Пробация по-российски: как живут те, кто вышел после многолетнего срока / Редакция спецреп

На днях Правительство России утвердило концепцию развития уголовно-исполнительной системы. Кроме всего прочего, в ней говорится о создании института пробации, который должен помогать бывшим зекам социализироваться в обществе. До сих пор с этим большая проблема. Людям, вышедшим на свободу, крайне сложно устроиться на работу и практически невозможно вернуться к полноценной жизни. Почему это должно волновать нас? Да потому, что, если такие люди возвращаются на преступный путь, они становятся угрозой всем вокруг. 0:00 В России обещают создать службу пробации. Что это значит? 1:33 Артём Гузюк, 41 год. 20 лет — в заключении 4:18 Александр Королёв, 43 года. 23 года — в заключении 5:55 Как в колонии готовят заключённых к выходу на волю? 8:45 Василий Гинда, 71 год. Более 40 лет — в заключении 11:14 «Я знаю, что Ельцин умер, что у Горбачева жена умерла» — что знает Артём о жизни на воле 14:38 Социальные общежития для бывших зеков 21:11 Роман по переписке: как жена Александра Королёва ждала его 13 лет 25:11 Работные дома для бывших сидельцев: адаптация или рабство? 30:17 Как Артёму приходится ютиться у знакомого по тюрьме 31:46 Почему закон о социальной реабилитации бывших осуждённых не приняли? 34:55 Кем могут работать бывшие зеки? 38:40 Артём в супермаркете после 20 лет на зоне 41:52 Пастор Евангелическо-лютеранской церкви — более 10 лет в заключении 44:28 Как пастор стал защитником прав заключённых, а потом их работодателем 48:38 Институт пробации: Россия и Америка 54:10 Артём впервые видит компьютер и свой родной город на гугл-картах 55:35 Об административном надзоре