Слава Камiсаранка «Усё зразумела». Стэндап на беларускай мове.

Добрый вечер, сябры!

Витаю вас всех.

Добрый вечер всем.

У меня сейчас великий тур по Польше, потому что у меня нет документов, я не могу выезжать из Польши.

Поэтому тур великий.

Так.

Видите, когда я рихтовал свой выступ на белорусском языке, я писал новые жарты, дети перекладывал старые.

И потом я рассказывал свои жарты на белорусском языке своим сёбам не из Беларуси.

Как бы, разумеется, наоборот смешно в этой тени, но у меня ничего не отрывалось, потому что, когда я рассказывал свои жарты на белорусском языке своим сёбам не из Беларуси,

И они каждый раз сказали мне, слушай, а я всё разумел?

Я разумел за всем всё.

Я такой, супер, это же именно то, что я хотел от своих жертв.

Чтобы разумело было.

Людей будут пытать после концерта, ну, как прошло, было смешно?

Нет, было кристально ясно.

Мы разумели за всем всё.

Мне очень нравится, что в Варшаве так много белорусов, настолько много, что не так давно один белорус лезть не сбил меня на пешеходном переходе.

Можете уявить себе, земляк Амаль в землю отправил на машине с белорусскими номерами.

Я переходил дорогу, и он Амаль не сбил меня на машине.

Я гляжу на него типа «ты дурны», и он глядит на меня и познает меня.

Это было супер тупо, потому что я злой, я такой «ты дебил», и он такой «живи, Беларусь!»

Браковала только, когда он крикнул «Живи, Беларусь!

Водрозни не от тебя!» и сбил меня нахрен.

Как я сказал, у меня просто вилизарные проблемы с документами.

Я уже о мальстрате надею отрымать хоть некие документы, что я выросу связаться с одной фирмой, которая помогает отрымать гражданство карибских краин за инвестиции и грошовый унесок.

Такое же то зараз.

Так.

И я связался с сотрудником этой фирмы, и через несколько дней он мне телефонует и говорит, Вячеслав, у меня очень хорошие новости, у нас с вами все очень выдачно отрабатывается.

Вам остается только съездить в Беларусь и взять доведку, что у вас нет осужденности.

Так и все.

Я так и все?

Так я поехал.

Простота такая.

Я говорю, вы понимаете, это не могчимо.

И он такой, ну нам вельми она потребна.

Ну, мабуть, поспробуете.

Я такой, как?

Приеду в Беларусь и такой, я Слава Комиссаренко, дайте доведку, что у меня нема осудженности.

И они такие, так ты же криминальным вышику.

И я такой, але ж вы меня не зловили.

Давайте доведку.

Я еще знаю, я некоторое время назад встретился в Варшаве со Светланой Тихановской, и это была добрая встреча, но вот что интересно, это не я был инициатор, мне предлагали эту встречу, я не очень понимаю того, что это встреча Светланы, но почему я намеревался, что встретиться с Борисом Джонсоном?

Добрый день, ребята!

Так, и...

И встреча прошла очень хорошо, но вот что интересно.

У Светланы это была не первая встреча.

Перед нашей встречей она встретилась с Анджеем Дудой, с президентом Польши.

Можете себе представить, я встретился с президентом Беларуси, которая перед этим встретилась с президентом Польши.

А уже потом вечером мне нахамили в жабце.

Я такие, вы наводь не уявляете, кому вы жабсы не налечили.

Я очень сумею по Минску, я очень люблю этот город, и еще мне очень понравилось открывать его для других людей.

И однажды Тимур Каргинов, это стендап-комик, кавказец, и однажды у Тимура Каргинова был сольный концерт в Минске, я пригласил его к себе, до дома, на вечеринку к родителям, и Тимур такой «Слава, я всегда хотел побывать в Беларуси, наконец-то я познакомлюсь с вашими обычаями, с вашими традициями».

И мы с родителями такие «Что делать будем?».

И мать такая, может, драники?

И батька такие, круто, ты умеешь!

И мать такая, да закажем!

Подшелся, переполох!

И выникая со строка у Тимура в аэропорте, мы седаем в машину, и Тимур мне говорит, «Слава, расскажи мне сразу про какую-то самую незвучайную белорусскую традицию, чтобы я ничего не сопсовал».

И я такой, «Тимур, ты переоцениваешь мероприемство.

Не будет такого, что ты не так поглядишь на бульбу, и мы тебе как выпиздим с квартиры.

Все будет добро, Тимур».

И мы заходим до хаты, до меня, идем на кухню, и я говорю, Тимур, сюда не сядай, тут сидит мой батька.

И Тимур говорит, так, потому что он голова семьи?

Я говорю, нет, потому что кресло сломано, и только батька знает, как на нем сидеть.

Это старожитная белорусская традиция, ничего не выкидывать.

Если что, я так же собираюсь быть головой у своей семьи, но это очень сложно, даже не просто у семьи, а просто у отношений.

Да, потому что я однажды был в отношениях, а мальше с половых годов, и за этот час моя девушка начала 10,8 с проб перехопить уладу.

Но я белорус, и у меня уладу так просто не перехопить.

И это я ещё в усы не чапал, так?

Потому что вы, девчонки, вы за всё это, вы весь час пытаетесь всё контролировать.

Мы однажды пили с моими сёбрами, и моему сёбру позвонила жена, начала горлопанить.

«Ты видел, сколько часов?

Амаль, година ночи!

Ты обязал пройти в десять, знаешь, можешь совсем не приходить!» И у нас у всех так мощно сопсовался настрой.

Я говорю ему, блин, когда же ты с нами в ночной клуб не поедешь?

И он такой, да ка я поеду!

И я такой, как?

И он такой, да ко мне все одно дупа.

А так я с вами потанчу.

Разумный хлопец.

Вы, девчины, вы вельми добрые у сварках.

Вельми.

Вы можете уявить, девчина может образить навод комплиментом.

Я одной джи бачу, як одна девчина написала инши под фотографий «Наста, я тобой захапляюся».

Гэта так смело не подалять такую фотографию.

Яна, ёй пригожая, Света пригожая, ты смелая, малайчина.

Это жах.

Хлопец николи так не зробит.

Навод, коли у твоего сябра будет жудостная фотография, хлопец просто напишет, «Сержик, ты тут як дебил».

Ти, Сержик, бачно яйко подали, коли ты так не плановал.

Коли плановал, то ништяк, яйко бачно доброе.

Мы с хлопцами одразу тебе познали.

Ведайте, мне вельми шкода, что я только зараз выступаю на белорусской мове.

Я лечу, что треба было зробить гэта шмат раней.

И больше зато, коли б я почау выступать на белорусской мове раней, у меня бы не было нияких проблем с белорусским КДБ из Лукашенко, тому шо Лукашенко ничога не разумею на белорусской мове.

Я бы жартовал за всем, как хотел, и он бы сидел такой «Ничего не понятно, ну так неприятно!» Дякую, великие сябры!

Дякую вам всем!