Разведчик о том, как использовать людей

И разведчик — это совсем не про то, как в кино кто-то бегает с пистолетом и дерётся.

Разведчик, который начал бегать и драться — всё, разведка кончилась.

Разведка — это достаточно невидный процесс, который постоянно идёт, он трудный, потому что вы в разведработе преодолеваете постоянно проблемы, но другого пути нет.

Андрей Безруков.

Советский и российский разведчик-нелегал.

Женат.

Жена Елена Вавилова тоже разведчица.

Вместе они работали в США, Канаде и Франции под именами Дональда Хитфилда и Трейси Фолли.

В результате предательства, ареста и обмена заключенными вернулись в Россию.

Подробную их историю вы можете узнать из интервью с Еленой Станиславовной на нашем канале.

А сегодня мы поговорим с Андреем Олеговичем об основной работе разведчика.

О том, как заводить полезные связи, развивать отношения и поднимать свой статус в обществе.

Просто так взять и научить человека общаться невозможно.

Можно подсказать ему какие-то детали, можно указать на его погрешности в характере, а такие всегда есть.

Особенно у молодых людей, ведь в разведку идут люди в основном умные.

И, конечно, амбициозной, потому что без амбиции, без уверенности в себе невозможно такой работе работать.

Она слишком сложная, слишком трудозатратная для того, чтобы немотивированного человека туда поставить.

Нас подталкивали прежде всего на путь самосовершенствования.

Разведчик нелегал.

всегда работает на трёх работах одновременно.

Его первая работа — это разведработа.

Он должен найти людей, которые являются носителями секретов, или какой-то другой важной информации.

Не вся информация, нужная для принятия решения, является секретной.

Есть просто информация, которая очень нужна, но даже противник не понимает, что для нас она очень важна, и её не секретит.

Ну, например.

личные качества некоторых принимающих решения, скажем так, в данный момент американских представителей высшей элиты.

Это не секретные данные.

Но если вы знаете об этих личных качествах, может быть, о личных уязвимостях, о каких-то склонностях, о их деталях биографии, вы можете это использовать для выстраивания с ними отношений.

Это его первая работа.

Он информацию собирает, отправляет в центр.

Но поскольку он живет в среде нормальных людей, он должен выглядеть как нормальный человек,

У него есть вторая работа.

Вторая работа, так называемая, работа по прикрытию.

И соседи должны понимать, где он работает, на какие деньги он живет.

Иначе у них появится вопрос, а кто это вообще такой?

Они позвонят в полицию.

И это значит, что у разведчика должен быть бизнес, или у него должна быть работа, причем реальная.

Причем желательно та, которая позволяет ему зарабатывать достаточно на жизнь, по крайней мере, не только на жизнь, а еще и на работу.

Потому что, естественно, государство может помочь разведчику деньгами, но постоянно подпитывать его – это опасный трек.

То есть любая транзакция, любая передача денег – это опасное мероприятие.

То есть если разведчик сам зарабатывает те деньги, которые ему нужны на разведработу, а не только на жизнь, это прекрасно.

Обычно так и получается.

Третья работа – это, как я сказал, самосовершенствование.

Это постоянный подъем снизу общества, где он оказывается, до самого верху, там, где живет.

живут люди, которые являются как раз секретоносителями.

Представьте себе, что разведчик, нелегал, и в частности мы с супругой, приехали в страну нашей боевой работы, первую в Канаду, с одним чемоданом.

Мы, естественно, никого не знали, нас никто не знал, никакого статуса у нас не было.

А те люди, которые обладают секретами, это люди, находящиеся на высших стратах общества.

Это люди в основном богатые, очень хорошо образованные, прошедшие долгий жизненный путь общения с такими же, как они, или выше их.

То есть это люди очень сложные, интересные, с большим жизненным опытом.

И им интересно только с теми, кто может им что-то еще принести.

По крайней мере, такими же, как они.

Они живут в своем обществе.

И если вы хотите с ними работать, вы должны быть на их уровне.

Человеческом, образовательном, уровне интересов и так далее.

То есть вы должны...

приходя к ним, нести им либо какое-то знание, которое у них нет, либо контакты, которых у них нет, либо вы должны быть очень интересной личностью сами по себе, которая привлекала бы их внимание.

Я приведу пример.

Вот пару лет назад умер один из знаменитых российских разведчиков Юрий Шевченко.

Он проработал долгие годы в Европе,

под прикрытием художника.

И вот этот статус человека, занимающегося искусством, позволял ему работать с людьми, находящимися на соответствующей позиции в обществе, которые принимали его как своего, потому что он уникальный человек.

И насколько я понимаю,

Через него в определенное время, в 80-х годах, Советский Союз тогда еще получал до половины всех секретных натовских документов.

Карьера разведчика-нелегала выстраивается в долгую.

Конечно же, есть первые этапы, когда он только обосновывается.

притирается к этой ситуации, а потом начинается подъем, подъем, подъем.

И мне пришлось, по крайней мере, пройти три высших образования уже за рубежом.

Первое образование экономиста в Канаде, потом МБА в Париже и потом гарвардскую школу государственного управления.

Для того, чтобы соответствовать и выйти на тех людей,

которые являются для нас важными.

Вы в университете общаетесь с людьми, которые имеют большой потенциал роста в обществе.

Они приходят туда для того, чтобы чему-то научиться.

Это люди сами по себе уже заряженные на рост.

Это люди сами по себе интересные.

Это люди, которые хотят сделать карьеру.

И, например, вот в Гарварде это были люди на программе, например, государственного управления.

Это были люди, которые уже поработали.

Это была программа, то, что называется, mid-career.

Людей, которые прошли определенный жизненный опыт, им уже, по крайней мере, 35-40, если не больше.

И это для них...

либо скачок в карьере, либо переход на другую работу.

Там было много очень богатых бизнесменов, которые сказали, хорошо, я деньги свои заработал, теперь я хочу сделать что-то интересное.

Ну, там были и военные, там было много иностранцев, которые американцы по программам привлекают для того, чтобы их

С одной стороны, образовывать в американском понимании мира, а с другой стороны, специально, чтобы налаживать с ними контакты, чтобы они потом становились проводниками американской политики.

И вот мы специально готовились, пытались войти в такие образовательные круги, которые позволяли бы нам обеспечить этот рост.

Любой человек, не только разведчиков,

ставя себе задачу, жизненную задачу, кем я хочу быть через пять лет.

Что я хотел бы сделать?

Должен поставить задачу хорошо.

Если я хочу такой карьеры через пять лет,

А кто вокруг меня должен быть?

Кто мне поможет это сделать?

И, соответственно, ставить задачу на общение с теми людьми, на знакомство с теми людьми, которые отвечали бы этой задаче.

Точно так же и разведчик.

Он понимает, какое задание перед ним стоит, а перед ним могут стоять как очень долгосрочные задания.

Например, отслеживание изменений в политической системе страны.

Изменения в платформах политических партий, которые влияют на принятие решения.

Так и ситуативные.

Например, будет встреча первых лиц государства.

И нужно понять, с какой повесткой, например, американская или другая сторона идет на эти переговоры.

Что она хочет, чего она хочет добиться, кто там будет участвовать, как они воспринимают нашу сторону и так далее.

То есть это вещи, которые делаются под ситуацию.

Вам нужно отработать это быстро, к определенной дате и так далее.

Естественно, для того, чтобы это сделать, нужно заранее готовить позиции.

Вы не можете это сделать с нуля.

И вот если вы конкретно понимаете вашу задачу или задачи, вы можете определить, а кто вам нужен.

До кого вы можете дойти, как туда дойти, есть ли промежуточные звенья, есть ли люди, которые выведут вас на определенного человека.

То есть это...

Задача планирования.

Задача постановки целей и потом планирования работы.

Какие пути создания вокруг вас, количество людей, подтягивания к себе, знакомства.

Есть три пути.

Три типа людей, на которых мы можем опереться.

Первый тип людей – это такие суперкоммуникаторы.

Мы их называем коннекторами.

это люди по своему характеру, по своей харизме, притягивающие к себе.

Если вы посмотрите вокруг себя, и в вашей организации, и в школе, и в университете были такие несколько человек, вокруг которых все крутились.

Обычно в классе есть пара мальчиков, пара девочек, которые являются центром внимания всех остальных.

И наша задача — найти этих людей,

супер-коммуникативных, у которых большие связи, большой круг связей, и стать их друзьями.

Таким образом, люди, которые крутятся вокруг них, начнут крутиться и вокруг вас тоже.

То есть вы перезнакомитесь так или иначе с ними.

Это первый тип людей.

Второй тип людей – это люди, так называемые, конденсаторы.

Это люди, у которых есть информация, ресурс, опыт и так далее, который важен для других.

И поскольку любое отношение — это обмен чем-то, задавая себе вопрос, а чем я буду обмениваться, ведь я могу обмениваться тем, что у меня уже есть, или я могу обмениваться тем, что я у кого-то возьму и отдам другому.

То есть я являюсь брокером таким, да?

Вот если вы найдёте таких людей, которые очень много знают, обладают каким-то ресурсом, и станете их друзьями, вы можете использовать их связи, их ресурс, их знания для того, чтобы эти знания или что-то другое давать другим.

И таким образом получать уже за чужие знания что-то для себя.

И третий тип людей –

это люди, которые могут либо вам помочь с чем-то, с контактами в основном, конечно, да, либо, наоборот, не дать вам куда-то выйти, не дать вам с кем-то познакомиться, не дать вам, ну, например, секретарша начальника какого-то, да, она может вам помочь встретиться с этим человеком, если у вас хорошие отношения, а может делать все, что возможно для того, чтобы

Этот контакт не состоялся.

Иван Иванович опять в командировке, он занят.

Быть барьером между вами на пути к этому человеку.

И надо видеть, кто вокруг вас является либо мостом, либо барьером.

и, соответственно, с ними выстраивать отношения, чтобы снимать эти барьеры или, наоборот, строить мосты.

И тут вот у нормального профессионала возникают три вопроса.

Когда перед ним оказывается новый человек, он задаёт себе три вопроса.

Первое.

А опасен ли для меня этот человек, если я вдруг с ним познакомился?

Опасен или нет?

То есть для разведчика понятно, что опасными могут быть люди,

Работающие в спецслужбах недружной страны, в полиции, это могут быть люди, связанные с криминалом.

Вас увидят вместе с этими людьми, а потом начнется проверка, а почему вы с этими людьми, а почему вдруг...

Что общего между вами и человеком, который находится на учете в полиции?

Следующий вопрос, который разведчик себе задает, это вопрос, насколько интересен этот человек.

Он может быть интересен, может быть не интересен.

Он может быть интересен как ступенька к другому человеку.

Просто он сам вам не нужен, но это человек, который знает кого-то, кто вам нужен.

И поэтому может к вам туда привезти.

И третий вопрос, который разведчик себе додает.

А насколько будет сложно выстраивать отношения с этим человеком?

И если вы видите, что не получается с таким человеком химии в отношениях, очень сложно идёт, вы можете задать себе вопрос, если я убью столько времени для того, чтобы выстроить отношения, и они так и не выстроятся, я так и не получу результат, потому что я по опыту знаю, что с такими людьми мне сложно.

Ну, зачем я буду тратить время?

Я откажусь.

А дальше начинается процесс выстраивания отношений.

А для этого человека нужно изучать, нужно задавать вопросы, с ним нужно встречаться, с ним нужно проводить время.

И это очень затратный процесс, это очень эмоциональный процесс.

Разведчик затрагивает вот в этой работе огромное количество эмоций, потому что каждая встреча, человеческий обмен, он требует от вас вложения.

Вы не можете лицемерить, вы не можете быть холодным внутри, потому что это сразу человек почувствует.

Вы должны реально хотеть

добра этому человеку.

Вы реально должны быть заинтересованы в его внутреннем мире для того, чтобы он почувствовал, что он вам интересен, что вы не просто проводите с ним время для галочки.

Тогда он будет также относиться к вам, он будет раскрываться, он будет с вами честным.

И для того, чтобы выстроить отношения между людьми, это ведь представьте два совершенно разных человека,

работающих на разных работах, с разными характерами, с разным опытом.

Между ними очень много барьеров, натуральных барьеров, которые их разделяют.

Вот строительство человеческих отношений – это постоянное срезание вот этих вот барьеров, которые существуют между людьми, когда они начинают уже чувствовать друг друга, ну…

между ними открытое пространство.

Вы должны быть хорошим слушателем, вы должны создавать атмосферу общения соответствующую, вы должны выискивать и создавать интересные мероприятия для того, чтобы человек, встретившись с вами, прошел хорошо время, ему понравилось бы.

Вы управляете этим процессом.

На этом пути у вас будут ошибки,

И вам нужно внимательно контролировать себя, контролировать своё поведение, задавать себе вопросы, насколько удалась встреча, насколько то, что вы планировали, те вопросы, которые вы хотели задавать, получили какой-то ответ и эмоциональный, и фактический и так далее.

Первый контакт.

Как идти на него?

Как, в общем, выйти на человека?

Ну, смотрите, чтобы выйти на человека, во-первых, нужно поставить задачу.

Если вы хотите с кем-то познакомиться, надо понять, с кем и почему.

Человека надо изучить.

Задача первого контакта, единственная задача первого контакта, это чтобы был потом второй контакт.

Другой нет.

Если нет второго контакта, то ваш первый контакт ничему не нужен.

В первом контакте вы должны одновременно сделать две вещи.

Попытаться понять человека, чтобы предложить основу для второго контакта.

То есть ему надо задать какие-то вопросы.

И чем больше вы о нем знаете, тем проще.

И выстроить первое впечатление, чтобы человек вам симпатизировал, чтобы не было отторжения.

Если будет отторжение, даже если будет какая-то основа для продолжения контакта, человек, скорее всего, на него не пойдет, если вы ему не симпатичны.

Когда вы идете на первый контакт, вы, конечно, боитесь, что он не состоится, что он не получится просто.

Ну, человеку вы не понравитесь.

Он вас будет отторгать.

И очень многие люди просто боятся идти на первый контакт.

Это нормальная совершенно боязнь, это нормальное состояние человека перед неопределённостью.

Это точно так же, как прыжок с парашютом.

То есть вам просто надо верить, идти вперёд, и всё.

И со временем вот эта боязнь первого контакта, она становится меньше.

И она не стирается до конца никогда.

Ну, точно так же, как вы спросите артистов, когда они выходят на сцену в тысячный раз, всё равно они волнуются.

Все равно они думают о том, а как?

Вот сегодняшний спектакль будет, как я?

Это нормально.

Вот это состояние небольшого стресса, оно мобилизует.

Это хорошо.

Состояние большого стресса демобилизует.

А для того, чтобы этим стрессом управлять, нужно просто им управлять, нужно тренироваться.

То есть простые вещи...

попытайтесь с людьми заговаривать при любой похожей ситуации.

Вы стоите за кофе в очереди.

Скажите что-нибудь.

Посмотрите на их реакцию.

Многие от раз оттернутся и скажут, что за идиоты.

А многие начнут с вами разговаривать.

Улыбнитесь.

Например, если вы идете в лист и улыбнетесь людям, не все улыбнутся вам в ответ.

Просто они не готовы к этому.

А вы нарочно заходите в лист и улыбаетесь.

И посмотрите на их реакцию.

А потом, через некоторое время, вам станет всё равно.

И тогда ваш уровень стресса будет на контролируемом уровне.

То есть вам должно быть немножко всё равно.

А улыбку как-то можно тренировать?

Улыбку можно тренировать, конечно.

Улыбку можно сколько угодно тренировать.

Просто улыбайтесь.

Есть такое, что может человек считать это как неискреннее?

Нет.

Вы же вкладываете в улыбку искренность.

Скажите человеку перед вами, даже если вы его не знаете, что он вам симпатичен.

Просто так улыбнитесь, как будто вы ему симпатичны, и он вам симпатичен.

Это самоубеждение.

То есть у разведчика, конечно, как во многих профессиях, где нужно коммуницировать с людьми,

Нужно себя убеждать, нужно поддерживать себя в том смысле, что эмоционально, ведь когда у вас вы эмоционально заряжены на что-то хорошее, у вас это обычно хорошо и получается.

А когда вы чего-то боитесь, ну, тогда понятно.

Вы можете контролировать свою мимику, вы можете контролировать свое тело.

Вы понимаете, что в ситуации, которая...

может быть, вы переходите границу с фейковым паспортом или что-то вроде этого, что на вас будут смотреть.

Есть камеры, которые смотрят на вас.

То есть вы должны телом всем показывать, что у вас все хорошо, что вы не волнуетесь.

Если вы задаете себе вопрос как человек, а как я должен себя вести?

Вы так и будете себя вести.

Обычно люди, которые не думают об этом,

не готовятся к этому, по ним стресс виден.

А разведчик, он профессионал в этом, он понимает, что на него смотрят.

Разведчик вообще должен жить так, как будто за ним постоянно следит камера.

Это такой хороший опыт.

Попробуйте вот так просто каждый день, ну, не обязательно каждый день, возьмите один день, и попробуйте жить так, как будто вас все время снимают.

И вы начнете корректировать ваше поведение.

Тогда вы можете контролировать свои реакции.

И у разведчика складывается такая профессиональная задержка, секундная задержка, что он не реагирует на что-то сразу.

Он дает себе чуть время подумать, осознать, что это такое было.

Ну, например, если вы идете по Нью-Йорку.

И вдруг, ну не дай-то бог, меня откликнут моим

русским именем.

Мало ли какой там друг, уехавший в Соединенные Штаты, вдруг, которого я уже забыл, а он, оказывается, там живет.

Это позволит мне не обернуться.

Это позволит мне сначала подумать, а кто это может быть и что это может быть.

И контролировать свое поведение.

И с точки зрения профессионала, особенно профессионала, который, в общем, обладает навыками наружного наблюдения,

Он понимает, что вся ситуация вокруг него может быть снята на камеру.

Есть разные люди, которые на него смотрят.

Он, соответственно, ведёт себя, как будто он на виду всё время.

Бывает, люди ошибаются.

Совершенно нормально.

Вопрос, как потом это отлегендировать, почему вдруг кто-то вас узнал или обознался, естественно, да?

Но ведь с точки зрения вот чисто такого языкового перехода на русский язык после многих лет работы на английском вы уже не будете так реагировать.

Он у вас сидит в подкорке.

И вы забываете свое российское прошлое.

Мы с супругой ловили себя много раз на том, что мы вспоминаем того, чего не было.

Мы вспоминаем нашу легенду с точки зрения нашей памяти о детстве и так далее, а не вспоминаем то, что было реально.

Просто вот как в театре вы вживаетесь в эту роль,

И она заполняет весь ваш мозг, а что-то, что там реально было, уходит под корку и там живёт.

Пока вы его не трогаете, вы о нём и не вспоминаете.

Человек — очень гибкая вещь.

Психология человека позволяет большую гибкость для выживания, для адаптации.

То есть вот если целенаправленно с человеком работать, можно получить очень интересные результаты с точки зрения психики.

А какая легенда была у вас с супругой?

Ну, мы канадские граждане, родившиеся в Канаде, от канадских родителей.

То есть, в принципе, какие могут быть связи с Россией?

Да никаких.

А бизнес, которым вы занимались, который выстраивали?

У нас было несколько бизнесов.

То есть у нас первый бизнес, это был бизнес доставки.

Мы продали этот бизнес китайцу в 1995 году.

И он до сих пор так и работает в Канаде.

В конце нашей карьеры основным моим бизнесом был бизнес стратегического планирования.

работы с корпоративными государственными клиентами для изучения вопросов будущего, вопросов планирования их корпоративной деятельности и так далее.

Ну, а кроме того, еще пришлось поработать в консалтинговых компаниях.

Вообще, жизнь разведчика-нелегала — это не работа, это судьба.

целиком посвящена одному.

И все ваши бытовые вещи, так или иначе, они как-то параллельно вставляются в то, что вы делаете.

Даже если вы куда-то едете в отпуск, если вы куда-то едете, вы всё равно думаете, а кого вы там можете встретить, с кем вы там можете познакомиться, как я могу использовать то время, которое есть, для чего-то связанного с разведработой.

Это занимает весь ваш мозг.

Это занимает всё ваше время.

Потому что вам приходится работать с людьми, которые много выше вас по статусу.

Это иногда рискованно с точки зрения... Не в том смысле, что какой-то такой боевой риск.

А риск того, что не получится из-за того, что разница в статусе очень большая, вы волнуетесь больше, чем надо.

Но я не могу использовать имена.

Но мне пришлось выходить на человека, работавшего в предыдущем достаточно высоко в правительстве, не напрямую.

Сначала выйти в его организацию, в его окружение, потом к нему.

Прямой выход на такого человека без понимания, что ему интересно.

без того, чтобы вы могли опереться на тех людей, которых он знает уже в отношениях.

Он очень сложен.

Между вами нет ничего общего.

Ни по возрасту, ни по статусу, ни по бизнесу.

Я представлял бизнес, хотя достаточно инновационный, но он был государственным служащим.

То есть в принципе тоже прямой связи нет.

Это значит, вы должны найти в них какую-то жилку, когда им становится интересно либо вам помогать, либо...

вам что-то подсказать с точки зрения совета, прийти за советом, либо... Но опять же, когда вы приходите за советом к ним, вам нужно сделать так, чтобы им было приятно давать этот совет, чтобы они, их внутренний статус,

был доволен, так сказать, что вот я достиг таких позиций, ко мне приходят люди с вопросами, где я, я могу отдать что-то.

Ведь с точки зрения просто возраста людям, которые прошли уже карьеру и вообще, так сказать, пожившим, им часто более интересно отдавать, чем забирать у кого-то.

Они

Это приятное чувство, когда вы кому-то помогли, что-то сделали для другого.

В любой культуре.

Это по молодости хочется все для себя, а там дальше все по-другому.

И надо использовать это.

Надо использовать их опыт, их широту души иногда очень часто.

Это люди, которые хорошо, уверенно себя чувствуют в обществе.

Способны ли вы уже с первого общения определить, ага, вот этот человек такой-то, а вот этот такой-то, к нему такой подход, к этому такой подход?

В целом это так.

То есть человек, так или иначе его характер,

выражается во внешних признаках, и уж когда вы начали с ним разговаривать, точно в том, как он себя ведёт.

Например, человек такого нарциссического склада, который...

хочет создать имидж себя, вы его увидите и по позиционированию среди других, и по позе, и по одежде, что он хочет быть на виду.

Естественно, чтобы работать с этим человеком, вам...

будет сложно работать, если вы не будете этот статус как-то поддерживать, делать комплименты, ни в коем случае не пытаться быть более, как бы сказать, модным, чем этот человек и так далее, входя в конкуренцию с ним.

Вот ему хочется такой имидж создавать вокруг, но ему не нужны будут конкуренты, которые...

ярче его.

Это люди, которые хотят быть ярким.

Есть люди противоположного плана.

которые замыкаются в себе, они тревожные.

Для них главное, чтобы не случилось чего-нибудь, что испортит их жизнь, что сделает... создает проблемы какие-то.

Вот с этими людьми нужно терпение, терпение.

Нужно так, чтобы они вас не боялись, чтобы они к вам привыкли.

Вы знаете, если я скажу, кто этот человек был, наверное, это будет неправильно.

Но этот человек из очень закрытой

этнической организации.

И человек, в общем, находящийся с государством в конфликте.

То есть этот человек уже подозревает всех вокруг, что они несут для него опасность.

Но этот человек был очень умный, начитанный.

И чтобы с этим человеком хотя бы начать общаться, как-то заговорить, мне пришлось несколько дней просто провести рядом в библиотеке, чтобы он привык, чтобы он видел, чем я занимаюсь, что я нормальный, я не агент государства, что я не несу никакой... Я просто человек, как он, точно так же, работающий в библиотеке студентом.

Это, получается, первые – это такие эгоцентричные люди, вторые – закрытые.

Есть люди очень, как бы это сказать, очень, ну, давайте скажем, очень уверенные в себе, для которых вот есть тот мир, который у них есть, и другого нет.

Вот они постоянно живут по собственным правилам игры и навязывают свои правила игры всем остальным.

Это люди, которым вы не можете перечить.

Опять же, понимаете, в чём дело?

Если вы просто под них будете постоянно подстраиваться, вы покажетесь для них слабым и неинтересным.

Если вы постоянно говорите «да, да, да».

Но

Вы должны показать свой характер и свою ценность не сразу, но потом, чтобы они воспринимали вас как человека с собственным мнением, но принимая то, что у них есть собственное мнение.

И не пытаясь их каким-то образом на путь другой направить.

Это такая грань.

когда если вы просто принимаете все, что они навязывают вам, вы теряете для них ценность, им с вами неинтересно.

Вы для них такой зависимый от них человек.

Вас такая позиция не устраивает, потому что это будут неравные отношения.

Сразу же.

Но вы должны на первых этапах принять их ценности.

не теряя свою.

И четвёртый тип, насколько я для себя вижу, это люди, наоборот, такие очень мягкие, очень готовые, очень зависимые от эмоций, взаимных эмоций.

которых надо постоянно держать в разговоре.

Они во многом болтливые какие-то, понимаете?

Потому что им обязательно нужно вот это окружение иметь вокруг себя.

которые делают комфортные ситуации вокруг.

Им надо постоянно коммуницировать с кем-то, но коммуницировать эмоционально, чтобы у них была эмоциональная среда какая-то.

Из этих четырёх типажей какой ближе к вам?

Вот это очень хороший вопрос, но на него будет очень хороший ответ.

Дело в том, что разведчик должен быть посреди всех этих типажей.

У него нас специально отбирали таким образом, чтобы мы не были сильно ни в один.

Потому что если вы будете сильно...

походить на один из этих типажей, вам сложно будет работать со всеми остальными.

И выбираются люди гибкие по психике, которые, в общем, находятся в центре.

Они немножко имеют качество со всех четырех.

Профессионально я должен быть там.

Я должен быть сбалансирован.

А были ли у вас люди, когда вы были разведчиком, с которыми получилось выстроить настолько теплые, хорошие, приятные отношения, они стали действительно близкими друзьями, и это ударом стало?

Да, конечно, да, это стало ударом.

Более того, некоторое время назад, уже во время ковида,

Мне позвонил один человек, он, правда, не американец, нашел меня в интернете, позвонил и сказал, слушай, ну вот мы были друзьями, это же правда, да?

То есть ты же, вот это не фейк, мы на самом деле были друзьями.

Я говорю, да, конечно, на самом деле были друзьями, да.

Но я не могу к этому человеку вернуться, потому что тогда сразу будет вопрос, а что ты, так сказать, с российским разведчиком опять возобновил отношения?

За ним придет к нему спецслужба, и зачем ему портить жизнь?

А какие эмоции после вот этого разговора?

Ну, какие эмоции, слушайте, ну...

Мы реально были друзьями.

Жалко, что ситуация такова, что человек очень хороший, очень умный, приятный.

Издержки профессии называется, когда приходится быть в таких ситуациях, когда человеческие отношения страдают.

Они страдают.

Разведка, знаете, это, я уже говорил, не фабрика счастья.

И у вас, во-первых, трудная работа.

Суперинтересная.

Я никогда не жалел и не пожалею, что я работал в разведке.

Тем более в нелегальной разведке.

Это самая интересная работа.

Можно даже назвать романтичная.

Рядом с этим...

Вы создаете сложную жизнь и для своих родителей, и для своих детей.

И это серьёзное испытание для родителей, которые не видели своих внуков, которые скучали по нам.

Некоторые ушли в мир иной, пока мы работали там.

А дети, когда узнали то, что вас зовут по-другому, и вы из другой страны, как они на это отреагировали, как пережили?

Сколько вот период адаптации?

Был очень большой стресс, надлом, поскольку жизнь перевернулась не по их вине, а они были взрослыми людьми, уже им было 16-20.

Слава Богу, она наладилась.

Но в любом случае это большой удар по ним.

Их там выкинули из университетов, выкинули из страны и не дали доучиться.

Потом строили козни всякие разные долгие годы.

И они оказались в России без языка, без понимания, что дальше, в обстановке совершенно чуждой для них.

со сломанной карьерой.

Должны годы быть.

Годы прошли, прежде чем они нормально адаптировались.

Но, слава Богу, адаптировались, потому что у нас были и остались очень хорошие человеческие отношения.

И это помогло.

Они нам доверяли.

они в конце концов поняли, зачем мы это делали.

Это не упростило их жизнь, но по крайней мере они понимают нашу мотивацию.

Вот когда вы вернулись на родину, вы же с женой общались только на английском языке.

Ну, по сути, да.

Конечно, привычка старая.

Трудно ли было привыкать к русскому?

Или вы до сих пор немножко проскакивает англицизм?

Да не только проскакивает, очень сильно проскакивает.

Даже сколько времени уже прошло,

всё равно большая часть нашей коммуникации идёт на английском языке.

Частично на французском немножко, но в основном на английском.

А вся коммуникация с детьми, она так или иначе русско-английская такая.

Странным образом слова то одни, то другие.

Это привычка, просто привычка.

Переходить на русский обратно не столько сложно, сколько как-то странно.

У вас стерлись слова, вы не можете их найти в памяти, влезут...

французские, английские слова, русские забытые, и акцент сначала был, потом он прошёл.

Ну, это просто такой переход из достаточно глубокого погружения в один язык в другой.

Но, конечно, переходить на родной язык проще, чем на любой другой, естественно.

Потому что в голове он у вас живёт всё равно.

А вы сейчас уже в России всё ещё находитесь в режиме разведчика?

Нет, конечно, не нахожусь.

Но какие-то принципы, подходы и…

Конечно, когда вы сформированы этой работой, вы не можете измениться, вы не можете это забыть, вы не можете вести себя по-другому, потому что у вас характер уже сложился так, ваш опыт сложился так.

Вы так или иначе вписываете весь ваш предыдущий опыт в то, что вы делаете.

Говорят, бывших разведчиков не бывает.

Не в том, что не бывает, а в том, что складываются личные качества и...

привычки и подходы, которые вы, естественно, переносите уже на другую жизнь.

Когда вы переходите из активной работы в отставку, вы всё ещё живёте работая, вы понимаете, что вы выключены из этой игры, потому что по вопросам секретности вы не имеете права, так сказать, туда вернуться, чтобы испортить там мало ли чего.

Это не ваше дело уже.

Оно

Такие вот эмоциональные всякие разные вещи есть.

Это нормально, это издержки профессии, но уж если вы выбрали эту профессию, так получайте.