СПАЛЬНЫЙ РАЙОН! Страшные истории на ночь.Страшилки на ночь.

Дорогие друзья, у меня к вам очень важная новость.

Всех прошу прослушать.

За весь период моего существования на ютубе, я неоднократно видел комментарии подобного толка.

Мол, вот хотелось бы узнать историю того или иного монстра, существа, чудика, иными словами антагониста в рассказе.

Откуда он взялся изначально, куда делся потом, его мотивы, желания, что им движет и так далее.

В общем, полный расклад.

А также и о том мире, откуда он взялся.

Наконец, представляю вашему вниманию новый контент.

Будет он как раз на эту тему.

На моем бусте появилась новая подписка, где я буду выкладывать целую энциклопедию на разных монстров, чудиков, существ и прочих тварей из разных историй, что выходили и выходят на моем ютубе, включая популярные истории.

Это будет как полный документальный материал на существо.

А именно, его мотивы, чем опасен, как его можно убить, страхи монстра, место его обитания, размножение, дальнейшие действия после основных событий рассказа и многое другое.

И все это, дорогие друзья, в моей озвучке.

Совсем недавно уже вышло аж два материала.

Про бабку и корову с лицом человека из полюбившегося вами рассказа «Погнали на шашлыки в деревню», которую мы озвучивали совместно с другими рассказчиками.

И про бабок, которые вечно куда-то едут по утрам из рассказа «Куда едут бабки утром».

Материалы вышли добротными и мощными, с огромным количеством подробностей, которых не было в основном сюжете истории.

А уже на следующей неделе выходит новый материал про Малинового Карлика, мир, откуда он взялся и некоторых других его обитателей.

которые уже встречались в моих старых рассказах среди них и пионер с плюшевой головой и пустоголовая и девушка-кошка завмак и даже мерзкий горбун если тебе интересно знать все о монстрах и ты хочешь слушать дополнительный контент то добро пожаловать на мой бустер новая подписка называется энциклопедия монстров не базовая ссылка в описании

Недавно я вернулся в спальный район, где жил в детстве с родителями, и решил прогуляться до старого двора.

Многое тут изменилось за 20 лет.

Соседние пятиэтажки обшили сайдингом отталкивающего темно-красного цвета, наставили разноцветные чистоколы, а на фундаментах нарисовали цветочки мелом.

Неизменным остался Т-62, который теперь смотрелся в центре двора еще более странно, чем в серые нулевые.

Никто не знает, откуда на детской площадке взялся настоящий танк.

На картах объект подписан как памятник технике, но никаких табличек и надзора за ним нет.

Нет даже постамента.

Я всегда думал, что его здесь бросили во время какой-нибудь войны, и он так и остался стоять.

Дети обожали вскарабкиваться на башню, а те, кто постарше, забирались на самый верх пушки и болтали ногами над землей.

Кабина могла стать классным укрытием или подобием шалаша, если бы ее не превратили в общественный туалет.

В шесть лет у меня появился лучший друг Никита.

Вечно чумазый, из многодетной семьи алкоголиков.

С утра до ночи он шатался во дворе, учил других вредным привычкам, подбивал на авантюры, в которые мне всегда было боязно, но страшно и интересно ввязываться.

Родители не разделяли моих восторгов от наших приключений и много раз запрещали играть с Никитой, но все бестолку.

А еще мне запрещали играть за пределами нашего двора, поэтому район я вообще не знал.

И как-то раз Никита предложил мне показать его, на что я, конечно же, с радостью согласился.

Наступили сумерки.

Мы ушли уже очень далеко.

Я полчаса, как должен быть дома.

А Никита уговаривал погулять еще.

Когда я отказался, он прибегнул к шантажу.

«Хочешь домой?

Иди один».

«Но я не знаю дороги.

Пойдем, проводишь меня.

Потом дальше гуляй».

«Если ты не хочешь гулять со мной, то и я не хочу тебя провожать.

Погуляем еще час, и тогда я тебя провожу».

Этот час длился еще не один час, и я перестал надеяться на помощь друга.

Никита побрел в никуда, царапая длинной веткой битый асфальт, а я растерянно огляделся со своей веткой в руке.

На дворе весна, время около 11 часов, и солнце уже полностью скрылось.

Я не представлял, в какую сторону мне идти.

Ох уж эта моя доверчивость и топографический кретинизм.

Людей вокруг не было, только двое мужчин проходили мимо пивного ларька.

Один из них имел большие, кристально светлые и чистые глаза.

Что-то внутри мне подсказывало, что он добрый человек, и к нему можно обратиться за помощью.

«Дяденька!» — крикнул я и подбежал к нему.

«В какой стороне находится улица Королева?» «А куда именно тебе нужно?» «Туда, где двор с танком».

«Скажи адрес», — настоял он.

«Королева, 10...» «Квартира...» Доброе лицо стало хладнокровным.

Мне это не нравилось, но я подчинился и назвал номер.

Мужик крепко взял меня за запястье и повел в неизвестную сторону.

Его стеклянные глаза смотрели вперед, а по другую сторону от меня шел его друг и мрачно молчал.

Ситуация вышла из-под контроля.

Меня сковал беспомощный ужас, как во сне, когда нужно бежать прочь, но ноги не слушаются, а из горла не выдавите звука.

Я послушно следовал за своим повыдарем.

По асфальту безвольно тащилась большая ветка, которую я так и не выпустил.

На улице по-прежнему не было ни души.

Мысли вертелись в голове хаотично.

Кто он такой?

Что он хочет со мной сделать?

Зачем спросил мой адрес?

Наверняка, чтобы потребовать выкуп.

Но что мои родители могут дать?

Они ведь не богатые.

Неожиданно мы оказались в том самом дворе.

Оказалось, с Никитой мы уже гуляли совсем близко.

«Спасибо.

Дальше я сам».

Но незнакомец ничего не ответил и руку не отпустил.

Он довел меня до подъезда.

Потом так же молча поднялся на этаж.

Теперь мне было страшно не только за себя, но и за маму.

Она ведь дома одна.

Сейчас откроет и что он с ней сделает?

Все внутри сжалось.

Мужик нажал кнопку звонка.

Дверь открылась.

Вышла мама в халате.

«Это ваш сын?» – мрачно спросил мужчина.

Мама захлопала глазами.

«Да.

Валера, это кто еще такой?»

«Исчезни, щенок!» – бросил он мне с грозным видом, и тут же я убежал вглубь квартиры.

«А ты иди сюда, стерва!» Он дернул маму к себе и захлопнул дверь перед моим носом.

Из подъезда доносились угрожающие нотки его голоса, но слов было не расслышать.

Меня всего трясло.

Скорее бы пришел папа и спас маму.

Почему она молчит?

Что он с ней сделал?

Потом мужчина повысил голос и стали различимы некоторые слова.

Ты знаешь, где гуляет твой щенок посреди ночи?

Блин.

А если бы я оказался педофилом?

Внезапно крики прекратились.

Вдалеке послышалось эхо шагов.

Мама вошла в прихожую с побелевшим лицом.

А я стоял у стены и испуганно смотрел на нее.

Ма... Начал было лепетать я. Она взорвалась.

Ты где шлялся?

Чтоб тебя... Я тебе сколько раз говорила не гулять с этим Никитой.

Мама вырвала из руки ветку и стала самозабвенно меня ей лупить.

Почему тебя приводит домой какой-то мужик?

Еще и отчитывает меня, что я плохая мать.

Ты почему меня не слушаешь?

На следующий день к нам приехали родственники.

«Мама говорит, что ты по чердакам лазаешь с Никитой», – заговорила бабушка, отпевая из чашки.

«Ага, но там не страшно.

Крыша плоская и огорожена толстой стеной.

Не упадешь».

«За это я не переживаю, Валерка, но на чердаках есть кое-что пострашнее».

«Что?»

Когда твоя мама была маленькой, ее подружки тоже бегали по чердакам и звали с собой, но я ее не пускала, а однажды их нашли измученными с отстрелянными пальцами.

Оказалось, на крыше жили алкаши, у которых после войны шарики за ролики заехали, а они их еще и самогоном полировали.

Где-то раздобыли оружие и решили развлечься, пострелять по живым мишеням.

А тут маленькие девочки, которые сдачи не дадут.

Нашли девчонок через несколько дней, когда те уже вонять начали.

У меня во рту пересохло.

А потом я с чердака слышала их плач по ночам, добавила мама.

Мы жили на верхнем этаже, и каждую ночь эти звуки доносились сверху.

Долго я не могла спать спокойно.

«А разве призраки бывают?» – поинтересовался я.

«А куда душа девается, по-твоему?» – ответила бабушка.

«Если ребенок умирает, он не попадает ни в рай, ни в ад, потому что не успел прожить эту жизнь.

Его нигде не ждут, и душа скитается, пока ее срок не придет».

«Да бог с ними, с привидениями!» – отмахнулся дедушка.

«Муки при жизни – вот что по-настоящему страшно.

Тут недавно по телевизору показывали пропавшего мальчишку.

Бегал в подвал, пока бомжи не поймали.

Взяли пацана за руки и за ноги, потянули и разорвали на четыре части.

Родители его по кускам хоронили».

Воображение сразу же явило картину.

И тут я вспомнил.

«Меня Никита позвал с ним подвал посмотреть.

Но нас там много будет.

Человек пять-шесть».

«Да хоть десять», — усмехнулся дед.

«Двери забрут и по одному отловят.

И куда ты денешься?

Ничего ты здоровым мужикам не сделаешь».

«Да вы меня специально запугиваете», – залепетал я.

«Вас послушаешь, так вообще никуда ходить нельзя».

«Почему нельзя?

Гуляй во дворе под нашим присмотром».

«А когда вырасту, вы за мной тоже присматривать будете?» «Когда вырастешь, ты станешь большим и сильным.

Уже сам будешь присматривать за своими детьми».

— Да вырастешь с вами, — возмутился я.

— Каким я сильным стану, если ничего в жизни не видел?

Таким же трусом и слабаком и останусь.

Надо мной уже во дворе смеются, маменькиным сынком обзывают.

Родственники загалдели вразнобой, а я тихо буркнул.

— Возьму и убегу от вас.

Дед среагировал мгновенно.

— И куда ты убежишь?

«Не знаю.

В заброшку какую-нибудь.

Вон, пустых дач полно.

Займём с друзьями дом и будем там жить, как трое из простоквашина».

«А зимой что будешь делать?

Замёрзнешь?»

«Спич растоплю».

«А ты умеешь?» «Я научусь».

«Спички детям не игрушка, Валер.

Учиться надо под присмотром старших.

А то включишь газ, чиркнешь, избушка-то и взорвется.

Только угольки от тебя останутся.

Как мы потом тебя в гроб-то собирать будем?

Веником?»

«А еще я слышала, — добавила бабушка, — как на тех дачах беспризорных мальчишек отловили и отрезали им все, что пониже пояса.

Хочешь, чтобы и тебе отрезали, Валерка?»

Этот день разделил мою жизнь на до и после.

Кошмары от него остались на долгие годы.

Каждый раз, когда я хотел согреть чайник, видел картину.

Включаю газ, зажигаю спичку, подношу к конфорке, а следом мощный огненный взрыв сносит кухню и соседнюю комнату.

И мое обгорелое тело лежит среди всей этой черноты.

Пользоваться спичками в итоге я начал только в 13 лет.

Научился этому с большим трудом, потому что стоило мне взять коробок и поднести соломку, как руки начинали трястись.

Гулять в подвал с пацанами я так и не пошел.

И даже мимо двери туда проходить боялся.

Представлял, что утащат и растерзают бомжи.

Меня прозвали трусом и всей компанией объявили бойкот.

А вскоре родители сообщили, что мы переезжаем.

Они нашли дом в паре остановок от прошлого, чтобы было так же удобно добираться до работы.

На новом месте я остался совсем один.

Ровесники в новом дворе кучковались в устоявшихся компаниях.

Никому так просто не подойдешь, для всех лишний.

Гулять мне было не с кем, и соскучившись по старым друзьям, я решил наведаться в старый двор.

В тот день на улице было пасмурно.

Когда я пришел, моросил мелкий дождь, и все сидели по домам.

Зашел в малосемейку, где жил Никита, поднялся и постучал в дверь.

Мне открыли незнакомые люди.

Оказалось, семья друга переехала так же спонтанно, а куда – неизвестно.

Мне стало очень грустно.

Расстались с лучшим другом, так и не помирившись.

Я немного посидел на старых качелях, разгребая носком кроссовки песок и надеясь, что кто-нибудь выйдет.

Но никто из знакомых так и не появился.

Пора было возвращаться домой.

Проходя мимо торца старого дома, я вдруг услышал тихий зов.

Это был голос Никиты.

Я огляделся, но не увидел его.

Долго не решался идти дальше, все оглядывался.

В конце концов решил, что показалось.

Позже я не оставлял попыток пересечься со старыми друзьями и узнать у них, куда же все-таки уехал Никита.

Их точных адресов я не знал, поэтому просто время от времени приходил во двор и сидел на качелях.

Иногда меня будто тянула какая-то сила.

Шестое чувство подсказывало, что Никита сейчас находится там.

Но каждый раз там никого не было.

И вот как-то раз я все-таки встретил одного из старых знакомых.

«О, Тема, привет!» «Привет!» – холодно отозвался приятель.

«Все еще обижаетесь, что я тогда с вами не пошел?» «Нет, никто уже не обижается».

А где все остальные?

Чего один гуляешь?

И куда, кстати, Никита уехал?

А ты не знаешь ничего?

Чего именно?

Тёма вздохнул.

Пойдём, присядем.

Мы подошли к танку, забрались по специальным выступам и свесили ноги.

«Ну, так что?» – спросил я.

«Перед тем, как ты уехал, мы пошли исследовать подвал в твоем доме.

Я, Леха, Никита, Влад и Максим.

Пошарились вдоль труб, осмотрели там все, испачкались ржавчиной от трубы и решили возвращаться.

Но когда пошли обратно, Никита на что-то отвлекся и сказал, чтобы мы шли, а он нас догонит».

Мы уже дошли до двери и позвали его, но в ответ тишина.

Макс позвал еще раз и снова безрезультатно.

Тогда он пошел за ним, прошел несколько шагов и как заорет, а потом понесся к нам с криками «Держись!».

«Бежим, бежим!» Когда мы вынырнули на свет, он захлопнул дверь подвала и подпер ее спиной.

И только когда мы уже были во дворе среди людей, он отдышался и рассказал, что там произошло.

Макс шел вдоль водопроводной трубы.

Вдали что-то капало.

Впереди сгущался пар.

Видимо, труба с горячей водой подтекала.

В тумане он увидел несколько суетящихся силуэтов и, оказавшись ближе, разглядел четверых мерзких бомжей-алкашей, державших Никиту за ноги и за руки.

Они запихали ему в рот грязную тряпку, чтобы он не мог закричать, и тянули его со всей силы, каждый в свою сторону.

Макс замер в шоке, а когда Никиту разорвали, он заглушил своим криком звук рвущейся плоти.

Бомжи обернулись, и Макс побежал прочь, не оглядываясь.

«Мы пошли рассказывать родителям, чтобы они вызвали милицию».

Как раз после нашего побега в подвале прорвало трубу в том месте, где капало.

Поэтому части тела Никиты достали из кипятка не сразу.

Маньяков уже не было, а установить их отпечатки и следы от обуви не смогли.

Все смыло водой.

Я слушал Тему почти не моргая.

А потом пропал Макс.

Продолжил он.

Макс был единственным, кто мог запомнить лица убийц.

Мы тогда подумали, что они его отловили, замучили и спрятали тело.

Страшно даже представить, что эти поехавшие могли с ним сделать.

Когда стали пропадать другие пацаны из нашей компании, вся округа насторожилась.

Семья Никиты переехала подальше.

Вроде они теперь живут в убитой общаге, потому что квартиру продавали быстро и с большой скидкой.

Соврали покупателям, что уезжают в другой город.

Мол, отцу предложили работу и надо срочно уезжать.

Мне недавно послышалось, будто Никита звал меня, когда я проходил мимо дома.

Тебе не послышалось.

В каком смысле послышалось?

Я же сказал, мы сначала думали, что те бомжары избавляются от свидетелей.

Но правда оказалась куда страшнее.

Это Никита избавляется от нас.

Как, если он умер?

Я бы и сам не поверил, если бы не увидел.

Мы с Владом гуляли и решили уже расходиться по домам, так как стемнело.

Я пошел в другую сторону двора, а когда оглянулся, увидел, что Влад стоит перед торцом десятого дома и вглядывается в подвальное окошко.

Я напрягся, хотел подойти и спросить, чего он там стоит.

Трое друзей пропали без вести, а этот дурак кого-то высматривает в подвале, привлекает к себе лишнее внимание.

Но тут из продуха вылезла бледная рука, схватила Влада за щиколотку и утащила внутрь.

Я даже пикнуть не успел.

Это окошко 20 на 20, как туда можно затянуть человека?

«Вот и я не знаю.

Но факт остается фактом.

Не хочешь – не верь».

«Не верю, конечно», – фыркнул я.

«Решили меня напугать, раз я такой дурачок и всего боюсь?» «Да кому ты нафиг нужен?

Тут такое происходит вообще не до тебя.

Дети домой вечером не возвращаются.

Меня вот тоже хотят увезти в деревню от греха подальше».

Тема спрыгнул на землю.

— Я пошел.

Темнеет уже.

И ты иди.

Только не подходи к подвалу и его окошкам.

— Ага, конечно, — ухмыльнулся я.

— Пока.

— Пока.

Я посидел еще немного, глядя на синие сумерки, и наслаждаясь свежим воздухом, прежде чем отправиться домой.

По пути я снова услышал шепот.

«Валерка!

Валерка!

Иди сюда!» Ну вот, что и требовалось доказать.

Навешал мне Тёма лапши на уши с серьёзным видом, а Никита живее всех живых.

Даже голос обычный, хоть и тихий.

Я огляделся вокруг и позвал.

«Никита!

Сюда!

Сюда подойди!» Наконец я увидел, откуда доносится звук.

В подвальном окошке, теперь за решетчином, виднелось бледное лицо друга.

Глаза скрыты тенью и похожи на черные провалы, а челюсть отвисла нереально низко.

Я подошел поближе.

«Никита?» «Валерка, помоги!» Он протянул руку.

Кисть прошла прямо сквозь приваренную решетку, а потом вылезла половина предплечья.

«Помоги мне, дай руку!» И я остолбенел.

«Ну же, не будь трусом!» Отцепенение спало, и я попятился, а потом и побежал.

«Валера!» Доносилось мне вслед уже злобное шипение, похожее на звук рванувшего в подвале кипятка.

Маменькин сынок, чтоб тебя черти разодрали, ублюдок.

Бежал я долго и домой вернулся запыхавшийся с побелевшим лицом.

Валерка, что случилось?

Побеспокоился дед.

Деда, ты веришь в призраков?

Как бабка твоя?

Да нет.

А че, увидел кого-то?

Кажется, я видел Никиту.

«Так он же умер!» Я удивился.

«Ты знал?» «Конечно, по новостям передавали».

«А родители тоже знают?» Дед пожал плечами.

«А как же?

Я столько раз ходил в старый двор, говорил маме, что хочу помириться с Никитой.

Почему мне никто ничего не сказал?» Дед молча продолжил ей суп.

Я сел напротив.

«А что ты еще знаешь?»

Сварился твой Никитка, как этот суп.

Четвертовали его какие-то психи и бросили в кипяток.

Почему ты так спокойно об этом говоришь?

Тебе его совсем не жалко?

Он не мой внук, а тебя тащил бог знает куда.

По делам, крысенышу.

У меня пробежал холодок по спине.

Да как так можно, дедушка?

Он такой же ребенок.

На его месте мог оказаться я. Не мог.

Почему?

По качану и по капусте.

Наливай суп и ешь садись.

Так я и поступил.

Дальше мы сидели молча, пока дед не ушел к себе.

На кухню пришла мама.

Ну, как погулял?

Никита умер, представляешь?

Как умер?

Его порвали на части.

Какой ужас.

Мама прикрыла рот ладонью.

Ты правда не знала?

Дед говорит, это по новостям передавали.

Нет, ничего такого он не говорил мне.

А потом в подвале утонул.

Это ты про потоп, который был в подвале нашего бывшего дома?

Да.

Наверное.

А про потоп-то откуда знаешь?

Так дедушка же слесарь.

Он был там в ту смену.

Рассказывал, что кто-то трубу молотком пробил.

Бедный Никита.

Я его видел сегодня, мам.

Как ты мог его видеть?

Он живет в подвале и утаскивает туда детей через окно.

«Ну что ты такое говоришь?

Такой впечатлительный ты у меня.

Это страшная трагедия, родной, но нужно отделять фантазии от реальности.

Ты просто скучаешь по нему, вот тебе и показалось, что ты его видел».

Я тоже так подумал сначала, но Тёма мне рассказал, что всех остальных наших друзей утащило то, что когда-то было Никитой.

«И что же это за чудовище?» – улыбнулась мама.

Ты мне не веришь.

Да ужастиков твой Тёма насмотрелся.

Не бери ты эти глупости в голову.

Навыдумывали себе подвальных монстров.

Больше я не возвращался в тот двор.

Началась школа.

Я нашёл новых друзей.

И жизнь пошла своим чередом.

После школы поехал учиться в другой город.

И там же нашёл работу.

Но вот я здесь спустя 20 лет.

Стою на углу дома и вспоминаю, как тут все было.

Вот мой бывший балкон.

Небо начинает потихоньку смеркаться.

Мой взгляд привлекло шевеление в подвальном окошке.

Бледное лицо кривилось, пыталось поднять челюсть, но та была отломана от основания.

Нечто пыталось заговорить, и сквозь решетку в мою сторону потянулась бледная изуродованная рука.

Я не боялся.

К подвальным окошкам с того времени и близко не подхожу.

А если нужно пройти вдоль дома, огибаю его подальше от фасада.

Вдруг вспомнилось, как после смерти деда я нашел в его старых инструментах испачканный ржавчинный молоток.

А еще бабушка как-то говорила, если ребенок умирает, его душа потом долго скитается до назначенного срока.

«Валера!» шипел Никита из-за решетки.

Видимо, его время еще не пришло.

А отдельные пламенные приветы от меня получают Солька М., Никита Малафеев и Кирюха Кол.

Всего вам самого наилучшего.

Будьте здоровы и счастливы.

Огромное спасибо за вашу поддержку.