Зачем людям был нужен огонь? // Дробышевский. Человек разумный

Пока мы животные-пироманы, прямо маниакальные совершенно.

Асепиенсы без огня вообще не существуют.

За миллион лет, ну, сколько-то раз по-любому у них эти искры что-то поджигали.

Неприятно, когда под тобой тлеет какая-то солома.

Важнее было не добыча огня,

а контроль над огнем.

Рано или поздно какая-то еда в этот самый огонь попадет.

У всех просто мяско, а у меня жареное мяско.

У неандертальцев на трети стоянок нету никаких следов использования огня, камней, навалом как бы обработанных.

А следов огня нету никаких.

Огонь, не огонь, что лег на снег и зашибись.

Здравствуйте!

С вами снова программа «Человек разумный», и я, Дробышевский, ейный ведущий, может быть, чуточку тоже разумный.

И нынешняя тема у нас – приручение огня.

Огонь – вещь весьма эфемерная.

Это же плазма, как бы вот она пыхнула, и как бы и нет ее.

И с одной стороны, да, огонь, конечно, оставляет более-менее явные следы, там какой-нибудь пепел, уголь.

А с другой стороны, он и в природе бывает, вообще-то, огонь.

И тот же самый пепел и уголь возникает иногда и без всякого огня.

Шимпанзе используют действительно огонь, хоть и не целенаправленно, зажигать они его не умеют, но, тем не менее, использовать используют.

Когда идёт степной пожар по саванне, и те группы шимпанзе, которые в гомбе живут на окраине леса и саванны, они способны идти на некотором отдалении, чтобы не горячо было пятками по золе наступать, собирают эти жареные вкусняшки и их радостно едят.

И, может быть, примерно в таком же режиме было использование огня и у наших предков миллионы лет назад, у каких-нибудь австралопитеков.

Но, строго говоря, на момент существования австралопитеков никаких признаков, примеров и доказательств использования огня мы не знаем.

Вырисовывается, что у австралопитеков ничего этого не было.

У ранних хомо тоже ничего этого не было, то есть где-то между 2,5 млн лет назад и примерно 1,5 млн лет назад, а где-то от 1,5-1,6 млн лет появляются редкостные, нечастые, но тем не менее следы использования огня.

Допустим, в Чесавандже, в Восточной Африке, ну и в других местах.

Ну там датировки, они там где-то пораньше, где-то попозже.

Ну там, я говорю, самый древний миллион шестьсот, миллион пятьсот, миллион четыреста.

И это уже такие следы огня,

которые просто засчитать за какой-то пожар случайный довольно проблематично.

На вот этих стоянках эти самые следы огня ассоциированы с орудиями.

И как-то странно, что лежит куча орудий, и тут же следы огня, чтобы прямо в середину стоянки долбануло молнией, пенёк загорелся, как-то что-то странное.

В некоторых же случаях эти следы огня слишком хорошо сконцентрированы.

И они так вот прям компактненько лежат.

Тоже может быть сгоревший пенек, но как-то с наибольшей вероятностью это очаг.

А в некоторых случаях они еще к тому же и камушками обложены.

Ну там не очень внятно, тоже как-то так не совсем определенно.

Потому что все-таки, если полтора миллиона лет прошло, с определенностью проблемы будут.

Но как-то тоже уже подозрительно.

А еще лучше, когда, допустим, есть исследование почвы.

Вот эта вот.

Она такая обычно красноватая получается спустя огромное время.

Такая прокаленная.

И химический анализ показывает, что чтобы она такая стала, почва, по каким-то там литологическим показателям, геологическим,

она должна была прокалиться при температуре 1500-2000 градусов.

А это уже как-то трудно себе представить, если это просто стукнула молния и просто какой-то пенёк сгорел.

То есть в месте удара непосредственно может там температура и большая, бог его знает, но как бы пенёк-то горит не так прямо горячо.

Он просто недолго слишком горит, туда никто веточки не подкидывает.

А чтобы оно так вот раскочегарилось и так прокалилась почва на такую приличную глубину, и чтобы это ещё и в ямке было,

Это надо, чтобы кто-то эту ямку выкопал и чтобы он туда дровишки такие подкидывал.

И так методично, регулярно, чтобы оно прокалилось от души на локальном участке.

И такие находки есть, что замечательно.

Другое дело, что вот эти древнейшие следы использования огня с интервала от 1 600 000 до примерно 400 000-350 000 лет до крайности спортичные.

То есть они очень-очень редки.

И таких находок у нас на всю планету штук 20 наберется, а то на самом деле и меньше.

И самое главное, что в эти времена, когда там полтора миллиона лет, миллион лет назад, до полумиллиона лет назад, у людей, по сути дела, не было и понятия стоянки.

Иногда это все называется стоянками, а в реальности это, строго говоря, местонахождение.

Когда люди ходили, вот тут они сели, что-то там сожрали, пошли дальше.

И на это место, может, не вернулись бы никогда.

Единственное, если это какой-то особо удачный берег озера, ну и туда они сколько-то раз будут возвращаться.

Но, в принципе, им это не особо-то и надо.

И поэтому зажигать огонь на одном месте и поддерживать какой-то очаг маломальски продолжительное время, они тоже, в общем-то, не стремились, не умели, не хотели.

И, более того, им, видимо, это было не особо-то и надо.

И, как я уже сказал, просто слишком мало этих самых свидетельств огня, штук 20 на миллион с лишним лет.

Видимо, использовать огонь иногда могли, а зажигать не могли.

Есть еще такое, кстати, мнение, что, может быть, зажигать-то они вполне себе и умели иногда.

Но, в принципе, для этого сильно много ума тоже не надо, потому что камнями об камень не стучали постоянно, искры там разлетались только так.

И, в принципе, какие-то подстилки там меховые у них были в любом случае.

То есть, если там сухая шерсть, она тоже нормально тлеть начинает.

Может, там не вспыхивает, конечно, ярко, но тлеть-то очень даже.

Если там какая-то искра попадет.

Так что за миллион лет сколько-то раз по-любому у них эти искры что-то поджигали.

И может быть, важнее было не добыча огня, а контроль над огнем и умение погасить огонь.

Потому что если вы пятикантроп, сидите на шкурке или на какой-нибудь соломе, и тут стучите кременюками друг об друга, вылетела искра, и под вами солома какая-то вспыхнула,

у вас под известным местом, то как вы его потушите?

А вы пятикантроп на всякий случай.

И ручей, может быть, в километре где-нибудь находится.

Хоть бы даже и в 40 метрах.

Все равно это еще надо допереть, надо гасить.

Они сидели в каком-то бардаке, какая-то сухая трава, опять же, везде раскиданная, эти шкурки, черти что, какие-то обрывки чего-то.

И если оно начнет тлеть, оно может ярко-то и не загорится, но неприятно, когда под тобой тлеет какая-то солома.

И вот как её, чтобы она перестала тлеть, что с ней надо делать?

Вообще ни разу не очевидно.

Тем более, чтобы посудины у них никакой не было.

Чтобы даже если вода рядом, ничего в ладошках носить.

Есть, конечно, другие способы.

Конечно же, все в комментариях сейчас скажут, как надо гасить тлеющую солому.

Но неандертальцы не факт, что могли.

И стало быть, довольно долгое время в таком режиме они и пребывали.

Но всё-таки свидетельство использования огня, очевидно, есть.

и великое свершение свершилось где-то 400 до 350 тысяч лет назад когда в самых разных местах планеты и в европе врага и на ближнем востоке в киземе и там же на ближнем востоке в табуне и где-то там в африке и на дальнем востоке где-нибудь в китае вдруг неожиданно допустим появляются

нормальные, полноценные следы очагов и следы такого регулярного методического использования огня.

И когда появляются уже такие нормальные очаги.

Особенно здорово это видно в пещерных памятниках, потому что там накопления такие хорошие, в Киземе, в Табуне, в Араго, там это особенно здорово прослеживается.

До времени где-то 400 тысяч лет ничего этого нету.

Пустые отложения, то есть культур полно, камней навалом обработанных, а следов огня нету никаких, ни угольков, ничего, или какие-то отдельные спорадические.

А вот начиная с 400 или 350, плюс-минус датировкой,

там прямо начинается много и прямо так от души и прям вот как бы одно за другим прямо очаги пошли и это говорит о том что люди такие научились зажигать огонь и научились его и зажигаете контролировать и гасить и им стало это вдруг неожиданно надо и

Когда они поняли, что да, это прикольно.

Но тут, кстати, встает вопрос, зачем им это было исходно надо.

Потому что нам сейчас кажется, что без огня жить нельзя.

Более того, использование огня это, строго говоря, видоспецифическая особенность человека.

Или как минимум подродоспецифическая.

Поздние хомо все были завязаны на огонь, а сапиенсы без огня вообще не существуют.

Только с огнем.

И у нас все на огонь завязано.

И как без него-то?

А вот для древних людей ситуация была не такая.

А можно и без огня, собственно.

А зачем огонь?

Я живу нормально.

Леопарды живут, конгони какие-нибудь живут, бородавочники, жирафы, слоны, тушканчики, кто угодно живёт.

Выхухоль вообще отлично отходится без огня.

А я что, не смогу?

Тут возникают всякие мысли.

Например, а может быть, этот самый огонь нужен для защиты от хищников?

Если зажечь какую-нибудь головню и тыркнуть в морду какому-нибудь соблезумному тигру, он расстроится и меня не съест.

Однако практика показывает, что дикие животные не так уж прямо этот самый огонь боятся.

И если они не сталкивались с человеком еще параллельно, оно может полыхать до горизонта, а зверюшки будут стоять, вяло жевать траву, на все это вот так вот смотреть.

и как-то не особо расстраиваться.

Ну, потому что там горит, а здесь-то оно не горит, как бы нормально.

И если это, там, не знаю, какие-нибудь туристы разводят где-то огонь, то дикие звери иногда, наоборот, приходят посмотреть.

Прикольно, как бы, а что, вот горит, как бы, да.

Обычно не горит, а тут горит, вот что-то надо посмотреть.

И чем более крутой хищник, тем более он любопытный, у него мозгов банально больше.

Одно дело енот, другое дело медведь.

И он, конечно, будет соображать, что, наверное, люди, может, у них оружие.

Но если он точно знает, что эти люди безопасны, так его вообще ничего не остановит, и прекрасно он к огню придет.

А если речь идёт ещё и о древних людях и древних зверях, то там-то и тем более.

Какие должны быть проблемы у зверей с огнём?

Они его в жизни никогда не видели.

Кто из слушателей когда видел, чтобы что-то загорелось от молнии?

Это происходит регулярно, но статистически.

А вот в конкретной отдельной жизни?

Напишите в комментариях, между прочим.

Кто-то наверняка сталкивался с таким делом.

Большинство, я думаю, никогда в жизни не сталкивались.

И звери тоже самое.

Живет какой-нибудь медведь в лесу, откуда он знает, что такое огонь?

А тут он есть, и что?

Почему он должен быть опасный?

А использовать это для защиты от хищников, это же надо еще, чтобы случай подвернулся.

Чтобы этот самый хищный зверь полез на тебя, а у тебя в этот момент по случайности чисто оказалась в руке горящая головня или факел какой-то.

Следующая логичная идея, если уж не для защиты, то для охоты самому.

Можно устроить пал и как те же самые шимпанзе ходить собирать жареных тушканов.

Но это все-таки уже сильно продвинутая версия.

Хотя такой способ охоты был известен везде на планете.

Это и австралийские аборигены делали, и в Сибири у нас народ так делал.

А когда это еще только начали делать, честно говоря, у нас таких свидетельств нет.

Есть, правда, немножечко, в Малави, например, были исследования, что воздействие людей на экосистемы, в том числе из-за вырубки и выжигания лесов, уже ко времени порядка 100 тысяч лет или около того, уже очень вертикально повлияли на флору местную.

И может быть как раз через то самое выжигание, не исключено.

Ну и в Австралии может быть, но Австралия это уже сильно более поздние времена, это может 40 тысяч лет и дальше.

Хотя там вот такой выжженный континент получился, он и без людей-то там все время горел.

Нас с людьми совсем печаль.

Но в ранние времена все-таки очень сомнительно.

Например, в Таральбе и Амброне есть такие следы, где

Пойма реки, куча скелетов всякого зверя, там какие-то носороги, слоны, бизоны, олени, лошади.

И вот все это фаунистическое богатство на берегу реки излучено.

И везде там и сям раскиданы угольки.

И они как-то не собираются в очаги, а вот как-то немножечко там и сам раскиданы.

И возникает идея, что может быть вот в этой самой Таральбе-Амброне народ устраивал палы и зажигал зверей в какие-то болотистые участки.

И где-то они там в трясине вязли, а народ приходил это дело ел.

Может быть и так.

Но это немножко как бы косвенные доказательства.

Но угольки есть, это научный факт.

Так что, может быть, такое использовалось, и время подходящее.

Но следующая идея для сугрева.

Потому что огонь появляется порядка 400 тысяч лет назад, плюс-минус, чуть поменьше.

А это, между прочим, один из пиков оледенения.

Это одно из самых первых мощных оледенений, когда стало реально плохо жить.

Другое дело, что многие следы использования огня известны из очень южных мест, и там не особо надо согреваться.

Даже в ледниковый период это субтропики, там пальмы росли вполне себе успешно.

Поэтому зачем?

Фауна вся субтропическая, со слонами, как надо.

В этом смысле огонь стал нужен все-таки немножко позже, когда мало того, что и ледниковые периоды, начались они 400 тысяч лет назад действительно, а главное, что когда уже люди стали расселяться сильно севернее, и ледники спускаются с севера на юг, люди движутся с юга на север, и где-то они практически встречаются, и там без огня, наверное, становится уже весьма неприятно.

Но тут неожиданно мы приходим к парадоксу.

Потому что в более поздние времена, уже неандертальские, порядка 70 тысяч лет назад, от 70 до 40, следов использования огня в Европе становится меньше.

Казалось бы, вот эти самые гельдебрегенцы 400-350 тысяч лет назад огонь уже приручили, уже освоили, всё у них стало хорошо.

И довольно регулярно его применяли, уже и очаги, и все как надо.

А тут, глядишь, и у неандертальцев на трети стоянок нету никаких следов использования огня.

Ну, всегда есть, конечно, вероятность, что не сохранилось, мы не нашли, они жили костер вот там поодаль, а мы туда не докопались, или там речкой смыло.

Но как-то это подозрительно все равно.

То есть реально, если посчитать статистику вот этих вот стоянок, ну, а 400 тысяч лет назад появляется понятие стоянки, наконец-то, кстати говоря,

И жилища более-менее такие нормальные.

И у генлебергенцев использование огня чаще, чем у более поздних, казалось бы, более, по идее, продвинутых неандертальцев.

Но тут как бы остается разведить руками.

Несколько альтернатив, как обычно, появляется.

Первая версия.

что неандертальцы оказались настолько приспособленными к жизни в этом ледниковом климате, что им уже и не холодно.

И уже огонь, не огонь, лёг на снег и зашибись.

Тем более, что примерно в это же самое время, судя по косвенным данным, появляется одежда.

Если есть одежда, то можно и без огня.

Хотя неандертальцы всё-таки чаще огонь-то знали.

На большей части стоянок хоть какие-то следы огня есть.

Но очагов реально немного, какие-то отдельные уголёчки иногда.

Есть вторая версия, что неандертальцы были и не против огня, они его любили, но они, может быть, местами деградировали и забывали, как использовать огонь.

Потому что если вы живёте коллективом в 10 человек, и, допустим, у вас есть какой-то аксакал, который умеет палочками зажигать огонь,

А потом, соответственно, он просто помер.

Не знаю, там, кабан его забодал, и все.

И все такие, типа, а что делать?

А как огонь-то разводить?

Дядька помер, как бы мы не знаем.

Ну и к соседям не пойдешь, потому что они тебя съедят, скорее всего.

Они тебя не любят 100%, потому что ты их недавно ел еще.

И что, куда?

Ну и, наконец, огонь можно еще использовать для...

обработки еды, можно готовить еду, это точно не было первой целью огня.

Тем более, что первые следы использования огня никак особо не связаны с костями, едой, орехами.

Какие-то обугленные камни, какая-то зола в андерверке каком-нибудь, в пещере в Южной Африке, где просто посреди культурного слоя

Частички золы.

Что-то они там жгли.

Точно оно не само загорелось.

Миллион лет назад ни травы не может быть в глубине пещеры, ни гуана летучих мышей там не было по факту.

И молния туда не заползет.

Что там может само загореться-то и как?

Но что-то жгли.

Но костей обугленных нет.

Орехов обугленных нет.

Ничего обугленного нет.

И вроде как для еды не очень.

Потому что до этого миллионы лет питались сырой пищей, все было прекрасно.

Но, однако же...

прочувствовать вкус приготовленной пищи, они вполне были способны.

Потому что если они хоть для чего-то там зажигают огонь, рано или поздно какая-то еда в этот самый огонь попадет.

Это 100%.

И вот когда она туда попадет, и они ее все-таки оттуда из жадности выковыривают и попробуют, они обнаружат, что это же прикольно.

Не тот вкус, не факт, что он вкуснее, но по крайней мере другой.

Это прикольно.

А они к этому моменту

Все те же самые 400 тысяч лет назад стали ценить что-то такое эдакое, нестандартное.

Ну и там появляются всякие первые какие-то намеки на украшения, какие-то нестандартно сделанные изделия, орудия, еще что-нибудь такое.

Ну и вот здесь еда какая-то не такая.

Вот у всех просто мяско, а у меня жареное мяско.

Это уже как... Значит, я уже не простой, и у меня статус сразу в группе повышается.

Это важно.

Это повышает выживаемость на самом деле и плодовитость невероятным образом.

Поэтому начинают еду готовить.

Ну а мы-то теперь-таки умные, знаем, что приготовление пищи на огне, оно к тому же ещё как бы выгодно чисто энергетически.

Что значит приготовление пищи на огне?

У нас есть, например, мясо, это белки, и там какие-то молекулярные связи между этими аминокислотами, всякими большими молекулами.

И либо мы это едим и своими ферментами эти связи разрушаем до отдельных аминокислот, тратим на это кучу энергии, потом все это заново пересобираем и пытаемся еще какую-то энергию скомпенсировать потраченную.

А другое же дело, если мы вначале все это нагрели, и оно там денатурировало и развалилось само по себе, и мы внешнюю энергию включили, чтобы не мы ее потратили, а потом мы вот эти вот горелочки как бы съедаем, и уже разрушены все эти связи.

Да разрушать гораздо проще, и надо меньше своих ферментов включать.

И это имело, судя по всему, довольно-таки большие последствия.

Потому что, если мы посмотрим на эректусов, гидлебергейцев и даже неандертальцев, у них были очень широкие тазовые кости и очень широкая грудная клетка .

А если мы посмотрим на кроманьонцев примерно 50-40 тысяч лет назад и позже, 50 у нас их не так много, а от 40 и дальше там уже достаточно, то мы увидим, что они все стройняшки.

У них узкий таз и у них узкая грудная клетка.

А это значит, что у них просто был маленький животик.

И мы неожиданно постройнели.

Другое дело, что если старт принять за 400 тысяч лет, а итог за 50 тысяч лет, круглая цифра, приятная,

то это где-то получается 350 тысяч лет эволюции.

Ну а если с 350 стартовать, то 300 тысяч лет эволюции.

Ну, в принципе, это не так даже важно.

И выходит, что скорость отбора была, ну, мягко говоря, тоже не такая уж прямо и быстрая.

Для того, чтобы люди стали иметь меньшие размеры живота,

чтобы питаться не столь тяжелой, трудно переваримой пищей.

Кстати говоря, готовили не только мясо очевидным образом, мясо мы знаем по горелым костям, но не сомневаемся, что и растительные остатки готовили, жареные и орехи, и все что угодно, клубни какие-нибудь, корневища.

жареные, тушеные, каким-то образом нагретые, лучше усваиваются просто.

Ну и можно меньший размер челюстей иметь, например.

То есть зубы-то уменьшались и до этого вполне успешно, потому что орудия применялись.

Но одно дело, когда вы долго-долго стругаете это каким-нибудь рубилом, а другое дело, когда вы взяли всё это, нагрели радостно и всё.

Тем более, что уже во времена неандертальцев на самом-то деле появляется

Вариант варки.

Для пещеры Шенедара, например, показано, что на зубном камне этих самых неандертальцев есть гранулы крахмала, которые подвергались именно что?

Варке.

То есть это ячмень, и по сути они ели ячку, как бы кашу.

ячменную, сваренную, то есть именно вот такую хорошо нагретую и с водой.

Как они технически это делали, науке непонятно, но по факту делали.

И опять же это гораздо легче усваивается.

Ну и, соответственно, если у вас это происходит регулярно, то чаще и легче будут выживать люди с меньшим размером пищеварительного аппарата и кишечника, и челюстей.

То есть надо меньше жевать, надо меньше переваривать.

И, глядишь, в следующем поколении у вас те, кто раньше бы померли просто от того, что они слишком маленькие челюсти имеют, тут уже выжили, тоже оставили потомство.

И вот эти гены мутантные маленьких челюстей не выпиливаются отбором, а передаются всё дальше и дальше.

И так вот 300-350 тысяч лет, и, глядишь, уже кромонёнцы все, стройняшечки красивые.

Но другое дело, что...

Вот эти 300 тысяч лет – это очень немаленький срок.

Как я уже сказал, вначале они от этого не зависели вообще ни разу.

Они миллион лет до этого питались сырой пищей, но те, кто стал питаться все-таки приготовленной, получили некоторый карт-бланш.

Потому что можно меньше времени тратить.

Ну а есть и другие, конечно же, плюсы огня.

Можно, например, каким-то образом изменять свойства материалов.

Если, допустим, немножко обуглить палку, чтобы она была прочнее, наконечник копья, можно кремень нагревать, тогда он немножко иначе колется, ну и так далее, так далее.

Какую-нибудь шерсть опаливать, ещё что-нибудь из этой серии.

И ко времени уже появления сапиенсов мы наконец приезжаем в такое благостное состояние, когда мы не можем не разводить огонь.

И у нас по всей планете все умеют разводить огонь еще и не одним способом.

Сейчас у нас все завязано на огне.

То есть стул, на котором я сижу, лампочки, которые на меня светят, это здание, которое вокруг меня, все это было сделано с использованием огня.

Как минимум, там какие-нибудь моторы внутреннего изгорания работали, в какой-то печке металл плавился.

Что-то в любом случае горело и нагревалось, чтобы всё это было создано.

Керамическая плитка на полу, которая у меня под ногами, всё что угодно.

И вопрос, насколько далеко это может зайти.

Потому что мы стали слишком зависимы от своей пиромании, и у нас уже есть средства нападения, огнестрельное оружие, двигатель внутреннего сгорания, и всё у нас на это завязано.

Электричество в каком-то роде тоже, типа горения.

Электрическая лампочка на меня пыхает.

Так что у нас все горение-горение-горение, а планета-то конечная.

Изжечь на ней можно только определенное количество всего.

Благо у нас есть еще и солнышко, которое нам горит безостановочно и дает энергию.

Но куда нас понесет дальнейшая эволюция, честно говоря, большой вопрос.

Пока мы животные-пироманы, прямо маниакальные совершенно.

И, может быть, в последующем мы пойдем и другими какими-то путями, как-то иначе будем добывать эту самую энергию.

Ядерный синтез, например, а может быть еще что-нибудь.

Но что будет в будущем, пока мы не знаем.

А история освоения огня еще не до конца изучена.

Еще много всяких нюансов нам предстоит узнать.

Если вы точно знаете, как наши предки осваивали огонь, ставьте лайки.

Если вы сомневаетесь, что они могли зажигать огонь, ставьте, конечно, дизлайки.

Если вы сами зажигали огонь каким-то удивительным образом, напишите про это в комментариях.

Поделитесь опытом, это превосходно и чудесно.

Я как-то видел в магазине две книжки вот такой толщины способа зажигания огня.

Меня жаба задушила.

Но если вдруг кто их читал и научился всем этим сотням способов зажигания огня,

Поделитесь с товарищами.

Подписывайтесь на наш телеграм-канал RTVI, там много всего интересного.