Родители после развода: почему дети теряют отца? | Острая дискуссия в студии

Неравные шансы.

После развода российские дети в три раза чаще теряют связь с отцом, чем с матерью.

В общественной палате заговорили о родительском равноправии не на бумаге, а на деле.

Ведь чаще при расторжении брака суды встают на сторону женщины и оставляют жить несовершеннолетнего ребенка с ним.

Нужно ли обязать, чтобы дети по очереди жили с мамой и с папой?

И не навредит ли такая практика самому ребенку?

Вопрос спорный.

С мамой и папой после развода.

В России могут ввести автоматическое равное проживание детей с обоими родителями, когда они официально расторгли брак.

Полгода с мамой и столько же с отцом.

С такой инициативой выступили в общественной палате.

Это позволит избежать затяжных судов, которые, по мнению общественников, часто приводят к необъективным решениям.

Авторы инициативы напоминают, что для ребенка важны оба родителя.

Общественники ссылаются на успешный опыт ряда стран, где аналогичная система эффективно работает уже не первый год.

Там при разводе автоматически устанавливается попеременное проживание ребенка с обоими родителями.

Конкретный график они согласовывают самостоятельно, исходя из интересов ребенка.

В России ежегодно разводится около 650 тысяч семей.

В 95% случаев суды оставляют детей с мамами.

При этом семейный кодекс ставит интересы ребенка на первое место.

Делят детей российские звезды.

Сын Павла Прилучного и Агаты Муцинеец и Тимофей после развода остался жить с отцом.

Актриса обращалась в суд, утверждая, что ребенок живет с Прилучным не по своей воле, а отец настраивает сына против нее.

Однако экспертиза подтвердила, мальчик хочет жить с папой.

В мае суд принял решение оставить Тимофея с отцом.

Если супруги осознали, что не могут дальше жить вместе и приняли решение развестись, им необходимо определить место жительства детей.

Так можно ли договориться о том, чтобы дети жили как с мамой, так и с папой?

Об этом сегодня и будем говорить.

С нами на связи автор инициативы, председатель межрегионального общественного движения, православный родительский комитет Вячеслав Клюев.

Здравствуйте!

Уполномоченный по правам ребенка в Москве Ольга Ярославская.

Приветствую.

Адвокат Алексей Городецкий.

Здравствуйте.

Детский и подростковый психолог Маргарита Агасарян.

Здравствуйте.

И священник Стахи Калатвина, многодетный отец Руслан Лойм.

Здравствуйте всем, приветствую вас.

Всем доброго дня.

Да, очень хочется обращаться.

Вячеслава.

Вячеслав, зачем нам нужен еще один закон, но теперь уже о паритетном проживании детей с родителями в разводе?

Для чего?

Очень пусто для того, чтобы вести семь с детьми и суд.

Развук очень много стало.

Практически год семьи показал, что мы уже приближаемся к такой ужасной цифре, что временами больше разводов регистрировалось, чем накоплений.

И совершенно новые социальные условия создались.

По 600 тысяч разводов ежегодно.

Примерно 500-600 тысяч детей ежегодно добавляются в категорию разведенных родителей.

И та ситуация, когда родители кидаются в бой, в суде дать, кто лучше.

Все это происходит на глазах родственных детей.

Вовлекаются дети в этот процесс по закону.

Они с 10 лет, их мнение, суд обязан высоко проводить экспертизу.

...численные опросы, визиты опеки и так далее.

Все это только разжигает семейные войны, абсолютно не способствует форту компресса.

Какие-то отношения к любви, к пряточности.

Люди приходят в эти войны, все красные линии, мыслимые, немыслимые, увлекают.

Это самое главное детей.

Говорит, что в итоге, кто руководит одним родителем, это ребенок...

во всех словах несчастный.

Как правило, все покрытые действия благополучия, они начинают страдать.

Здоровье, соматическое, психическое, психологическое неблагополучие.

Синдромы психологические образуются.

Ребенок выходит во взрослую жизнь с сильным искоренным восприятием сильного и неправильного, мужского, женского.

Ну и в итоге, даже из науки,

интересах детей, конечно же, сделать так, чтобы этого было.

Коллеги, у меня к вам... Вячеслав, подождите, пожалуйста, секундочку.

Коллеги, я очень прошу вас поправить связь с Вячеславом, потому что нам крайне сложно пока разобраться.

Мне хочется сейчас переключиться на нашего...

Уполновоченного по правам ребенка на Ольгу Ярославскую.

Ольга, ну развод вообще дело серьезное.

Я сама через это прошла.

У меня двое детей остались, скажем так, без отца.

Но слава богу, они у меня прекрасно общаются.

Вот как для родителей, так и для ребенка вообще.

Вот новый закон, он уменьшит вот эти вот травмы для детей родителей?

То есть опять, переключаясь на себя, я знаю, что мои дети очень долго это все в себе переваривали.

И смирились с происходящим, наверное, года через два, не раньше.

Здравствуйте.

Вы знаете, здесь надо понимать, как люди, которые разводятся, воспринимают в принципе своего ребенка.

Вот мы сейчас будем плодить законы, которые все равно могут оказаться, что они не будут работать.

Почему не будут?

Потому что обществу изначально больно.

Потому что изначально два взрослых человека не могут договориться.

А ведь проблема лежит в чем?

Ведь смотрите, все инструменты государства для того, чтобы это было щадяще для ребенка, они все созданы.

Они нормально работают.

Но вопрос только в том, что люди, ранее друг друга любившие, делавшие детей, имеющие совместный быт, по какой-то причине решили разорвать...

Хорошо, что не физически, но иногда это последствия такие же.

Иногда психологическое насилие над ребенком соответствует и физическому насилию.

И не могут два взрослых человека договориться.

Потому что они не хотят садиться за стол переговоров.

Они не хотят, они друг другу мстят.

И там разное там все.

Для меня как уполномоченного, и Вячеслав это знает, это самая большая боль.

Потому что здесь я как уполномоченный помочь не могу.

Здесь только решает суд.

То, что судебная практика должна быть пересмотрена, я согласна.

Но для того, чтобы родители сами договорились на берегу, как будет проживать ребенок, для этого не нужен закон.

Для этого родители должны уметь договариваться.

В Москве созданы семейные центры.

В каждом семейном центре есть медиаторы, которые... Обратитесь к ним, они помогут вам прийти к общему... Не помириться, а прийти к договоренности.

Но слушайте, все равно один хочет родитель, другой не хочет.

Вот мы создали эти службы.

Но в итоге-то посмотрите, ведь все от нас, от взрослых идет.

А во главу угла поставлен опять ребенок, который совершенно не вправе, потому что у него законные представители, он не вправе до 18 лет.

С 10 лет его действительно тащат, я по-другому не могу сказать, на суд.

Потому что опять, представляете, ребенка младшего дошкольного возраста спросить, кого ты больше любишь, маму или папу?

А выбери, пожалуйста.

Ребенок не должен быть предателем ни мамы, ни папы.

И вот эта история вообще иезуитская, то, что ребенка заставляют в суде выбирать, для меня вообще она категорически неверная.

А другого инструмента пока нет.

А маленького ребенка вообще никто не спрашивает.

Понимаете, здесь, мне кажется, мы будем сейчас концентрироваться на законе, а нам надо концентрироваться на здоровье общества и вообще о том, как мама и папа относятся к своим детям.

Ну то есть эта инициатива, она в принципе нас не спасет и детей наших не спасет.

Не спасет.

Я вот уверена, что не спасет.

Потому что даже сейчас есть решение суда, они все равно на решение суда не хотят договариваться и начинают просто воровать друг у друга детей.

Вот вам, пожалуйста, решение суда.

А что?

А что здесь решить?

И никакого наказания нет.

Судебные приставы их меняют место жительства, судебные приставы по всей нашей великой стране разыскивают.

При этом ребенка одна сторона отчуждает от другой.

Для этого достаточно год, чтобы ребенок возненавидел одного из родителей.

И потом они достигают 10-летнего возраста, ведут ребенка, просто рассказываю вам, заново проходят судебную процедуру, и ребенок уже говорит, а я не хочу, я вообще боюсь этого второго родителя, вообще боюсь.

Понимаете, и ребенок, он, ей манипулируют как угодно в своих целях.

Я причем хочу подчеркнуть, в данном контексте я не за мам и не за пап.

Они все хороши при разводах.

Я за детей.

А вот дети всегда пострадавшая сторона при разводе.

Для ребенка это маленькая смерть.

И ребенка еще делают свидетелем этой продолжительной огонь и заставляют на все это наблюдать.

Я согласна с Вячеславовым, что ребенок, вышедший из травмирующего развода, сто раз подумает, вступать ли в брак, заводить ли детей.

Сто раз подумают.

И я так думаю, что с большим прогнозом, что этот ребенок будет избегать брака и будет избегать быть родителем.

Потому что сам еле наверняка спасется от этого всего.

И то, что его мясорубка перемолит, это точно.

Поэтому еще раз говорю, моя боль, понимаю, что дети страдают, но два взрослых родителя, которые отвечают за него, почему-то этого не понимают.

А практика, действительно есть практика о том, что дети, можно воспитывать ребенка совместно, две недели у одного родителя, две недели у другого.

Я хорошо, это отлично.

Но это и сейчас можно договориться.

И сейчас ничего не мешает.

То есть ты людей все равно не заставишь, даже если будет закон, ты не заставишь мать или отца, который будет еще и манипулировать этим бедным несчастным ребенком.

То есть им нужно же еще как-то помириться, найти общий язык.

Да, один родитель переедет в другой город, один родитель переедет в другой город, и как ребенок ездит, а родитель скажет, что я принял решение уехать на Камчатку.

Все.

Все, никак же.

И что, опять же, то же самое будет.

Хорошо.

Руслан, вы у нас многодетный отец, у вас трое детей, и, насколько мне известно, все от разных браков.

Вот скажите, а дети с вами живут или они к вам приезжают?

Вообще, как у вас складываются взаимоотношениями?

И кто у вас девочки, мальчики?

И с кем из них, скажем так, попроще?

И возраст еще нам скажите.

Ирина, спасибо за вопрос.

Я абсолютно поддерживаю Ольгу Ярославскую, потому что сам прошел через многое.

Не хотелось бы сейчас вдаваться в конкретику.

У меня старшая дочь, ей уже 25 лет.

У меня сын, от второго брака ему уже получил паспорт в 2015 год.

И у меня очаровательная дочка, которая родилась 7 июня.

Майя.

И я могу совершенно точно сказать, что... Мы вас поздравляем.

Спасибо большое.

Да, мы растем.

Так вот, что я хочу сказать.

Я абсолютно уверен, что закон не сработает.

50 на 50, ну, вряд ли это получится.

По одной простой причине, я сейчас скажу, не из манипуляций, которые создают родители по отношению ко второму родителю.

Вот ты мне это сделаешь, дайте ребенка даму.

И сделаешь, не дам.

Я через все это проходил, и многие мои друзья и коллеги, которые были в похожей ситуации, все это видели.

Я сейчас не занимаю никакую сторону, поддерживаю Ольгу, я за детей.

Действительно, ну как ребенок поменяет, вы же понимаете, это социализация.

Это разные школы.

Это что, ему полгода учиться в одной школе, потом в другой?

Вы вспомните себя, новый коллектив, а школы, простите, секции, музыкальная школа, что-то еще.

Очень часто люди, да даже в разных концах Москвы, вот я живу на севере, мой сын живет на юге.

Вы представляете, каждый раз я еду к нему, я теряю два часа времени, два часа обратно.

И как я могу его куда-то свалить?

Я пытаюсь.

У меня есть мои отцовские дни, я с ним езжу в отпуск.

Старшая дочка вообще в другом городе.

Смысл следующий.

Я лично считаю, что надо решать вопрос предметно.

И закон, который заставит, обязует детей жить там и там по 50%, я думаю, он просто больше места не принесет желаемого результата.

Легче от этого не будет.

А у вас не было мыслей, чтобы все дети жили с вами?

Не хотелось ли?

Да, я как любой созидатель в какой-то степени, я не оправдываю себя, хочу этого.

Но вы же понимаете, у нас есть еще, помимо моего «хочу», огромное количество обстоятельств.

И, простите, я также думаю о детях.

Я вижу, с кем в данный момент ребенок максимально счастлив.

Я не могу быть эгоистом.

Для меня проще в какой-то степени видеть ребенка счастливым, быть рядом с ним в нужный момент, но если ребенку в самых начальных годах комфортнее с мамой, значит он останется с мамой, я это приму совершенно 100%, и буду другом, и буду постоянно на связи.

Я считаю, что непребывание человека в одной жилой площади является показателем качественности своих родительских полномочий.

Это немножко другое, это более глубокое.

Другом можно быть и созваниваться с ребенком, и видеться на выходных, и добиться гораздо больших результатов, нежели просто как зомби утром убегать на работу, вечером приходить с работы, пялиться в телек и там, сделал уроки, ну молодец, все, давай.

Ну и пожалуйста, где разница?

А какие у вас отношения с вашими бывшими супругами?

Слава Богу, отношения замечательные.

Ну, скажем так, примерно такие, как отношения с родственниками среднего звена.

То есть я воспринимаю этих людей совершенно ровно.

У меня нет, слава Богу, никакого противостояния.

И что самое приятное, наши дети видят модель,

в которой мама и папа по-человечески общаются.

Они не являются разными сторонами одной баррикады, и это самое главное.

И как правильно было сказано ранее Ольгой, ребенок, видя человеческие отношения между отцом и матерью,

Он не боится семьи.

Он понимает, что мама с папой живут, скажем так, в разных местах.

Но так вышло.

Обстоятельств бывает очень много.

Сейчас не будем это подробно разбирать.

Но если родители остаются людьми, если они общаются, если они обсуждают какие-то проблемы ребенка, если они в нужный момент консолидируются, это уже очень хорошо.

Это не значит, что нужно разводиться и жить таким образом.

Но если так случилось, то это наилучший вариант.

Ну, я вам скажу, что это, ну, дорогого стоит, вот, сохранить такие отношения, действительно.

Да, вы правы, очень сложно, но надо ставить цель и идти к ним, Ирина.

Я вас полностью поддерживаю.

Маргарита, хочу обратиться к вам, как к психологу.

Скажите, вот как сохранить такие отношения?

Как построить такую правильную стратегию развода, чтобы наши дети не страдали?

Вот с психологической точки зрения.

Ведь это очень сложно.

Понятное дело, что взрослые люди, ну, чаще всего, да, они просто готовы сгрызть друг друга.

И, конечно, дети являются такой разменной монетой, к великому сожалению.

у меня.

Да, спасибо, это действительно правда, и я согласна с тем, что отвечала до этого, потому что, кстати, как получается, один из главных тезисов – это увести семьи из судов, но получается в итоге так, что семьи, которые развелись мирно, они и так могут договориться о том, как это будет, а семьи, которые развелись в конфликте, в этом конфликте и продолжают быть судами, без судов, это не так важно, а страдают действительно дети.

И получается, для того, чтобы это всё работало, нам нужно абсолютное сотрудничество между…

между родителями и уважение, что далеко не всегда бывает.

Помимо всего прочего, мы должны учитывать возрастные особенности ребёнка.

Сложно представить, к примеру, как мы можем младенца отнять от матери на полгода или подростка выдернуть из его социальной ситуации.

К примеру, если он живёт с одним родителем, и там у него есть друзья, он через полгода переезжает к другому родителю, где у него нет друзей, а для него это особенно важно в этом возрасте.

Помимо всего прочего, представляете, это нужно иметь два комплекта всего.

То есть это учебники, книжки, вообще вещи.

Плюс совместное проживание еще не значит хорошее отношение.

Потому что можно жить под одной крышей, при этом не разговаривать.

И часто бывает, что сильно работающие родители могут просто попросить бабушек или нянь.

И в этом плане это не про то, сколько времени кто провел с ребенком.

Это исключительно формально.

Поэтому это звучит хорошо, по идее.

Действительно, оба родителя должны вносить равные вклады в воспитание ребенка, но как это реализовать, пока очень сложно.

Почти не представляется возможным, как раз-таки потому что, не знаю, может быть, это возможно только при условии того, что родители разводятся, и мы их обязываем идти в службу медиации или идти к психологу, и только когда они проговорят все, вообще все условия, свой взгляд на воспитание, правила, только тогда...

Это тоже не видится возможным, если честно, в современных реалиях.

Маргарита, а скажите, пожалуйста, а вот как ребенку-то вообще, тоже опять с психологической точки зрения, тут, говорите, два комплекта учебников, одежды, а два комплекта семьи это вообще как?

Два комплекта семьи, вы знаете, это очень сложно.

С одной стороны, у тебя два дома, а с другой стороны, у тебя ни одного, потому что ты не можешь буквально заикариться нигде.

Для ребёнка важно постоянствовать предсказуемость для того, чтобы вообще протекало как-то гармоничное его психическое развитие.

Поэтому он как будто разрывается на две части.

Представляете, в одном месте тебе можно одно, а в другом месте нельзя.

В одном месте тебе говорят одно, а в другом нет.

И какое тебе мнение из этого складывать?

Какой выбор тебе делать?

Это просто невозможно.

Дети становятся очень тревожными, у них действительно появляется много разных психосоматических реакций, нервных тиков, норезов и так далее.

Дети очень тяжело переживают подобные ситуации.

Но проблема правда в том, что родители не могут договориться, потому что сами пришли из очень разных, может быть, семей и имеют разный взгляд на воспитание, потому что у них был подобный.

И вот, возможно, в самом начале, если это можно как-то на берегу понять вообще, кого мы выбираем в свои партнёры,

похожий ли у нас взгляд на жизнь и на воспитание детей, и это будет определяюще дальше.

Поэтому я бы посмотрела на самое начало.

Ну это очень позитивно вы нам нарисовали, что еще при знакомстве, на стадии знакомства, подумай, с кем ты встречаешься.

Я хочу подключить отца Стахи.

Скажите, какое у вас отношение к этой инициативе?

И вообще, почему важно двум уже разведенным родителям принимать участие в воспитании деток?

Наша европейская и, в частности, русская цивилизация, которая построена на принципах Нового Завета и на принципах более широко, в принципе, библейских, в том числе и Нетфлого Завета.

Есть Новый Завет, это Новый Завет любви.

Люди действуют по любви, и на второй план уходит закон.

Уходит закон на второй план, однако, если любви не достает, то закон уходит.

нужны никакие правила.

Если у тебя любовь распудела, тебе нужно немножко правил, чтобы вот свою любовь

Если любовь совсем разрушилась, то эти правила включают.

Соответственно, когда любви много, и человек живет, даже если он неверующий, нерелигиозный, но в отношении к своей семье, к своей жене, к своему мужу, к своим детям, для него приоритет любви, он не будет разводиться.

Как только любви стало меньше по тем или иным причинам, люди рушат свою любовь, в таком случае уже может не обязательно она сразу вся утечет.

Может сохраниться та идеальная ситуация, когда люди разводятся, но при этом создают наилучшие условия для своих детей, в том числе...

когда люди друг друга терпеть не могут, но ради детей они не создают вторые семьи.

То есть для меня вот просто практически я смотрю на... Конечно, эта ситуация тоже искусственная.

На какой пример ориентир, когда люди развелись, но продолжают жить в одной квартире, как в коммунале?

Папа в одной комнате, мама в другой комнате.

И пока младший ребенок, вот он хотя бы студентом не станет,

то они не разводятся, они не заключают там второй брак, не пытаются там вторую семью построить.

Это тоже некоторая жертва.

То есть люди, да, увы, любовь друг к другу потеряли, но ради детей готовы на такие, можно сказать, неудобства.

Хорошо, а если... Соответственно, про закон.

Вот если да, если родители разводятся врагами, вот может этот закон как-то нам помочь-то?

С другой стороны мы смотрим, со стороны закона и со стороны судов.

Для нас это вот, ну, когда и близкие люди, там, ты сталкиваешься, это всегда маленькая тракедия, это центр жизни, неважно, хорошее отношение, плохие сохраняются.

Для судов это рутинная работа.

Для людей, вот как дворник, он подметает двор, это для него рутинная работа.

Так для судьи, у которого на потоке такие процессы, это тоже рутинная работа.

И ему некогда прочувствовать каждую.

Он просто выгорает, человек, и он не может прочувствовать каждую ситуацию.

Конечно.

Соответственно, когда законодатель ему дает закон, более четкие какие-то формулировки, которые постоянно совершенствуются, и постоянно, вот как некоторая такая подпорочка, вот у человека начинается рассеянный склероз, и он ходит сначала на палочке, потом с костыликом, потом ему приходится в кресло.

то есть разного уровня подпорки.

Поэтому совершенствование законов и вписывание туда деталей, оно не заменит любовь, но поможет, когда любовь разваливается, дать такую амортизацию.

Соответственно, если вот очень дельные... Я очень рад, что я не с нуля выступал, а до этого высказались дорогие наши собеседники, потому что вот все эти предложения, их тоже нужно учитывать в законе, потому что я немножко даже...

Вот по сравнению с тем, что хотел сказать вначале, тоже как раз отмечу, что вот эти наблюдения, что, например, да, закон дает возможность, что стартовая позиция – паритетное распределение заботы о ребенке.

Но не может один из родителей уехать в другой город.

Если он уезжает, то он отказывается от этой паритетности автоматически, то есть меняя место жительства, и права на ребенка переходят другому родителю.

Тоже, конечно, когда речь идет о том, что ребенок не учится рядом с домом, я ни разу с 1 по 11 класс не учился рядом с домом.

В разных местах переезжали, родители снимали.

И в школу ездил я всегда от 45 минут и даже пару лет, час 15, но родители тоже постарались потом чуть-чуть иначе поменять жилье, чтобы не так долго добираться.

То есть ради того, чтобы видеть и папу, и маму с ними чаще взаимодействовать, ребенку, да, вот эти трудности, дорога, много людей из метро, это, конечно, тяжело, и не всем это по силам, но, в принципе, характер это закаляет стойкость и подготавливает ребенка.

ребенка к студенческой жизни, потому что многие ребята, студенты... Это, наверное, все же мы говорим о более таких взрослых детях.

Алексей, давайте попробуем теперь с вами разобраться.

Согласно статье 65 Семейного кодекса Российской Федерации, родители сами могут договориться, с кем будет ребенок.

Если нет взаимного решения, то, конечно, в дело вступает суд.

Так вообще, в чем новизна-то этого закона, предложенного нам?

Здравствуйте, Ирина, здравствуйте, коллеги.

Вопрос в том, что этот закон, на мой взгляд, он вообще не соответствует инициативе, не соответствует закону и требованиям закона.

Ко мне часто обращаются родители в разводе и говорят, можем ли мы общаться с ребенком, проживать с ребенком, умеем ли на это право.

Я всегда говорю, что вы права такого не имеете.

У вас есть

Только обязанности заботиться о воспитании ребенка, содержать его, дать ему образование.

И здесь все забыли, что есть 55-я статья Семейного кодекса, которая утверждает, что ребенок имеет право общаться с папой и с мамой.

Это его право.

А воспользуется он этим правом или не воспользуется, это ему.

И в суде мы неоднократно определяем, определяли мнение ребенка, и оно первостепенно для суда.

И он спрашивает, с кем ты хочешь жить?

И были примеры, когда ребенок озвучивает свою точку зрения, мы назначаем психологическую экспертизу.

И выясняется, что на него оказывалось давление со стороны одного из родителей.

Суд это тоже учитывает.

Алексей, но это больше же про подрощенных детей.

Но малышей-то никто не спрашивает.

Да их бесполезно спрашивать.

Спрашивают.

Если малыши, то суд дает поручение органам опеки.

выяснить психологам, выяснить микроклимат в семье, определить влияние каждого из родителей на ребенка, как ребенок относится к каждому из родителей, и исходя из этого принять уже решение.

И приведу вам один пример интересной собственной практики, когда 10 лет было ребенку, его вызвали на опрос в суд,

Он достал телефон и за 6 лет показал все фотографии.

Вот мы с папой участвуем в реконструкции военных событий, мы солдатиков собираем, мы уроки делаем, мы спортом занимаемся, мы с папой туда, мы с папой сюда.

И он настолько искренне и живо об этом говорил, что у суда мысли не возникло о том, с кем оставить ребенка.

Почему мы этой инициативой должны лишить ребенка возможности высказать свою точку зрения?

Он говорит, я не хочу с мамой.

Жить мне неинтересно с ней.

Вот моя жизнь, я хочу вот этого.

Ну да, логично, мальчик скажет солдатике, а девочка куколке.

Вячеслав, скажите, смотрите.

Извиняюсь, я еще добавлю, как уже говорили мои коллеги, исследуют в совокупности огромное множество факторов.

И место проживания ребенка, есть ли у него там кроватка, рабочий стол, исследует его социум, друзья, еще что-то.

Это взвесь факторов неимоверны, чтобы приобрести.

система действует в интересах ребенка и направлена на его всецелую защиту.

И зачем ее ломать и менять, непонятно.

А то, что люди жалуются, что 90% решений в пользу женщин, вот к моему великому сожалению, я вижу то, что женщины просто ребенком больше занимаются.

И когда папа приходит в суд и говорит, вот я там купил ребенку курты,

Оставьте ребенка со мной.

Или когда ему мама пишет, он болеет.

Алексей, ну в принципе, здесь понятно, да, это уже такие судебные разбирательства, это органы опеки, вы абсолютно все правильно говорите.

Вячеслав, Алексей сказал, что в принципе ваши инициативы полная профанация.

Почему дублируется?

Объясните нам, пожалуйста.

Надеюсь, что связь наладилась.

Слышно меня сейчас?

Да, слышно.

Слава Богу.

Значит, объясню.

Тут дело в том, что воспитывать детей, давать им образование, передавать им жизненный опыт и прививать ценности, это не право родительское.

Откройте статью 38 Конституции Российской Федерации, это одновременно и право и обязанность.

И вот как раз в общественной палате и звучала эта мысль, что речь идет о том, что на сегодня практически половина родителей, то есть те миллионы, которые прошли через развод, половина из них не может надлежащим образом исполнить свою конституционную обязанность по воспитанию своих детей.

Они просто в большинстве своем не имеют доступа к собственным детям.

И бабушки, и дедушки не имеют доступа к своим детям.

И речь идет не о том, чтобы давать ребенку право выбора, с кем жить или с кем не жить.

Это же бессмыслица какая-то, да?

Пятилетнему, семилетнему ребенку мы спрашиваем, тебе мама нужна?

Он говорит, нет, не нужна, мне с папой в солдатики охота поиграть.

И мы на полном серьезе будем решения принимать.

К сожалению, судебные решения в огромном количестве.

имеет вот этот характер несправедливости, да и невозможно всего этого учесть.

А закон, ведь понимаете, мы же говорим не о том, что вот пришла идея, давайте вот сейчас всех поделим поровну.

Этой инициативе предшествовали многие годы конференциях научных, десятки докладов различных специалистов.

Мы получили 40-летний опыт со всего мира, как в разных странах это все учитывается.

Естественно, там все эти детали обговариваются.

Закон просто дает новое правило.

Он говорит, не надо спорить, вы оба нужны ребенку.

Но лучше, если вы договоритесь.

И таким образом стимулирует договориться.

Когда у родителей на обратной стороне паритет, либо возможность договориться, они быстрее договариваются.

чем когда у них возможность договориться, а с другой стороны возможность ребенка договориться.

Ну вот смотрите, Вячеслав, но все же мы, наверное, счастливы, потому что не для всех развод является такой грандиозной трагедией.

Вот многие, кстати, разведенные пары находят общий язык, и даже после того, как брак расторгли, вот, например, в семье иллюзиониста Сергея Сафронова, я предлагаю послушать, что он об этом говорит.

Я должен сказать огромное спасибо своей жене.

Своей Катеньке и моей первой жене Машеньке.

Знаешь, у меня уникальность... Как ты любя про всех жен?

Вот.

В этом есть уникальность.

Они у меня лучшие подруги.

Обе?

Они дружат.

Нет ли в этом лукавства определенного?

Нет!

Опять же, никто... Да я не провоцирую!

Не-не-не, я понимаю.

Мало кто верит, но я когда... Я даже не произношу этого слова «развод».

Но когда мы с Машенькой разъехались, первое, что я сказал, конечно, тогда плачущим детям, которые не понимали, что происходило.

Но я им сказал, ребят, у меня сын и дочь.

Я говорю, ребят, наша семья не распалась.

Наша семья стала больше.

У Машеньки появился Жора.

И мы с ним лучшие друзья на свете.

Меня Жора просто убил сейчас.

Маргарит, скажите, пожалуйста, вот как приятно смотреть вот такие вот сюжеты?

Как взрослым сохранить вот такие потрясающие отношения после развода?

Мы должны учитывать очень много факторов, но первый, наверное, из них — это высокая личностная зрелость.

Она либо сформирована, либо не сформирована.

Это огромный жизненный какой-то опыт.

Это то, сколько в самих родителей тоже было вложено, и их родителями, в какой семье они выросли.

То есть это не просто, скажем так, кнопка, на которую можно нажать и быстренько поменять.

Это огромная работа вообще над собой.

Это огромная...

Не надо осознания того вообще, что там, не знаю.

Мы должны чем-то жертвовать, мы должны идти на компромиссы.

Далеко не всегда взрослые люди просто готовы вообще это принять, отстаивая свою, скажем так, детскую позицию.

А если дети, скажем так, воспитывают детей, то что мы из этого тогда получим?

Маргарит, у нас Ольга, Ольга, пожалуйста, да, конечно, Ольга, у нас минуточка остается.

Да, вы знаете, у нас вот перед этим законом, мне кажется, нам надо вот о чем подумать.

Сделать обязательной, вот моя мечта, я же имею право, любой человек имеет мечтать, вот в этом направлении, так как я бессильна в чем-то, я мечтаю.

Вот идут люди писать заявление о разводе, если у них есть дети.

Они идут и им назначается обязательная информационная встреча.

где этим двум людям, взрослым, расскажут, что если они будут вот так относиться к своему ребенку, с вашим ребенком, у вашего ребенка будут то-то, то-то, какие-то проблемы.

Пускай психологи им расскажут.

Им бы там на этой информационной встрече сказали бы, сразу дали бы все адреса медиаторов.

И сказали, ребята, вот вам, если сами не можете договориться, идите вот туда-то, вам там помогут договориться.

Им бы дали какую-то информацию, потому что вот о зрелости, о которой говорила Маргарита, это очень важно.

Потому что действительно, если они незрелые вошли в семью и незрелые выходят, ребенок будет страдать.

А вот если мы можем хотя бы вот эту информационную встречу сделать обязательной при разводе, мне кажется, ну, может быть, и мои розовые очки мне мешают, но мне кажется, что люди не могут поступать так по отношению к своим детям.

Они что-то не понимают.

Правильно.

Они чего-то вот, извините, не догоняют.

Ольга, все, Ольга, все верно.

Ольга, все верно, абсолютно с вами согласна.

Мы, взрослые, должны начать с себя и думать о том, что жизнь, счастье наших детей в наших руках и разводиться нужно очень грамотно и аккуратно.

Должны ли после развода дети по очереди жить с мамой и папой?

И нужно ли это закрепить на законодательном уровне?

С вами была я, Ирина Слуцкая.

Увидимся завтра на телеканале Москва 24.

Берегите свои семьи и детей.