом сезоне.

То в семейную драму, то в динамичный боевик, то в фантастический сюрреалистический триллер, а то в философскую притчу.

И хотя подобный жанровый фьюжен знаком каждому сериалу Ману ещё по «Твин Пикс»,

Создатель настоящего детектива идет дальше Линча, добавляя в многослойную постмодернистскую структуру еще один пласт — литературный.

Мифология первого сезона опирается на труды сразу нескольких американских писателей, от Амброза Бирса и Роберта Чемберса до культового Лавкрафта.

Давайте признаем, в финале не все поняли, что же такое «каркоза» и почему король желтый.

Однако сегодня недомолвки Пиццеллата выглядят даже преднамеренными.

Нам никогда полностью не познать мироздание и глубину тьмы, в которую готова провалиться человеческая душа.

А то, что не прояснил сюжет, попытались собрать начитанные фанаты настоящего детектива, разродившись множеством теорий в интернете.

Это место похоже на память о городе, а память исчезает.

Как будто здесь никогда не было ничего, чем джунгли.

Литературную структуру и диалоги поддерживает вдохновенная актерская игра.

Там, где динамика повествования ослабеет, а события не спешат сменять друг друга, воцепенение зрителей держат исполнители.

Без лишних визуальных костылей, словно на голой театральной сцене.

Вместе со своими персонажами Вуди Харрельсон и Мэтью МакКонахи

путешествовали во времени не просто обживая грим, а побеждая его, и создали современную интерпретацию классического бадди-мови.

Непохожесть дуэта изредка подчеркивается цветовыми контрастами, но очевиднее она на уровне характеров.

Первый — отъявленный оптимист, но скверный семянин и импульсивный абьюзер, не умеющий справляться с гневом.

Второй — непоколебимый мастер допроса,

но вместе с тем страдающий от бессонницы алкоголик и наркопотребитель, надломленный человек, который смотрит на мир с нидшанской обреченностью.

Определенной удачей первого сезона стало смещение фокуса с классического детективного расследования на арки персонажей.

Другими словами, на ту эволюцию, которую проходят герои на протяжении сюжета.

Уже спустя пару эпизодов прозорливые зрители догадались, что сыграть в игру «угадай убийцу раньше следователей» не выйдет.

Вернее, она лишена всякого смысла.

Настоящий детектив не про поиски конкретного маньяка, а про вечную борьбу света с мраком, который происходит и внутри, и снаружи.

Вопреки правилам конвейера, установленным на западном телевидении, «Настоящий детектив» можно назвать в полном смысле слова авторским сериалом.

Всю первую часть написал Ник Пицеллато и снял один режиссер — санденсовский лауреат Кэрри Фукунага.

Именно его заслуга — филигранная сцена бойни, венчающая четвертый эпизод и снятая непрерывным шестиминутным дублем.

Отказавшись от монтажа, Фукунага сумел добиться эффекта компьютерной игры, полного погружения зрителей в происходящее, будто мы выбираемся из заварушки вместе с Коулом.

А в финальном эпизоде Фукунага превращает столкновение с антагонистом буквально в спуск в преисподнюю.

Интересно, что кабельный канал HBO, выдавший Пиццалату карт-бланш на реализацию смелого замысла, начинал с эксклюзивных трансляций боксерских поединков.

С сериалами золотого века телевидения их роднят фиксация на насилие, цинизме и кровожадности, отсутствие сантиментов и простодушие.

Вписался в этот жесткий мир и настоящий детектив, расположившись на культурном фронтире.

между кино и литературой, театром и компьютерным шутером, боксерским рингом и галереей современного искусства.

Первый сезон остался в истории чем-то вроде ритуальных пирамидок и загадочных муралов, зловещим, но завораживающим арт-объектом, нашедшим пристанище посреди пустынной Луизианы.

Второй сезон «Настоящего детектива» не похож ни на первый, ни на два следующих.

Поначалу кажется, что это типичный сиквел, просто приумножающий достоинства оригинала.

Здесь уже не два, а четыре главных героя, которых тоже играют знакомые по большому кино артисты.

Действие тут разворачивается не в глуши американского юга, а в Калифорнии, так что события приобретают ощутимый размах.

Да и экшена в нём стало на порядок больше.

В отличие от первого сезона, который можно назвать практически авторским проектом режиссёра Кэрри Фукунаги, второй снимал ансамбль постановщиков, причём некоторые из них известны в основном по работе на телевидении.

Однако всё это не уберегло сериал от критики.

В год выхода его не оценили ни пресса, ни зрители.

Да, да, да, правильно.

Блин.

Сейчас принято говорить, что он стал жертвой завышенных ожиданий после феноменального первого сезона.

Если историю Раста Коула и Марти Харта Ник Пиццалата вынашивал несколько лет, то второй сезон по настоянию продюсеров, которые хотели оседлать волну популярности, был собран в спешке.

И это заметно.

Вряд ли кто-то сможет без подготовки хотя бы в общих чертах пересказать сюжет продолжения.

Здесь амбиции шоураннера рассказать по-настоящему масштабную историю вступили в конфликт со стройностью повествования.

Как и в оригинале, завязкой сюжета служит загадочное убийство, на этот раз городского чиновника.

Но сюжет быстро разрастается, и оказывается, что все как-то связано со строительством железной дороги, мексиканским картелем, тайными вечеринками с участием политиков и украденными синими бриллиантами.

И это не говоря о том, что у каждого из героев есть собственная драматическая линия с большой предысторией.

Иронично, что связь убийства и центрального расследования практически до самого конца остается весьма туманной.

Да и на преступника детективы выходят чуть ли не случайно.

Загадки, которые должны были удерживать зрителей у экрана, если и получают ответ, то удручающе прозаичные.

К тому же Марти и Раст быстро перешли к расследованию.

А во втором сезоне Пиццеллата тратит неприлично много времени на то, чтобы ввести нас в курс дела и познакомить с героями.

В оригинале главным повествовательным аттракционом было переключение между таймлайнами.

Здесь же Пиццеллата пытается удержать вместе несколько более-менее самостоятельных сюжетных линий, которые то сходятся, то расходятся.

У такой манеры повествования в сериале даже есть свой визуальный образ.

Бесчисленные автомобильные развязки, появляющиеся на протяжении всех серий.

Ситуацию усугубляет то, что в продолжении практически нет мистики, которая в первом сезоне предлагала необходимую интригу.

По сути, во втором сезоне Ник Пиццалатта замахнулся на монументальность большого американского романа, о личных трагедиях нескольких человек на фоне коррупционного расследования и политических игр.

Никогда не перестань двигаться.

Бабушка.

О, бабушка.

Ты перестал двигаться, когда я была там.

Хотя действие разворачивается в Калифорнии, события происходят не в открыточном Лос-Анджелесе, а в вымышленном индустриальном городе Винчи.

Как и в первом сезоне, Пиццеллате было важно показать не парадную сторону жизни в Америке, а ее неприятную изнанку.

Символично, что в одном из эпизодов герои оказываются на съемочной площадке, как бы за кулисами американской мечты, которую мы часто видим в кино.

Для зрителя проводниками в этот страшный мир становятся главные герои, трио полицейских и впервые в антологии «Преступник».

Пиццеллата, подобно романисту, хотел показать панораму социальных травм.

Поэтому каждого из персонажей мучают собственные проблемы.

Трудности родительства, неспособность залечить детские раны, посттравматический синдром у бывших военных – вот неполный список ключевых для второго сезона тем.

Ну, как вы знаете, я поддерживаю феминизм.

Большинство из-за проблем с имиджем тела.

При этом, как и в оригинале, Пиццеллата исследует проблемы маскулинности и судьбу женщин в жестоком мужском мире.

Не случайно во втором сезоне одним из центральных персонажей становится девушка, которая не может пережить сексуализированное насилие.

Может, он мне что-то дарил.

Может, я заблокировала его.

Это черный холм.

«Шоураннер» вновь выворачивает образ закрытого героя Нуара и обнажает его внутренние уязвимости.

И название «Настоящий детектив» отлично передает содержание сериала.

Причем, если первый сезон был фактически полицейским боди-муви с заразительной химией главных актеров, в продолжении связи между персонажами сознательно ослаблены, что подчеркивает их одиночество.

Даже когда они собираются вместе, каждый часто занимает собственный кадр.

Вы похожи на моего сына.

Насилие во втором сезоне показано без тени эстетства, и даже сами герои на него реагируют тяжело.

Что уж говорить про концовку, где Пиццеллата практически никого не щадит.

Если Марти и Раст получают шанс на новую жизнь, здесь у героев счастливого будущего быть не может.

Шоураннер постарался уйти от понятного массовой публики жанра увлекательного триллера и создал бескомпромиссное и жестокое арт-кино с ослабленной драматургией.

Мрачное впечатление от истории усугубляет песни в исполнении кантри-певицы Леры Лин, которая своими появлениями в сериале как бы комментирует происходящие события.

This is my least favorite life

В финале Пиццеллата единственный раз за шоу делает отчетливое политическое высказывание о несправедливом устройстве системы.

Но вывод он делает неутешительный.

Мы получаем тот мир, который заслужили.

Наверное, то же самое можно сказать и про второй сезон.

Несмотря на прохладный прием второго сезона «Настоящего детектива», руководство HBO по-прежнему воспринимало шоу как ценный актив, но решило ограничить творческий контроль Пиццалата над проектом.

К команде сериала присоединился режиссер Джереми Солнье, автор выразительного инди-триллера «Зеленая комната».

Это слишком темно, чувак.

Структурно третий сезон очень напоминает первый.

Действие тоже разворачивается в нескольких временных измерениях.

А следствие снова ведут два детектива.

Прямолинейный Роланд Уэст и его более утонченный напарник Уэйн Хейс.

Жертвы нового преступления – дети.

Среди улик – загадочная кукла, которая опытному зрителю детектива напоминает о жестоких тайных культах.

Да, все это действительно похоже на первый сезон, но различия бросаются в глаза куда сильнее.

Прежде всего, сценаристы значительно усложнили хронотоп сериала.

Полицейские расследуют исчезновение Джули Персел и убийство ее брата Уилла уже не в двух, а сразу в трех таймлайнах.

Зачем авторам понадобилась такая прихотливая структура?

Первый ответ – эстетический.

Третий сезон «Настоящего детектива» – амбициозная попытка привнести в криминальный жанр принципы европейского арт-кино с его сновидческой атмосферой и ассоциативными переходами между соседними сценами.

Здесь мы можем долгое время следить за героями в одном десятилетии, а потом внезапно переместиться на 25 лет вперед.

Другой пример.

Прошлое тут преследует героев не в фигуральном, но почти в мистическом смысле.

Оно становится неотвязным призраком, которого невозможно прогнать из комнаты.

Второй ответ – социально-исторический.

Здесь авторы впервые предлагают широкую панораму американской жизни конца 20-го – начала 21-го века, тщательно реконструируют быт и интеллектуальную атмосферу того времени.

Действие начинается в 80-е.

В памяти еще свежи воспоминания о Вьетнамской войне, навсегда изменившей сознание многих героев.

В джунглях они научились в совершенстве владеть оружием и идти по следу противника.

А еще получили глубокую эмоциональную травму и так и не смогли найти себя в новой жизни.

Вот 90-е, десятилетия несбывшихся надежд.

Появилась база отпечатков пальцев, доступны камеры видеонаблюдения, в ходу более продвинутая аппаратура.

Технологический прорыв впечатляет, но человеческие пороки остаются прежними.

Хейсу и Уэсту по-прежнему противостоят самодовольные политики, продажные полицейские, мутные бизнесмены.

Наконец, 2015 год.

Эпоха, в которой полиция утрачивает монополию на поиски истины.

Будучи частью неповоротливой, коррумпированной системы, они проигрывают расторопным тру-крайм-блогерам, обожающим старые нераскрытые дела.

Но «Настоящий детектив» — сериал о том, что профессионала от любителя отличает готовность пойти до конца там, где другие давно бы уже махнули рукой.

И вот пожилые, теряющие остатки разума и благоразумия, Хейс и Уэст выдают себя за действующих копов, чтобы допросить важного свидетеля.

Изначально Пиццалата хотел сделать протагонистом Уэста, грубоватого и жизнелюбивого белого полицейского.

Но приглашенная суперзвезда, оскаровский лауреат Махершала Али, убедил шоураннера сделать арку своего персонажа объемнее.

Эта ситуация рифмуется с тем, что происходит на экране.

Хейсу каждый день приходится сталкиваться с расизмом, будь то брутальные подколы напарника...

Скандальные решения начальства или непроизвольные реакции собеседников.

Общественный прессинг усиливает ментальные проблемы Хейса.

Он плохо воспринимает написанное и с трудом сходится с людьми.

Не случайно на протяжении сезона героя сравнивают то с одиноким охотником, то с Маугли, считывающим не текст, а скорее текстуры этого мира, его цвета и запахи.

Но на самом деле настоящих детективов в этом сезоне не два, а три.

Параллельно свое расследование ведет Амелия, школьная учительница с литературными амбициями.

От серии к серии ее документальный роман в духе хладнокровного убийства Трумана Капоте играет в сюжете все более заметную роль.

Книга Амелии – своего рода мета-комментарий к сериалу, текст внутри текста.

И он, как назло, всегда оказывается под рукой не вовремя, или слишком рано, или слишком поздно.

Сначала Амелия получает макет романа сразу перед тем, как в деле Перселов появилась новая, меняющая все подробности.

А ближе к концу Хейс с 25-летним опозданием читает книгу покойной жены и осознает, что все это время упускал важнейшую деталь.

Дети должны смеяться, понимаешь?

И здесь не было много смеха.

Пиццалата почти не использует мистические атрибуты, которые интриговали зрителей первых двух сезонов.

Похищение Перселов — что-то зловещее, но вполне поддающееся рациональному объяснению.

Иногда кукла — это просто кукла, а лес — просто лес.

Тем не менее, авторы постоянно поддразнивают фанатов.

А в одном из кульминационных моментов нам намекают на то, что это преступление может быть связано с делом Раста Коула и Марти Харте.

Поэтому камерная развязка может разочаровать тех, кто ждал, например, разоблачения заговора педофилов во власти.

Все оказалось куда тривиальнее и, страшно сказать, душесчипательнее.

Это подводит нас к главному вопросу.

А о чем вообще был третий сезон?

В этот раз авторы решили сделать ставку не на закрученную интригу, многозначительные философские диалоги и эксцентричные перформансы голливудских звезд.

Главное содержание сезона — человеческое.

Слишком человеческое.

Прихотливое устройство нашей памяти.

Она и подспорье, и палач.

Тайна, которая лежит в основе брака.

Страх перед обязательствами и страх потери.

Время, меняющее все и не меняющее ничего.

Настоящий детектив пронизан литературой.

И лучше всего этот сезон резюмирует стихотворение Делмара Шварца.

Что я сейчас, когда я была тогда?

В четвертом сезоне «Настоящего детектива» у проекта впервые сменился шоураннер.

Кресло Ника Пиццалатта, запустившего сериал, заняла мексиканская постановщица Иса Лопес.

На протяжении трех сезонов на первом плане, за одним исключением, находились только мужчины.

Женщины же были пассивны, лишены собственных персонажных арок и привязаны к героям.

Это либо их жены, либо любовницы, либо жертвы.

Камера смотрела на них мужским объективирующим взглядом, оценивающим в первую очередь внешнюю привлекательность и сексуальность.

Вспомним, как зрителю впервые представляют Мэгги, жену Марти Харта, спиной к камере в нижнем белье.

Я верю, что я услышала об этом с Найдл Буккетом.

Он меня убил за это время?

Черт, да.

Я имею в виду... Сэр, я бы хотела поговорить с этими женщинами сейчас.

Патрульная Эвенджелин Наварро в исполнении актрисы Кали Рейс в прошлом профессиональной боксерши без лишних вопросов заламывает руки домашнему насильнику.

Детектив Лиз Денверс, который играет Джоди Фостер, прибывает на место преступления и мало того, что сразу начинает раздавать указания своим коллегам-мужчинам, так еще и использует в работе материнский опыт.

В первом сезоне важнейшим источником вдохновения была южная готика — жанр, соединивший элементы европейской готической литературы с фольклором и традициями американского юга.

«Страна ночи» черпает идеи в другом, не менее богатом жанре – скандинавском нуаре, который вывел в главной героине гениальную женщину-детектива.

Именно он привнес в литературную и кинематографическую моду холодные пустынные пейзажи, которые рифмуются с одиночеством персонажей.

Именно его авторы, не отступая от основной детективной линии, взялись за социальную критику и заговорили о женоненавистничестве, коррупции, росте правых настроений и колониализме.

В кино у традиции северного детектива есть еще одна важная составляющая – сверхъестественные силы.

Со времен фильма Джона Карпентера «Нечто» известно, что полярная тьма может таить в себе множество опасностей внеземного или потустороннего происхождения.

В «Стране ночи» этот мистический элемент напрямую связан с верованиями коренных жителей.

Значительная часть населения города Энис — инупиаты, представители одного из народов Крайнего Севера.

Четвертый сезон еще сильнее размывает грань между реальностью и фантазией.

Призраки тут как будто существуют где-то рядом с людьми и временами даже общаются с ними.

Но до конца непонятно, то ли это просто галлюцинации героев, то ли в мире и правда есть место сверхъестественному, то ли в глухой американский городок прорывается непрощенная вина белых колонизаторов.

Кто-нибудь знает Реверанта Тоттла?

Тоттл и Юнайтед, что они делают?

Все.

Говорим о Коу.

Мы слышали какие-то истории.

Это позволяет авторам создать ощущение неразрешимой загадки, замкнутого круга, когда тайны прошлого все равно остаются непонятными и в настоящем.

В центре сюжета, как обычно, серия загадочных преступлений.

Но визуально четвертый сезон становится антиподом всем предыдущим.

Если раньше действие настоящего детектива разворачивалось в Солнечных Штатах, Луизиане, Калифорнии и Арканзасе, то теперь расследование ведется на другом конце страны.

На Аляске.

На календаре декабрь.

Полярная ночь.

Персонажи блуждают в потемках во всех смыслах этого слова.

И как жители маленького северного городка, где зимой почти нет света.

И как детективы, которые бьются над разгадкой тайны с убийствами и исчезновениями людей.

В показе сверхъестественного Лопес, в отличие от других режиссеров сериала, полагается на классические средства хоррора.

Длинные кадры.

Плавные панорамы с камерой, которая как будто следит за персонажами откуда-то издалека.

И, конечно, старые добрые скримеры.

Внезапные страшные кадры с резкими звуками.

Здесь сказывается бэкграунд постановщицы.

Лопест начинала карьеру именно с фильмов ужасов, причем с элементами магического реализма.

По-другому сняты и эротические сцены, в которых женщина почти всегда берет инициативу в свои руки.

Взгляд оператора не скользит по ее телу, как это было с героинями Мишель Монахен или Александры Дадарио.

Камера статична и бесстрастна, просто фиксирует происходящее.

Так Иса Лопес не только уходит от объективации женских героиней, но и подчеркивает их сложные отношения с партнерами.

Большинство персонажей в сериале – одиночки.

Эмоциональной близости они стараются избегать.

А если и стремятся к ней, то редко ее получают.

Иной подход к изображению диктует и время действия.

Расследование в буквальном смысле разворачивается между светом и тьмой.

В кадре много бликов и пятен света на экране, которые передают ощущение одиночества и затерянности персонажей посреди мрачного, темного, часто враждебного ледяного пейзажа.

Герои постоянно перемещаются с улицы, где нет солнца, в яркие помещения, в которых включены все доступные источники света.

Для создателей это визуальный способ драматизировать отчуждение человека, живущего в искусственной среде, от природы, которая в стране ночи выступает мощнейшей неуправляемой силой.

Обращение к теме экологии собственных корней, пожалуй, главное отличие этого сезона от прошлого.

Раньше настоящий детектив в разных вариациях показывал зрителю, что мир раздроблен, что зло в нем, несмотря на все усилия добрых людей, продолжает множиться, что от травм прошлого невозможно избавиться, а смерть всегда ходит где-то рядом.

«Страна ночи» впервые указывает на одну из возможных причин этого трагического дисбаланса.

Шахта горнодобывающей компании убивает жителей города.

Ученых тревожит природа, которую нужно оставить в покое.

А Еванжелин Навара не знает своего инупиадского имени.

Все вокруг разбалансировано.

Потому что человек оторван от своих корней, потерян и слеп.

И пока мужчины рассуждают о том, что время – это плоский круг, женщины ищут способ восстановить гармонию.

Продолжение следует...